Средства массовой информации

Термин англ. mass media ([ˈmæs ˈmiːdiə]) заимствован из английского языка и образован сложением слов mass («масса») и media (множественное число от medium, латинского происхождения; переводится как «средство [коммуникации]»). Medium был выбран в английском языке, поскольку не существовало слова, объединяющего значения «инструмент» и «нечто, что находится между двумя полюсами» (то есть между отправителем сообщения и получателем)^[10].

Термин mass media обычно употребляется во множественном числе и в итальянском, и в английском языках; форма mass medium в единственном числе встречается редко и в основном в научной литературе, иногда в итальянском языке — medium di massa.

И medium, и media — заимствования, в итальянском произносятся как /ˈmɛdjum, ˈmɛdja/^[11].

На протяжении большей части истории человечества информация накапливалась и распространялась преимущественно в процессе прямого, личного общения: люди взаимодействовали, обмениваясь символами или осуществляя совместные действия в общем физическом пространстве^[12][13]. Современный же человек всё чаще сталкивается с тем, что «невозможно избежать медиа, потому что они присутствуют в каждом аспекте нашей жизни»^[14]. Обращённость к опосредованным каналам объясняется сложности окружающей среды: она слишком сложна для непосредственного познания, и человек вынужден строить её упрощённую модель^[15]. Центральную роль в формировании этих упрощённых моделей мира играют именно средства массовой информации^[13], поскольку они выступают как источники легко доступных и пригодных для переработки смыслов, способствуя построению и социализации образов реальности, которые индивиды затем используют как «практические ориентиры» в сложном мире^[13].

До изобретения книгопечатания развитие медиа было медленным, так как книги были дорогими и доступны только очень узкому кругу грамотных. Промышленная революция, а затем изобретение ротационных печатных машин и дешёвой бумаги ускорили и упростили распространение новостей. В XIX веке изобретён телеграф, затем последовали телефон и кинематограф.

В XX веке (в так называемый «век масс») средства массовой информации вошли в каждый дом: сначала радио, потом телевидение, а затем интернет. Это привело к значительному изменению повседневных привычек миллионов людей.

Несмотря на распространение печати с XV–XVI веков, по-настоящему массовое распространение средств массовой информации связывают с XX веком, когдарадио впервые позволило получать оперативную информацию — без задержки между передачей и приёмом сообщения. Это открыло возможность научного изучения восприятия сообщений и породило многочисленные исследования.

Последующие технологические новшества впервые позволили массовое тиражирование информации по низкой цене: книги, газеты и фильмы на различных физических носителях, а затем радио и телевидение — в электронном виде.

Изначально массовые медиа были ориентированы на газеты, радио, телевидение, но к концу XX века центром становятся интернет и компьютер. Сегодня к средствам массовой коммуникации относят также мобильные телефоны, однако их называют не только массовыми медиа, но и цифровыми медиа (новыми медиа), которые позволяют передавать информацию как по модели «один-к-одному», так и «один-ко-многим».

Если рассматривать медиа как инструменты символической медиации внутри определённой сообщества, то первым таким инструментом с древнейших времен служило само тело человека — с помощью жестов и звуков. Камень, которым рисовали петроглифы, стал первым «внешним» медиумом. Позже устные традиции передачи знаний от родителя к ребёнку заложили эволюцию, приведшую к выделению трёх фундаментальных каналов информации: письменный текст, изображения и звуки.

В новейшее время природа этих базовых медиа принципиально не изменилась:

• обучение продолжается через письменный текст (от папируса до гипертекста);
• через изображения (от пещерных рисунков до фотографий и фильмов);
• и через запись звуков с помощью нот (теперь — также магнитных и оптических носителей).

Ключевые виды средств массовой информации включают:

• Печатные (книги, брошюры, газеты, комиксы, журналы и др.) — с конца XV века;
• Звуковые записи (пластинки, магнитные ленты, аудиокассеты, CD, VHS, DVD и др.) — с конца XIX века;
• Кинематограф — с 1900-х годов;
• Радио — с 1920-х годов;
• Телевидение — с 1950-х годов;
• Интернет — с 1990-х годов.

Под процессом медийной коммуникации^[16] понимается коммуникация, где отправителем выступают телеканалы или печатные СМИ, а получателем — публика. Анализ такого процесса часто ведут по формуле Лассуэлла (Who, What, Whom, Where, What effects): отправитель, сообщение, канал, аудитория, эффект:

1. Who (отправитель) — редакции телеканалов, журналов, радио и др.;
2. What (сообщение) — контент, проходящий стадии замысла, производства, дистрибуции, используемые коды;
3. Whom (аудитория) — реальная или потенциальная публика, подлежащая изучению и категоризации;
4. Where (средство) — используемый канал, определяющий код коммуникации;
5. What effects (эффекты) — последствия, вызываемые сообщением (от кратковременных до долгосрочных).

