Калицтлауака

Археолог Хосе Гарсиа Пайон в 1930‑х годах проводил раскопки монументальной архитектуры в Калицтлауаке и восстановил ряд храмов и других зданий. Наиболее примечательны из них^[1]:

• Памятник № 3 — круглый храм, посвящённый ацтекскому богу ветра Эекатлю.
• Памятник № 17 — предполагаемый дворец правителя.

Архитектура и каменная скульптура на объекте похожи на те, что встречаются на других ацтекских памятниках среднего и позднего постклассического периода (1100—1520 гг. н. э.) в центральной Мексике. В 1930 году сохранившаяся площадь памятника составляла 144 га, на XXI век — всего 116 га^[3].

В период с 1988 по 1998 год были реализованы проекты по сохранению и защите объекта. Они включали дренажные работы, выравнивание некоторых участков, установку сигнальных систем, введение правил посещения объекта и меры защиты от урбанизации. В 1998 году археолог Хорхе Вильянуэва Вильяльпандо восстановил южную стену восточного фасада Строения III, которая была повреждена в результате постоянных сильных ветров.

В 2002 году археолог Майкл Э. Смит инициировал новый исследовательский проект в Калицтлауаке. Проект спонсировался Университетом штата Аризона и Национальным научным фондом, полевые работы начались в 2006 году с интенсивного обследования всего участка. В 2007 году был раскопан ряд домов и террас, что впервые позволило получить данные о повседневной жизни жителей Калицтлауаки^[4].

Считается, что первыми поселенцами этого региона были кочевые индейцы, которые приезжали сюда сезонно. Ласаро Мануэль Муньос ещё в XVIII—XIX веке утверждал, что матлацинки, или их кочевые предки, посещали это место по крайней мере в 640 году до н. э. Эта теория согласуется с теорией Лоренцо Ботурини. Также известно, что группы охотников‑собирателей отоми проживали 3000 лет назад у ныне высохшего озера, которое питалось талой водой с Невадо‑де‑Толука. Впоследствии прибыли матлацинки и основали небольшое поселение, которое со временем оказалось под культурным влиянием тольтеков. Также считается, что этническая группа матлацинка принадлежала к семье науа, которая ранее вторглась на эту территорию^[5].

Город Текасик был завоёван мешиками и попал под власть ацтеков примерно в 1476 году н. э., во время правления тлатоани Ашаякатля. Поскольку город был разрушен, ацтеки построили новый город и назвали его Калицтлауака^[4].

В 1510 году матлацинки попытались положить конец ацтекскому господству, и Монтесума II приказал разрушить город. Жители бежали на запад, в Мичоакан. Позже город был заново заселён различными группами, которые занимались земледелием и животноводством. Среди образованных общин Толокан, Тенансинго, Окуилан, Калимая и Тепемаксалько, последний из которых был самым крупным^[4].

Земли народа матлацинка считались важным районом выращивания кукурузы, и это, возможно, было основной причиной повторяющихся вторжений, начиная с эпиклассического периода. Сначала регион подвергся нападениям со стороны тольтеков, а затем — со стороны конфедераций чалка в XII веке^[6].

Регион был разделён на три альтепетля, два из которых стремились сохранить независимость и, возможно, объединиться с пурепечами Мичоакана, третий же альтепетль (Толокан) стремился к союзу с ацтеками. Это разделение вызвало миграцию матлацинка в другие регионы, такие как Тирипитио, Андарапео, Уэтамо, Чаро и Ундамео^[6].

Ашаякатль, ацтекский хуэ‑тлатоани Теночтитлана (1469—1481), сражался против Куэкстапалина, генерала Матлацинко, чья рогатка ранила Ашаякатля в ногу, нанеся ему тяжёлую травму, и безуспешно пытался взять его в плен. Позже ацтеки вернулись со своими союзниками из Толокана и сразились с матлацинками в 1474 году. В результате они взяли в плен 11 070 человек для принесения в жертву в Теночтитлане. Это позволило предотвратить дальнейшие восстания в регионе, и переселить семьи народа науа в Калицтлауаку.

С 1482 по 1484 год произошла ещё одна попытка восстания в Матлацинко, но тлатоани Тисок разрушил храмы Калицтлауаки, увековечив победу в каменном рельефе. Последняя попытка восстания случилась в 1510 году, и ацтекский тлатоани Монтесума II приказал уничтожить этот район, что привело к эмиграции его жителей в Мичоакан^[6].

