Нашхой

Название тайпа Нашхой в современной научно-публицистической литературе неразрывно связано с исторической областью Нашха. В ряде работ они выступают как синонимы — часто авторы, говоря о Нашхой/Нашха, подразумевают и этногруппу нашхойцев, и территорию их первоначального расселения. Советский исследователь чеченского языка А. Г. Мациев, сообщал, что в отличие от остальных чеченцев, использующих самоназвание нохчий, представители тайпа Нашхой называют себя иначе — нашха^[11].

Существует гипотеза А. Г. Мациева, согласно которой имя общества/области Нашхой/Нашха могло послужить основой для эндоэтнонима чеченцев — нохчий^[11] (см. Нохчий. Этимология). Также этот вариант этимологии посчитали заслуживающим внимания такие известные чеченские учёные, как лингвист, д.фил.н., профессор И. Ю. Алироев^{[~ 2]} и д.и.н., профессор Ш. Б. Ахмадов^[12].

6. Чармхой (с Чармах)

По мнению ряда учёных первоначальная область расселения нашхойцев — Нашха, является прародиной многих нахских обществ^[13], часть чеченских тайпов (возможно свыше 20^{[~ 6]}) возводит своих предков к выходцам из этой исторической области^[14]. Согласно большинству преданий Нашха считается местом древнейшего поселения чеченцев, поэтому среди них издавна бытует мнение, что если кто-либо выходец из Нашха — то он коренной житель Чечни^[11]. В работе «Чеченский тайп в период его разложения» М. Мамакаев пишет: «Характерно отметить здесь и такую деталь, что нохчмахкойцы своей древней родиной считают Нашха (местечко в районе Галанчожа), хотя с незапамятных времен и живут на территории своего нынешнего поселения». Этнограф Саидов И. М. в работе «Мехкан кхел» пишет: «По преданиям, все ичкерийские (Нохчмохкские) тайпы: Бенойцы, Белгатойцы, Дышни, Цонтаройцы, Эрсонойцы и другие, от которых произошли и некоторые другие тайпы, являются потомками «родных братьев», «братство» это, согласно преданиям, зафиксированным и русскими исследователями досоветского периода, было закреплено ещё в Нашхе в период нахождения там общенахского Совета старейшин страны (Мехкан кхел)». ДНК проект Chechen-Noahcho-Dna-Project подтверждает родственные связи Нашхойцев с тайпами тукхума Нохчмахкахой, чеченцам Нашхойцам родственны: Гендарганой, Зандакой, Чартой, Пешхой, Туркой, Ишхой и так же другие чеченские тайпы.

Самих нашхойцев, согласно традиционной чеченской этноиерархии, также называют тайпом, причём считается, что он один из крупнейших^[11] и не входит ни в один из тукхумов. Согласно Ш. Б. Ахмадову (2002) в прошлом в обществе Нашхой находился важный вайнахский центр самоуправления — один из «Советов старейшин»^[12] (не следует путать с другим вайнахским институтом самоуправления — Мехк-кхелом — «Советом/судом страны»).

Мозарга — разв. на з. окр. об-ва Нашха. Аул входил в общество Аьккха. Из Мозарга вышли все равнинные аьккхи — ара-аьккхи, имеют несколько вариантов названий: карабулаки, ауховцы (чеч. авхой), эргIастой, орстхой, балой. // А. Сулейманов «Топонимия Чечни», раздел: "Нашха, микротопонимия Тестархой". Нальчик: "Эль-Фа", 1997.

По утверждению чеченского исследователя-краеведа, педагога и народного поэта А. С. Сулейманова, который тактично обходит вопрос депортации, нашхойцы «из-за трудных условий гор давно оставили свои аулы и широко расселились в плоскостных [то есть равнинных] городах и сёлах»^[15]. Однако, вероятно, значительная часть нашхойцев проживала на своей исторической родине — Нашха до 1944 года, когда произошла депортация местного населения в Казахстан^[16].

По утверждению чеченского учёного Р. Арсанукаева в формировании чеченского общества Карабулаков (Карабулаки - Орстхой) приняли участие тайпы: Галай, Мержой, Цечой, Аьккхий, Нашхой.

Нашхойцы и Балой (Балойцы) : В конце XVII века в Галанчожской котловине и вокруг нее жили чеченские тейпы Аьккхий, Нашхой, Пешхой, ЦIечой, Галай, Мержой, Ялхарой, которые, по преданию, в более древние времена объединялись одним племенным названием «Балой.» Труды: «Леча Ильясов. Тени вечности. Раздел - Нашх.»

Иоганн Гюльденштедт считал, что черкесы называли карабулакскую реку Балсу (ныне Гехи, приток Сунжи, расположенный между двумя другими притоками Аргун и Асса), поэтому орстхойцев, живших по реке Балсу, они называли балой. В некоторых исторических документах XVIII века встречается также название баосурцы. Труды: Волкова Н. Г. Этнический состав населения Северного Кавказа в XVIII-начале XX века. «Наука», 1974, 275 с.

• «Леча Ильясов. Тени вечности.»
  • Волкова Н. Г. Этнический состав населения Северного Кавказа в XVIII-начале XX века. «Наука», 1974, 275 с.