Производство начинается с кодирования — преобразования идеи в текст (а для ТВ — в изображения). Шаги к восприятию включают декодирование получателем, результат которого зависит от его особенностей. Конечный эффект — результат двустороннего процесса кодирования–декодирования.

Распространено мнение, что для полноценной демократии необходимы независимые средства массовой информации, информирующие граждан о действиях власти и компаний. Без независимых СМИ граждане, даже обладая правом голоса, не в состоянии сделать осознанный, соответствующий своим интересам выбор. Это обусловило представление о медиа как о «четвёртой власти», независимой от исполнительной, законодательной и судебной. Некоторые страны (например, Испания в 2005 году) проводили реформы по обеспечению независимости государственных телеканалов от политического влияния.

Несмотря на доступность огромного количества информации, часто сложно проверить достоверность и надёжность сведений на страницах интернета (где многое публикуется самостоятельно). Некоторые исследователи считают, что интернет отражает противоречия реального мира, а кажущаяся высокая достоверность данных ТВ и печати обусловлена ограниченным числом источников и стандартизацией традиционного информационного поля. Среди них — Марчелло Фоа, автор Волшебники новостей^[17].

Интернет позволяет распространять новости и сведения за считаные минуты по всему миру, зачастую заменяя традиционные носители (почта, телефон, факс).

Развитие моментальной децентрализованной коммуникации, вероятно, приведёт к существенным переменам в структуре медиа и их отношении с обществом.

Идея о том, что средства массовой информации — мощный инструмент, способный влиять не только на поведение и мнения людей, но и на институции, берёт начало из бихевиористской психологии, опыта пропаганды в Первой мировой войне, подъёма тоталитарных режимов и передачи «Война миров» Орсона Уэллса, вызвавшей панику слушателей.

С этим связаны дискуссии^[18] о вредном влиянии кино и ТВ, особенно в сотношении насилия и его воздействия на детей^[19]. Сегодня обсуждают и влияние на личные отношения, познание и влияние сексуально откровенных онлайн-контента (sexting, grooming, сексуальная эксплуатация несовершеннолетних через сеть и пр.)^[20].

Психолого-социальные исследования влияния медиа выделяют два основных направления: теория сильных эффектов, рассматривающая масс-медиа как крайне влиятельные, и теория ограниченных эффектов, затрагивающая больше структуру сообщения, чем силу воздействия самих медиа. Последующее развитие связано с понятием agenda setting и спирали молчания (Э. Ноэль-Нойман), говорящих о когнитивных эффектах медиа на аудиторию.

Теорию сильных эффектов сформировали социальные психологи 1930–1940-х годов. В этой парадигме СМИ способны оказывать любые влияния на пассивную аудиторию. Основу составляли наблюдения за эффективностью пропаганды во время мировых войн и эксперименты Карла Ховланда. Теория инъекции (гиподермической иглы, Гарольд Лассуэлл, 1940-е) рассматривала действие масс-медиа как прямое воздействие на пассивную массу.

Однако в исследовании избирательного поведения «The people's choice» (1944) Пол Лазарсфельд, Берелсон и Годе показали, что воздействие медиа на решения избирателей ограничено.

Из этого вытекает модель ограниченных эффектов, согласно которой медиа в основном усиливают устойчивые мнения, а существенные изменения затрагивают лишь малую долю публики, и те скорее связаны с лидерами мнений, чем с самими медиа. Возникла теория двухступенчатого потока коммуникации (Лазарсфельд, Кац, 1955)^[21], согласно которой информация сначала поступает лидерам мнений, а затем транслируется основной аудитории. В этом же русле и теория использования и удовлетворения потребностей (Кац, 1960-е), подчеркивающая активную роль аудитории.

В 1970-е–80-е вновь появляются концепции сильных эффектов, в частности agenda setting (МакКомбс, Шоу), гласящая, что медиа не отражают, а формируют реальность, фокусируясь на ограниченной группе тем.

Важную роль также заняла теория спираль молчания, предложенная Элизабет Ноэль-Нойман, утверждающая, что люди боятся социального изолирования, и если их мнение отличается от мейнстримного, они склонны его скрывать. В результате темы, не попавшие в поле внимания медиа, вытесняются из публичной дискуссии, вызывая фрустрацию у заинтересованных сторон.

