Шевийи (замок)

Замок Шевийи находится на территории одноимённой коммуны в западной части департамента Луаре, в регионе Центр — Долина Луары, в географической области Бос, в 15 км от Орлеана и в 115 км от Парижа^[2].

В 1766 году коммуна сменила название с Андеглу на Шевийи по имени замка. По данным на 2022 год, население Шевийи составляло 2 653 жителя^[4].

В XIII веке бо́льшую часть владельцев Шевийи составляли представители духовенства. В 1389 году поместье перешло к Жану де Панну, а затем, в 1445 году — к Пьеру Пине. Однако наибольшие преобразования в поместье произошли уже в Новое время, когда её хозяевами стали новые владельцы — вассалы герцога Орлеанского.

В 1631 году поместье от Марина Буше и Пьера Фуго (двух капитулярных викариев) получил бенедиктинский каноник Собора Святого Креста в Орлеане и архидиакон Сюлли Николя Маско. На тот момент это было всего лишь буржуазное жилище, именно поэтому Николя решил построить в замковом дворе часовню для привлечения большего числа посетителей.

В 1675 году скончался новый владелец поместья, мессир Амабль Шок. Он завещал земли Большого Шевийи (поместье с фермой) и Малого Шевийи (ферму с поселением) священникам оратория Орлеана при условии, что те изготовят пять гобеленов для украшения аркад церкви Святой Екатерины в Орлеане.

Сеньория входила в административный и судебный округ Орлеана. В следующем году по новому завещанию земли перешли к его кузену Николя Атту. Новый владелец (тогда оруженосец, королевский советник и сборщик налогов в Алансоне) провёл секуляризацию поместья и в 1700 году присоединил к феоду Шевийи малый Кудро. В 1733 году к существующему зданию он пристроил новое сооружение, перенёс капеллу в правое крыло. Кроме того, он украсил комплекс живописью и скульптурами, добавил деревянные панели в капелле и на дверных проёмах. Он владел поместьем до своей смерти в 1738 году. Однако он редко его посещал из-за служебных обязанностей.

У его наследника, Шарля Робера Атта, сеньора де Монтисамбер, было двое детей: Мари-Анн (вышедшая замуж за Пьера Амио, сеньора де ла Барр) и Луи Робер, сеньор де Шевийи. Последний, будучи лейтенантом, постоянно проживал в Париже. Поэтому в 1753 году, когда поместье по праву перешло к нему, Луи Робер принял решение продать его за 75 000 ливров Этьену де Силуэту (сумма оказалась меньше, чем было потрачено на реконструкцию замка). В состав продажи вошли Большое Шевийи (включавшее отныне замок, голубятню и ферму), Малое Шевийи (состоявшее только из фермы, сдававшейся в аренду), земли Кудро.

К тому времени Этьен де Силуэт уже был владельцем сеньорий Андеглу, Моншен, Шателье-де-ла-Кер, Борд-де-л’Этандар, Жюпо-де-Серкот, Гранд-де-Панн и Пурпри^[5]. В его собственности также находились приходы Сен-Жермен-д’Андеглу и Крёзи, а также значительные лесные владения в Орлеанском лесу.

Этьен де Силуэт, уроженец Биаррица, сблизился с маркизой де Помпадур, благодаря чему смог занять ряд важных должностей при дворе Людовика XV. Он стал кавалером, канцлером и советником короля. Продолжая накапливать должности, он также занимал пост рекетмейстера Королевского совета, хранителя печати и суперинтенданта королевских домов. Однако в 1759 году король отстранил его от службы за прогрессивные взгляды: он стремился ввести налоги для богатых и реформировать придворный бюджет. Заработав репутацию скупого человека и потеряв популярность, он невольно дал своё имя термину «силуэты» (как отмечал Луи-Себастьен Мерсье), так стали называть бледные контурные изображения в живописи. После ухода с министерского поста в 1763 году он продал всё поместье за 238 278 ливров господину де Сипьеру^[6].

