Хаос (космогония)

Греческое слово «χάος» (kháos) означает «пустота», «абсолютная пустота», «пропасть», «бездна»^[a]. Оно происходит от глаголов «χάσκω» (kháskō) и «χαίνω» (khaínō), означающих «зиять», «быть широко открытым». Прото-индоевропейский корень *ǵʰeh₂n^[2]- связан с древнеанглийским словом «geanian», означающим «разевать рот», от которого в английском языке произошло слово «зевать»^[3].

Хаос также может обозначать пространство (воздушное пространство), нижнюю бездну или бесконечную тьму^[4]. Ферекид Сиросский (VI век до н. э.) интерпретировал хаос как воду, бесформенную субстанцию, которую можно различить^[5].

Хаоскампф (нем. «битва с хаосом»^[6]), также называемый «боевым мифом», — распространённый мифологический мотив, описывающий битву между божеством-героем и чудовищем хаоса, часто представленным в виде морского змея или дракона^[7]. Этот термин впервые был использован для описания уничтожения дракона хаоса Тиамат в вавилонском эпосе «Энума Элиш»^[8]. Однако следует отметить, что первоначальное состояние в этом мифе — мирное сосуществование Абзу и Тиамат, а хаос наступает только тогда, когда Тиамат вступает в битву с Мардуком^[6].

В настоящее время нет единого определения понятия «Хаоскампф», и этот термин используется не во многих исследованиях^[9]. Николас Уайатт определяет категорию «Хаоскампфа» следующим образом^[10]:

Миф о Хаоскампфе — это категория повествований о божественных битвах с космогоническим подтекстом, хотя иногда и повествования, обращенные к другим целям, в которых бог-герой побеждает противостоящую ему силу или могущество, обычно обитающее в море, а также отождествленное с ним и представленное как хаотические, разрушительные силы.

Термин «Хаоскампф» может также использоваться для обозначения дуалистической битвы между двумя богами, хотя в этом контексте был предложен альтернативный термин — «теомахия»^[11]. Термин «Хаоскампф» может быть использован для описания космических сражений в контексте творения. Например, «Хаоскампф» присутствует в «Энума Элиш» (единственном древнем ближневосточном тексте, где космическая битва рассматривается в контексте повествования о сотворении мира), но отсутствует в цикле Баале или 73-ем Псаломе, где между Баалом/Яхве и морским змеем Ямом/Левиафаном происходит богоборчество, за которым не следует акт творения^[12]. Понятие «Хаоскампф» можно дополнительно отличить от божественной битвы между богом и врагом его народа^[13].

Параллельные концепции встречаются на Ближнем Востоке и в Северной Африке. Например, абстрактный конфликт идей в египетской двойственности Маат и Исфет, битва Гора и Сета^[14], или более конкретная параллель битвы Ра со змеем хаоса Апопом.

Гесиод и досократики использовали греческий термин «χάος» в контексте космогонии. Хаос Гесиода интерпретировался либо как «зияющая пустота над Землёй, возникающая, когда Земля и Небо отделяются от своего изначального единства», либо как «зияющее пространство под Землёй, на котором Земля покоится»^[15]. Отрывки из «Теогонии» Гесиода предполагают, что Хаос находился под Землёй, но над Тартаром^[16][17]. Иногда считалось, что изначальный Хаос является истинной основой реальности. Такого мнения придерживались многие древние философы, особенно Гераклит.

В «Теогонии» Гесиода Хаос был первым, что появилось на свет: «сначала возник Хаос»^[18], но затем (возможно, из Хаоса) появились Гея, Тартар и Эрос (в других источниках имя Эрос используется для обозначения сына Афродиты)^[b]. Однозначно «рождёнными» из Хаоса были Эреб и Нюкта^[19][20]. Для Гесиода Хаос, как и Тартар, хотя и был достаточно персонифицирован, чтобы иметь детей, был также местом далёким, подземным и «мрачным», за пределами которого жили Титаны^[21]; и подобно земле, океану и верхним слоям воздуха, он также мог подвергаться воздействию молний Зевса^[22].

