Синтагма в синтаксической концепции Л. В. Щербы

Изначально синтаксис в концепции Щербы имеет выраженный психологический, фонологический и антилогический уклон. Первоначально для Щербы в центре синтаксиса стояло не понятие предложения, а понятие «группы слов», то, что впоследствии он назвал синтагмой. При этом обращает на себя внимание ориентация Щербы на идеалистическую психологию и философию языка того времени (в частности, на психологию В. Вундта)^[1]. Понятие синтагмы, которое предчувствовалось ещё А. А. Потебнёй, становится предметом синтаксических наблюдений Щербы, который шёл собственным путём, свободным от влияния европейского языкознания^[2].

В докторской диссертации «Восточнолужицкое наречие» (1915) Щерба выдвинул положение, согласно которому в синтаксисе «изучаются способы образования групп слов и групп групп», первичная синтаксическая единица речи — «группа слов, выражающих одно понятие». Положив в основу синтаксиса понятие группы слов, соответствующих одному сложному, нерасчленённому понятию или представлению, Щерба описывает средства выражения связи между словами и группами слов. Основным средством образования тесной группы слов, обозначающей одно понятие и являющейся потенциальным словом, согласно Щербе, является порядок слов и их групп, интонация (в частности, ударение), отдельные вспомогательные слова и формы слов^[3]. Например, если определяющие слова поставить после определяемого, «единство понятия нарушается и получается выражение ассоциативной связи» (например, «лёгкое вино», «для больного человека»; «два куска хлеба» и т. п.). «Само собой разумеется, что самая важная часть сочетания носит ударение, все же остальные части приближаются к энклитикам». Как следствие, «в одном сочетании не может быть двух ударений, если это не делается с какими-либо посторонними целями (для ясности произношения, при вынужденном замедлении и т. п.)»^[4].

Термин «синтагма» был найден Щербой не сразу. Однако мысль о необходимости исходить в построении системы синтаксиса из «простейших элементов связной речи, отвечающих единым и далее в момент речи не разлагающимся представлениям», у Щербы появилась довольно рано. Он отвергал традиционные метафизические схемы формально-логического синтаксиса. В результате у Щербы возник некоторый скептицизм в отношении учения о предложении. Простейшую синтаксическую единицу, на которую членится связная речь, Щерба сначала называл фразой. Выражение «группа слов», которым пользовался Щерба в диссертационном исследовании, было им признано не вполне подходящим, поскольку простейшей семантико-синтаксической единицей речи может быть не только группа слов, но также одно слово. Фонетист Щерба ищет общей признак «фразы» преимущественно в её звуковом строе, хотя исходит из смыслового членения речи. Элементом, скрепляющим фразу, является ударение, но фразовое ударение может играть другую роль — может выступать в качестве «сигнала, выделяющего тот или другой элемент речи и имеющего, в частности, либо эмоциональное значение, либо логико-психологическое, обозначая в таком случае так называемое психологическое сказуемое». Фразовое ударение в этой выделяющей функции известно как логическое ударение^[5]. Однако фразовое ударение часто не бывает осложнено дополнительными функциями, кроме фразообразующей.

Кажется, до сих пор никем не было подмечено (как не было обращено внимания и на исключительную важность для синтаксиса понятия фразы в указанном мною смысле), а именно, что фразовое ударение, если имеет не выделяющую функцию, а одну лишь фразообразующую, падает в русском языке на конец „фразы“ и тогда нами не особенно замечается^[6].

Понятие «фраза» в таком значении, впоследствии заменённое Щербой «синтагмой», касается как целых предложений, так и отдельных грамматических единств в их пределах^[7].

