Сложное предложение в синтаксической концепции А. А. Шахматова

Алексей Александрович Шахматов предполагал посвятить особый раздел синтаксиса учению о сцеплении или сочетании предложений^[3]. Само понятие «сложное предложение» в «Синтаксисе русского языка» получило иное осмысление, чем в черновых набросках. Черновые материалы заметок и записей Шахматова, сохранившиеся в архиве Академии наук, значительно расширяют представление о шахматовской теории предложения и подтверждают тезис об общей формально-логической установке шахматовской концепции. В особый тип Шахматов выделяет предложения с однородными членами, соединёнными с помощью синтаксических пауз или союзов^[4].

Сложным Шахматов называет предложение, в котором два или больше подлежащих при одном сказуемом (к примеру, «На нём были новые лапти и онучи» (И. С. Тургенев); «В гостиной три дивана, три стола, два зеркала и сиплые часы» (И. С. Тургенев)). Предложения с несколькими однородными второстепенными членами, по Шахматову, можно назвать предложениями со сложными словосочетаниями или сложным словосочетанием (например, «Между окнами висело разбитое и тусклое зеркальце» (И. С. Тургенев); «Тонкой, голубоватой струйкой бежал дым из отверстия кадила» (И. С. Тургенев)). Здесь учёный придаёт понятию «словосочетание» не вполне обычное значение. Он называет так ряд однородных членов предложения, то есть сложную синтагму^[5].

Предложения, в которых при одном, двух, трёх и больше подлежащих, соединённых синтаксическими паузами или союзами, находится несколько сказуемых, Шахматов называет слитными. К слитным предложениям Шахматов относит также такие, которые при общем подлежащем имеют в сказуемостном определении два или больше имён, синтаксически между собою соединённых паузами или союзами. Слитными предложениями особого рода Шахматов называл также «те предложения, в которых рядом с главным сказуемым появляется ещё другое сказуемое, в виде деепричастия». Примеры слитных предложений: «То был не весёлый, смеющийся трепет весны, не мягкое шушуканье, не долгий говор лета, не робкое и холодное лепетание поздней осени, а едва слышная дремотная болтовня» (И. С. Тургенев); «Хлопотун он и жила страшный, а хозяин плохой» (И. С. Тургенев)^[5].

В рамках такой терминологии Шахматов отказался от традиционного содержания понятия «сложное предложение». Для обозначения цепи предложений, которые синтаксически объединены и «составляют синтаксическую единицу другой, высшей породы, выражают не одну единицу мышления, а целый комплекс мыслей», Шахматов выбрал термин «сочетание предложений». Сочетание предложений по своему внутреннему смыслу, как и по строению, двояко: в нём обнаруживается либо соединение в одной плоскости двух или более мыслей, либо комплекс переплетающихся мыслей, зависимых друг от друга. Внешнее строение, зависящее от определённого характера сочетания, в первом случае обнаруживает соединение предложений, во втором — их соподчинение. Соединение предложений в одно сочетание выражается теми же средствами, что соединение однородных второстепенных членов — синтаксическими паузами и соединительными союзами. Теми же средствами, но также особым строением предложений выражается их соподчинение. С помощью союзов может происходить соединение и соподчинение предложений также после разделительной паузы. Шахматов не предлагает чёткого и углублённого семантико-синтаксического анализа разных типов сочетания предложений при образовании сложного целого^[6]. Разные типы бессоюзных сложных предложений Шахматов не выделяет в отдельный разряд, а рассматривает их в числе сложносочинённых и сложно-соподчинённых предложений. Априорное решение вопроса о сущности бессоюзных сложных предложений является неосновательным^[7].

Соподчинительное сочетание предложений включает в себя «предложения не однородные, выражающие мысли, стоящие не в одной плоскости, а, например, следующие одна за другой, вытекающие одна из другой, объясняющие одна другую, обусловливающие одна другую». Согласно Шахматову, сложное целое этого типа организуется на основе «соподчинения». Это понятие следует предпочесть понятию «подчинение», поскольку предложения, которые входят в такое сочетание, обнаруживают свою связь или взаимосвязь либо путём особого расположения слов или включением в свой состав союзов, либо особой интонацией. Соподчинительные сочетания — особые синтаксические целые. По Шахматову, это ясно из того, что части соподчинительного сочетания соотносительны в отношении ритма и интонации. Резкое и общее противопоставление сочинительного и соподчинительного сочетаний предложений не подтверждается фактами языка^[8].

