Найти статью
Фонтен-Энри (замок)
Фонте́н-Энри́ (фр. Château de Fontaine-Henry) — французский замок. Находится на территории коммуны Фонтен-Энри, в департаменте Кальвадос, в регионе Нормандия. С 22 ноября 2011 года внесён в список исторических памятников Франции[2].
Средневековый замок, словно «из долины Луары, заблудившийся в Нормандии»[3], знаменит своими фасадами, выполненными в основном в стилях Людовика XII и Ренессанса[4]. Он также считается обладателем одних из самых высоких крыш во Франции — на квадратном «Большом павильоне» (фр. Gros pavillon) они достигают почти 15 м[5].
Общие сведения
Что важно знать
| Замок | |
| Фонтен-Энри | |
|---|---|
| 49°16′28″ с. ш. 0°27′00″ з. д.GЯO | |
| Страна | |
| Местоположение | Фонтен-Энри[1] |
| Архитектурный стиль | архитектура Возрождения |
| Сайт | chateaudefontainehenry.com |
Расположение
Замок находится по дороге в Тан, к юго-востоку от Фонтен-Энри, недалеко от церкви, в департаменте Кальвадос, в регионе Нормандия, во Франции.
История
Замок Фонтен-Энри — это родовое поместье, которое ни разу не было продано. Оно передавалось из поколения в поколение на протяжении примерно десяти веков[5], поэтому в нём сохранилось множество старинных предметов.
Замок поочерёдно переходил по наследству к представителям разных знатных родов. Среди них — могущественная семья д’Аркуров, близкая к королю, семейство Корнюлье, хранившее память о Революции, а также семья д’Уалиямсон, члены которой и в XXI веке являются владельцами замка[6]. Поместье, расположенное недалеко от Байё, получило своё название в честь Анри де Тилли, сына великого сенешаля Нормандии, участвовавшего в Восьмом крестовом походе[5]. На месте первой крепости начала XI века между 1200 и 1220 годами семья Тилли возвела новое строение. От той эпохи до XXI века сохранились часовня и сводчатые залы, некогда составлявшие первый этаж дома сеньора, что свидетельствует о грандиозных масштабах замка в период высокого Средневековья.
Когда в 1374 году Жанна де Тилли вышла замуж за Филиппа д’Аркура, представители старшей ветви рода Тилли передали свои земли семейству д’Аркуров. В качестве приданого Жанна принесла ему несколько сеньорий, включая Фонтен-Энри[5].
Именно семья д’Аркуров решила перестроить замок после Столетней войны. Они владели поместьем на протяжении пяти поколений. Работы растянулись почти на столетие — с конца XV века до 1560-х годов. Именно после этой перестройки замок приобрёл тот облик, в котором сохранился до XXI века[5]. Таким образом Фонтен-Энри стал престижной резиденцией и приобрёл ту уникальную гармонию, благодаря которой он представляет собой архитектурный шедевр, выполненный в стилях Людовика XII и Ренессанса, подобно частным отелям Эсковиль и Тан в Кане[7].
Позже одна из представительниц рода д’Аркуров принесла сеньорию в качестве приданого в семью Море, чей потомок женился на Франсуазе де Севинье и стал зятем знаменитой писательницы.
Вплоть до XVIII века дорога на Тан по-прежнему проходила через двор замка, через монументальные ворота, расположенные на юге и носившие название «Gloria laus» (Слава и хвала). Именно с этой точки обзора, по задумке, каменные кружевные фасады и «самые высокие [кровли] во Франции» должны были поразить воображение посетителя, хотя со временем из-за последующих изменений в планировке всего поместья этот вход оказался в центре парка[7].
В XIX веке Фонтен-Энри унаследовал Анри де Карбоннель, маркиз де Канизи. В эту эпоху было предпринято строительство здания, где и в XXI веке размещаются галерея и столовая, в то время как все сады были преобразованы в пейзажный парк в английском стиле.
Позже всё поместье перешло к его приёмной дочери, маркизе де Корнюлье, внучка которой вышла замуж за графа Пьера д’Уалиямсона. В начале XX века они провели реставрацию замка[5].
Маркиз Пьер-Аполлинер д’Уалиямсон, владеющий замком по состоянию на 2025 год[8], открыл своё поместье для посетителей, чтобы сохранить и представить обществу его историческое и художественное наследие. С этой целью в замке проводится множество мероприятий и экскурсий. Одна из самых необычных — вечерняя: экскурсия проводится при свете свечей костюмированными гидами[9].
Замок
Изучая все каменные кладки и сравнивая сметы и планы XVIII и XIX веков, французский искусствовед Бертран Жестаз попытался восстановить различные этапы строительства этого нагромождения жилых корпусов. Его выводы были впоследствии использованы Жаном-Пьером Бабелоном[4].