Жан-Франсуа-Клод Перрен де Сипьер (1727—1790 годы жизни), интендант Орлеанского генералитета и владелец нескольких замков, включая Шевийи, в 1763 году приобрёл у Этьена де Силуэта все его земли в Шевийи и окрестностях. Очарованный этим местом, он посвятил всю свою жизнь украшению поместья. Он был ярким участником светской жизни и стремился к социальному возвышению^[7]. Расширяя свои владения и связи, он укреплял своё влияние, предпочитая жить в Париже, чтобы быть ближе к королевскому двору. В 1761 году он купил у фаворитки короля маркизы де Помпадур (с которой поддерживал близкие отношения) замок Овилье. В честь маркизы аллея перед замком была названа «Аллеей Мадам». Де Сипьер создал сеть союзников, которая блокировала доступ к власти любым «новичкам»^[8]. Являясь типичным аристократом своей эпохи, он блистал в светском обществе и с 1760-х годов начал стремительный социальный взлёт.

Преображение поместья Шевийи стало частью этих амбициозных планов. В 1764 году интендант добился возведения Шевийи в ранг баронии, что не только подчеркнуло его желание повысить престиж его владений, но и продемонстрировало близость к королевской власти. В 1766 году он добился переименования прихода Андеглу в баронию Шевийи, стремясь перенаправить поток верующих в часовню своего замка. Часовня Сен-Бартелеми, перенос которой он инициировал в 1764 году, в 1765 году была закрыта по решению орлеанского епископа Луи Секстия Жаранта де Ла Брюйера (утверждено Парижским парламентом 30 июля). Приобретённая им, обветшавшая к 1708 году часовня Сен-Жак прекратила существование около 1770 года. В 1787 году была упразднена церковь Сен-Жермен-д’Андеглу. Цель заключалась в том, чтобы замковая часовня стала единственным действующим храмом^[9].

Жан-Франсуа-Клод Перрен де Сипьер не только укрепил политическое влияние Шевийи и его замка, но и преобразил их эстетический облик. Благодаря связям при королевском дворе он привлекал видных деятелей для благоустройства резиденции, одновременно воплощая здесь свои просветительские идеи, вдохновлённые эпохой Просвещения. Он модернизировал сады, внедряя научные достижения XVIII века, например, при создании новых гидротехнических сооружений^[6]. Для реализации проектов, включая перестройку часовни, он пригласил архитектора Жана-Бенуа-Венсана Барре^[5]. Хотя де Сипьер любил принимать в замке близких ему людей, например, мадам де Помпадур, нет свидетельств, что он использовал Шевийи как место для философских дискуссий, столь характерных для Франции XVIII века^[10].

Де Сипьер также использовал своё поместье в служебных целях. Благодаря близости Шевийи к Орлеану (около 20 км), замок хорошо подходил для выполнения его обязанностей интенданта. Например, в задней части здания находилась потайная комната, где хранились собранные налоговые средства. Это помещение сохранилось до XXI века.

Однако не все его попытки возвысить статус поместья Шевийи увенчались успехом. Когда строилась «Большая дорога» между Орлеаном и Парижем, де Сипьер безуспешно просил короля о том, чтобы её проложили через его владения^[11]. Он понимал стратегическое значение транспортных путей. Дорога, связывающая Шевийи одновременно с Парижем и Орлеаном, могла бы придать значимости как замку, так и всему поселению. В 1772 году он организовал в замке прядильную мануфактуру, которая так и не вышла за рамки благотворительной мастерской и была закрыта несколько лет спустя^[12]. Сложив в 1787 году полномочия интенданта и передав должность сыну, Перрен де Сипьер скончался в 1790 году на пороге Великой французской революции, не дожив до своего 63-летия.

В 1790 или 1791 году замок был продан Шарлотте Марии Элизабет Лефорестье, вдове Луи Деланда де Бланвиля^[13][14]. Продавцом выступил Адриен Филибер Перрен де Сипьер де Шевийи, сын Жана-Франсуа-Клода Перрена де Сипьера^[15].