По результатам проведённых исследований были установлены следующие периоды заселения Калицтлауаки^[6].

• Доклассический период (1500—200 гг. до н. э.) характеризуется небольшими глиняными наконечниками типов A, B, C, D и F, а также стенами, построенными с помощью глины. Эти стены являлись частью системы террас на холме Тенисмо, где располагались некоторые жилые постройки. Вероятно, здесь проживали группы отоми^[5].
• Классический период (300—600 гг. н. э.) связан с керамикой, относящейся к третьему классическому периоду Теотиуакана, и первой стадией строительства Строения III. Это строения было повреждено во время землетрясения 1475 года. В этот период здесь проживали группы, происходящие из Теотиуакана.
• Эпиклассический период (900—1200 гг. н. э.) характеризуется влиянием тольтеков. Оно проявилось в увеличении числа террас на склонах и возведении некоторых зданий^[5].
• Постклассический период (1200—1510 гг. н. э.) характеризуется почти гегемонией матлацинка, которая была ограничена влиянием ацтеков. В этот период здесь проживали группы матлацинка и, позже, мешики^[5].

Площадь постклассического городища составляла около 264 га и включала в себя часть долины, большую часть холма Серро-Тенисмо и часть холма поменьше на востоке. Все основные монументальные сооружения на этом месте были построены в этот период^[7]. В отличие от многих постклассических городов Мезоамерики, которые обычно имеют одну центральную группу монументальных сооружений, крупные постройки в Калицтлауаке разделены на несколько меньших архитектурных групп, разбросанных от дна долины до вершины холма. Пространства между монументальными группами были застроены домами простых жителей и сельскохозяйственными террасами^[7].

Археологический объект расположен на высоте около 2500 метров, а вершина Серро‑Тенисмо находится на высоте 2975 метров над уровнем моря. На вершине холма находится «каменный» источник под названием Пиналинчини^[5].

Памятник № 1 расположен в городской зоне Калицтлауаки.

Памятник № 2 не исследован INAH.

Памятник № 3 — одно из ключевых сооружений комплекса.

Представляет собой храм Кетцалькоатля (вероятно, посвящённый Эекатлю) — большое круглое здание, построенное в четыре этапа. Круг — геометрическая фигура, не имеющая ни начала, ни конца, а значит, бесконечная, как боги. Храм, как представляется, был посвящён культу Кетцалькоатля, изображаемого в виде мужчины в сандалиях и с маской, напоминающей птичий клюв.

Во время раскопок Гарсия Пайон обнаружил скульптуру жреца с маской бога Эекатля. Эта статуя — одна из самых известных скульптур в стиле мешиков. Статуя была найдена случайно: в отсутствие Пайона группа рабочих заметила, как две большие ящерицы залезли в груду камней. Рабочие убрали камни, нашли статую и вытащили её, что вызвало недовольство Пайона. Один из рабочих, Хоакин Альварес, взял одну руку статуи, которую позже вернул^[1].

Памятник № 4, также известный как Крестовый алтарь или Цомпантли, расположен на большой площади, к нему ведёт единственная лестница. Он входит в группу сооружений на площади, где находится крестообразный алтарь, украшенный черепами, — мезоамериканский цомпантли. На северной стороне площади расположено ещё одно сооружение^[5].

На этом крестообразном алтаре были вырезаны каменные черепа, которые располагались вокруг конструкции. Первоначально их было более десяти, но сохранились только два оригинальных черепа и копия третьего. Сооружение было исследовано в 1940 году гватемальским археологом Карлосом Наваррете^[8].

Памятники № 5 и № 7, также называемые "Пантеоном", расположены на большой террасе. Здесь было обнаружено около 50 человеческих захоронений с подношениями: золотом, керамикой, обсидиановыми камнями и наконечниками стрел. С западной стороны сохранились остатки семи фундаментов^[8]. Реставрация памятников проводилась в 2002—2004 годах Алехандро Хавьером Эрнандесом с одобрения технического руководства INAH, но без какой‑либо поддержки или помощи. К востоку от главного сооружения, в юго‑восточном углу, находится коридор (с юга на север), в котором представлены три петроглифа^[8].