Изучая архитектуру замка, начиная с готической часовни и старого жилого корпуса и заканчивая декоративным убранством в стиле Людовика XII, а затем Ренессанса «Большого павильона», становится очевидно, что члены семьи д’Аркуров, владевшие замком с 1400 по 1575 год[10], стремились к тому, чтобы их поместье соответствовало искусству своего времени[5].
Хотя их резиденция осталась незавершённой[4], она является одним из ценнейших свидетельств эволюции нормандской архитектуры от эпохи Карла VIII до Генриха II[5].
Высокое Средневековье (XI—XIII века): крепость
На месте первой крепости начала XI века две могущественные англо-нормандские семьи — Тилли и д’Аркуры — с самого начала XIII века возводили замок по тому же плану, по которому был построен Канский замок. Тогда он состоял из трёх зданий: жилых покоев сеньора или сеньорального жилища (лат. camera), Большого зала или зала для приёмов (в латинских текстах ранее XII века обозначаемого термином «aula», а в текстах на старофранцузском языке — как «grant salle») и капеллы (лат. capella)[7].
К северо-востоку от здания, сохранившегося до XXI века, на спуске к долине, предположительно располагалось массивное укреплённое сооружение, возможно, донжон. Двор, находившийся перед фасадом этого строения, в прошлом был окружён высокими зубчатыми стенами, усиленными мощными башнями с бойницами, которые соединялись с боевым ходом. По схеме, уже наблюдавшейся в Кане[7] и которая получит развитие в XIV веке, эти куртины поднимались почти до вершин башен, благодаря чему защитники замка могли свободно передвигаться[11]. Вход в крепость, обращённый к северу, был защищён мощной входной башней, обрамлённой двумя высокими многогранными башнями, которые уже в XVI веке были включены в массивный четырёхугольный павильон. Помимо системы «дыр-убийц» и подъёмного моста, весь комплекс был окружён рвом, от которого к XXI веку ничего не осталось[4]. Замковая капелла, стоящая несколько обособленно в парке, по всей видимости, изначально находилась внутри крепостной стены[12].
Несмотря на всё своё величие, эта крепость была разрушена, вероятно, в ходе Столетней войны[5].
От той эпохи до XXI века дошли фрагменты сводов XI века, романская капелла, построенная Анри де Тилли (в XIII веке её перекрыли сводами-оживами, а в XVI веке частично перестроили), а также сводчатые крипты с крестовыми оживами XII и XIII веков, которые некогда формировали первый этаж дома сеньора. Учитывая архитектурную строгость, все эти элементы относятся к стилю классической готики (1180—1230 годы)[11], современной соборам в Шартре и Бурже, что отражает заботу об эстетическом совершенстве постройки.
Позднее Средневековье (XIV—XV века): восстановление владения
Когда в 1374 году Жанна де Тилли вышла замуж за Филиппа д’Аркура, в качестве приданого она принесла ему несколько сеньорий, включая Фонтен-Энри[5]. Именно в этот период была проведена масштабная реконструкция средневекового замка, частично разрушенного во время Столетней войны. Впоследствии эти работы были продолжены их потомками[5].
Отказавшись от первоначальной планировки крепости, которая предполагала объединение входной башни и жилого корпуса, с конца XIV века владельцы начали перестройку северной части сооружения под жилище арендатора земель[4]. Башенка с винтовой лестницей и крайний правый пролёт центрального корпуса, выполненные в сдержанном стиле пламенеющей готики в середине XV века, относятся к этой первой фазе работ[12].
Стиль Людовика XII (1495—1515/1530 годы)
В 1497 году Жан д’Аркур, лейтенант бальяжа Кана, унаследовал поместье от своего отца. Вместе со своим сыном Пьером, бароном де Бриуз, он приступил к полной перестройке жилого корпуса[4].
Признаком новых времён стал монументальный фасад нового здания: минуя десятилетия потрясений и последние отголоски Столетней войны, Фонтен-Энри демонстрирует это новое стремление освещать и подчёркивать вернувшуюся мощь дворянства, заимствуя архитектурные элементы религиозных сооружений[13]. Хотя фасад был построен практически в те же годы, что и дом арендатора, сдержанный стиль пламенеющей готики последнего уже был вытеснен переходным стилем между готикой и ранним Ренессансом. Эта фаза работ относится к периоду расцвета стиля Людовика XII (1495—1515/1530 годы)[14].
Новый корпус замка обнаруживает стилистическое сходство с современными ему сооружениями — замком Блуа и дворцом правосудия в Руане[15] — что проявляется в характерных высоких кровлях и симметричной трёхчастной композиции фасада с богато украшенным фронтоном, разрывающим ажурную балюстраду с горгульями[4]. Широкие оконные проёмы, характерные для этого стиля, наполняли помещения не только светом, но и воздухом. Готический стрельчатый свод уступил место килевидной арке[16].
