Прогрессивный поп

Термин «прогрессивный» относится к широкому спектру попыток порвать со стандартными формулами поп-музыки с помощью таких методов, как расширенная инструментовка, персонализированные тексты песен и индивидуальная импровизация^[3]. Райан Рид из Treblezine признал, что жанр «звучит как оксюморон» и его трудно отличить от других жанров «не прищурившись». Он объяснил, что такая «неуловимость — это то, что делает „прог-поп“ скользким термином», хотя жанр можно определить по набору следующих характеристик:

Как и в рок-н-ролле, тональная структура прогрессивного попа разрушает гармонию как её основную организующую структуру. Однако, в отличие от рок-н-ролла, прогрессивный поп инвертирует принятые условности, иронично играя с ними, разрушая их или создавая их образы в новых и неожиданных формах^[5]. Некоторые стилистические особенности включают изменения в тональности и ритме или эксперименты с более крупными формами^{[6][прим. 1]}. Электронные методы, такие как эхо, фидбэк, стерео, громкость и искажения, могут быть использованы для создания у музыки впечатления пространства и бокового расширения^[5].

«Прогрессивный поп» изначально был обычным термином для прогрессивного рока^[8]. На последний жанр оказали влияние «прогрессивные» поп-группы 1960-х годов, которые сочетали рок-н-ролл с различными другими музыкальными стилями, такими как индийское рага, восточные мелодии и григорианские песнопения, такие как The Beatles и The Yardbirds^{[9][прим. 2]}. Первоначальная предпосылка жанра заключалась в поп-музыке, которая была создана с намерением слушать, а не танцевать, и противостояла влиянию менеджеров, агентов или звукозаписывающих компаний^[10]. В целом прогрессивная музыка создавалась самими исполнителями^[11].

В декабрьском выпуске Melody Maker от 1966 года попытались определить последние тенденции в поп-музыке. В этой статье, озаглавленной «Прогрессивный поп», Крис Уэлч классифицировал артистов, используя термины, ранее ассоциировавшиеся с джазом; в самый продвинутый из них, «Авангард», он поместил The Beatles, Cream, Love, The Mothers of Invention, Pink Floyd и Soft Machine, в то время как «Современная», следующая категория, включала The Byrds, Донован и The Small Faces^[12]. После выхода альбома The Beatles 1967 года Sgt. Pepper's Lonely Hearts Club Band, такие журналы, как Melody Maker, провели чёткую грань между «поп» и «рок», тем самым исключив «ролл» из «рок-н-ролла» (который теперь относится к стилю 1950-х годов). Единственными артистами, которые оставались «рокерами», были бы те, кто считался в авангарде композиционных форм, далёких от стандартов «дружественных к радио», поскольку американцы всё чаще использовали прилагательное «прогрессивный» для таких групп, как Jethro Tull, Family, East of Eden, Van der Graaf Generator и King Crimson^[13].

В 1970 году журналист из Melody Maker описал прогрессивный поп как музыку, привлекательную для масс, но менее доступную, чем «шесть недель в чартах и музыка „забудь об этом“ старых форм поп-музыки»^[14]. К концу 1970-х годов «прогрессивный поп» был примерно синонимом «рок-музыки»^[15]. Писатели Дон и Джефф Брейтхаупты определяют прогрессивный поп 1970-х и 1980-х годов как «более скудную породу стадионного рока», которая была производной от The Beatles^[16]. Продюсер Алан Парсонс, который работал инженером на альбоме The Beatles Abbey Road (1969 г.)^[17], вспомнил, что, хотя он считал некоторые из своих песен «чистой попсой», другие продолжали относить его группу (The Alan Parsons Project) к категории «прогрессивный рок». Парсонс подумал, что «прогрессивный поп» — лучшее название, объяснив, что «то, что сделало нашу музыку прогрессивной, — это эпическое звучание и оркестровка, которыми в то время занимались лишь немногие»^[18].