Памятники № 10 и № 11 не исследованы и расположены выше на склоне холма.

Памятники № 13, № 14 и № 15 также не исследованы. Они находятся выше на склоне холма.

Памятник № 16 - руины большого подвала размером примерно 85 метров в ширину и 100 метров в длину. Гарсия Пайон нашел круглый камень с гравировкой и отверстием в центре, похожий на те, что устанавливали на площадках для игры в мяч. Археолог предположил, что это был один из таких камней. Дальнейших исследований не проводилось. Памятник находится примерно в 500 метрах к северу от Храма № 3, в пределах городской территории^[5][1].

Памятник № 17 представляет собой сложный комплекс, который Гарсия Пайон классифицировал как «кальмекак» (школа и резиденция жрецов). Однако более вероятно, что это был царский дворец города — его планировка схожа с другими ацтекскими дворцами^[1].

Комплекс насчитывает 32 комнаты и включает оригинальную стену из сырцового кирпича, что позволяет проследить три этапа его строительства. Сооружение оснащено внутренними коридорами и лестницами, обеспечивающими связь между разными этажами^[5].

Комплекс подразделяется на четыре основные части: жилой район, размещённый на южной стороне; церемониальную зону с храмом либо главным подвалом; широкую площадь, расположенную перед храмом; а также фундаменты на западной стороне сооружения.

Жилая зона внутри комплекса делится на две подзоны — восточную и западную, которые разделяет глинобитная стена. Согласно исследовательским данным, эта стена была возведена вот время последней оккупации мешиками в поздний постклассический период^[8]. В жилой зоне предусмотрено три входа. Западный вход оборудован соединительными коридорами, которые связывают различные зоны комплекса и обеспечивают выход в частный жилой сектор — ряд комнат, организованных вокруг внутреннего дввора. Юго‑восточный вход позволяет попасть на территорию участка с соответствующего угла, а северный вход ведёт к церемониальной зоне либо к главной площади^[5].

Все помещения комплекса обладают рядом общих конструктивных особенностей. Полы во всех комнатах выполнены по единой технологии: на уплотнённую насыпную поверхность уложен гравий, поверх которого нанесён слой штукатурки. Кроме того, в каждом помещении имеется квадратная углублённая яма с остатками угля. Исследователи предполагают, что эти ямы могли выполнять несколько функций — служить для отопления помещений, приготовления пищи, а также для сжигания ритуального копала, использовавшегося в религиозных обрядах^[5].

Эту территорию делят на две части, разделённые (с востока на запад) глинобитной стеной. Считается, что она была построена во время последней оккупации мешиков в позднем постклассическом периоде^[8]. В здании три входа: один с западной стороны, с коридорами, ведущими в различные помещения, и выходом в частный жилой комплекс, состоящий из нескольких комнат, расположенных вокруг внутреннего дворика. В эту зону можно попасть и с юго-восточной стороны. Третий вход ведёт на север, в церемониальную зону или на главную площадь^[8].

Во всех комнатах были оштукатуренные полы, уложенные поверх гравия на утрамбованной насыпи (см. в галерее). В каждой комнате расположено квадратное углубление с остатками древесного угля, которое, вероятно, использовалось для обогрева, приготовления пищи или сжигания ритуального копала^[8].

Главный храм сочетает в себе характеристики церемониальной площади и оснащён тремя лестницами, обеспечивающими доступ на верхний этаж. Лестницы разделены участками гладких наклонных стен (альфардас). Центральная лестница, имеющая особое значение, достигает в ширину около 10 метров, тогда как боковые лестницы несколько уже — их ширина составляет 6 метров^[8].

По имеющимся данным, на верхнем этаже располагалось по крайней мере три храма. Там же сохранились остатки пола, покрытого штукатуркой. На северной стороне здания археологи сделали исследовательское отверстие, благодаря которому удалось зафиксировать три этапа строительства сооружения. Примечательно, что в храме не обнаружено тайных камер или гробниц — это отличает его от большинства аналогичных построек в высокогорных районах Мексики^[8].

На западной стороне площади, непосредственно перед главным храмом, находится ряд подвалов с остатками различных сооружений. Среди них выделяется лестница, которую Гарсиа Пайон обозначил как «K». Кроме того, там же расположены два сооружения с наклонными панелями, выполненными в стиле Теотиуакана. Эти архитектурные элементы позволяют проследить культурные и стилистические связи с более ранними центрами Мезоамерики и дают дополнительные сведения о развитии местной строительной традиции^[8].