Главной особенностью корпуса стала уникальная квадратная в плане лестничная башня, словно приставленная к зданию[4]. Её необычная форма, вероятно, была продиктована стремлением к симметрии с соседней башней, хоть и была неудобной для размещения в ней лестницы. Данное сооружение представляет собой вариацию на тему выступающей лестничной башни, навеянной решениями в замке Мейан и особенно в замке Блуа времён Людовика XII[15], но при этом является упрощённой интерпретацией башни замка Сен-Уан-де-Шемазе. Здесь прослеживаются не только аналогичная квадратная планировка и насыщенный декор в виде горизонтальных полос, сочетающих готические элементы с античными мотивами[15], но и схожее террасное завершение с массивной балюстрадой полувоенного характера[4].
Все эти элементы придают комплексу неожиданное стилистическое сходство с архитектурой стиля мануэлино в Португалии[4].
Первое Возрождение (1515—1530/1540 годы)
После кратковременного перерыва строительные работы были возобновлены под руководством Жана д’Аркура, однако план был изменён. Новый проект предусматривал соединение древней входной башни с основным корпусом посредством возведения дополнительного крыла[4].
Задача осложнялась утратой крепостных стен и донжона, в результате чего ворота оказались изолированными от остальной части здания и смещёнными относительно общей линии. Поэтому необходимо было создать два редана[4].
При продолжении строительства южный фасад лестничной башни эпохи Людовика XII был продлён и органично соединён с новым крылом. В месте сопряжения каменная кладка была тщательно подогнана для обеспечения непрерывности фризов и арабесковых панелей[4]. Распространение этих мотивов, ставших отличительной чертой новой пристройки, свидетельствует о постепенном переходе от стиля Людовика XII к Первому Возрождению[15].
С началом правления Франциска I фасад был покрыт сеткой карнизов и пилястр с античными капителями, обильно украшенными растительными орнаментами и арабесками, распространяющимися даже на подоконники[11]. При этом отмечается постепенность стилистического перехода: откосы оконных проёмов сохраняли резные фризы с натуралистичными растительными мотивами, характерные для предшествующей эпохи[15].
Строительство второй травеи радикально изменило пространственную организацию здания. Для соединения нового крыла со старой входной башней был создан перпендикулярный фасад, образовавший второй редан[4].
Северный фасад с бартизаной и глухой стеной демонстрирует масштаб надстройки над древними воротами[4]. Декоративное оформление свидетельствует о полном принятии стиля Первого Возрождения[11]: арабесковые фризы дополнены ромбами и медальонами, а треугольные люкарны с балясинами находят аналогии в замке Ла-Поссоньер[15].
В целях обеспечения стилевого единства были проведены работы по облагораживанию средневековой замковой башни[4]. Первой была перестроена северо-восточная башня, выходящая в долину. Она датирована 1537 годом (судя по надписи на фронтоне). В ней была создана люкарна с декоративными дельфинами, освещающая новую винтовую лестницу[4]. Одновременно велась перестройка северо-западной башни — в её фасаде, обращённом к парадному двору, была прорезана серия окон с лаконичными геометрическими мотивами[11].
Таким образом завершилась многолетняя строительная кампания, преобразовавшая сооружение в настоящий «замок Луары». Эти работы стали проводником стилистической эволюции: от полных фантазии декоративных мотивов Первого Возрождения к очищенному классицизму, ознаменовавшему в Фонтен-Энри наступление эпохи Высокого Возрождения.
Высокое Возрождение (1540—1559/1564 годы)
Завершающий этап преобразований под руководством Блеза Ле Претра ознаменовал переход от Первого к Высокому Возрождению[4]. Архитектор, работавший в регионе с 1544 года, кардинально изменил западный фасад квадратного павильона, создав трёхъярусную колоннаду с античными ордерами (дорическим, ионическим и коринфским) — один из первых примеров прямого следования витрувианским принципам во Франции[15].
Были возведены монументальные кровельные конструкции, ставшие «самыми высокими во Франции». Они визуально доминировали над всем архитектурным комплексом. Был установлен монументальный камин, сопоставимый по масштабу с Шамборским[12].
Арабески и ренессансные орнаменты периода Франциска I уступили место строгой античной каннелюре и сдержанному оформлению[14]. Все оборонительные элементы — машикули, галереи и боевые ходы — были полностью устранены, что символизировало окончательный переход от замка-крепости к ренессансной резиденции.