В середине 1960-х годов поп-музыка неоднократно совершала «набеги» на новые звуки, стили и техники, которые вдохновляли её слушателей на публичные выступления. Часто использовалось слово «прогрессивный», и считалось, что каждая песня и сингл должны были быть «прогрессией» от предыдущей^{[19][прим. 3]}. The Beach Boys и The Beatles были одними из первых прародителей прогрессивного попа благодаря таким альбомам, как Pet Sounds и Sgt. Pepper’s, соответственно^[4]. Автор Билл Мартин признаёт эти группы за наиболее значительный вклад в развитие прогрессивного рока, превратив рок из танцевальной музыки в музыку, предназначенную для прослушивания^{[22][прим. 4]}. До появления прогрессивного попа конца 1960-х годов исполнители, как правило, не могли определиться с художественным содержанием своей музыки^[24]. Лидеру Beach Boys Брайану Уилсону приписывают создание прецедента, который позволил группам и артистам входить в студию звукозаписи и выступать в качестве собственных продюсеров^[25].

Ссылаясь на количественное исследование темпов в музыке той эпохи, музыковед Уолтер Эверетт определяет альбом The Beatles 1965 года Rubber Soul как произведение, о котором «больше думали, чем танцевали», и альбом, который «положил начало далеко идущей тенденции» в замедлении темпов, обычно используемых в поп- и рок-музыке^[26]. В середине 1966 года, британский релиз альбома The Beach Boys Pet Sounds сопровождался рекламой в местной музыкальной прессе, в которой говорилось, что это «Самый прогрессивный поп-альбом за всю историю!»^[27]. Трой Смит из журнала Cleveland считает, что альбом «сделал группу родоначальниками прогрессивного попа, с первых аккордов сингла „Wouldn't It Be Nice“, в стиле стены звука»^{[28][прим. 5]}. В октябре за Pet Sounds последовал психоделический и тщательно аранжированный сингл «Good Vibrations». По словам Рида, песня стала «самой очевидной отправной точкой» в этом жанре^[4].

Пол Маккартни из The Beatles намекнул в 1967 году: «Нам, группе, немного наскучили постоянные 12 тактов, поэтому мы попытались заняться чем-то другим. Затем появился Боб Дилан, The Who и The Beach Boys. <…> Мы все пытаемся делать примерно одно и то же»^[30]. По мнению писателя Саймона Фило, прогрессивный поп у The Beatles была продемонстрирована в двухстороннем сингле «Strawberry Fields Forever» / «Penny Lane» (1967 г.)^[31]. В качестве ещё одного примера взаимного влияния между ними и The Beach Boys The Beatles продемонстрировали «парадоксальное лирическое содержание, сочетающееся с музыкой, которая была одновременно „молодой“ и „старой“, рок ориентированной и Tin Pan Alley, ЛСД и какао, прогрессивной и ностальгической» — все особенности, которые были разделены на Sgt. Pepper’s^[31]. Музыковед Аллан Мур пишет: «В то время Sgt. Pepper, казалось, ознаменовал совершеннолетие рок-музыки… Теперь, конечно, с измученными воспоминаниями, мы думаем об этом как о начале эпохи помпезности с разной степенью серьёзности… Вопрос после 1967 года заключался в том, следует ли доверять „прогрессивной“ поп-/рок-музыке, потому что она касалась проблем „более глубоких“, чем просто межличностные отношения. В конечном счёте, ответ оказался „нет“ (по крайней мере, до тех пор, пока более позднее поколение групп не открыло для себя радость от стилизации The Beatles)»^[32].

К концу 1960-х годов прогрессивный поп был воспринят с сомнением^[33] и незаинтересованностью^[34]. Пит Таунсенд из The Who размышлял о том, что «происходило много психоделической ерунды», имея в виду продвижение «мусора» в чартах, и что многие артисты, которые делали амбициозные работы, мгновенно были помечены как «претенциозные». Он верил: «Любой, кто был хоть сколько-нибудь хорош… более или менее снова становился незначительным»^[35]. В 1969 году писатель Ник Кон сообщил, что индустрия поп-музыки была разделена «примерно на 80 % уродливой и 20 % идеалистической», причём 80 % составляли «основную поп-музыку», а 20 % составляли «прогрессивный поп развитую до эзотерического чувства». Он предсказал, что через 10 лет жанр будет называться другим именем (возможно, «электрическая музыка») и что его отношение к поп-музыке будет таким же, как между артхаусными фильмами и Голливудом^[36]. Хотя прогрессивный поп не «превратился в культ меньшинства», как писал Кон год спустя, «в Англии я был не совсем неправ… Но в Америке я полностью растерялся — нация Вудстока продолжала расти, и, несмотря на всю его серьёзность и притязания на поэзию, кто-то вроде Джеймса Тейлора достиг такой же массовой привлекательности, как и более ранние звёзды»^[37].