Во время раскопок Гарсиа Пайон обнаружил захоронения с керамикой, похожей на сосуды из разных этапов развития Теотиуакана. Также была найдена группа сосудов из Оахаки: пять сосудов имеют форму лапы ягуара, один украшен глифом сапотеков. Некоторые изготовлены из характерной для региона серой глины и относятся к фазе Xoo или Монте‑Альбан IIIb/IV в долине Оахаки. Наличие этих материалов подтверждает существование торговых связей между регионами в классический и постклассический периоды^[1].

Самая многочисленная группа керамических изделий — это «малакаты», более 50 % из них — это крупные малакаты, которые использовались для прядения волокна из магуэя^[4].

Выделяются три группы найденных керамических фигурок^[4].

1. Предметы в стиле ацтекских фигурок долины Мехико и Морелоса, но изготовленные из местной глины долины Толука.
2. Предметы в стиле ацтекских фигурок с типичной оранжевой глиной, использовавшейся в долине Мехико (импортированные).
3. Фигурки, напоминающие постклассические фигуры, неклассифицированные. Предположительно представляют местные стили.

Присутствие этих трёх категорий также отмечается в постклассических фигурках Яутепека.

В коллекции Калицтлауаки насчитывается 81 медный предмет — это одна из крупнейших коллекций за пределами территории империи Тараско. Часть медных артефактов из Калицтлауаки хранится за пределами Мексики, например, в Американском музее естественной истории в Нью‑Йорке.

Большинство найденных медных предметов представляют собой погремушки. Их формы напоминают изделия, отлитые из бронзы в постклассический период на западе и в центре Мексики. Это указывает на культурные и технологические связи между регионами, а также на распространение определённых художественных традиций в Мезоамерике.

Археологические находки включают 366 бусин из зелёного стекла — значительное количество, свидетельствующее о развитом производстве украшений или активной торговле с регионами, где изготавливали стеклянные изделия. Также были найдены 23 предмета из ракушек с отверстиями — вероятно, они использовались как украшения или элементы ритуальных предметов. Находки отражают как эстетические предпочтения жителей Калицтлауаки, так и их торговые связи с прибрежными регионами, откуда могли поступать ракушки.

Калицтлауака известна своими каменными скульптурами. Среди них скульптура Эекатля, признанная образцом мезоамериканского искусства и фигура богини Чальчиухтликуэ, выставленная в Национальном музее антропологии Мехико в зале ацтеков^[5].

Существует большая коллекция менее известных каменных скульптур — всего 275 экземпляров. Среди них выделяются две стилистические группы^[5]:

• скульптуры, выполненные в стиле мешиков — отражают влияние ацтекской художественной традиции;
• произведения в ином стиле, вероятно, местном стиле долины Толука (включая большую группу рельефов) — демонстрируют локальные художественные особенности и самобытность региона.

В Калицтлауаке зафиксированы два похожих жертвенных камня: один с вогнутой вершиной находится в приходе Святого Франциска Ассизского в Калицтлауаке. Другой, с плоской вершиной, хранится в музее Толуки.

Эти артефакты свидетельствуют о религиозных практиках и ритуалах, проводившихся в городе. Форма камней (вогнутая или плоская) могла определять их функцию в церемониях — например, вогнутая поверхность могла служить для сбора крови или других подношений^[3].

При строительстве прихода Святого Франциска Ассизского в городе Калицтлауака было использовано неопределённое количество камней с археологических раскопок. Некоторые из этих камней с гравировками можно увидеть на наружных стенах церкви^[8].

Калицтлауака также известна керамическим изделием, получившим название «Голова из Калицтлауака», которое было обнаружено во время раскопок Гарсии Пайона в 1930-х годах и предположительно относится к Древнему Риму. Ярко выражено кардинальное отличие от местных образцов изобразительного искусства^[9]. Хотя некоторые исследователи считают её подделкой, результаты радиолюминесцентного анализа и стилистического исследования подтверждают возраст артефакта. Ряд учёных классифицирует скульптуру как относящуюся к типу римских статуэток II века до н. э.. Находка была воспринята некоторыми исследователями как явное доказательство доколумбовых европейско-американских контактов^[10][11].