В 1870 году замок перешёл во владение баронессы де Монпансон^[13].

Здание пострадало во время франко-прусской войны 1870 года. Оно находилось на линии фронта между армиями Луары и Парижа, сражавшимися против войск Пруссии. Север региона был затронут сражениями. В 20 км от Шевийи прошли сражения при Луаньи и Кульмье^[16].

Вторая мировая война также затронула замок. Поскольку он находился в десятке километров от военного аэродрома Бриси, замок поочерёдно переходил от французских войск к немецким и обратно. В период оккупации Франции авиабазу использовали люфтваффе, пока 22 августа 1944 года её не заняли ВВС США^[17].

В 1941 году вермахт оккупировал замок на несколько дней, используя 22-гектарный парк за зданием для ремонта военной техники. Немецкое присутствие привело к значительным разрушениям, были разграблены предметы интерьера и несколько ценных гобеленов. Владельцы замка в XXI веке рассказывают, как тогдашние хозяева, предвидя беду, обратились за помощью к соседям и мэрии, чтобы спасти наиболее ценные вещи: серебряные изделия, ковры и посуду. Благодаря этим усилиям целая коллекция медной посуды с клеймом «Шато де Шевийи» (фр. château de Chevilly) была спасена от нацистского разграбления и возвращена владельцам мэром после окончания войны. После освобождения в главной спальне замка на протяжении недели жил генерал Паттон.

В 1949 году владельцем поместья стал агроинженер Андре Патрико^[14].

В XXI веке замок принадлежит семье Базен де Ке. Его двери открыты для посетителей во время Дней культурного наследия или по предварительной договорённости^[3].

В XVII веке поместье занимало 800 гектаров, но к XVIII столетию его территория расширилась до примерно 4 200 гектаров.

Главный въезд, названный «Аллеей Мадам», получил своё название в честь маркизы де Помпадур и протянулся на 2,6 км, из которых 2,3 км вымощены камнем. За ним следует парадный двор с французским партером XVIII века, созданным по проекту орлеанского архитектора Жамина^[18].

Рядом с партером располагается хозяйственный двор, построенный в XVII веке: он состоит из двух павильонов и соединён с парадным двором кованой решёткой. Первоначально ансамбль включал третье здание, разделявшее оба пространства, но оно было утрачено при пожаре. Хозяйственные постройки (служебные здания для прислуги и управления поместьем) группируются вокруг просторного двора, засаженного липами, и включают голубятню, конюшни, каретные сараи и протяжённый корпус, примыкающий к замку. Ледник, уникальное сооружение глубиной 20 м, — редкий образец подобных построек^[19]. Над ним расположено старое хранилище фруктов, где в XXI веке размещается музей сельскохозяйственных инструментов замка. Завершает ансамбль кухня XVIII века — последняя из значимых хозяйственных построек.

В поместье также имеется часовня, перестроенная в 1733 году и украшенная резными деревянными панелями^[3].

Археологические свидетельства указывают на существование подземного погреба под садом, что позволяет предположить незавершённый проект северного крыла замка.

Французский регулярный парк, воплощающий каноны ландшафтного искусства эпохи Людовика XIV с их строгой симметрией, геометричностью и перспективными решениями, дополнен пятью монументальными скульптурами, установленными в 1905 году. Задняя часть замка открывает доступ к огороду с большим водоёмом (глубиной 2,2 м при диаметре 15 м), служившим резервуаром для полива с XVIII века.

Замок был значительно перестроен и не сохранил первоначальную планировку и оформление. Поскольку он неразрывно связан с окружающей средой, его описание невозможно без упоминания садов^[20].

Во Франции, начиная с XVII века, замок постепенно превращался в своего рода частный отель: он становился загородной резиденцией для удовольствий. Действительно, в садах проводились пышные приёмы, салоны, куда приглашали множество гостей. Поэтому этим пространствам уделялось особое внимание. Более того, замок Шевильи был создан именно по такой модели. В его парке проходило множество мероприятий, а по бокам замка были предусмотрены места для стоянки экипажей^[21].

Превращение замка в загородную резиденцию для удовольствий соответствовало проекту строительства, задуманному Перреном де Сипьером. Для обустройства садов он пригласил Жамена, ландшафтного архитектора из Орлеана. Он пользовался в регионе прочной репутацией и ранее работал над другими замками, такими как Вильпрево в Эр и Луар. Стремясь создать вокруг замка французский парк, Жамен выровнял цветочные партеры вдоль основных аллей и дорожек. План поместья отражает стремление к симметрии и тщательную проработку геометрических узоров. Широкие обсаженные деревьями аллеи сходятся к замку, тогда как более скромные линии дорожек ведут в другие стороны.

Парк площадью 22 гектара украшен скульптурами. У заднего фасада размещены вазы в стиле Медичи с каннелированными боками, установленные на каменные постаменты. Здесь же находится примечательное собрание статуй конца XVIII века. Изначально этот ансамбль принадлежал королеве Португалии Амелии Орлеанской, находившейся в то время в изгнании во Франции, а в 1905 году был приобретён господином Патрико. В него входят четыре монументальные статуи, символизирующие известные на тот момент континенты: в центре парка, напротив заднего фасада, возвышается Европа, по сторонам от неё расположены Африка и Америка, Азия же скрыта в лесной чаще, словно таким образом была подчёркнута её географическая удалённость.

Каждая из статуй воплощает образы, связанные с представляемым ею континентом. Африка символизирует колониальную империю XVII века: солдат с ружьём возвышается над поверженным туземцем, находящимся у его ног. Европа, занимающая центральное положение, олицетворяет торжество знания, её атрибутами служат музыкальные инструменты, книги и арифметические счёты. Америка, находящаяся справа от Европы, представлена через тему торговли: мешок из рогожи отсылает к торговле специями. Азия удалена от Европы и представлена листьями азиатских растений^[22].

Статуи, находящиеся в парке

За скульптурной композицией возвышается пурпурный бук, чья листва весной приобретает розовый оттенок, летом становится кроваво-красной, а осенью — гранатовой. Это дерево пережило разрушительный ураган зимы 1999 года, который нанёс парку значительный ущерб, уничтожив почти все декоративные деревья: экзотические хвойные породы, кедры. 83 дерева были вырваны с корнем. Помимо пурпурного бука уцелели только местные виды: дубы, буки, липы и каштаны.

Французские сады встречаются в разных уголках поместья, включая парадный двор. Здесь разбит цветочный партер, подчёркивающий изящество фасада здания. Такой же сад в регулярном стиле расположен позади замка. Именно здесь находится двухгектарный огород, для ухода за которым в эпоху расцвета усадьбы требовалось трое садовников. Для работы у них имелись различные водоёмы, включая центральный резервуар, питаемый из колодца и вмещавший до 350 м³ воды. Он был немного приподнят над меньшими по размеру, что позволяло распределять воду по другим ёмкостям благодаря системе естественного стока. Вода, застаиваясь в бассейне, успевала прогреваться, благодаря чему овощи поливали не холодной водой, что положительно сказывалось на их качестве. В дальнем конце огорода находится теплица, которая в XXI веке пребывает в полуразрушенном состоянии^[21]. Дополняет ансамбль плодовый сад с разнообразными сортами деревьев. Обширные угодья поместья, идеально подходившие для лесных промыслов, долгое время служили известным местом начала охоты^[22].

В XXI веке французские регулярные сады уступили место обширным газонам. Однако в огороде по-прежнему сохранились аккуратно подстриженные и тщательно расположенные кусты самшита, а цветочный партер парадного двора цветёт с весны до осени. Окрестности замка в целом сохранили свою первоначальную структуру, что позволяет в XXI веке представить характерную планировку французских садов XVIII века, в большинстве своём уже утраченную.

