Башлынская битва

В первой половине XIX века Российская империя стремилась укрепить своё присутствие на Кавказе, что встречало сопротивление части местных народов.

От уцмия Адиль-хана, правителя Кайтага, который был сравнительно лоялен России, другие горские правители потребовали перекрыть русским дорогу из Кизляра в Дербент, шантажируя тем, что его племянники, находящиеся в Аварии, имеют не меньше прав на престол Кайтага, чем он^[2].

В ответ Алексей Петрович Ермолов, командующий Отдельным Кавказским корпусом, выдвинул из Кубы через Дербент отряд генерала Пестеля, состоявший из двух батальонов пехоты (2 тыс. солдат) при 6 орудиях^[3], и приказал остановиться в долине реки Дарвагчай. По его замыслу, присутствие войск должно было не дать прервать сообщение между Кизляром и Дербентом, создав угрозу Мехтуле и Акуше, тем самым не позволив им выслать подкрепления в Чечню^[2].

Свой план Ермолов изложил в письме Пестелю^[4]:

Заставьте акушинский народ помышлять о собственной защите, и они оставят мысль о нападении на уцмия и шамхала… Возьмите к себе беков, которых аварский хан возвратил в Кара-Кайтаг, и удержите их в Дербенте под присмотром — под предлогом, чтобы уцмий чего-нибудь против них не предпринял. Возьмите под покровительство свое Султан-Ахмеда, племянника уцмия, жившего в прошлом году в Дербенте, и объявите ему тайно, что он… будет получать от меня пенсию

24 июля (5 августа) 1818 года Ермолов обратился к акушинскому, цудахарскому и другим даргинским обществам, потребовав у них аманатов. Эти требования, однако, не были выполнены^[5].

Неожиданно Пестель передислоцировал свой отряд от реки прямо в Башлы — либо получив обещание Ермолова о его встречном движении к Аксаю, чтобы быть ближе к основным силам, либо считая, что оттуда удобнее требовать аманатов, которых башлынцы дали ему^[5]. Это сразу ухудшило положение отряда, так как, в отличие от открытой равнины, где русские солдаты всегда имели преимущество и могли использовать пушки, в глубине города артиллерия была бесполезна, а пехота стеснена^[3].

Жители Башлы, недовольные появлением русского отряда, попросили помощи у Султан-Ахмед-хана Аварского^[3].

Султан-Ахмед-хан Аварский, его брат Хасан-хан Мехтулинский, Мухаммад-кади Акушинский, Сурхай Казикумухский со своими сыновьями^[3], Шейх-Али-хан Кубинский с зятем Абдуллой Ерсинским, все со своими отрядами собрались у Башлы. Их поддержали отряды других даргинских обществ, а также зять шамхала, которому этот союз обещал трон шамхальства после свержения пророссийского правителя^[5]. Всего собралось около 20 000 ополченцев^[3][5].

Жители Башлы первоначально были лояльны к русскому отряду, помогая строить укрепления, а некоторые даже приняли участие в оборонительных действиях, однако постепенно отношение к отряду стало враждебным^[5].

В два часа дня 23 октября (4 ноября) 1818 года горцы начали штурм русских укреплений^[3][5]. Отряд был застигнут врасплох, а Пестель заперся в башлынской цитадели^[6], отстранившись от командования. Солдаты, размещённые в домах местных жителей, не смогли вовремя подняться по тревоге. После прорыва горцев в Башлы многим солдатам пришлось защищаться в одиночку, что привело к крупным потерям. Два штаб-офицера попытались собрать вокруг себя уцелевших. Солдат переводили за оросительный канал и скапливали у цитадели; удалось стянуть и пушки. Укрывшись за каналом и массивными соснами, русские приступили к отражению наступления^[3][7].

24 и 25 октября шли непрерывные столкновения; осаждённые сумели применить пушки, благодаря чему наступавшие начали нести крупные потери. Башлынцы окончательно перешли на сторону атакующих и начали обстреливать русские пушки из домов с тыла, однако эти дома сразу же были подожжены солдатами^[7].

Горцы повели траншеи к линии обороны, приблизившись таким образом на 30 м, но в результате контратаки траншеи были очищены. Трое суток отряд без пищи и сна отбивал атаки^[6][7].

К 26 октября (7 ноября) 1818 года осада ослабела из-за больших потерь среди атакующих. После этого отряд Шейх-Али-хана и Абдуллы покинул Башлы и ушёл в Кубу^[3][7].

Видя состояние осаждающих, русские командиры предприняли попытку прорваться ночью в Дербент, однако при прорыве их попытались остановить башлынцы, желавшие забрать своих аманатов. Солдаты подожгли дома, и башлынцы, вынужденные спасать своё имущество, не смогли противостоять прорыву. Горцы преследовали русских несколько часов. Дороги были перекрыты засадами, мосты разрушены, придорожные сёла стали узлами обороны. С трудом пробившись до Уллучая, отряд свернул с дороги и направился к морскому берегу. По береговой полосе они прошли к Дербенту^[8].

В отчёте Пестель указал потери в 418 человек, 140 убитых и 278 раненых, но князь В. Г. Мадатов в письме Ермолову заявлял, что погибла или была ранена четверть отряда^[8].

После подавления волнений Пестель посадил в дербентскую тюрьму двадцать девять аманатов — в основном молодых людей и подростков из наиболее влиятельных башлынских семей, детей старшин и кадиев. Из них Ермолов повесил семнадцать взрослых; остальных малолетних помиловали и содержали при аманатском дворе в Дербенте^[9][8][3]. В указе Ермолова значилось^[9]:

В разрешение рапорта ко мне Вашего превосходительства … предписываю находящимся в Дербенте 12 человекам башлынских аманатчиков производить на содержание в сутки по 5-ти копеек дербентскими деньгами … относительно же 17-ти человек башлынских аманатчиков, повешенных по моему предписанию… нет надобности доносить о сём происшествии Государю-Императору, так как в краю здешнем высочайше представлена мне власть казнить смертью изменников России

Скоро в Кайтаге началось ещё одно антироссийское выступление, возглавляемое членами уцмийского дома — Амир-Хамзой и Ибах-беком. В ночь с 3 на 4 сентября 1819 года князь Мадатов нанёс удар по их удельным сёлам. Бросив пехоту на Берикей, конницу он повёл на Уллу-Теркеме. Отряды Ибах-бека были разбиты, жители бросили свои сёла^[10].

В январе 1819 года Ермолов писал, что от Башлы не осталось камня на камне^[11][12].

К осени 1819 года уцмий Адиль-хан отворачивается от русских властей. Он назначил встречу с князем Мадатовым, которая прошла в Башлы. Мадатов увидел, что там уже много отстроенных домов и две оборонительные линии. Как пишут русские источники, здесь сосредоточилось около 3 тыс. каракайтагцев и кабардинцев (кроме самих башлынцев), а также отряд Абдуллы-бека Ерсинского^[12].

5 (17) октября 1819 года Мадатов атаковал Башлы. Применение артиллерии и угроза блокирования вынудили повстанцев оставить Башлы. Адиль-хан отвел войско в укрепленное поселение Симси, сосредоточилось около 4-х тысяч его войска. Князь Мадатов, вместо штурма и потери людей, пошёл на уловку, чтобы выманить уцмия: он двинулся на Янгикент, где у того располагалась резиденция. Уловка удалась, Адиль-хан оставил укрепление и бросился в Янгикент, на подходе к которому 22 октября (3 ноября) 1819 года его отряды были рассеяны, село с его домом уничтожили, а сам он ушёл в Акушу, где ему предоставили укрытие^[12].