Зазу (субкультура)

Впервые слово «зазу» было использовано в 1938 году в песне Джонни Хесса «Je suis swing», припев которой содержал следующие слова:

Эта фраза была отсылкой к джазовой композиции «Zaz Zuh Zaz», которую 2 ноября 1933 года записал Кэб Кэллоуэй на пластинке звукозаписывающей компании «Victor Talking Machine Company»^[1].

Песня Джонни Хесса стала главным хитом 1940 года наряду с композицией «Mademoiselle Swing» Ирен де Требер. Обе песни прозвучали в фильме «Мадемуазель Свинг», вышедшем на экраны в 1942 году^[2].

Согласно определению из электронного издания словаря «Trésor de la langue française», зазу — это «подросток, проявляющий безмерную страсть к американской джазовой музыке и выделяющийся эксцентричным стилем одежды». В более позднем, расширенном значении, это слово также может обозначать «чудаковатого человека»^[3].

В период Второй мировой войны, когда Франция была оккупирована немецкими войсками, зазу демонстрировали безразличное, «наплевательское» отношение к ужасам войны и бросали вызов властям, как немецким, так и французским^[4].

В ретроспективе их описывают как «свободных духом» людей, которые отстаивали активную культурную жизнь, несмотря на военное положение и оккупацию. Их вкусы противоречили морали и политике правительства того периода, поэтому движение зазу характеризуют как контркультуру^[5].

Будучи поклонниками джаза, зазу открыто выражали свою любовь к американской и английской культурам, что в то время считалось недопустимым. Они заимствовали элементы американской моды, например, костюмы «зут», отличительной чертой которых была крупная клетка. При этом демонстрировали нарочито дурной вкус. С той же вызывающей манерой они подражали чопорной элегантности и манерам английских снобов. Этот стиль был их формой протеста. Несмотря на комендантский час, они собирались в подвалах парижских кафе, таких как «Dupont-Latin» и «Capoulade» в Латинском квартале, где устраивали танцевальные соревнования в стиле свинг.

Вызов выражался и в их внешности. Юноши носили напомаженные волосы средней длины, пышно уложенные на макушке, — прямой контраст с короткими стрижками, которые были обусловлены войной. Девушки красились чрезмерно ярко, носили короткие (по меркам того времени) юбки и зачёсывали волосы высоко надо лбом в тугой кок^[6].

Будучи выходцами из состоятельных семей и располагая средствами (иногда — благодаря чёрному рынку), они могли позволить себе дорогую и элегантную одежду: широкие брюки, длинные приталенные пиджаки, рубашки с высоким жёстким воротником, галстуки и тяжёлую кожаную обувь на массивной подошве. В качестве провокации они носили слишком длинные вещи, для пошива которых использовали большое количество ткани, в то время как её отпускали по карточкам. Для того чтобы показать, что они ни к чему не относятся серьёзно, зазу считали делом чести всегда носить с собой зонт, который никогда не раскрывали^[5].

Их излюбленными местами стали студенческие кафе Латинского квартала, где они проводили вечера, насмехаясь над злободневными политическими темами; бульвар Сен-Мишель; а для тех, кто постарше, — терраса кафе «Pam-Pam» на Елисейских Полях. Они также любили велосипедные прогулки в Булонском лесу.

Когда были приняты нацистские расовые законы, обязавшие евреев носить жёлтую звезду, некоторые зазу, в знак протеста, стали появляться на публике с её стилизованными версиями, где было написано «Zazou», «Swing» или «Goy». За это их арестовывали и отправляли в концентрационный лагерь Дранси, однако впоследствии отпускали^[5].

Эта демонстративная циничность и беспечность вызывали осуждение у тех, кто призывал молодёжь к полезной деятельности — будь то помощь нуждающимся или подготовка к борьбе с оккупантами.

Считается, что впервые термин «зазу» в печати использовал автор песен для Эдит Пиаф Раймон Ассо — в коллаборационистской газете «La Gerbe» от 18 декабря 1941 года^[7].

Зазу были современниками экзистенциализма. Борис Виан часто общался с ними и разделял многие взгляды зазу — в первую очередь любовь к свингу и джазу^[8], — хотя сам к этой субкультуре не принадлежал^[9]. Он описал моду зазу так: «На парне была курчавая шевелюра и лазурного цвета костюм, причём пиджак ниспадал до икр […] на девице тоже был пиджак, из-под которого самое меньшее на миллиметр торчала широкая плиссированная юбка из маврикийского тарлататана»^[10].

