Дезертирство

Дезертирство как явление возникло одновременно с появлением регулярных армий.

В Древней Греции дезертирство, липотаксия (др.-греч. λιποταξία), каралось особой формой гражданской смерти — атимией (др.-греч. ἀτιμία), то есть полным или частичным лишением гражданских прав. В Афинах дело о дезертирстве возбуждалось как публичный иск и рассматривалось судом присяжных; обвинитель, отказавшийся от иска после его подачи, сам подвергался частичной атимии^[3]. В Спарте воинская служба была основой гражданской идентичности, поэтому уклонившийся от боя получал клеймо «тресанта» (τρέσας с др.-греч. — «трепещущий, трус»). Такой человек лишался права занимать должности, участвовать в торговле, вступать в брак; любой встречный мог его безнаказанно ударить. Наиболее известный случай — судьба спартанца Аристодема, единственного выжившего из 300 воинов Фермопильского сражения: вернувшись домой, он был объявлен тресантом, никто не разговаривал с ним и не давал огня, пока он не погиб в битве при Платеях, сражаясь с показной яростью^[4].

В Древнем Риме дезертирство считалось одним из тягчайших преступлений, так как нарушало священную воинскую клятву верности. Наказание за дезертирство было суровым и включало в себя порку, понижение в звании, а в случае перехода на сторону врага или длительного отсутствия — смертную казнь^[5].

В средневековой Европе структура армий и само понятие дезертирства существенно отличались от античности. Феодальное ополчение несло службу в рамках строго ограниченного срока, установленного вассальной клятвой, как правило, 40 дней в году^[6]. По истечении этого срока вассал имел право покинуть армию без каких-либо правовых последствий, что делало понятие «дезертирства» в современном смысле практически неприменимым к феодальным контингентам. Тем не менее уход до истечения срока или бегство с поля боя каралось сурово: в Каролингской империи капитулярий Карла Великого 801 года прямо предусматривал смертную казнь и конфискацию имущества за самовольное оставление армии — «виновный как преступник подвергнется опасности лишиться жизни, а его имущество будет конфисковано в нашу казну»^[7].

С распространением наёмничества в XII—XIV веках проблема дезертирства приобрела новое измерение. Наёмники-рутьеры и вольные компании формально не были связаны воинской клятвой с конкретным государем и нередко уходили к тому, кто платил больше. В периоды перемирий в ходе Столетней войны такие компании, оставшись без жалованья, превращались в банды мародёров, опустошавших целые провинции Франции. Король Карл V пытался решить проблему, перенаправив вольные компании на войны в Кастилии^[8]. В Англии дезертирство из королевской армии каралось смертью: Эдуард I во время шотландских кампаний конца XIII века столкнулся с массовым бегством пехотинцев и был вынужден ввести специальные административные меры для его пресечения^[9].

С появлением массовых призывных армий в Новое время проблема дезертирства приобрела новые масштабы. Во время Гражданской войны в США дезертирство стало массовым явлением с обеих сторон. По официальным данным, из Армии Союза дезертировало более 200 тыс. солдат, или около 10 % от общего числа в 2 млн, тогда как армию Конфедерации самовольно покинуло более 103 тыс. человек при общей численности от 800 тыс. до 1,2 млн. В армии Севера была распространена практика «прыжков за наградой»: солдаты записывались в армию, получали единовременную выплату до 300 долларов, дезертировали, а затем записывались в другом штате под новым именем. Только в Нью-Йорке скрывалось до 3 тыс. таких дезертиров^[10].

В годы Первой мировой войны дезертирство стало проблемой для всех воюющих держав. В британской армии за дезертирство и трусость к смертной казни были приговорены 3 080 солдат, из которых 306 были расстреляны^[11]. Первым расстрелянным стал рядовой Томас Хайгейт (англ. Thomas Highgate) 7 сентября 1914 года, последними рядовые Луис Харрис (англ. Louis Harris) и Эрнест Джексон (англ. Ernest Jackson) 7 ноября 1918 года. В 2006 году расстрелянные за дезертирство в годы Первой мировой войны подданные Великобритании были официально помилованы^[12].

В армии Италии под командованием генерала Луиджи Кадорны было вынесено 4 028 смертных приговоров, в том числе приговор в отношении 391 человека был приведён в исполнение за дезертирство^[13]. Кадорна также возродил древнеримскую практику децимации^[14].

В армии Франции после провала наступления Нивеля в апреле 1917 года прокатилась волна мятежей и массовых дезертирств: по подсчётам историков, в мятежах участвовали 35 000 солдат из 68 дивизий. Было вынесено 3 427 приговоров, из них 554 — смертных; реально расстреляны, по разным оценкам, от 43 до 57 человек^[15].