Согласно Шахматову, различие между соединительными и соподчинительными сочетаниями предложений «выражается в разных союзах». В том и другом случае вместо союзов возможны синтаксические паузы с различным значением. Объединяются однородные предложения, выражающие мысли, которые находятся в одной плоскости. Средствами соединения выступают сочинительные союзы, соединительные наречия, соединительные паузы. К особому разряду соединительных сочетаний Шахматов относит пару или цепь предложений, в которых общим подлежащим является подлежащее первого предложения (предикативной единицы) (например, «Хозяин встретил меня ласково, но тотчас же побежал в официантскую» (И. С. Тургенев)). Смысловое единство сложносочинённого предложения, логические процессы образования различных видов этого сложного синтаксического единства, способы отражения в нём явлений действительности в их связях и сцеплениях остаются в заметках Шахматова необъяснёнными. Указание учёного на то, что при сочинении предложений всегда происходит «сочинение в одной плоскости двух или нескольких мыслей», не подтверждается фактами языка (как и противопоставление «сочинения» «соподчинению»)^[8].

Шахматов отмечал необходимость различать двоякое значение придаточных предложений и двоякое их отношение к главному. Придаточное предложение по своему смыслу относится ко всему смыслу главного предложения, ставя в прямую связь именно с ним действие, которое в нём выражено. Такое придаточное учёный предлагает называть союзным, поскольку оно вводится непременно подчинительным союзом (либо подчинительной паузой). Придаточное предложение относится к одному из членов главного предложения (подлежащему, сказуемому или второстепенным членам), как относятся второстепенные члены предложения к главным или второстепенным. Тем самым такие придаточные предложения имеют то же значение, что имеют второстепенные члены предложения: значение дополнений, определений, приложений. Такие соподчинительные предложения получают тем самым значение распространённых предложений, причём второстепенные члены такого предложения находят выражение в придаточных предложениях. Такие предложения называются относительными, поскольку вводятся, как правило, относительными местоимениями и относительными наречиями. Тем самым первый вид соподчинительного сочетания представляет синтаксическую единицу, которая не находит себе соответствия в предложении. Второй вид, напротив, можно рассматривать как распространённое предложение^[9].

Шахматов пытается связать типологию сложного предложения в современном русском языке с собственным учением о двусоставном и односоставном предложении. Так, учёный находит аналогию между интонационной структурой подчинительного сочетания предложений и интонационным строем простого предложения (ход повышений и понижение на конце). Между строением соподчинённого сочетания предложений и простого предложения Шахматов обнаруживает следующие аналогии. Во-первых, как предложения, так и эти сочетания могут быть односоставными и двусоставными. Как правило, сочетания предложений являются односоставными; в том случае, если одно из обоих сочетавшихся предложений не может существовать без другого, — двусоставными (условные, уступительные, относительные, а также предложения следствия). Во-вторых, в соподчинённом сочетании, как и в односоставном предложении, выделяется один главный член (следовательно, одно главное предложение). Главным предложением Шахматов называет предложение соподчинительного сочетания, которое не вводится ни подчинительным словом, ни подчинительной паузой и которое формально могло бы служить полным выражением той или иной мысли. Придаточным учёный называет предложение, которое следует за подчинительным словом или подчинительной паузой и содержит выражение мыслей, которые можно назвать развитием мысли, содержащейся в главном предложении. По мнению академика В. Виноградова, шахматовская аналогия между типами сложного предложения и двусоставностью и односоставностью простого — «аналогия очень внешняя и схематическая». В понятия о двусоставности и односоставности применительно к типам сложных предложений вкладывается совсем другой смысл, чем по отношению к простым предложениям как выразителям «коммуникации»^[10].

По оценке академика В. Виноградова, в области сложного предложения Шахматов не выдвинул цельной новой теории, предложив «несколько интересных наблюдений». Шахматов больше ставит вопросы, чем разрешает их. Значение «предварительных и хоть очень внешних, но тем не менее ценных и новых наблюдений и замечаний Шахматова, относящихся к учению о сцеплении предложений, состоит прежде всего в том, что они побуждают современных исследователей синтаксиса сложного предложения к углублённому изучению структуры сцепляемых языковых частей или элементов, к исследованию соотносительного употребления форм времени и наклонения в зависимом и господствующем предложении, к дифференцированному осмыслению разных типов сцеплений предложений в рамках одной синтаксической категории»^[1].