Относительно законченную форму и определение синтагма, как впоследствии обозначает Щерба «простейшую синтаксическую единицу речи», получает в «Фонетике французского языка» (1937). Термин «синтагма» ранее использовался И. А. Бодуэном де Куртенэ для обозначения отдельного слова как единицы связной речи. Щерба применил его в новом смысле для обозначения того, что им же прежде называлось «группой слов», а позднее «фразой». Важность замены термина «фраза» для обозначения основной простейшей синтаксической единицы более подходящим осознавалась Щербой и ранее, так как понятие «фраза» представлялось слишком многозначным: в трудах современников, в том числе и самого Щербы, этим словом обозначались более сложные синтаксические единства (сложное предложение, ССЦ). Слово «синтагма» становилось в тот же терминологический ряд, что, например, «фонема» и «лексема». Помимо этого, синтагма могла состоять не только из группы слов, но и из одного слова. Термин «синтагма» для обозначения «простейшего синтаксического целого» вместо термина «фраза» был впервые предложен Щербой в статье «О частях речи в русском языке» (1928). В «Фонетике французского языка» «синтагма», которая в целом трактовалась здесь противоречиво, определялась как «фонетическое единство, выражающее единое смысловое целое в процессе речи-мысли и могущее состоять из слова, из словосочетания и даже группы словосочетаний». Согласно Щербе, синтагма — категория «речевой деятельности», её нельзя смешивать со «словосочетанием»; это предельный по объёму соотносительный элемент связного, иногда сложного синтаксического целого. Это — основная, минимальная единица высказывания, «фразы» (в том понимании фразы, которое он придаёт в «Фонетике французского языка»). Переходя в систему языка, синтагма становится словом. Словосочетание — сцепление слов, группа слов, образованная путём их распространения по правилам грамматики данного языка, выражающая единое сложное, расчленённое понятие, используемая и для номинации, и для коммуникации. В целом у Щербы нельзя найти чёткой дифференциации понятий «синтагма» и «словосочетание»^[8].

Синтагмы могут объединяться в группы высшего порядка с разными интонациями и в результате образуют фразу — законченное целое, которое может состоять из группы синтагм, но может состоять и из одной синтагмы, и которое нормально характеризуется конечным понижением тона^[9]. Фраза — почти синоним как простого, так и сложного предложения. Объём синтагмы бывает различен. Сочетание одних и тех же слов может составлять одну синтагму и выделять в своём составе группы синтагм в зависимости от смысла выражения и от ситуации. Правила построения синтагм сводятся к правилам распространения существительных, прилагательных, наречий, глаголов другими словами^[10].

Щерба недостаточно чётко дифференцировал синтагму и речевой такт, упуская случаи несовпадения синтагм с речевыми тактами или не придавая им значения. Он исходил из общего положения, согласно которому «ритмико-мелодическая структура нашей речи неразрывным образом связана с её синтаксической структурой, то есть с её членением прежде всего на фразы, которые в свою очередь распадаются (хотя и необязательно), на более мелкие единицы — синтагмы, которые выражают единые для данной ситуации, хотя иногда и сложные, понятия»^[11].

Наиболее полно и глубоко понятие синтагмы освещено в поздних докладах и рукописных статьях Щербы, где он подчёркивает, во-первых, отличие синтагмы как понятия семантико-синтаксического от речевого такта как понятия ритмического, и, во-вторых, отсутствие тождества между синтагмой и дыхательной группой. Синтагма «достаточно часто», но далеко не всегда совпадает с дыхательной группой. «Дыхательная группа» не может быть меньше синтагмы, не может её разбивать, однако может охватывать две-три синтагмы^[11]. В синтагме обнаруживаются следующие признаки, которые естественно вытекают из объяснений Щербы, докладов, посвящённых понятию синтагмы^[12].

• Это понятие не только фонетическое и синтаксическое, но также лексико-семантическое. Синтагмы образуются только в процессе речи для обозначения понятий, которые возникают в нашей мысли. Синтагмы не даны в языке в готовом виде, подобно словам; они представляют собою продукт речевого творчества, хотя возможности их образования предуказаны языком.
• Синтагма наполняется смысловым содержанием только в контексте речи. Смысл синтагмы зависит от смысла целого, поскольку строй и состав синтагмы определяются только путём расчленения высказывания. Синтагма является компонентом речи, её простейшей единицей. Этим синтагма отличается от словосочетания или «группы слов», образованной по законам данного языка и выражающей значение или значения, который свойственны данному коллективу.
• Синтагма меняет свой смысл и даже свой строй в зависимости от своеобразий данного стиля; она является основной категорией стилистического синтаксиса.

В концепции Щербы синтагма — объективная категория синтаксиса; семантико-синтаксическая единица речи, соотносительная с другими окружающими её однородными единицами, отражающая кусочек действительности и выражающая единое, хотя и сложное, понятие в контексте целого высказывания. Однако в понимании синтагмы у Щербы оставалось много неясного. Не было определено отношение синтагмы как элементарной синтаксической единицы речи к предложению и его членам. В понятии синтагмы связь семантических и интонационно-синтаксических признаков не были раскрыты в своей полноте. Типы синтагм и способы их связи, отношения синтагм к синтаксическим единицам высшего порядка не были изучены. По мнению В. Виноградова, всё это вызывало скептическое отношение к учению о синтагме, предложенное Щербой^[13].