Взятие Аббас-Абада

В марте 1827 года генерал-фельдмаршал от инфантерии И.Ф. Паскевич вступил в командование Отдельным Кавказским корпусом и в управление Кавказским краем.

В апреле 1827 года, осадив Эривань, И.Ф. Паскевич двинулся вниз по Араксу, чтобы взять Нахичевань и крепость Аббас-Абад, овладеть Нахичеванским ханством и тем самым лишить Эриванский гарнизон возможности получить с этой стороны какую-либо помощь. Для похода в Нахичевань были назначены 14 батальонов, 14 эскадронов, 6 казачьих полуполков и 42 орудия.

21 июня главные силы отряда выступили в поход и через несколько дней без боя захватили Нахичевань. Чтобы при наступлении к Тавризу не оставлять на своих коммуникациях неприятельскую крепость, И.Ф. Паскевич должен был взять Аббас-Абад. Дополнительным фактором была возможность выманить на сражение в поле Аббас-Мирзу, стоявшего со своей армией в укреплённом лагере за Араксом в 56 верстах к югу от крепости, если тот поспешит на помощь осаждённой крепости.

После произведённой рекогносцировки 1 (13) июля была начата осада Аббас-Абада, отрыты осадные траншеи и возведено несколько батарей. 3 (15) июля артиллерия проделала бреши в каменной ограде крепости. 4 (16) июля осадные работы приблизились к крепости на 165 шагов, но Паскевич получил известие, что Аббас-Мирза движется с 40-тысячной армией на помощь осаждённым, и осадные работы были прекращены. Оставив 3,5 батальона и 28 орудий для прикрытия осадных работ и для охраны складов в Нахичевани, И.Ф. Паскевич решил со всеми остальными войсками (вся кавалерия, 8 батальонов пехоты и несколько полевых орудий) идти вперёд и самому атаковать неприятеля.

5 июля около 6 часов утра произошла стычка передовых кавалерийских частей с противником. На подкрепление их были высланы казаки под начальством Иловайского и вслед за тем вся кавалерия корпуса с конной артиллерией под начальством Бенкендорфа.

За кавалерией И.Ф. Паскевич поспешил переправить пехоту и направил её на центр неприятельской позиции. Персы были сбиты и, отойдя версты на четыре, заняли новую укреплённую позицию, пытаясь остановить наступление русских. Но кавалерия, под командованием полковника Раевского и князя Андронникова, не дала Аббасу-Мирзе времени, чтобы устроиться на новой позиции. Пехота по следам драгун тотчас заняла центральный холм, главенствующий над всей территорией боевого поля, и поставила здесь свою батарею. Неприятель обратился в полное бегство. Преследование пехотными частями продолжалось до ручья Джеван-Булак, давшего название сражению.

6 (18) июля коменданту крепости было послано предложение сдаться, но он попросил 3 дня отсрочки. И.Ф. Паскевич, требуя безусловной сдачи, приказал продолжить обстрел и готовиться к штурму. Поражение персов под Джеван-Булаком лишило гарнизон Аббас-Абада последней надежды на освобождение, и 7 (19) июля утром крепость сдалась.

Важную роль в падении крепости сыграл Эхсан Хан Нахичеванский, который по договорённости с русским командованием сдал её русским войскам и перешёл на российскую службу.^[1][2] По свидетельству графа И.Ф. Паскевича, командуя в крепости Аббас-Абад Нахичеванским батальоном сарбазов, Эхсан Хан «возстал с оным против остальной части гарнизона и тем много содействовал сдаче нашим войскам означенной крепости».^[3] За это Эхсан Хану был пожалован чин полковника русской службы и он был назначен наибом Нахичеванского ханства.

Большую помощь Русской армии оказывали также местное армянское население^[4].

В результате 2700 пленных и 23 орудия стали российскими трофеями, из трофейных орудий был произведён победный 101 пушечный выстрел. Паскевич был награждён орденом Святого Владимира 1-й степени.

С овладением крепостью русские закрепились в Нахичеванском ханстве, для начала мирных переговоров был послан А.С. Грибоедов. В Нахичеванском ханстве было введено русское управление, военная и административная власть области была сосредоточена в руках аббас-абадского коменданта, которым был назначен генерал-майор барон Остен-Сакен.

Взятые в Аббас-Абадской крепости трофейные орудия после войны были подарены Николаем I наследному принцу Аббас-Мирзе.

Впоследствии крепость была заброшена и пришла в упадок.

Нерсес Аштаракеци о занятии крепости писал следующее^[4]:

Русский генерал, военный историк В.А. Потто писал^[4]: