Милорадович, Михаил Андреевич

Михаил Милорадович родился 1 (12) октября 1771 года. Происходил из дворян Полтавской губернии^[2][3].

По линии отца происходил из сербского дворянского рода Милорадовичей-Храбреновичей из Герцеговины и приходился правнуком сподвижнику Петра I Михаилу Милорадовичу. По линии матери происходил из рода малороссийских казацких полковников.

Отец Михаила Милорадовича, генерал-поручик А. С. Милорадович, был наместником Малороссии в 1779—1783 годах, после разделения Малороссии на губернии был Черниговским наместником.

Мать, Мария Горленко, была правнучкой прилуцкого полковника Д. Л. Горленко, который в 1705 году был наказным гетманом при Иване Мазепе во время Северной войны против шведов. Её отцом был Андрей Горленко, последний Полтавский полковник Войска Запорожского, в российской армии имел чин бригадира. Её дядей по отцу был Иоаким Горленко, который в 1745—1748 годах был наместником старейшей в России Троице-Сергиевой Лавры.

Отец Милорадовича просил Екатерину II вместо предназначенного ему ордена записать сына в лейб-гвардии Измайловский полк^[4], что и было сделано. Поэтому в 1787 году (в 16 лет) Милорадович уже имел чин прапорщика, а генералом стал в 27 лет. В 1783—1787 годах (в возрасте 12—16 лет) обучался в университетах Германии и Франции вместе со своим двоюродным братом Г. П. Милорадовичем. Братья изучали французский и немецкий языки, арифметику, геометрию, историю, архитектуру, юриспруденцию, рисование, музыку и фехтование, военные науки: фортификацию, артиллерию и военную историю. Они учились в Кёнигсбергском университете (где среди их учителей был философ И. Кант), в Гёттингене, затем для усовершенствования военных знаний отправились в Страсбург и Мец.

4 апреля 1787 года он был произведён в прапорщики Измайловского лейб-гвардии полка. В чине поручика участвовал в Русско-шведской войне 1788—1790 годов.

1 января 1790 года Милорадович был произведён в поручики, 1 января 1792 года — в капитан-поручики, 1 января 1796 года — в капитаны, 16 сентября 1797 года — в полковники того же полка. С 27 июля 1798 года его произвели в генерал-майоры и назначили шефом Апшеронского мушкетёрского полка.

Осенью 1798 года со своим полком он вошёл в пределы союзной России Австрии, весной следующего года был уже в Италии. Участвовал в Итальянском и Швейцарском походах; всегда шёл в атаку впереди своего полка, и не раз его пример оказывался решающим для исхода боя. Суворов уважал Милорадовича и назначил его дежурным генералом.

По возвращении в Россию Милорадович со своим полком стоял на Волыни. В 1805 году в составе сил антинаполеоновской коалиции возглавил один из отрядов, направленных на помощь австрийцам. За проявленные качества получил чин генерал-лейтенанта и другие награды. Принимал участие в сражении при Аустерлице. В русско-турецкой войне 1806—1812 гг. — командир корпуса, который 13 декабря 1806 года освободил от турок Бухарест, в 1807 году нанёс им поражение в битвах при Турбате и Обилешти. 29 сентября 1809 года за победу при Рассевате был произведён в генералы от инфантерии. В апреле 1810 года он был назначен Киевским военным губернатором. В сентябре 1810 года он был уволен в отставку по прошению, но 20 ноября того же года вновь принят на службу и назначен шефом Апшеронского полка, а 12 декабря — киевским военным губернатором.

Пребывание Милорадовича на посту Киевского военного губернатора было отмечено созданными им максимально комфортными условиями службы подчинённых ему чиновников, а также атмосферой необыкновенной толерантности и доброжелательности относительно киевского общества. Пышные балы, которые Милорадович давал в Мариинском дворце Киева, куда публика нередко являлась в национальных костюмах, до сих пор остаются городской легендой.

9 июля 1811 года на киевском Подоле начался разрушительный пожар, уничтоживший почти весь нижний город. Основная часть подольских строений была деревянной, поэтому количество жертв и масштаб разрушений, причинённых стихийным бедствием, был огромен. Военный губернатор лично руководил тушением пожара. Вечерами он возвращался домой в шляпе с обгоревшим плюмажем. Через неделю после пожара Киевское губернское правление донесло Милорадовичу об огромных убытках: подольские мещане, ремесленники и купцы остались без крыши над головой и средств к существованию. 22 сентября 1811 года Милорадович отослал императору доскональный план выплат компенсаций погорельцам. Однако предложения Милорадовича не имели успеха у министров и были признаны неудобными к приведению их в действо и «несоответствующими благотворительному намерению государя императора».

Между тем киевляне штурмовали своего губернатора с требованием предоставления им немедленной помощи, собираясь в противном случае писать петицию с описанием их плачевного положения к самому императору. Милорадовичу стоило немалых усилий отговорить их от приведения в исполнение этого намерения. Неоднократные бесплодные попытки Милорадовича ускорить процесс решения в верхах судьбы киевских подолян закончились тем, что он обратился за помощью к частным лицам — киевскому дворянству, которое охотно оказало помощь, и таким образом кризис, возникший после стихийного бедствия, удалось преодолеть.

В июле 1812 года Милорадович получил письмо от Александра І, в котором ему поручалась мобилизация полков Левобережной, Слободской Украины и юга России для «расположения оных между Калугою, Волоколамском и Москвою».

С 14 (26) августа 1812 года Милорадович сформировал войсковой отряд для действующей армии между Калугой и Волоколамском и Москвой против Наполеона Бонапарта, и с этим отрядом участвовал в боевых действиях. В Бородинском сражении командовал правым крылом 1-й армии. Затем возглавил арьергард, сдержал войска французов, чем обеспечил отход всей русской армии. Главным качеством, снискавшим уважение среди своих солдат и противника, была храбрость, бесстрашие, граничащее с безрассудством. Его адъютант, поэт и писатель Фёдор Глинка оставил словесный портрет Милорадовича во время боя:

Именно Милорадович договорился с И. Мюратом о временном перемирии при оставлении русскими войсками Москвы. В сражении при Малоярославце Милорадович не дал французам сразу опрокинуть русские войска. При преследовании наполеоновской армии арьергард генерала Милорадовича превратился в авангард русской армии.

22 октября (3 ноября) 1812 года состоялось сражение под Вязьмой авангарда русской армии под командованием генерала Милорадовича и донского атамана М. И. Платова (25 тыс. чел.) с 4 французскими корпусами (всего 37 тыс. чел.), окончившееся блестящей победой русских войск, в результате которого французы потеряли 8,5 тыс. чел. убитыми, ранеными и пленными. Урон русских составил около 2 тыс. чел.

Наибольшую известность и славу Милорадович приобрёл как один из самых опытных и умелых авангардных начальников русской армии, который успешно преследовал французов до границ Российской империи, а затем и в заграничном походе. За успешные действия своего корпуса Милорадович 9 февраля 1813 был пожалован званием генерала, состоящего при Особе Его Величества^[5], и первым получил право носить на эполетах вензель императора Александра I. За умелое руководство войсками в заграничном походе именным высочайшим указом, от 1 мая 1813 года, генерал от инфантерии Михаил Андреевич Милорадович был возведён, с нисходящим его потомством, в графское Российской империи достоинство. В качестве девиза он избрал слова: «Прямота моя меня поддерживает». В битве под Лейпцигом в октябре 1813 года он командовал русской и прусской гвардиями. В марте 1814 года участвовал во взятии Парижа. 16 (28) мая 1814 года назначен командующим пешим резервом действующей армии, 16 ноября — командующим гвардейским корпусом.

Назначен 19 августа 1818 года санкт-петербургским военным генерал-губернатором, управляющим и гражданской частью, и членом Государственного совета. Чтобы изучить действующее законодательство, нанял профессора юриспруденции Кукольникова. За 8 дней до назначения А. Я. Булгаков писал брату в Москву: «Точно то, что Милорадович сюда военным генерал-губернатором, и он принимает поздравления уже и говорит: „Я истреблю воровство, как истреблял Неевы колонны в Красном“»^[6].

Круг обязанностей военного генерал-губернатора был очень широк, к тому же ему подчинялась и полиция города. Милорадович занялся улучшением состояния городских тюрем и положения заключённых, организовал антиалкогольную кампанию, уменьшив количество кабаков в городе и запретив устраивать в них азартные игры.

В 1820 году допрашивал А. С. Пушкина по поводу его антиправительственных стихов и фактически спас его от ссылки в Соловецкий монастырь или Сибирь. Был страстным театралом, с 1821 года возглавлял Комитет для составления нового проекта об управлении театрами^[8].

Врачом генерала на протяжении многих лет был Василий Буташевич-Петрашевский — отец будущего революционера М. В. Петрашевского.

После внезапной смерти Александра I в ноябре 1825 года вопрос о престолонаследии оказался неясным. По закону престол должен был занять следующий по старшинству брат Константин Павлович. Константин заранее отрёкся от наследования престола, однако об этом было неизвестно даже Николаю Павловичу, стоявшему следующим в очереди престолонаследия^[9].

До обнародования секретного документа об отречении Константина под давлением М. А. Милорадовича великий князь Николай Павлович поспешил отказаться от прав на престол в пользу Константина^[9][10]. 27 ноября (9 декабря) население Петербурга, а несколькими днями позже и Москвы было приведено к присяге Константину, несмотря на то, что официального манифеста о вступлении на престол не появилось. В первые дни после кончины монарха сам Николай Павлович принёс присягу Константину, что придало ситуации двусмысленный характер. Начался опасный период междуцарствия, которым решили воспользоваться члены Северного тайного общества.

Во время междуцарствия как военный генерал-губернатор столицы Милорадович прикладывал усилия для сохранения в городе порядка и приведения к присяге Константину столичных учреждений. После вскрытия актов с манифестом Александра и письменным отречением Константина Милорадович признал законность перехода престола к Николаю и содействовал подготовке к повторной присяге, несмотря на то, что осознавал риск оппозиции в гвардейских частях^[11].

Утром 14 (26) декабря 1825 года, когда части гвардии, отказавшиеся приносить присягу Николаю, были выведены руководителями восстания на Сенатскую площадь, Николай приказал стянуть верные войска к Дворцовой и Сенатской площадям, а Милорадовичу — вывести на площадь Конный лейб-гвардии полк. Попытка поднять конногвардейцев успеха не имела: полк уклонялся от выступления. Тогда Милорадович решил действовать самостоятельно. В сопровождении адъютанта А. П. Башуцкого он направился на Сенатскую площадь и обратился к солдатам и офицерам бунтующего Московского лейб-гвардии полк. Чтобы убедить восставших вернуться в казармы Милорадович использовал свой авторитет как героя Отечественной войны 1812 года. В своей речи он настаивал на законности воцарения Николая после добровольного отречения Константина. Обнажив подаренную ему Константином Павловичем шпагу, Милорадович прямо говорил войскам, что сам желал бы видеть Константина на престоле, но «он отказывается». По свидетельствам очевидцев, речь Милорадовича имела успех у восставших: в строю появились колебания. В этой ситуации руководители восстания решили пресечь речь генерала^[12][13].

Князь Е. П. Оболенский, вырвав у солдата ружьё, потребовал, чтобы Милорадович отъехал, и, получив отказ, нанёс ему штыком ранения в бедро и в бок. Почти одновременно П. Г. Каховский выстрелил в Милорадовича из пистолета. Генерал был тяжело ранен и едва удержался в седле. Башуцкий поддержал его и помог перенести в казармы Конной гвардии неподалёку от площади^[14][13].

Дальнейшие события реконструируются по медицинским и мемуарным свидетельствам. Время ранения исследователи определяют как промежуток между полуднем и половиной первого дня. Первую квалифицированную помощь, согласно данным судебно-медицинского анализа, Милорадовичу оказал полковой врач Конной гвардии И. Габерзанк; примерно в 13:10 была наложена давящая повязка для остановки кровотечения. Затем прибыли лейб-медики И. Рюль и А. Крейтон. По настоянию раненого операцию по извлечению застрявшей под левой лопаткой пули выполнил В. М. Петрашевский. Осмотрев пулю при свете свечи, Милорадович произнёс: «Слава Богу, пуля не солдатская!». Несмотря на то, что генерал сохранил сознание и ясность речи, потеря крови оказалась критичной; в 15 (27) декабря 1825 года в 14:45 Милорадович скончался. Погребение состоялось 21 декабря 1825 (2 января 1826) года в Александро-Невской лавре^[15].

После подавления Восстания декабристов Верховным уголовным судом Каховский был приговорён к смертной казни четвертованием (заменён на повешение, приведён в исполнение), а Е. П. Оболенский — к гражданской смерти и ссылке на каторжные работы (позже срок был сокращён до 13 лет). Так как участие в убийстве Милорадовича было лишь одним (и не самым тяжким) эпизодом их обвинения, баллистическая экспертиза не проводилась. Пистолет, из которого был произведён смертельный выстрел, в материалах следствия также не фигурировал, потому в деле остался ряд процессуальных лакун, связанных с убийством Милорадовича^[16][12][17].

Официально женат не был. После гибели Милорадовича в его дворце нашли сундук, полный писем от влюблённых в него женщин^[2].

Во время Отечественной войны 1812 года, когда имя Милорадовича было у всех на устах, в него были влюблены знаменитые женщины того времени:

• Французская писательница (которая выступала против Наполеона с момента его появления в политике), баронесса Анна де Сталь писала жене Михаила Кутузова, с которой была дружна, письмо, в котором прозрачно намекала, что хотела бы стать женой генерала Милорадовича: «Боже мой, как завидую я Вам, я не знаю судьбы более прекрасной, чем быть женой великого человека! Будьте так добры, сказать генералу Милорадовичу, что я готовлю ему лавровый венок, как достойному сподвижнику своего полководца. Тысячу приветствий»^[18].
• Богатейшая невеста России, молодая красавица графиня Орлова-Чесменская подарила Милорадовичу семейную реликвию — осыпанный бриллиантами меч её отца, тот самый меч, которым Екатерина II наградила А. Г. Орлова за великую победу русского флота в Чесменском сражении.

Около 1820 года он был увлечен Ольгой Потоцкой (которая была дочерью знаменитой греческой авантюристки Софии Потоцкой), но к браку его ухаживания не привели.

В апреле 1821 Милорадович был назначен на должность президента Театрального комитета России. В этой должности он инспектировал театры и театральные училища. Вероятно в 1821 году он познакомился с ведущей балериной Большого театра Катенькой Телешевой (1804 года рождения), которая была моложе графа на 33 года.

• Орден Святой Анны 1-й степени (14 мая 1799, за отличие при Лекко)
• Орден Святого Иоанна Иерусалимского, командорский крест (6 июня 1799, за отличие при Басиньяно)
• Алмазные знаки к Ордену Святой Анны 1-й степени (13 июня 1799, за отличие при Треббии)
• Алмазные знаки к Ордену Святого Иоанна Иерусалимского (20 сентября 1799, за отличие при Нови)
• Орден Святого Александра Невского (29 октября 1799, за отличие в Швейцарии)
• Орден Святого Георгия 3-й степени (12 января 1806, за отличие в кампанию 1805 года)
• Орден Святого Владимира 2-й степени (16 марта 1807, за отличие против турок)
• Золотая шпага с алмазами и надписью «За храбрость и спасение Букарешта» (23 ноября 1807)
• Алмазные знаки к Ордену Святого Александра Невского (26 августа 1812, за отличие при Бородино; Высочайший рескрипт 15 октября 1817)
• Орден Святого Георгия 2-й степени (2 декабря 1812, за отличие в кампанию текущего года)
• Орден Святого Владимира 1-й степени (2 декабря 1812, за отличие в кампанию текущего года)
• Императорский вензель на эполеты (9 февраля 1813, за занятие Варшавы)
• Титул графа Российской империи (1 мая 1813, за отличия в сражениях в апреле — мае)
• Золотая шпага с лаврами (1813, за отличие при Кульме)
• Орден Святого Андрея Первозванного (8 октября 1813, за отличие под Лейпцигом)
• Знак отличия Военного ордена (8 октября 1813, за отличие под Лейпцигом)
• серебряная медаль «В память Отечественной войны 1812 года»
• бронзовая медаль «В память Отечественной войны 1812 года»
• Алмазные знаки к Ордену Святого Андрея Первозванного (30 августа 1821)

Иностранные

• Орден Святых Маврикия и Лазаря, большой крест (Сардинское королевство, 1799)
• Военный орден Марии Терезии, командорский крест (Австрия, 1799)
• Австрийский орден Леопольда, большой крест (Австрия, 1813)
• Орден Чёрного орла (Пруссия, 1814)
• Орден Красного орла 1-й степени (Пруссия, 1814)
• Кульмский крест (Пруссия, 1816)
• Военный орден Максимилиана Иосифа, большой крест (Бавария, 1814)
• Орден Верности, большой крест (Баден, 1814)

• В Киеве — Губернаторский дворец (1810—1812)
• В Санкт-Петербурге — Большая Морская улица, 38 (1824 — 14 декабря 1825)

Поэт Фёдор Глинка, служивший под началом Милорадовича, в 1812—1816 годах написал о нём несколько стихотворений.

4 декабря 2015 года в Петербурге у Московских ворот был открыт первый в России памятник графу М. А. Милорадовичу. Скульптор — Чаркин, архитектор — Романовский^[19][20][21].

В 2012 году Центральным банком Российской Федерации была выпущена монета (2 рубля, сталь с никелевым гальваническим покрытием) из серии «Полководцы и герои Отечественной войны 1812 года» с изображением на реверсе портрета генерала от инфантерии Милорадовича^[22].

В 1912 году была выпущена юбилейная земская марка Краснинского уезда, посвященная 100-летию участия Милорадовича в Сражении под Красным.

В кино роль Милорадовича исполняли:

• «Суворов» (1940) — Николай Арский.
• «Звезда пленительного счастья» (1975) — Дмитрий Шипко.
• «Граф Монтенегро» (2006) — Александр Домогаров.
• «Дело декабристов» (2016) — Андрей Благословенский.
• «Союз спасения» (2019) — Александр Домогаров.

• Халилов — марш «Генерал Милорадович».

с 26 августа 1912 года — имя генерала графа Милорадовича стал носить 38-й пехотный Тобольский полк.