Его первая жена, Мишель Виан, дополнила это описание в интервью 2013 года^[11]:

В 1942 году в своём романе «Посторонний» Альбер Камю описывает зазу следующим образом^[12]:

Как и поражение во Франко-прусской войне 1870 года, падение Франции привело к реформированию государственных институтов и появлению новых модных течений. Режим Виши, придававший первостепенное значение вопросам воспитания, морального духа и трудовой активности французской молодёжи и учредивший в 1940 году Министерство молодёжи, рассматривал зазу как враждебное движение, оказывавшее опасное влияние на подрастающее поколение. Сами зазу, в свою очередь, воспринимали созданные в июле 1940 года Трудовые лагеря французской молодёжи как инструмент идеологической обработки.

В 1940 году было опубликовано 78 статей против зазу, девять — в 1941 году и 38 — в 1943 году. В вишистских газетах, обличавших моральное разложение французского общества, зазу изображали эгоистичными бездельниками и «иудо-голлистами»^[13].

Девушки-зазу представляли собой полную противоположность вишистскому идеалу женщины: они носили чрезмерно яркий макияж, подводили глаза, красили губы алой помадой, носили старые потёртые меха^[14].

В 1942 году политики режима Виши осознали, что проект национального возрождения, осуществление которого они связывали с молодёжью, находился под серьёзной угрозой из-за массового неприятия пропагандируемых ценностей — труда, самоотверженности, аскетизма и мужественности.

Зазу стали главными врагами фашистской молодёжной организации «Народная молодёжь Франции» (фр. Jeunesses populaires françaises (JPF)), относящейся к Французской народной партии. Их лозунгом стал призыв: «Скальпируйте зазу!». На зазу нападали боевые группы молодых фашистов из молодёжной организации, вооружённые машинками для стрижки. В барах проводили облавы, их избивали на улицах. Многие были арестованы и отправлены на принудительные сельскохозяйственные работы.

В этих условиях зазу начали скрываться. Они прятались в своих танцевальных залах и подпольных клубах, в то время как официальное коммунистическое движение Сопротивления относилось к ним с подозрением, усматривая в их поведении апатию и даже легкомысленное отношение к войне в целом.

21 апреля 1944 года на собрании Легиона французских добровольцев против большевизма на велодроме «Зимнем» Жак Дорио заявил: «Быть двадцатилетним, жить в самую грандиозную эпоху истории человечества — и быть „зазу“ и телом, и духом… Какая деградация, какое падение!»^[15].

• Песня «Mademoiselle swing», Ирен де Требер, 1940 год.
• Фильм «Mademoiselle swing», 1942 год.
• Песня «Y a des zazous», Андрекс, авторы — Раймон Венси и Анри Мартине, 1944 год.

«Ils sont zazous» — это песня Джонни Хесса и Мориса Мартелье.

• Роман «Banlieue sud-est» Рене Фалле, 1947 год. Борис Виан отозвался о романе следующим образом: «Я был рад впервые увидеть столь искреннее и проницательное описание сердца и поведения зазу из Сены и Уазы — любопытной и весьма характерной разновидности [этого типажа]»^[16].
• Роман «Les Zazous» Робера Массена (под псевдонимом Клод Менюэ). Издан в 2009 году.
• Роман «Zazous» Жерара де Кортанза. Издан в 2016 году совместно с двойным музыкальным альбомом, посвящённым зазу.

• «Le Groom vert-de-gris» — альбом из серии «Приключения Спиру и Фантазио» (фр. Une aventure de Spirou et Fantasio par…), где Фантазио предстаёт в образе зазу.

• Ришар Готенер — альбом «Chants zazous» (1982 год).
• Pet Shop Boys — композиция «In the Night» (1986 год).
• Мюзикл «Zazou» в постановке Жерома Савари.
• Брижитт Фонтен в дуэте с Матье Шедидом — песня «Y a des zazous».
• Bérurier Noir — упоминание в песне «Salut à toi» (1985 год): «Salut à vous tous les zazous» (рус. Привет вам всем, зазу).
• Stupeflip — строка «Le zazou qui zone dans la Z.U.P. naze et qui fout rien» (рус. Зазу, что слоняется по скучной зоне городской застройки и которого ничего не волнует) в песне «L'épouvantable épouvantail» (2003 год).