Саласпилсский концлагерь

Изначально лагерь создавался для прибывающих в Латвию депортированных из Германии евреев с целью селекции и последующего уничтожения^[1]. Они и начали в октябре 1941 года строить этот лагерь. Из привезённых в Латвию иностранных евреев в Саласпилс отправляли только трудоспособных^[2]. Многие из них погибли от голода и непосильного труда^[3]. Впоследствии в Саласпилс также помещали латвийских евреев^[4].

Однако евреи составили в итоге меньшинство узников лагеря. По данным историка Валдиса Луманса, в дальнейшем в лагерь заключали советских военнопленных, а также партизан.

Летом 1942 года часть еврейских узников были возвращены из лагеря в Рижское гетто^[5].

В декабре 1942 года состоялся спор о контроле над лагерем между Главным административно-хозяйственным управлением СС (ВФХА) и администрацией Рейхскомиссариата Остланд. 1 декабря Главное управление имперской безопасности в Берлине запросило командующего полицией безопасности и СД в Риге Рудольфа Ланге, является ли Саласпилс концлагерем, и если да, то по какой причине он не передан в ведение ВФХА. Ланге ответил, что лагерь Саласпилс не является концентрационным, а «воспитательно-трудовым», и потому находится под контролем полиции. Генрих Гиммлер счёл такое объяснение неудовлетворительным и называл Саласпилс концлагерем, однако контроль над ним оставался в руках Ланге до прекращения немецкой оккупации^[6].

В марте 1943 года в лагерь начали помещать крестьян, вывезенных из Белоруссии, Псковской и Ленинградской областей во время карательных антипартизанских операций (так, в феврале — апреле 1943 г. во время операции «Зимнее волшебство» лишь из Освейского района Витебской области были вывезены 14 175 жителей — взрослые на работу в Германию, дети — в Саласпилс).

В августе 1944 года оставшиеся в живых заключённые лагеря были вывезены в концлагерь Штуттгоф. Перед приходом советских войск почти все лагерные бараки были сожжены.

Оставшиеся бараки были использованы для создания лагеря для немецких военнопленных, содержавшихся там вплоть до октября 1946 года.

Хотя Саласпилс не был лагерем смерти таким как Белжец или Собибор, единственными целями которых было уничтожение людей, и числился трудовым лагерем; условия жизни в нём предусматривали массовую гибель заключённых от голода, болезней, холода и истощения. Несмотря на высокую смертность заключённых от вышеуказанных причин, расстрелы, повешения и другие способы убийства были обычным наказанием за любую провинность. В конце 1942 года комендант Ланге использовал душегубки для уничтожения евреев и других «расово неполноценных»^[7].

Суточный рацион состоял из 150—300 гр. хлеба, смешанного наполовину с опилками, и чашки супа из овощных отходов. Отработка трудовой повинности длилась до 14 и более часов^[8].

Данными экспертизы и свидетельскими показаниями были установлены факты следующих способов истребления людей^[9]:

• Нанесение смертельных травм тупыми твёрдыми предметами^[10];
• Голод, который в короткий срок вызывал истощение и приводил к смерти. Наряду с этим, немало жизней унесли инфекционные заболевания;
• Отравление больных детей и взрослых мышьяком^[11];
• Проведение операции без обезболивания (в том числе по ампутации конечностей)^[12];
• Частое выкачивание крови вплоть до наступления смерти (только детей)^{[13][14][15][16]}. Кровь, по свидетельствам военнопленных медицинских работников, использовалась для изготовления противотифозной сыворотки для немецкой армии^[17];
• Применение огнестрельного оружия и массовые расстрелы^[18][19];
• Пытки^[20];
• Смерть от рваных ран, нанесённых собаками охраны, которая натравливала их на узников^[12];
• Тяжёлый изнуряющий бесполезный труд (перенос земли с места на место), сопровождаемый избиениями^[12];
• Тяжёлый физический труд, дополнительно сопровождаемый взятием крови (каждый раз до состояния обморока)^[21];
• Казнь через повешение^[22];
• Смерть в «душегубках» — специальных газовых камерах, установленных в автомашинах («Газвагенах»)^[23][24];
• Закапывание заживо в землю (показания узников, что подтверждается заключением судебно-медицинских экспертов от 12 декабря 1944 года);

Как отметил историк В. А. Богов, доставка детей в лагерь Саласпилс началась с осени 1942 года: первоначально среди них были дети арестованных жителей Латвии, которых немцы считали пособниками советской власти, а затем несовершеннолетние с оккупированных территорий СССР. Возраст малолетних узников варьировался от новорождённых до 17 лет. После прибытия с матерями детей с ними разлучали и содержали отдельно, где за новорождёнными ухаживали другие дети^[25].

