Бишунгаровские курганы

Памятник открыт в 1960 г. А. П. Шокуровым, зафиксировавшим более 30 насыпей диаметром 15—30 м и высотой 0,60—1 м. Насыпи были преднамеренно снивелированы в 1961 г. в ходе распашки. Могильник тянется цепочкой по склону водораздельной возвышенности вдоль гребня по линии юго-запад — северо-восток.

Исследовался в 1966, 1968, 1972 гг. А. Х. Пшеничнюком (7 курганов), в 1991 г. — экспедицией Национального музея РБ под руководством В. Н. Васильева (курганы № 22 и 23), в 1992 г. А. Х. Пшеничнюком — курган № 20. Всего насчитывается 23 кургана по данным Пшеничнюка (30 — по данным Шокурова), раскопано 9 (с учётом кургана 1992 г. — 10), вскрыто 54 погребения (65 — с учётом кургана 1992 г.).

В 2021 г. визуальное обследование могильника и прилегающей территории проведено С. Ю. Николаевым. Выявлены новые курганные насыпи в составе могильника, внесены поправки в нумерацию как раскопанных, так и сохранившихся курганов^[1].

Относится к курганным могильникам с земляными насыпями диаметром 16—25 м, высотой 0,4—0,7 м. Состоит из 23 (по данным Шокурова — 30) курганов, раскопано 9 (54 погребения).

Под каждым из изученных курганов находилось 3—12 захоронений (по уточнённым данным 2023 г. — от 3 до 11). Большинство могил расположено по кругу, 1 или 2 — в центре.

Умершие погребены в прямоугольных могильных ямах глубиной 1,5—2 м от уровня погребённой почвы, вытянуто на спине, головой преимущественно на юг (25 случаев — юг, 11 — юго-восток, 4 — юго-запад), 6 — на восток, 3 — на запад. В некоторых погребениях обнаружены ступеньки-заплечики шириной около 0,2 м, на которых сохранились остатки деревянных перекрытий, подбои вдоль длинных стен, слои прокалённого грунта. За исключением пяти погребений, все заглублены в материковый грунт, что характерно для прохоровской культуры.

Погребения, как правило, индивидуальные, реже — парные (4 случая, в том числе взрослый и ребёнок, два подростка), в двух случаях — по три человека в одной яме (в одном — взрослый и два ребёнка). В девяти случаях — детские погребения боковые, размерами ям в среднем 110×50 см. Центральными во всех раскопанных курганах являются индивидуальные, под двумя насыпями — по два параллельных центральных погребения^[1][2].

Керамика представлена лепными чашевидными круглодонными и плоскодонными сосудами, курильницами в виде плошек и кубков. Встречается изготовленная на гончарном круге посуда из красной глины среднеазиатского производства.

Погребальный инвентарь составляют бронзовые дисковидные зеркала с валиком по краю, бронзовые и железные трёхлопастные наконечники стрел, бронзовые и золотые височные подвески в виде колец, спиралевидный перстень, железные двулезвийные мечи и кинжалы с серповидным навершием, каменные, коралловые и стеклянные бусы, костяные ложечки, игольники^[2].

В тридцати погребениях найдены кости животных — преимущественно кости передней ноги мелкого рогатого скота (барана), реже — ребро или лопатка. В 18 случаях они положены в области ног покойного, в девяти — возле черепа или за ним. В десяти могилах найдены кусочки мела.

По инвентарю выделяются: около 16 мужских погребений (вооружение — мечи, наконечники стрел), 11 женских (украшения — височные кольца, бусы, зеркала, пряслица) и 9 детских с единичным инвентарём (сосуд, бусы, мел) либо без него.

Особый интерес представляют три захоронения с «перекрёстным» инвентарём. В погребении 6 кургана № 3 среди мужского набора (железный меч, колчан из 37 бронзовых и 10 железных наконечников стрел) зафиксированы два золотых височных кольца и две коралловые веточки-бусины между коленными суставами. В погребении 9 того же кургана — в могиле с чисто женским инвентарём у ступней найден один бронзовый наконечник стрелы^[1].

В ходе работ 2023—2026 гг. в рамках гранта РНФ «Динамика культурного развития и освоения Южного Урала с древности и до вхождения в состав России (IV в. до н. э. — XVI в. н. э.)» в Бишунгаровском кургане найдено погребение жрицы: молодая девушка была уложена с элементами материальной культуры, связанными со жрецами, — ложечками, гадальными костями животных^[3].

Обследование прилегающей к могильнику территории показало, что её плотного хозяйственного освоения в эпоху раннего железа не происходило. Многочисленные случайные находки сарматского клинкового оружия, а также находка раннепрохоровской керамики на расположенной вблизи стоянке Савалеево-2 свидетельствуют о том, что кочевники раннего железного века начали освоение территории задолго до появления Бишунгаровских и Старо-Киишкинских курганов, ещё в IV веке до н. э.^[1]. Фрагмент из Савалеево-2 является в настоящее время самой северной находкой керамики кочевников IV века до н. э.

Таким образом, состав и планиграфия Бишунгаровского курганного могильника, зафиксированные А. Х. Пшеничнюком во второй половине XX века, являются очень предварительными и требуют дальнейшего изучения^[1].

Памятник отражает процесс заселения Южного Урала индоиранскими племенами^[2] и является «визитной карточкой» развитой прохоровской (раннесарматской) культуры Южного Приуралья. Датируется III—II вв. до н. э., оснований для пересмотра датировки, предложенной Пшеничнюком, по данным 2023 года, нет^[1].

Материалы Бишунгаровских курганов хранятся в Музее археологии и этнографии УФИЦ РАН.