Нашхойцы занимают истоки Верхней Гехи, т. е. ее восточный рукав (западный рукав этой реки заселен акинцами) и долины, покрытые лесом, у подножия Нашгой-Ламы. Численность населения этих двух племен достигает 4000 душ, из них 600 человек — воины. Труды: «Иоганн Бларамберг. Топографическое, статистическое, этнографическое и военное описание Кавказа. Глава III. Мычкизы.» Раздел: Независимые чеченцы - Нашхойцы.

Нашхойцы поддержали Имама Шамиля, приняли участие во многих войнах. Наиб округа Нашха: Алдам Нашхинский. Нашхойцы вместе с другими чеченскими тайпами участвовали в известном сражении против царских войск на реке Валерик. Битву на реке Валерик описывают, как «одну из самых кровавых и масштабных в истории кавказской войны».

Броневский о независимых чеченцах, куда входят и Нашхойцы (Нешахай). :

«Независимые или неприязненные Чеченцы живут, начиная от подошвы Черных гор на Полдень, в самые горы до высокого шиферного хребта, по рекам, впадающим в Аксай и в Сунжу, наипаче по реке Аргуне, или Быстрой.»

«Нешахай, Кагутхай, Мелей, на Аргуне, одна выше другой и первое выше Шабета.

Нашехи, в самых вершинах Фартама.»

«Всех деревень, принадлежащих Независимым и Горным Чеченцам, числится до 50. Они-то славнейшие в Кавказе разбойники. Приходят к Российским границам малыми шайками от 5 до 20 человек;» «живут по нескольку дней в камышах и кустарниках, подстерегая неосторожных путешественников или работающих в полях худо вооруженных землевладельцев. Как скоро захвачена добыча, перевязывают пленника под пахи длинною веревкою и тащат за собою чрез Терек вплавь; буде же он не умеет плавать, всячески ему помогают и не допускают утонуть,» «Потом завязывают ему глаза и, посадив на лошадь, возят взад и вперед по горам и лесам, но не вдруг привозят до назначенного места, дабы рассеявши таким образом внимание пленника, отнять у него все способы к побегу. Ежели пленник значущий или зажиточный человек, Офицер, купец, словом, такой, за которого они могут получить большой выкуп, то приковывают за шею, за ногу и за руку к стене, худо кормят, не дают спать и потом чрез несколько дней приносят бумагу, перо и чернило и приказывают ему писать, куда знает, письма с объявлением назначенной выкупной цены. Письма чрез третьи руки немедленно доходят до Российской границы. Коль скоро они получают чрез посредника своего обнадеживание, что мученик их произвел сожаление и есть надежда, что будет выкуплен, дают ему несколько свободы, хорошо кормят и стараются о сохранении его здоровья. Но буде пленник из простых людей, не стоющих труда, чтобы их мучить, то годных к продаже отвозят в Андреевскую деревню (Андреевская деревня не составляет ныне сей постыдной ярманки, как выше было замечено, и вообще область Чеченская получила вероятно чрез построение крепостей новое образование, которое однако нам неизвестно.), главную в сей стороне ярманку, а старых и увечных определяют в пастухи, которые, обжившись там, нередко женятся и остаются на всегдашнее жительство.»

Общие замечания.

«Таково главнейшее упражнение Чеченцов, обнаруживающее зверской их образ жизни в высшей степени. Мирные Чеченцы, не смея то же делать явным образом, помогают своим соседям, покрывая их разбои;» «Чеченцы не имеют своих Князей, коих они в разные времена истребили, а призывают таковых из соседственных владений, из Дагестана и Лезгистана, наипаче от колена Аварского Хана; но сии Князья малою пользуются доверенностию и уважением. Со времени проповедника Ших-Мансура Чеченцы всеобще приняли Магометанский закон или утвердились в оном; управляются они выборными старшинами, духовными законами и древними обычаями. Дружба (куначество) и гостеприимство соблюдается между ними строго по Горским правилам, и даже с большею против прочих народов разборчивостью; гостя в своем доме или кунака в дороге, пока жив, хозяин не даст в обиду. Из ружья стреляют метко, имеют исправное оружие и сражаются большею частию пешие. В сражении защищаются с отчаянною храбростию, которую можно назвать ожесточением, ибо никогда не отдаются в плен, хотя бы один оставался против двадцати, и буде кому случится нечаянно быть схвачену, такая оплошность причитается семейству его в поношение. Одежда их подходит на Черкесскую, равно как и вооружение;» «Чеченцы отличаются от всех Кавказских народов оплошным непредвидением, ведущим их к явной гибели. Все соседи их, Кабардинцы, Ингуши, Аксаевцы, Дагестанцы и Лезгины почитают их за злейших себе неприятелей, ибо Чеченцы так обуяли в злодействе, что никого не щадят и не помышляют о будущем. Нередко сами Старшины их подают им благоразумные советы, наклоняя к лучшей жизни и наипаче изъявляя желание пребывать в мире с Россиею, но ветреники их, как они называют своих зачинщиков или разбойничих атаманов, на то не соглашаются.» Труды: «БРОНЕВСКИЙ С. М. НОВЕЙШИЕ ИЗВЕСТИЯ О КАВКАЗЕ ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ГЛАВА ТРЕТИЯ»

Нашхойцы являлись/являются носителями нашхоевского говора галанчожского диалекта (аккинско-орстхойское наречие - также иногда называлось галанчожским наречием) чеченского языка^{[17][18][19][20][21]}.