Прогрессивный рок (также известный как арт-рок) появился в 1970-х годах, непосредственно после сочетания классической грандиозности и поп-экспериментализма 1960-х годов^[9]. Несмотря на то, что он приобрёл широкую популярность, с 1976 года продажи этого жанра снизились, и его стали реже воспроизводить на FM-радио^[38]. По словам братьев Брейтхаупт, это создало вакуум для «множества новых, более мягких „серьёзных“ групп, чей юмор (Queen), поп-ум (Supertramp) и стиль (Roxy Music) обеспечили бы их выживание в восьмидесятые. <…> они отвечали мелодическим требованиям AM-радио, в то же время создавая продуманную, оригинальную работу»^[16]. Такие группы, как Queen и Electric Light Orchestra (ELO), играли прогрессивный поп, основанный на прог-роке, без ущерба для их успеха в чартах^[39]. Рид охарактеризовал песню ELO «Mr. Blue Sky» как «окончательное заявление» Джеффа Линна из ELO, который «наполнил калейдоскопические пост-Peppers песни The Beatles симфоническим величием»^{[4][прим. 6]}.

Джефф Даунс из The Buggles, который считал свою группу продолжением прогрессивных традиций ELO и 10cc, говорит: «Те ранние записи 10cc, такие как дебютный альбом 1973 года и Sheet Music, были довольно популярны, и Godley & Creme пошли ещё дальше. Даже у ABBA были довольно сложные партии в их музыке. Нам нравились все эти студийные хитрости и эксперименты. Параллельно с этим были такие группы, как Yes, которые экспериментировали в студии в более прогрессивном рок-формате»^[41]. Основатель Porcupine Tree Стивен Уилсон высказал мнение, что в 1970-х и 1980-х годах были «чрезвычайно амбициозные» записи в стиле прогрессивного попа, которые были «вполне доступны на поверхности, но если вы решили взаимодействовать с ними на более глубоком уровне, вы могли найти слои в производстве, музыкальности и некоторых продуманных текстах»^[42].

Прог-поп пластинки продавались плохо и стали немодными после появления таких жанров, как нью-вейв и панк-рок^[4]. К концу 1970-х эпоха звукозаписывающих лейблов, инвестирующих в своих артистов, предоставляющих им свободу экспериментировать и ограниченный контроль над их контентом и маркетингом, закончилась^[43]. A&R начали проявлять всё больший контроль над творческим процессом, который ранее принадлежал исключительно артистам^[44]. Некоторые из крупных прогрессивных групп перешли к более коммерческому звучанию и преуменьшили значение арт-музыки. К началу 1980-х годов преобладало мнение, что стиль прог-рок, как таковой, прекратил своё существование^[45].

Некоторые популярные поп-группы, такие как Tears for Fears, продолжили традиции прог-попа^[4]. В 1985 году Саймон Рейнольдс отметил, что движение новой поп-музыки попыталось «преодолеть» разрыв между «прогрессивной» поп-музыкой и её массовым или чартовым аналогом, описав их общие отношения как «отношения между мальчиками и девочками, средним классом и рабочим классом»^[2]. В 2008 году Джон Рэй из New York Times обсуждал «возвращение группы из одного человека», наблюдая недавнюю тенденцию прогрессивного попа, в которой участвовали большие группы или коллективы «с презрением к чётко определенным иерархиям», отмечая в качестве примера таких исполнителей, как Arcade Fire, Broken Social Scene и Animal Collective^[46].