В Российской императорской армии в первые месяцы войны дезертирство не носило массового характера: явка на призывные пункты в целом по стране в августе 1914 года достигла 96 %, а уклонение от службы выражалось преимущественно в умышленных ранениях конечностей. В октябре 1914 года только в Львовский госпиталь ежедневно поступало до 600 человек с ранениями кистей руки. В ответ верховный главнокомандующий 16 октября 1914 года ввёл смертную казнь за умышленное членовредительство^[16].

По официальной статистике, до Февральской революции среднемесячный уровень дезертирства составлял не более 6 500 человек^[16]. Всего к 1 марта 1917 года были задержаны 195 130 человек, покинувших театр военных действий. К 1 августа 1917 года цифра выросла до 365 137 человек^[17]. К октябрю 1917 года массовое дезертирство фактически переросло в самодемобилизацию армии: по совокупным оценкам, около 2 млн солдат самовольно оставили службу^[16].

Во время Второй мировой войны в вермахте за дезертирство было вынесено около 30 тыс. смертных приговоров, из которых приведено в исполнение около 15—20 тыс.. В 2002 году был принят закон, предусматривающий отмену нацистских приговоров в отношении дезертиров и их полную реабилитацию. Тем не менее дезертиры, признанные нацистами «военными предателями», были исключены из этого постановления и реабилитированы решением Бундестага в сентябре 2009 года^[18].

В Красной армии в период с 22 июня по конец 1941 года органы НКВД СССР задержали свыше 710 тыс. дезертиров и более 71 тыс. уклонистов от мобилизации^[19]. Ответственность за дезертирство предусматривалась п. 7-10 ст. 193 УК РСФСР, которая предполагала единственную санкцию в военное время — расстрел с конфискацией имущества^[20]. 28 июля 1942 года был издан приказ народного комиссара обороны СССР № 227, который вводил формирование штрафных батальонов и рот, а также заградительных отрядов в тылу неустойчивых дивизий^[21].

Во время войны во Вьетнаме с 1965 по 1973 год количество дезертиров в армии США достигло 495 689 человек. В 1971 фискальном году уровень дезертирства составлял 73,5 случая на 1 тыс. военнослужащих^[22].

Во время войн в Ираке и Афганистане в 2006—2007 фискальном году уровень дезертирства в армии США составлял 9 случаев на 1 тыс. военнослужащих^[23].

Первым систематическим военно-уголовным кодексом России стал Воинский устав Петра I, утверждённый 30 марта 1716 года. Глава XVII устава «О дезертирах и беглецах» устанавливала смертную казнь через расстрел за самовольное оставление части с намерением не возвращаться. Если солдат возвращался добровольно, наказание смягчалось: первый побег — прогон сквозь строй в шесть шеренг три раза, второй — шесть раз, третий — смерть или каторга. Офицеры, бежавшие с поля боя, подлежали лишению чина и чести, а при повторном дезертирстве — расстрелу^[24]. Устав также предусматривал ответственность для офицеров, не доложивших о побеге подчинённых в течение трёх дней: их ждало лишение месячного жалованья^[25].

В 1869 году был принят Воинский устав о наказаниях, который разграничивал дезертирство по продолжительности самовольного отсутствия и умыслу. Система наказаний дифференцировалась по сословному положению: для нижних чинов, не пользовавшихся особыми правами состояния, максимальным наказанием являлась отдача в арестантские роты на срок от года до шести лет; для офицеров и привилегированных военнослужащих — лишение всех прав состояния с последующей ссылкой или заточением в крепости. В военное время за дезертирство грозила смертная казнь, которая могла быть заменена заточением в крепости^[26]. Установленная уставом система наказаний просуществовала с незначительными изменениями до Октябрьской революции 1917 года.

25 декабря 1918 года декрет ВЦИК впервые ввёл в советское законодательство понятие дезертирства как самостоятельного воинского преступления, установив за него расстрел или лишение свободы. Положение о воинских преступлениях 1927 года систематизировало ответственность: ст. 21-б предусматривала за дезертирство в мирное время лишение свободы на срок до 10 лет, в военное время — расстрел. Эти нормы были воспроизведены в п. 7—10 ст. 193 УК РСФСР 1926 года^[27].

С началом Великой Отечественной войны санкции приобрели абсолютно определённый характер: п. 7—10 ст. 193 УК РСФСР на военное время устанавливали единственное наказание — расстрел с конфискацией имущества^[20]. Приказ № 227 от 28 июля 1942 года ввёл заградительные отряды в тылу неустойчивых дивизий, которые имели право расстреливать паникёров и трусов на месте, а провинившиеся командиры направлялись в штрафные батальоны^[21]. Постановлением Государственного комитета обороны от 11 октября 1942 года дезертирство, сопряжённое с вооружёнными преступлениями, квалифицировались как измена Родине (ст. 58-16 УК РСФСР), что влекло расстрел с конфискацией всего имущества; совершеннолетние члены семьи такого дезертира, знавшие о преступлении, карались лишением свободы на срок от 5 до 10 лет, а остальные — ссылкой в Сибирь на пять лет^[27].