Представление о временной бесконечности было знакомо греческому уму с глубокой древности в религиозной концепции бессмертия^[23].Главной целью первых попыток объяснить мир оставалось описание его развития с самого начала. Греки верили, что мир возник из первичного единства и что эта субстанция является постоянной основой всего его бытия. Анаксимандр утверждал, что источником является Апейрон (безграничный) — божественная и вечная субстанция, менее определённая, чем обычные элементы (вода, воздух, огонь и земля), как их понимали ранние греческие философы. Все происходит из Апейрона и должно возвращаться туда по мере необходимости^[24]. Представление о природе мира состояло в том, что земля под её поверхностью простирается бесконечно далеко и уходит своими корнями в Тартар или над ним, нижнюю часть подземного мира^[25]. По выражению Ксенофана, «Верхняя граница земли граничит с воздухом, у наших ног. Нижняя граница простирается до „Апейрона“ (то есть безграничный)». Истоки и пределы земли, моря, неба, Тартара и всего сущего расположены в огромном ветреном промежутке, который кажется бесконечным и является более поздним определением «Хаоса»^[25][26].

В комедии Аристофана «Птицы» сначала были Хаос, Ночь, Эреб и Тартар, из Ночи произошёл Эрос, а из Эроса и Хаоса произошёл род птиц:

В «Тимее» Платона, главном труде платоновской космологии, понятие хаоса находит свой эквивалент в греческом выражении «хора», которое интерпретируется, как бесформенное пространство (chora), в котором материальные следы (ichnê) элементов находятся в беспорядочном движении^[27] (Тимей, 53a-b). Однако, платоновская хора не является вариацией атомистической интерпретации происхождения мира, о чём ясно свидетельствует утверждение Платона о том, что наиболее подходящее определение хоры — это «вместилище всего становления, его кормилица, так сказать»^[27] (Тимей, 49а), а не просто вместилище для всех живых существ, творческий акт Демогоргона, создателя мира^[28].

Аристотель в контексте своего исследования концепции пространства в физике "ставит под сомнение интерпретацию хаоса у Гесиода как «пустоты» или «места, в котором ничего нет^[29]». Аристотель понимает Хаос, как

Таким образом, «Хаос» вводится в рамки чисто физического исследования. В настоящее время понятие «Хаоса» в значительной степени переросла мифологическое понимание и в работах Аристотеля служит прежде всего для того, чтобы бросить вызов атомистам, утверждающим существование пустого пространства^[28].

Для Овидия в его «Метаморфозах» Хаос был бесформенной массой, где все элементы были перемешаны вместе в «бесформенную кучу»^[30].

По словам Гигинуса: «Из Тумана (Калиго) пришел Хаос. Из Хаоса и Тумана произошли Ночь (Нюкта), День (Гемера), Тьма (Эреб) и Эфир»^[31][c].В орфической традиции Хаос, по-видимому, был сыном Хрона и Ананке^[32].

Начиная с классической немецкой работы Германа Ганкеля «Шепфунг и Хаос в мире и в конце света», опубликованной в 1895 году, различные историки в области современных библеистик связывают тему хаоса в ранней вавилонской космологии (а теперь и в других родственных повествованиях из древних ближневосточных космологий) с повествованием о сотворении мира в Библии^[33][34]. Помимо книги Бытия, актуальны другие книги Ветхого Завета, особенно ряд Псалмов, некоторые отрывки из книг Исайи и Иеремии, а также Книга Иова^[35][36][37].

Особое внимание было уделено термину «бездна» /«тоху ва-боху» в Книге Бытия 1:2. Этот термин может относиться к состоянию небытия, предшествовавшему сотворению^[38][39], или к бесформенному состоянию. В Книге Бытия дух Божий движется по поверхности вод, вытесняя прежнее состояние Вселенной, которое сравнивается с «водяным хаосом», над которым царит choshek (ивр. — тьма/смятение)^[23][40]. Однако, некоторые ученые отвергают связь между библейским сотворением мира и представлениями о Хаосе из вавилонских и других (например, китайских) мифов. Суть в том, что сами термины в Книге Бытия семантически не связаны с Хаосом, и что весь космос существует в состоянии Хаоса в вавилонских, китайских и других мифах^[41].Присутствие Хаоскампфа в библейской традиции в настоящее время вызывает споры^[42][43][44].