Изначально на этом месте стоял дом XV века, от которого не сохранилось никаких следов, а имеющиеся сведения крайне скудны. В XVII веке на территории хозяйственного двора местное духовенство возвело новый замок с часовней, посвящённой Деве Марии. В 1675 году, благодаря дарению Николя Атту, поместье вновь перешло к владельцам, не относящимся к духовенству. В 1733 году Атт построил новый замок, примыкающий к прежнему, а старую часовню велел снести, возведя вместо неё новую в правом крыле главного здания^[3].

Окончательное преобразование замка в классическом стиле произошло несколько позже под руководством архитектора Жана-Бенуа-Венсана Барре, который выполнил работы по заказу нового владельца, Жана-Франсуа Перрена де Сипьера (XVIII век).

Фасады и кровли главного корпуса замка, включённые в дополнительный перечень исторических памятников^[3], выполнены в строгом стиле из местного известняка, что характерно для архитектурных предпочтений той эпохи^[19].

Здание демонстрирует выразительный контраст между величественными пропорциями межколонных пространств и общей композицией, где намеренно избегалось подчёркивание декоративных элементов фасадов^[23]. Единственными кирпичными деталями, нарушающими белизну всего сооружения, остаются дымоходы.

Первоначально замок состоял из монументального ризалита, к которому под прямым углом примыкали два крыла, соединённые с ним через павильоны^[23]. Такая структура чётко разделяла парадный двор и регулярный французский сад.

Главный фасад на уровне мансарды оформлен четырьмя люкарнами, возвышающимися над классическим треугольным фронтоном с упрощённым профилем карниза. Декоративную строгость композиции смягчает часовой циферблат, размещённый в круглом окне-окулюсе. Оштукатуренные известково-цементным раствором стены расчленены каменными межэтажными поясами, которые вместе с единственным балконом составляют всё скудное убранство здания. Этот балкон, с его изогнутыми профилированными камнями и богато украшенным резным основанием, намеренно нарушает аскетичную архитектурную упорядоченность. Его кованая ограда расположена на лепном пьедестале, покрытом жёлтой охрой, где изображены две сцены из двенадцати подвигов Геракла: Немейский лев и дракон сада Гесперид. Вся эта композиция венчает единственное на фасаде арочное витражное окно с полукруглым завершением^[23].

Крыша, полностью покрытая аспидным сланцем, выполнена в классических традициях французской кровли. Три крыла здания украшены характерными мансардными изломами, в то время как два павильона имеют шатровые четырёхскатные кровли^[23].

Каждый корпус здания венчает уникальная по форме крыша, что отличает их друг от друга. Этот контраст дополнительно подчёркивается расположением карнизов на двух разных уровнях. Завершают кровельный ансамбль восемь колосов, установленных на охлупенях крыш^[23].

Главный портал, обрамлённый массивными пилястрами из тёсаного камня, сохранил до XXI века четыре из двух первоначально венчавших его скульптурных ваз^[23]. Его кованая решётка с лаконичным узором на остриях повторяет мотив ограды. По обе стороны от входа пролегают рвы, созданные по принципу средневековых крепостных рвов, но выполняющие исключительно эстетическую функцию, учитывая отсутствие оборонительных потребностей у «загородных резиденций» той эпохи^[24].

Строгость декоративного решения здания нарушается в парадном дворе пышным цветочным партером, расположенным в центре^[24].

Фасад, обращённый к садам, дублирует ритм оконных осей своего «близнеца» со стороны парадного двора, но здесь использован дорический ордер — наиболее монументальный из классических архитектурных стилей. Четыре каннелированные колонны поддерживают выступающий фронтон с массивным антаблементом^[23].

