Фатальная семейная бессонница

Болезнь была обнаружена в 1979 году итальянским доктором Иньяцио Ройтером, наблюдавшим поочерёдную смерть от бессонницы двух родственниц жены^[5]. Первая из родственниц умерла в 1973 году от неизвестной на тот момент болезни, главным симптомом которой была усиливавшаяся на протяжении года бессонница. Спустя 6 лет умерла другая родственница при подобных обстоятельствах. Тогда в медицинских архивах психиатрической клиники Сан-Серволо Ройтер сумел обнаружить, что члены этой семьи умирали от неизвестного заболевания с такой же клинической картиной^[6].

В 1984 году, когда заболел младший брат умерших сестёр, ход его болезни тщательно документировался, а после смерти его мозг был отправлен в США для дальнейших исследований. В 1986 году Стенли Прузинер, невролог из Калифорнии, открыл болезнь под названием «фатальная семейная бессонница»^[6].

В конце 1990-х удалось идентифицировать мутацию, ответственную за болезнь. Оказалось, что в кодоне 178 гена PRNP, находящегося в 20-й хромосоме, аспарагиновая кислота заменена на аспарагин. В результате форма белковой молекулы изменяется, и она из нормального превращается в болезнетворный прион. Под воздействием аномального приона другие нормальные белковые молекулы тоже превращаются в болезнетворные прионные^[7][8][6].

Это приводит к накоплению амилоидных бляшек в таламусе, отделе мозга, отвечающем за сон. Амилоидные бляшки постепенно уничтожают таламус и вызывают бессонницу, осложнения и летальный исход спустя несколько месяцев^[9][10].

Поскольку болезнь передаётся доминантным аллелем, если ни один из родителей не заболел, все их дети будут здоровыми. Если один из родителей заболел (причём из его родителей заболел только один), дети заболеют с вероятностью 50 % (исключения возможны в случае мутаций, но они крайне редки)^[10].

Болезнь может начаться с раннего возраста до 60 лет, чаще всего в районе 50 лет^[7][11]. Она продолжается от 6 до 36 месяцев с момента её проявления (в среднем 18 месяцев^[11]), после чего больной умирает: поначалу у него уменьшается общее количество сна, но это время зачастую сопровождается яркими сновидениями. Позже бессонница начинает прогрессировать и человек застревает в состоянии гипнагогии, в результате чего у больного могут развиться апатия (вплоть до депрессии), проблемы с кратковременной памятью и др.^[12]

Выделяют 4 стадии развития болезни:

1. Пациент страдает от всё более тяжёлой бессонницы, панических атак и фобий. Эта стадия длится в среднем 4 месяца;
2. Панические атаки становятся серьёзной проблемой, и к ним присоединяются галлюцинации, возбуждение и потливость. Эта стадия длится в среднем 5 месяцев;
3. Полная неспособность спать, сопровождаемая быстрой потерей веса, а временами и недержанием мочи. Эта стадия длится в среднем 3 месяца;
4. Пациент перестаёт спать полностью, говорить и не реагирует на окружающее. Это последняя стадия болезни, длящаяся в среднем 6 месяцев, после чего больной впадает в кому и умирает^[7][9][10].

Симптомами данной болезни являются:

• обильное пото- и слюноотделение;
• потеря координации движений;
• узкие зрачки;
• нарушение речи;
• внезапное наступление менопаузы у женщин и импотенция у мужчин;
• дисфагия;
• бред;
• повышение артериального давления и частоты пульса;
• галлюцинации^{[3][7][13][8]}.

В настоящее время заболевание не поддаётся лечению. Как правило, эффективность снотворных равна нулю, так как болезнь уничтожает сам механизм сна^[10], а не нарушает его процессы. Более того, снотворное может негативно сказаться на состоянии больного. Допустимо паллиативное и симптоматическое лечение (терапия)^[12].

Тем не менее, в BBC News был описан случай пациента из США, который самостоятельно принимал анестетики и сильнодействующие снотворные (диазепам, закись азота, кетамин), чтобы уснуть хотя бы на 15 минут. Эффект такого лечения оказался временным и не предотвратил летальный исход, однако больной прожил значительно дольше, чем другие люди с подобным диагнозом^[14].

Основным направлением исследований является генная терапия, нацеленная на возможность восстановления дефектного гена до начала заболевания путём замещения его правильным. Для того, чтобы это было возможно, коррективный ген должен быть изолирован и хорош для переноса^[7].