Птичья Агада

Иллюминированный манускрипт был создан в Южной Германии около 1300 года^[1][2]. Софера, создавшего манускрипт, звали Менахем, что исследователи выяснили по графически выделенному сочетанию «מנחם» в слове «מֻנָּחִים» (Мунахим)^[3].

Сохранилось 47 страниц из 50. Начало и конец книги содержат миниатюры на весь разворот. 33 страницы содержат иллюстрации, показывающие традиции праздника Песах и сюжет Исхода. Каждая страница содержит 12 строчек текста на иврите. Для создания рукописи были использованы чёрные и коричневые чернила, темпера и пергамент^[1].

Существуют различные теории относительно изображения евреев в качестве птиц и представления неевреев безликими.

Эксперты сошлись во мнении, что таким образом автор соблюдал вторую из десяти заповедей, «Да не будет у тебя других богов», трактуемую как строгий запрет на изготовление идолов, в который, в том числе, может входить и простое изображение людей^[4]. Со временем в иудаизме запрет на изображение людей стал более мягким, несмотря на то, что консенсуса по данному вопросу среди религиозных авторитетов нет^[5][6]. Однако создание скульптур неизменно находится под строжайшим запретом (любая скульптура считается «идолом»).

Также у некоторых персонажей можно заметить уши.

Рут Меллинкофф идентифицировала эти уши как свиные и на основании этого факта сделала вывод, что художник, иллюстрировавший Агаду, был христианином-антисемитом. (Текст переписал еврей, но иллюстрации доверили иноверцу.) Клюв символизирует «длинный нос», а изображение евреев как хищных птиц (животных некошерных и, следовательно, не почитаемых у евреев) подтверждает эту версию^[3].

Марк Эпстейн, с другой стороны, придерживается противоположного мнения: уши указывают на то, что головы принадлежат не птицам, а грифонам, гибридам льва и орла. Это, по мнению Эпстейна, частый мотив в еврейской иконографии ^[7]. Лев — символ колена Иуды, которое, в свою очередь, символизирует благодарность Богу. Орёл — символ Римской империи. Из этого следует, что евреи диаспоры осознавали себя и как евреи, и как граждане империи^[8]. Также лев, орёл и человек являются частью Меркавы.

Мейер Шапиро также придерживается позиции еврейского происхождения художника^[9]. Тот был обучен готическому стилю того времени и уверенно его использовал, но «не был впереди всех» современных ему художников; манускрипт, «в наше время такой выдающийся, в своё время был обыденным предметом искусства»^[10]. Кроме того, Шапиро считает, что художник изобразил именно головы орлов. Это подкрепляется пассажами из Ветхого Завета, где еврейский народ сравнивается с орлами, к примеру Исх. 19:4, имеющий прямое отношение к сюжету Исхода, и Втор. 32:11, 12^[11].

Эпстейн аналогично ставит под сомнение то обстоятельство, что гипотеза Меллинкофф предполагает, будто заказчики-евреи одобрили антисемитские карикатуры в качестве иллюстраций к Агаде^[12].

Кэрол Земель считает, что подобное изображение еврейского народа, празднующего исход из Египта, — это ироническая аллюзия на египетских идолов^[13].

История «миграции» манускрипта, начиная со времён создания, доподлинно неизвестна^[2]. В XX веке рукопись была во владении семьи Джоанны Бенедикт. Агада была вручена в качестве свадебного подарка новому мужу Джоанны, немецкому юристу еврейского происхождения Людвигу Маруму^[14]. Марум хранил Агаду на своём рабочем месте. Вследствие ареста и последующей депортации Людвига нацистами в 1933 году манускрипт исчезает. В 1946 году книга, оказавшаяся во владении немецко-еврейского беженца Герберта Кана, продаётся национальному музею «Бецалель» (который позже станет Израильским музеем) за 600 долларов^[15].

Шимон Джесельсон, коллега Марума, который эмигрировал в Израиль после Второй мировой войны, прочитал о сделке между Каном и музеем и вспомнил про Агаду, которую наблюдал во владении Марума. Джесельсон написал дочери Марума о местонахождении семейной реликвии^[14]. В 1984 году Элизабет, жительница Нью-Йорка, прибыла в Израиль и увидела манускрипт собственными глазами. После этого она написала письмо музею, в котором заявила, что Кан «не имел права продавать» Агаду, принадлежащую её семье, но что она позволит музею размещать у себя манускрипт «во благо общественности»^[14][16]. Со слов её дочери, Элизабет не знала, что может вернуть Агаду назад, поэтому даже не пыталась^[14].

В 2016 внуки Марума во главе с 75-летним Эли Барлизай начали требовать компенсацию в суде США в Манхэттене, заявляя, что Агада была продана без разрешения семьи^[16]. Барзилай участвовал в юридической кампании Рэндола Шенберга по возвращению украденных нацистами произведений искусства^[14]. Семья требует 10 миллионов долларов компенсации (похожая средневековая Агада была продана за 8,3 миллионов в 2021 году)^[16].

Представитель Израильского музея отвергает претензии, настаивая на том, что Элизабет Марум сама написала письмо, в котором разрешает хранить Агаду в музее как экспонат^[16]. Также музей потребовал предоставить документальные данные о том, каким образом Агада оказалась у Кана, чтобы обвинения о незаконном приобретении реликвии музеем имели вес.

Семейство обнаружило только косвенные доказательства; в 2016 было получено более 1000 документов от немецких историков из Карлсруэ, свидетельствующих о том, что Кан был учителем с плохим заработком и не мог приобрести Агаду^[17].

В 1965 и 1967 вышли два тома факсимильного издания Агады, осуществлённого в Израиле под редактурой М. Шпитцера. После этого артефакт привлёк внимание по всему миру^[18].

В 1997 году Koren Publishers совместно с Израильским музеем издали The Haggada of Passover: With Pop-Up Spreads^[19]. Продукт представляет собой детскую книжку с выдвижными объёмными элементами^[20]. Текст оригинала сопровождён переводом на английский^[19] Книжка была переиздана в 2008 и 2012 годах^[20].