Кэссетт, Мэри Стивенсон

Мэри Кэссетт родилась в Аллегейни (Питтсбург, США), была дочерью богатого биржевого маклера по продаже ценных бумаг и земли Роберта Симпсона Кэссетта и Катерины Келсо Джонстон, отпрыска банковской семьи. Её отец имел особую связь с Францией, поскольку происходил от французского гугенота Жака Коссарта, поселившегося в Новом Амстердаме в 1662 году. Её мать была хорошо образована и очень начитана, именно она оказала большое влияние на становление личности и интересы Мэри^[4].

В 1851 году семья переехала в Париж, где оставалась до 1853 года, а затем провела три года в Гейдельберге и Дармштадте, где старший брат Мэри Робби учился на инженера-строителя. В 1855 году, после болезни и смерти Робби, семья вернулась в Америку и поселилась в Филадельфии. В 1861 году Мэри окончила среднюю школу (колледж). После этого с 1861 по 1865 год училась в Пенсильванской академии изящных искусств в Филадельфии. Получение художественного образования было против воли отца, который видел свою дочь скорее домохозяйкой в богатой семье, но Мэри твёрдо решила продолжить карьеру художника. В 1866 году она наконец получила разрешение отца поселиться в Париже и продолжить обучение там^[5].

Она поселилась в Париже вместе с матерью, которая приехала с ней на несколько месяцев. Вместе с ней также приехала и её лучшая подруга из Филадельфии Элиза Холдеман. Поскольку женщины не могли посещать занятия в Школе изящных искусств, она брала уроки у частных преподавателей. Ей также разрешили копировать работы в Лувре. В конце 1866 года она брала уроки у Шарлья Шаплена, известного жанрового живописца, а в 1868 году её учил Тома Кутюр.

В 1868 году одна из её работ, «Мандолинист», была впервые принята на Парижский салон. Эта картина была выполнена в романтическом стиле Кутюра, и является одной из двух работ её раннего периода, которые можно с уверенностью приписать ей. Французская художественная сцена в то время переживала бурный взлёт, и многие художники, такие как Гюстав Курбе и Эдуард Мане, уже выступали против академического стиля, но Кэссетт продолжала упорно писать в традиционной манере и выставлять работы в Салонах в течение более десяти лет, прежде чем все же перейти к импрессионизму^[6].

Она вернулась в Соединённые Штаты в начале франко-германской войны в 1870 году и поселилась со своей семьёй в Алтуне. Её отец по-прежнему был против её выбора в пользу искусства и больше не хотел оплачивать траты связанные с увлечением дочери. В письме от июля 1878 года она писала, что отказалась от аренды своей студии, порвала портрет отца и больше не прикоснётся к кисти, прежде чем сможет вернуться в Европу.

Осенью художница отправилась в Нью-Йорк, чтобы продать несколько своих работ и собрать средства для продолжения карьеры в сфере изобразительного искусства, но ей это не удалось. Она отправилась в Чикаго, где потеряла часть своих работ во время большого пожара 1871 года. Но вскоре её работы привлекли внимание архиепископа Питтсбурга, который заказал ей копирование двух работ Корреджо в Парме. Она получила аванс, чтобы покрыть расходы на дорогу и проживание. Вместе с Эмили Сартен также художницей из богатой филадельфийской семьи, она отправилась в Европу осенью 1871 года^[7].

После приезда в Парму она представила на Парижский салон 1872 года ещё одну свою работу, «Две женщины, бросающие цветы во время карнавала», которая была хорошо принята и довольно дорого продана. Вскоре она стала востребованным живописцем в пармском художественном сообществе.

Закончив работу над копиями работ Корреджо, она отправилась в Мадрид и Севилью. Знакомство с работами Диего Веласкеса и Барталамео Мурильо привело к существенным изменениям в её художественном стиле. В Испании она написала несколько полотен с современными испанскими сюжетами, но уже не по примеру старых мастеров, а в стиле Эдуарда Мане. Её творческий художественный стиль на тот момент хорошо иллюстрирует полотно «Панада перед корридой». Контрастные цвета, нанесённые сильными мазками, создают яркую текстуру поверхности. В этой работе уже просматриваются две особенности характерные для более поздних работ Кэссетт, а именно: обрезание фигур, делающее их полностью заметными, и отсутствие любой неоднозначности изображаемого сюжета. В 1874 году она решает поселиться в Париже на постоянной основе. Вместе с ней переехала жить её сестра Лидия. Через короткое время Кэссетт стала яростным критиком системы жюри Парижского салона. Она была убеждена, что работы женщин-художниц отвергались, если у них не было связей с членами жюри. Когда в 1875 году одна из двух представленных ею работ была отклонена, от показа, она вспылила и устроила скандал.