За всю войну военными трибуналами было осуждено около 376 300 человек за дезертирство; ещё около 212 400 дезертиров так и не были разысканы. По различным оценкам, общее число самовольно оставивших службу за 1941—1945 годы составило от 1,7 до 2,5 миллиона человек^[27].

В действующем Уголовном кодексе Российской Федерации дезертирство предусмотрено ст. 338. Часть 1 устанавливает ответственность за самовольное оставление части или места службы в целях уклонения от прохождения военной службы, а равно неявку в тех же целях — наказание до семи лет лишения свободы. Часть 2 предусматривает ответственность до 10 лет за дезертирство с оружием, вверенным по службе, а также за дезертирство, совершённое группой лиц по предварительному сговору или организованной группой^[28].

Федеральный закон от 24 сентября 2022 года № 365-ФЗ дополнил статью частью 3, установившей ответственность за те же деяния, совершённые в период мобилизации или военного положения, в военное время либо в условиях вооружённого конфликта или ведения боевых действий, до 15 лет лишения свободы. Федеральный закон от 29 декабря 2025 года № 534-ФЗ ввёл часть 4, предусматривающую особо строгую ответственность для лиц, ранее освобождённых от наказания условно в связи с прохождением военной службы по статье 80.2 УК РФ^[2].

Ключевым признаком дезертирства по российскому праву является специальная цель — полное уклонение от прохождения военной службы. Пленум Верховного Суда Российской Федерации разъяснил, что при самовольном оставлении части (ст. 337 УК РФ) лицо намерено временно уклониться от исполнения обязанностей и впоследствии вернуться, тогда как при дезертирстве цель — уклонение от службы вообще^[29].

Примечание к статье 338 УК РФ допускает освобождение от ответственности военнослужащего, впервые совершившего дезертирство по части 1, если оно явилось следствием стечения тяжёлых обстоятельств^[2].

В США дезертирство подпадает под ст. 85 Единого кодекса военной юстиции. Дезертиром считается военнослужащий, который покидает свою часть с намерением не возвращаться в часть, либо покидает её с целью избежать опасной службы или уклониться от важного задания^[30]. В мирное время максимальное наказание включает увольнение с лишением всех выплат и тюремное заключение на срок до пяти лет^[31]. Если преступление совершено в военное время, военный трибунал может назначить смертную казнь или иное суровое наказание^[30].

Со времён Гражданской войны в США смертная казнь за дезертирство была применена лишь однажды: рядовой Эдди Словик был расстрелян 31 января 1945 года во Франции. Из 49 вынесенных смертных приговоров за дезертирство во Второй мировой войне все остальные были заменены президентом Франклином Рузвельтом на длительные сроки заключения^[10].

В период Первой мировой войны британские военные трибуналы вынесли 3 080 смертных приговоров за различные воинские преступления, из которых 306 были приведены в исполнение. Большинство казнённых — 266 человек — были осуждены именно за дезертирство. В 2006 году британский парламент принял закон о посмертном помиловании всех 306 расстрелянных, признав, что многие из них страдали от посттравматического стрессового расстройства, не диагностировавшегося в то время как болезнь^[12].

В Вооружённых силах Великобритании дезертирство регулируется 2006 года (англ. Armed Forces Act) с поправками от 2021 года. Согласно ст. 8 этого закона, дезертирством признаётся отсутствие без разрешения с намерением не возвращаться вообще или с намерением избежать службы в операциях против врага^[32]. Максимальное наказание в мирное время обычно составляет до двух лет лишения свободы, однако при дезертирстве во время активных боевых действий может быть назначено пожизненное заключение^[33].

В Германии дезертирство регулируется Законом об уголовной ответственности военнослужащих. Параграф 16 закона устанавливает ответственность за дезертирство — самовольное оставление воинской части или уклонение от явки с намерением постоянно уклоняться от военной службы. Наказание составляет до пяти лет лишения свободы; при наличии отягчающих обстоятельств, например военное время или оставление поста в боевой обстановке — до 10 лет^[34].

Во время Второй мировой войны в вермахте за дезертирство было вынесено около 30 тыс. смертных приговоров, из которых приведено в исполнение около 15—20 тыс.. В 1997 году Бундестаг принял резолюцию, признавшую дезертиров вермахта «борцами с нацистским режимом», а в 2002 году — специальный закон о полной реабилитации всех осуждённых за дезертирство, признав вынесенные им приговоры несправедливыми. В 2009 году Бундестаг распространил реабилитацию и на лиц, осуждённых за «подрыв боеспособности» и отказ от военной службы по убеждениям^[18].