Фасады и кровли замка

Главный корпус замка вмещает в себя приёмные залы, салоны и кухни. Ансамбль отличается скромными размерами, создавая в некоторых помещениях, таких как будуар, доступ к которому осуществлялся через потайную дверь или многочисленные альковы^[25], более камерную атмосферу по сравнению с модной при Людовике XIV планировкой. Сдержанное убранство состоит преимущественно из расписных панелей и шестигранных плиток, популярных в XVIII веке^[25]. Несколько каминов в стиле Людовика XV дополняют оформление помещений.

Личные апартаменты расположены на втором этаже; почти все спальни обращены в сторону парадного двора^[25].

К этому ансамблю примыкают и продолжают его на юго-западе павильоны и амбары хозяйственного двора, соединённые с парадным двором лишь решёткой с пилястрами. Эта часть здания, созданная в XVII веке, когда участок занимал капитул Сент-Этьен де Бурж, устроивший здесь сельскохозяйственные угодья, была перестроена и дополнена в XVIII веке: она внесена в дополнительный перечень исторических памятников^[26]. Центральный корпус замка XVII века, чья сохранившаяся часть находится в хозяйственном дворе и служит кухней господского дома, был уничтожен пожаром, и его место обозначено решёткой, отделяющей парадный двор от хозяйственного.

Благодаря непрерывной работе по восстановлению, которую вели владельцы, кровли этих служебных построек сохранились в первоначальном виде. Черепица и шифер покрывают, согласно моде того времени, массивные каштановые стропила (порода дерева, уже тогда ценившаяся за свои свойства отпугивать насекомых).

На территории также находится редкий для Франции образец ледника, который проходит процедуру включения в список исторических памятников^[3]. Он расположен позади каретного сарая. Благодаря ему продукты оставались свежими, поскольку в помещении сохранялась стабильная температура. Трёхметровый свод служил термическим экраном, сохраняя внутри постоянную температуру 5-6 °C. В зимний период сюда доставляли снег или лёд (обычно собираемый на прудах или прямо с Луары) и закладывали его на дно 20-метровой шахты. Поверх льда укладывали слой древесной стружки, которая предотвращала прямой контакт между упакованными продуктами (в бутылках, амфорах, терракоте и пр.) и льдом. Продукты опускали на верёвке через систему блоков, а талую воду отводили через дренажную систему в нижней части. Продукты, упакованные и покрытые слоем жира (чаще всего гусиного), сохранялись в прохладе в течение всей весны и лета. Расположенный над ледником фруктовый чулан использовал охлаждающий эффект для хранения урожая из садов поместья.

Хорошо сохранились и конюшни. Их сооружение свидетельствует о важности, придававшейся лошадям в ту эпоху. Эти животные, обладавшие особенно высокой рыночной стоимостью и служившие показателем богатства владельца, имели в своём распоряжении рядом со стойлами ножную ванну, где могли освежать копыта.

Что касается павильона-входа, его венчает голубятня, относительно скромных размеров для владения площадью 4200 гектаров. В XVIII веке, по-видимому, предпринималась попытка её расширения, но недостаток средств, скорее всего, помешал осуществлению этого проекта.

Хозяйственные постройки

Часовня XVIII века, выполненная в характерном стиле рокайль (или Людовика XV), расположена в правом крыле центрального корпуса^[25]. В 1965 году она была включена в список исторических памятников благодаря великолепному дубовому убранству (отреставрированному владельцами около тридцати лет назад)^[3]. Часовню приобрёл маркиз де Сипьер. Она датируется XVII веком и представляет собой неоклассический ансамбль, состоящий из алтаря, хоров и деревянных панелей, вокруг которых было специально возведено здание. Центральную часть алтаря венчает рама с двумя ангелами, обрамляющая картину Эньяна-Тома Дефриша^[25]. Две консоли, поддерживающие хоры, изящно повторяют мотив серафимов с алтарной рамы. Розетки, акантовые листья и рокайльные узоры завершают деревянную резьбу. Восемнадцать панелей с аналогичными мотивами объединяют стены часовни, создавая гармоничную связь между хорами и алтарём^[24].

Часовня