Эпоха модерна (начало XVII века — 1792 год)
В период правления Людовика XV была проведена реконструкция восточного фасада[5], в ходе которой была заменена последняя средневековая стена древнего дома сеньора. Эта часть замка изначально не имела столь богатого декора, как фасады, выходящие во двор: восточная сторона сохраняла оборонительную функцию, будучи защищённой крутым склоном долины, где и в XXI веке протекает река Мю[12].
Интерьеры замка
Внутреннее убранство замка, неоднократно переделанное, представляет собой анфиладу помещений с декором в стиле классицизм, преимущественно состоящими из ламбри.
Сохранились и элементы оригинального убранства, например, горельеф «Иудифь и Олоферн»[12]. Иудифь, изображённая по пояс, в левой руке держит голову Олоферна, а правой прижимает к своей груди рукоять меча. Изображение снабжено пояснительной надписью[12]:
Здесь видите портрет
Иудифи добродетельной,
Как высокой дерзостью
Отсекла гордую главу
Олоферна, который
Счастливый Иерусалим разорил быОригинальный текст (фр.)[показатьскрыть]ON. VOIT. ICY. LE. POURTRAICT.
DE. JUDITH. LA. VERTUEUSE.
COME. PAR UN HAUTAIN FAICT
COUPPA LA TESTE FVMEVSE
D’HOLOPHERNES QUI. L’HEUREUSE
JERUSALEM EUT DEFAICT.
Замок, полностью меблированный и обитаемый, хранит значительную коллекцию живописи, собранную семьей Корнюлье во время Революции. В неё входят полотна Рубенса, Корреджо, Тициана, Николя Миньяра, а также коллекция гравюр Ван дер Мейлена (сравнимую с той, что находится в Большом Трианоне).
С XIX века в собрании находится портрет кисти Гиацинта Риго. В Большом салоне размещён портрет юного Людовика XIV в образе бога Марса работы Николя Миньяра[5].
Сады
В центре обширного лесного парка были созданы три исторических сада, чтобы продемонстрировать эволюцию садового искусства от Средневековья до XVIII века.
Средневековый сад Нотр-Дам (XIII век)
Этот сад составляет с капеллой, называемой Нотр-Дам-дю-Валь-Бюнель, единую линию, создавая гармоничный ансамбль и связывая два объекта. Концепт, план и выбор растений этого сада в точности соответствуют тем, что существовали в начале XIII века, в период первого этапа строительства замка сеньорами Тилли.
Здесь все символично. Сад задуман как связующее звено между землёй и Небом. Здесь представлены ароматические, лекарственные растения (так называемые «простые»), технические культуры (например, для красителей), овощные и декоративные растения. Здесь также находится «Сад Девы» согласно традиции, общей как для замков, так и для монастырей.
Hortus Conclusus (XIV—XV века)
«Hortus conclusus» (в переводе с лат. закрытый сад) — небольшой цветущий сад, создававшийся монахами в монастырских клуатрах вокруг статуи Девы Марии. Hortus conclusus нередко встречается в средневековом искусстве, особенно в сценах Благовещения.
Сад представляет собой огороженное пространство, с запирающейся на ключ калиткой, что символизирует сокровенность внутреннего мира и сознание. Территория засеяна травой и полевыми цветами. Расположенный здесь фонтан олицетворяет отражение человеческой души, а травяная скамья способствует медитации и отдыху. Дерево, произрастающее в саду, отсылает к образу Эдема.
Кроме того, данная репрезентация сада эпохи Ренессанса — периода изменений — демонстрирует, как были открыты некоторые фрукты и овощи. В частности, фасоль, а также спаржа, которая в то время «считалась афродизиаком», прочно вошли в пищевой рацион[17][18].
«Сноп Парнаса» (XVII век)
«Сноп Парнаса», вдохновлённый тематическими боскетами на сюжеты древнегреческой мифологии, которые ранее украшали владения Марли (1684 год), послужил образцом для оформления газона, связывающего в Фонтен-Энри парадный двор, замок и капеллу. Этот стиль был выбран для того, чтобы установить визуальное соответствие с классическим фасадом, который на восточной стороне в начале XVIII века заменил последнюю средневековую стену древнего жилого корпуса.
Исторический памятник
С 22 ноября 2011 года замок, включая террасу с подпорной стеной, капеллу и колодец, был внесён в список исторических памятников Франции[2].
До этого в него входили только фасады и кровли (кроме одноэтажного здания, находящегося справа от восточного фасада и стены, которая его венчает) (в соответствии с постановлением от 5 апреля 1924 года)[2].
С 24 августа 1959 года парк замка, раскинувшийся на территориях коммун Фонтен-Энри, Бени-сюр-Мер и Бали и занимающий площадь 72 гектара, является охраняемым природно-историческим памятником[19].