Чрезвычайная Республиканская Комиссия Латвийской ССР (ЧРК) в 1945 год указала на 12 тыс. детей, прошедших через Саласпилс с осени 1942 года по лето 1944 г., но документально это не подтверждено. Один из документов, на который можно опираться в этом вопросе — выписка из письма начальника Социального департамента и генерального комиссара от 15 марта 1943 года, в которой указывается, что при проведении карательных операций «в Ригу эвакуировано большое количество людей из русских областей, в том числе многочисленные дети», «причём не исключено, что в ближайшее время число детей прибавится». Таким образом из Белоруссии после операции «Зимнее волшебство» в Саласпилс поступило 1100 детей. Новая волна была связана с проведением новой карательной акции, «Летнее путешествие», уже в Латгалии, после которой в Саласпилс был доставлен 1041 ребёнок. Детей затем распределяли по детским приютам, а оттуда в приёмные семьи, которым за принятых детей младше 10 лет выплачивалось пособие в размере 50 пфеннигов в день, или в хозяйства на работу по заявочным спискам самоуправлений^[25].

Народный Комиссариат просвещения Латвийской ССР, расследовавший факты угона мирного населения в немецкое рабство, на 3 апреля 1945 г. на основе данных картотеки Социального департамента внутренних дел Латвийской генеральной дирекции «Остланд» подсчитал, что из лагеря в Саласпилсе были распределены 2802 ребёнка: по хозяйствам — 1564 чел.; в детские лагеря — 636 чел.; взяты на воспитание отдельными гражданами — 602 чел. Богов полагает, что этот список не полный: в 18 рукописных школьных тетрадках монахини Евсеевой Рижского женского Троицкого монастыря перечислено 4087 человек. В монастырь доставляли узников и «эвакуированных» (детей и взрослых) с марта 1943 г. до июня 1944 г., и 56 % контингента составляли несовершеннолетние (1926—1943 г.р.), а 13 % — старше 50 лет. В списке содержатся указания на погибших или в лагере, или уже после освобождения из лагеря узников (124 случая)^[25].

Точное количество погибших в Саласпилсе детей неизвестно. Согласно Акту Чрезвычайной комиссии от 26 декабря 1945 года, судмедэксперты установили захоронения 632 детских тел в возрасте от 1 мес. до подросткового возраста на Гарнизонном кладбище в Саласпилсе, однако о найденных детских останках говорится и в актах ранних эксгумаций от 30 ноября 1944 года, делавшихся выборочно^[25].

Рижские религиозные общины первыми обратили внимание на бедственное положение детей в лагере и предложили свою помощь в опеке над ними. В апреле 1943 года около 50 детей забрала Рижская Гребенщиковская старообрядческая община. По свидетельству врача О. И. Высоцкой, через две недели пребывания в общине дети всё ещё были в плохом состоянии, некоторые из них умирали. Она обратила внимание, что «тела этих детей были одутловаты и синеватой прозрачности; животы у них были синие и вздутые. Их спасти было невозможно. Остальные дети были прыщавые, чесоточные, покрыты всевозможными сыпями. Почти все дети были с высокой температурой… у меня сложилось мнение, что дети были чем-то отравлены». Общего учётного списка не велось, но старообрядцы взяли на попечение не менее 100 детей. Около 320 детей с 16 по 21 апреля 1943 года прошли через Рижский Троицкий женский монастырь^[25].