Когда она приехала в Париж, её работы уже привлекли внимание Эдгара Дега. После их личной встречи в 1877 году между Кассатт и Дега завязалось тесное художественное сотрудничество, и они остались друзьями на всю жизнь. Дело дошло до того, что однажды Дега завершил её работу «Маленькая девочка в голубом кресле» (1878). Полотно было написано для американской секции Всемирной выставки 1878 года в Париже^[3].

На Салоне 1877 года обе её работы были отклонены. Впервые за семь лет там не было показано ни одной её работы, но Дега пригласил её принять участие в Салоне импрессионистов. В 1879 году художница выставила там 11 работ. На этой выставке она познакомилась с Бертой Моризо, и вскоре эти две женщины стали близкими подругами. Кэссетт также принимала участие во всех последующих выставках импрессионистов, кроме седьмой, где Дега также не выставлялся. Она полностью посвятила себя делу импрессионистов, с которыми, будучи женщиной, не могла встречаться в кафе, как это было принято у художников-авангардистов того времени, но регулярно виделась с ними в частных кругах и на выставках. Она переняла их методы работы: если раньше она работала в основном в своей студии, то теперь у неё всегда был под рукой этюдник, чтобы запечатлеть сцены на улице или в театр^[8].

Кассатт участвовала в первой выставке импрессионистов в Соединённых Штатах, организованной Полем Дюран-Рюэлем в 1886 году. В дальнейшем её стиль развивался в сторону более простых, фигуративных трёхмерных изображений. Цвета теперь наносятся не по отдельности, а плоскостями. Возможно, она черпала вдохновение в японских гравюрах, которые начала изучать в то время, сама художница не считала себя приверженцем не одного художественного стиля. На практике же она оказывала большую поддержку именно импрессионистам: например, она консультировала свою подругу Луизину Элдер и её мужа Гарри Хавмейера в создании коллекции работ художников этого направления. Большая её часть сейчас хранится в Метрополитен-музее в Нью-Йорке. Её брат Александр также приобрёл по её совету ряд работ Мане, Моризо, Ренуара, Дега и Писсарро^[9].

Её семья переехала в Париж в 1877 году. Помимо друзей и знакомых, Кассатт очень часто использовала в качестве модели свою сестру Лидию. Когда Лидия умерла в 1882 году, у Кассатт был период, полного отказа от живописи. Позже её любимой моделью стала Сьюзан, племянница её экономки Матильды Валли. Считается, что именно отношения с матерью послужили толчком к созданию многочисленных картин с изображением матери и ребёнка, которые во многом способствовали её успеху в последующие годы. В 1878 году после её выставки организованным французским коллекционером Полем Дюран-Рюэлем она вместе с матерью провела отпуск в Кап д’Антиб, где написала картину «Прогулка на лодке»^[10].

В 1893 году Кэссает купила замок Бофрейн в Ле-Месниль-Териб, где проводила лето. Зимой она оставалась в Париже в своей квартире на улице Мариньян. С возрастом она стала проводить зимы в Грасе в Альп-Маритимах. Она была так занята ремонтом своего замка, что не успела посетить свою персональную выставку в Нью-Йорке. Тем не менее выставка имела большой успех как у критиков, так и у покупателей. Вырученных средств почти хватило, чтобы расплатиться за замком. В октябре 1895 года скончалась её мать^[8].

Весной 1901 года близкая подруга художницы Луизина Хавемейер приехала в Геную вместе с мужем и пригласила Кассатт сопровождать их в поездке по Италии. После этой поездки она снова берётся за работу и продолжает свою любимую тему матери и ребёнка, теперь часто превращая её в двух детей, что несколько усложняет композицию. В 1904 году одна из её работ «Ласка» была отмечена на ежегодной выставке изящных искусств в Пенсильвании. В 1904 году она награждается Орденом Почётного легиона во Франции. В 1910 году становится членом Национальной академии дизайна в Нью-Йорке, а в 1914 году получает золотую медаль от Академии изящных искусств Пенсильвании^[11].

В 1908 году художница совершает ещё одну поездку в Соединённые Штаты, чтобы навестить свою подругу Луизину, а также проводит несколько дней со своим младшим братом Гарднером. С декабря 1910 года она путешествует по Европе и Ближнему Востоку вместе с ним, своей невесткой Луизой и её двумя детьми. Они посещают, в частности, Константинополь, а оттуда отправляются в Египет. Там её брат заболевает и умирает вскоре после возвращения в Париж. Сама она возвращается больной и долго лечится^[12].

В 1911 году её снова навестила Луизина, и, восстановив силы на отдыхе, в 1912 году она возобновила работу. Но из-за ухудшения зрения дописать своё последнее полотно она так и не смогла. К1921 году она практически ослепла. Умерла Мэри Кэссетт 14 июня 1926 года в своём замке Бофрен, недалеко от Парижа^[13].

Некоторые работы

Память