Ичкеринское сражение
Ичкери́нское сраже́ние (также Ичкеринская экспедиция) — боевые действия с 30 мая (11 июня) 1842 по 4 (16) июня 1842 года в горно-лесистой области Ичкерия (между реками Акташ и Хулхулау) в ходе Кавказской войны. Отряд российских войск под командованием генерал-адъютанта Павла Христофоровича Граббе, направленный для овладения резиденцией имама Шамиля — аулом Дарго, потерпел поражение от сил имамата, был вынужден бросить бо́льшую часть обоза с артиллерией и отступить с крупными потерями.
Общие сведения
| Ичкеринское сражение | |||
|---|---|---|---|
| Основной конфликт: Кавказская война | |||
| Дата | 30 мая (11 июня) 1842 — 4 (16) июня 1842 | ||
| Место | Ичкерия (совр. Чечня) | ||
| Итог | Победа войск Имамата | ||
| Противники | |||
|
|
|||
| Командующие | |||
|
|||
| Силы сторон | |||
|
|||
| Потери | |||
|
|||
|
|
|||
Предыстория
После разгрома аварского аула Ахульго в 1839 году власть Шамиля временно ослабла, однако уже к 1840—1841 годам имам восстановил контроль над значительной частью Чечни и горного Дагестана. Всеобщее восстание в Чечне, вспыхнувшее в 1840 году, свело на нет результаты предыдущих экспедиций генерала П. Х. Граббе. К весне 1842 года почти вся Ичкерия, Аух и многие аулы Дагестана находились под властью имамата. Весной 1842 года командование российского Отдельного Кавказского корпуса решило нанести сокрушительный удар по главному опорному пункту имама Шамиля — крепости Дарго. Возглавил экспедиционный отряд генерал-адъютант Павел Граббе.
Воспользовавшись тем, что основные силы кавказских горцев во главе с имамом Шамилём находились в Кази-Кумухе (Дагестан, казикумухцы — предки современных лакцев), генерал-адъютант П. Х. Граббе направился в поход к столице имамата — аулу Дарго[6]. Отряд Граббе состоял из 12 батальонов пехоты, роты сапёров, трёх сотен казаков (около 10 тыс. человек) и 24 орудий (по другим данным 16 орудий). Десятитысячному русскому отряду противостояли отряды ичкеринских и ауховских чеченцев (во главе с наибом Ауха Уллубий-Муллой) под общим командованием наиба Ичкерии Шуайба-Муллы Центороевского, численностью, по свидетельству участника и историка Кавказской войны А. Л. Зиссермана, «по самым щедрым расчётам до полутора тысяч»[7][8]. В ходе сражения чеченцы использовали тактику рассыпного строя и «кочующую» артиллерию (состоявшую в основном из трофейных орудий).
Ход сражения
30 мая (11 июня) 1842 года весь экспедиционный отряд (12 батальонов пехоты, рота саперов, 350 казаков, 24 орудия, при большом транспорте с продовольственными и боевыми запасами, до 3000 тысяч лошадей), выступил из Герзель-аула вверх по реке Аксай и в семи верстах на реке Газеин, остановился на ночь. В этот день при движении была небольшая перестрелка[9].
Дорога, по которой двигалась колонна, всё время извивалась по узкому гребню, пересекаемая оврагами и глубокими впадинами, впадающими в Аксай; чем дальше, тем лес становился гуще, поляны встречались реже. С вечера 30 мая начался дождь, ещё значительней испортив дорогу[9].
Утром 31 мая отряд прошёл около 5 км. Когда прекратился дождь, на правое прикрытие колонны и на арьергард напали чеченцы; они стреляли с деревьев, из балок, из-за поваленных чинар, поражая людей в цепях и в колонне. К вечеру отряд прошёл ещё около 5 км до урочища Башиль-Ирзау, потеряв уже 72 человека выбывшими из строя[9].
Слева унтер-офицер Кабардинского полка, справа артиллерист фейервейкер Отдельного кавказского корпуса. Рисунок Т. Горшельта, периода 1858—1861 годов.