С 16 по 22 апреля 1943 года в документах зафиксировано 83 случая оформления опекунства над детьми, взятыми из лагеря в семьи, однако нередко это делалось с целью трудового использования подростков (например, в пастухи отдавали с 9 лет). В документах зафиксированы многочисленные случаи жестокого обращения с детьми в приёмных семьях, однако существуют и обратные факты: когда опекун отказывался от пособия на ребёнка, принимая его на своё обеспечение. Узнав, что в Саласпилсе находятся дети, жители Риги и окрестностей отправлялись туда и забирали детей, порой прибегая к подкупу охраны^[25].

Особняком в истории спасения узников стоит созданный Юшкевич вместе с организованным ею же комитетом из числа русских общественных работниц приют в Риге, на ул. Даугавпилс. Со 2 ноября 1943 года он принимал детей, с 1 февраля 1944 года — беженцев из числа интеллигенции, до 1 апреля 1944 года оказав помощь 411 взрослым и детям^[25].

Данные о количестве узников и жертв концлагеря противоречивы^[3]. Оценку как количества погибших в этом лагере, так и состава заключённых затрудняет то, что при эвакуации был уничтожен его административный архив^[26].

Согласно советским источникам, в Саласпилсском концлагере было убито свыше 100 тыс. человек^[27][28], в том числе 7 тыс. детей^[29] и помимо граждан СССР, также Чехословакии, Польши, Австрии, Нидерландов, Франции и др.^[30].

Ряд советских исторических и энциклопедических работ уточняют, что в собственно Саласпилсском лагере было убито более 53 тыс.^[31][32], а с «филиалами» — 100 тыс. человек^[33]. Историк Арон Шнеер отмечает, что Саласпилсский лагерь для военнопленных был неподалёку от лагеря для гражданских лиц^[34][35].

Американский историк Валдис Луманс^[7] приводит данные со ссылкой на советскую ЧГК о 53 700 жертв. Немецкие историки Андрей Ангрик, Петер Кляйн заявляют, что данные ЧГК о более чем 53 тыс. жертв должны быть «отвергнуты». Ангрик и Кляйн сообщают, что «считается, что через лагерь прошли около 12 тыс. заключённых»^[36].

Арон Шнеер отмечает, что по данным ЧГК через Саласпилс с конца 1942 года по 1944 год прошло около 12 тыс. детей в возрасте от грудных до 14-15 лет, однако из отношения Социального департамента от 3 ноября 1943 года известно, что порядковые номера регистрации детей в Саласпилсском лагере достигали 17 683, это позволяет предположить, что число детей, прошедших через лагерь было намного больше^[37][38].

• Вначале комендантом лагеря был Рихард Никельс (немец) — повинен в убийстве и истязании людей;
• Сменивший Никельса комендант лагеря Курт Краузе — натравливал на людей свою собаку-овчарку;
• Помощник коменданта Краузе, Отто Теккемейер — выслеживал из-за угла свою жертву и неожиданно наносил ей удар по голове дубинкой, находя в этом развлечение, причастен к убийству детей;
• Альберт Видужс — старшина лагеря;
• Хеппер, помощник коменданта, причастен к убийству детей;
• Бергер, помощник коменданта, причастен к убийству детей;
• Оберштурмфюрер СС Конрадс Калейс. С приходом нацистов стал одним из командиров добровольческого карательного отряда латышских националистов под руководством Виктора Арайса (т. н. «команда Арайса»). В Саласпилсе возглавлял роту охраны периметра концлагеря. Обвинён в убийстве узников лагеря^[39];
• Врач Майзнер — руководил опытами над детьми, испытывая на них яды^[40];
• Организовывал постройку лагеря штурмбаннфюрер CC доктор Рудольф Ланге, начальник службы безопасности г. Рига;
• Руководил постройкой лагеря инженер Магнус Качеровский.

В 1951 году перед судом в Гамбурге предстали четыре человека (двое причастны к преступлениям в Саласпилсе). Двое подсудимых были приговорены к пожизненному тюремному заключению, один был оправдан, а Отто Теккемейер был приговорён к 1 году и 8 месяцам тюремного заключения. Он умер 28 марта 1982.

Магнус Качеровский в 1959 году получил 10 лет тюремного заключения. Но позже дело было пересмотрено, и он был приговорён к смертной казни^[41].

В 1967 году на месте лагеря был создан Саласпилсский мемориальный комплекс.

В 2006 году на месте захоронения 146 немецких военнопленных был установлен берёзовый крест^[42].