С 1990-х годов развивается теория рамочного освещения (framing)^[22], связывающаяся с agenda setting и идеями Эрвинга Гофмана. Фрейминг — это не только выделение тем, но и их «рамочное» подача, с заострением определённых акцентов и смыслов. Например: предупредить о «настроении капитана» (agenda setting), или указать «внимание — капитан сегодня трезв» (фрейминг). Кто задаёт фрейм, тот зачастую определяет и содержание дискуссии, в то время как оппоненты вынуждены подстраиваться или «перефреймировать» ситуацию.

Указанные теории (agenda setting, spirale del silenzio, framing) перекликаются с риторикой, однако отличие в том, что сегодня публичная речь опосредована массовыми медиа с их коммерческими, технологическими, индустриальными и политико-экономическими особенностями. С конца 2010-х получило развитие смешение этих подходов применительно к институту семьи, анализу медиа-образов семьи на Twitter и в теленовеллах.^[23][24][25]

Выделяют четыре основных психологических эффекта медиа:

• образовательные эффекты
• мотивационные и регулирующие эффекты
• эффекты десенсибилизации и привыкания
• эффект социального конструирования реальности

Изучаются с помощью:

• контролируемых экспериментов
• корреляционных исследований
• полевых наблюдений
• анализа естественных событий

Результаты зачастую сопоставляются для поиска конвергенций^[26].

С приходом доступных масс-медиа возникли вопросы о воздействии их содержимого на молодежь, в частности — о влиянии сцен насилия^[26][27]. Наблюдается конфликт между свободой информации и необходимостью защиты уязвимых групп.

Ряд исследований указывает, что просмотр насилия формирует склонность к подражанию, особенно в дошкольном возрасте^[26].

Гипотеза Джованни Сартори в Homo videns близка идеям К. Поппера: телевизионное насилие и избыточная визуализация формируют особое «впечатывание» у подрастающих поколений.

В 1994 году подсчитано, что дети тратят до 40 часов в неделю на просмотр экрана^[28]. Последствия с точки зрения современной психологии:

1. Трудности в различении реальности и вымысла;
2. Дегуманизация субъекта: потеря эмпатии к чужим страданиям;
3. Дегуманизация объекта: восприятие окружающих как «предметов»;
4. Вовлечение в агрессивные действия.

Отсутствие посредника (родителей) и объясняющего взрослого только усугубляет проблему. Существует и опасность «коллективного притупления критического сознания».

За минувшие десятилетия появились тысячи исследований, разделивших специалистов, по выражению Умберто Эко, на «апокалиптиков» (видят в медиа разрушение традиций) и «интеграторов» (отмечают позитивные стороны медиа-социализации).

Массовые медиа формируют восприятие реальности и культуры, по принципу Маршалла Маклюэна «медиум — есть сообщение»^[30]. Поскольку массовая коммуникация — это серийное производство сообщений как «товара», важно изучать стратегии создания и распространения контента, особенно — при политическо-идеологической коммуникации и рекламе.

Психологические исследования показали, что зритель телевидения или кино пассивнее читателя книги и меньше обращает внимание на внутренние противоречия сообщения^[31].

В XXI веке социальные медиа (например, Facebook, Instagram, TikTok) и сервисы потокового видео (YouTube, Netflix) стали новыми средствами массовой коммуникации. Наряду с охватом широкой аудитории они вводят персонализацию контента с помощью рекомендательных систем и моделей искусственного интеллекта, влияя на информационное поведение и плюрализм источников^[32][33].

С 2024 года в Европейском союзе действует Закон о цифровых услугах (DSA), регламентирующий ответственность платформ и вводящий требования по прозрачности, управлению системными рисками и независимому аудиту особо крупных сервисов (VLOP/VLOSE)^[34][35].

Распространение онлайн-контента увеличило число источников, но также привело к росту дезинформации, манипуляций и подстрекательских сообщений с возможными последствиями для публичной сферы и демократических процессов. Международные организации разрабатывают рамки управления и минимальные стандарты прозрачности и подотчетности для цифровых платформ^[36][37]. Компаративные исследования показывают, что пользователи всё чаще предпочитают краткие видеоформаты и социальные медиа для получения новостей, причём уровень доверия к медиа различается между странами и демографическими группами^[38].

Широкое распространение онлайн-видео и потоковых сервисов вызвало интерес к вопросам энергопотребления и связанных с этим выбросов парниковых газов, формируемых центрами обработки данных, сетями и устройствами. Аналитики подчёркивают важность повышения энергоэффективности, внедрения экологичного дизайна и прозрачного расчёта цифрового следа^[39][40].