В книге Михея 1:6 и Захария 14:4 Септуагинта не дает никаких использований понятия "χάος "в контексте сотворения Вселенной, вместо этого термин используется для понятия גיא -«расселина, ущелье, пропасть»^[45]. В Вульгате, однако, упоминается χάσμα μέγα или «Великая пропасть», разделяющую Рай и Ад в Евангелии от Луки 16:26 как хаос Магнум.

Этой модели изначального состояния материи противостояли отцы Церкви II века, которые утверждали, что всемогущий Бог сотворил мир из ничего^[46].

В гавайском фольклоре триада божеств, известная как «Ку-Кауа-Кахи» (также известная как «Фундаментальное высшее единство»), существовала до и во время Хаоса с незапамятных времен, или, выражаясь гавайским языком, «mai ka po mai», что означает «из время ночи, тьмы, хаоса». В конце концов, они разрушили окружающий мир По («ночь»), и во вселенную пролился свет. Затем группа создала три неба вместе с Землей, Солнцем, Луной, звездами и духами-помощникам^[47].

Согласно Гностическому трактату о происхождении мира, Хаос не был первым, что появилось на свет. Когда природа бессмертных эонов была завершена, София пожелала, чтобы появилось нечто подобное свету, который существовал изначально. Её желание проявляется как подобие с непостижимым величием, которое охватывает небесную вселенную, рассеивая её внутреннюю тьму, в то время как снаружи появляется тень, которая порождает Хаос. Из Хаоса рождается каждое божество, включая Демигоргона^[48].

Греко-римская традиция первоматерии (субстрата), в частности, орфическая космогония V и VI веков, была объединена с библейскими представлениями (Техом) в христианстве и унаследована алхимией и магией эпохи Возрождения.

Космическое яйцо орфизма было взято в качестве сырья для создания философского камня в ранней греческой алхимии. Первый этап получения философского камня — нигредо, отождествлялась с Хаосом. Из-за связи с повествованием о сотворении мира в Книге Бытия, где «Дух Божий носился над поверхностью вод» (Быт. 1:2), Хаос в дальнейшем был отождествлен с классической стихией Воды.

Раймонд Луллий (1232—1315) написал книгу «Свобода хаоса», в которой он определяет хаос как первичную форму или материю, созданную Богом.

Швейцарский алхимик Парацельс (1493—1541) использует понятие Хаоса, как синоним «классического элемента» (поскольку первобытный Хаос представляется как бесформенное скопление всех элементов). Таким образом, Парацельс определяет Землю как «Хаос гномов», то есть стихию гномов, по которой эти духи беспрепятственно перемещаются, как рыбы по воде или птицы по воздуху^[49].

Алхимический трактат Генриха Кунрата, напечатанный во Франкфурте в 1708 году, назывался «Хаос»^[50].Во введении от 1708 года говорится, что трактат был написан в 1597 году в Магдебурге, на 23-м году жизни автора, занимавшегося алхимией^[51]. В трактате приводится цитата Парацельса о том, что

«свет души, по воле Триединого Бога, сотворил все земное из первобытного Хаоса»^[52]

Мартин Руланд Младший в своем «Алхимическом словаре» 1612 года утверждает:

«Грубая смесь материи или другое название Materia Prima — это Хаос, каким он был в начале».

Термин «газ» в химии был введен голландским химиком Яном Баптистом ван Гельмонтом в XVII веке непосредственно на основе парацельсианского представления о Хаосе. Буква «g» в слове «gas» образована из-за того, что в голландии эта буква произносится как фрикативный звук, который также используется для произнесения греческого «χ»^[53].

Термин «Хаос» был принят в современной сравнительной мифологии и религиоведении как обозначающий изначальное состояние до сотворения мира, строго сочетающий два отдельных понятия: изначальные воды или изначальная тьма, из которых возникает новый порядок, и изначальное состояние как слияние противоположностей, таких как небо и земля, которые должны быть разделены божеством-творцом в космогоническом акте^[54]. В обоих случаях Хаос, относящийся к понятию изначального состояния, содержит космос в потенциале, но должен быть сформирован Демигоргоном, прежде чем мир сможет начать свое существование.

Употребление слова «хаос» в производном значении «полный беспорядок или неразбериха» впервые появляется в раннем современном английском в годы елизаветинской эпохи, первоначально подразумевая сатирическое преувеличение^[55]. «Хаос» в четко определённом смысле хаотической сложной системы, в свою очередь, происходит от этого употребления.