Штурм завала Шуаиба-Муллы
1 июня отряд продолжал движение. Авангарду из первого и второго батальонов Кабардинского полка, под командою генерал-майора Лабынцова, приходилось постоянно выбивать неприятеля из завалов, устроенных поперек дороги, не менее тридцати таких засек было уже взято штурмом. Оставался главный завал на урочище Кожалг-Дук, защищаемый партией Шуаиба-Муллы, но и этот был взят с большими потерями пал командир первого батальона Кабардинского полка Островский, почти все офицеры авангарда были убиты или ранены. Командир второго батальона, майор Шуляковский был тяжело ранен. Бой в боковых цепях и арьергарде продолжался с прежней силой. Куринцы вели постоянный рукопашный бой с наседающим противником. В этот день отряд потерял убитыми и ранеными 500 человек[9].
Дорогу постоянно приходилось расчищать от завалов: для переправы двух орудий через овраг потребовался батальон и два часа времени.. После ночного отдыха генерал Граббе, понимая тяжелую ситуацию отряда, обременённого ранеными и отсутствием воды, отдал приказ к отступлению, несмотря на то, что укрепленный аул Дарго, который являлся целью похода, находился на расстоянии около 13 км[9].
2 июня отряд начал обратное движение посреди ожесточённого боя, кипевшего в арьергарде из двух Кабардинских батальонов. Лабынцову было приказано тронуться только тогда, когда весь отряд уже вытянется наверх из глубокой впадины, в которой он на походе был захвачен ночью и простоял до рассвета. Двум же батальонам Куринцев приказано было занять те места, где накануне кабардинцы брали главный завал, чтобы обеспечить движение обозов и раненых в главной колонне[9].
Едва горцы заметили начало отступления, они окружили войска со всех сторон, и начали обстрел из лесной чащи, главная атака велась в хвосте колонны. Горцы отчаянно врезались в колонну боковых цепей с обнаженными шашками и кинжалами встречая выстрелы и штыки[9].
Каждый гик с обнаженными шашками встречал картечные выстрелы, «ура» и штыки. Сдвинув папахи на затылок бритых голов, или сняв и засунув их за пояс, засучив рукава, подобрав полы черкесок, чтобы ничто не мешало движениям, рассвирепевшие чеченцы, подобно дикому, хищному зверю, с ловкостью тигра, совершали отчаянные прыжки, кидаясь на цепь, или чуть-чуть удалившегося на шаг от колонны солдата, нанося привычной, ловкой рукой смертельные удары шашками и падая в свою очередь от штыка.
— военный историк А. Л. Зиссерман
В то время, когда в хвосте колоны происходил ожесточённый бой, ичкеринцы в одном удобном месте внезапно ринулись толпой в тянувшийся обоз, почти истребили шедшие в прикрытии с правой стороны две роты, перебили много артиллерийских лошадей и успели захватить 6 лёгких орудий.
Подполковник Виттерт с двумя батальонами вернулся назад в лес. С сжимающими в руках сабли офицерами во главе, с криком «ура» и со штыками наперевес бросились солдаты на столпившихся вокруг захваченных пушек горцев. Телесная усталость в пылу атаки исчезла, как чудо. Храбрый подполковник Гам, пришпорив своего коня, пробился к пушкам. Здесь он умер героической смертью, разрубленный чеченской шашкой на две части, при этом держа руку на бронзовом дуле пушки.
— Мориц Вагнер «Кавказ и страна казаков с 1843 по 1846 годы»[10]
Командир третьего батальона Кабардинского полка (бывший в боковой колонне), подполковник Траскин бросился туда, вытеснил неприятеля из главной колонны и отбил обратно пушки. Горцы однако ещё несколько раз пытались врываться на дорогу и в ряды обоза и всякий раз Траскин отбивал атаку, бросался впереди егерей на неприятеля, пока не пал мёртвым, сражённый несколькими пулями.[9]
Дорога была завалена трупами людей, лошадей, изломанными повозками, брошенными зарядными и патронными ящиками, неприятель наступал с неистовством. В арьергарде Кабардинцы гибли от убийственного огня. В тяжёлые минуты, когда, ослабев от жары и жажды, потеряв половину людей, они уже отчаялись удержаться в хвосте колонны и заграждать свободный путь горцам в тыл главной колонны, но в это время подоспел полковник Козловский с двумя ротами четвёртого батальона, менее других пострадавшего. Это подкрепление ободрило утомлённых до крайности людей первого и второго батальонов, дало возможность сменить цепь и продолжать отступление[9].
.jpg)
Завершение сражения
Кое-как выбравшись, наконец из оврага, войска немного стянулись и сделали вид, будто располагаются на ночлег, чтобы обмануть неприятеля, который после дневного боя обыкновенно расходился по ближайшим селениям и хуторам на отдых, чтобы с рассветом возобновить дело[9].
Как только совсем стемнело, отряд побросав в пропасть все излишние тяжести и разместив кое-как раненых, в глубокой тишине двинулся далее и к рассвету достиг урочища Башиль-Ирзау[9].
3 июня, с восходом солнца, преследование возобновилось, но уже не так упорно, и войска прибыли в урочище Газеин к вечеру. В одном месте только неприятель так сильно атаковал арьергард батальон Куринцев, что пришлось отрядить подкрепление из батальона Кабардинцев под командой майора Евдокимова[9].
4 (16) июня 1842 года войска, уже слабо преследуемые, вышли к Герзель-аулу, оставив в руках неприятеля одно полевое орудие и большую часть своих тяжестей[9].
Потери
Потеряв 66 офицеров и более 1700 солдат убитыми, ранеными и пропавшими без вести, и в том числе всю артиллерийскую прислугу, Граббе был вынужден отступить. По другим данным начальника штаба Кавказской линии Г. И. Филипсона потери отряда Граббе составили — более 4.000 убитыми и ранеными[11][12]. Потери чеченцев составили 300 человек[13]. Чеченцами было захвачено орудие[4] (по другим данным — 2[5]).
Итог и последствия
Поражение в Ичкеринском сражении наглядно показало несостоятельность тактики дальних экспедиций в горно-лесистую местность крупными, скученными отрядами с громоздким обозом. Тактику, использованную в ходе Ичкеринского сражения, горцы впоследствии применяли в течение всей войны. Павел Граббе был отстранён от командования и покинул Кавказ.
Разгром крупного царского отряда подтолкнул многие колеблющиеся общества Чечни и Дагестана окончательно примкнуть к имамату и способствовал росту авторитета Шамиля.
Память
После завершения Кавказской войны был установлен памятник павшим солдатам Куринского и Кабардинского полков в ауле Дарго, однако во время революции 1917 памятник был разрушен.
Одна из маршевых песен Куринского 79-го пехотного полка посвящена Ичкеринскому сражению — «Поход в Ичкерию 1842 года»[14].
Примечания
Литература
- Baddeley J. F. Завоевание Кавказа русскими. 1720—1860 = The Russian conquest of the Caucasus (англ.) / Пер. с англ. Л. А. Калашниковой. — М. [L.]: Центрполиграф (Longmans, [1908]), 2011. — 351 [518] с. — ISBN 978-5-227-02749-8.
- Акты, собранные Кавказской археографической комиссией / Под ред. А. П. Берже. — Тф.: Тип. Глав. управ. наместника кавказского, 1884. — Т. 9. — 1013 с.
- Брюховецкий Г. А. 100 лет боевой и мирной жизни 79-го Пехотного Куринского полка 1802—1902 гг. краткие очерки из истории полка для нижних чинов. — СПб., 1902.
- Гизетти А. Л. Сборник сведений о потерях Кавказских войск во время войн Кавказско-горской, персидских, турецких и в Закаспийском крае. 1801—1885 гг / Под ред. В. А. Потто. — Тф.: Тип. Я. И. Либермана, 1901. — 222 с.
- Зиссерман А. Л. История 80-го пехотного Кабардинского генерал-фельдмаршала князя Барятинского полка Архивная копия от 10 октября 2021 на Wayback Machine. (1726—1880). Т. 1—3. СПб., 1881.
- Лацинский А. С. Хронология русской военной истории: хронологический указатель войн, сражений и дел, в которых участвовали русския войска от Петра I до новейшаго времени. — СПб.: Тип. Департ. уделов, 1891. — 289 с.
- Леер Г. А. Обзор войн России от Петра Великого до наших дней. — СПб., 1885—1896.