Дьажыл Бюр

Дьажыл бюр (алт. Јажыл Бӱр) — народное название обряда: јажыл — «зелёный», бӱр — «ветвь, листва». Название не просто указывает на сезон, но фиксирует конкретный природный момент: моление совершается именно тогда, когда на деревьях распустилась первая листва — не раньше и не позже^[3][4]. Более широкие термины — Восхваление Алтая (алт. Алтай кӧдӱргени) и Моление Алтаю (алт. Алтайга мӱргӱл) — охватывают всю систему календарных молений. В отличие от них, Дьажыл Бюр строго привязан к весне^[1].

Годовой цикл алтайской календарной обрядности включает зимние (Чага Байрам), весенне-летние (Дьылгайак, Дьажыл Бюр) и осенние (Сары Бюр) обряды, приуроченные к новолунию по лунно-солнечному календарю двенадцатилетнего животного цикла^[2]. Дьажыл Бюр и Сары Бюр образуют пару: оба входят в систему «Восхваление Алтая» (алт. Алтай кёдюргени), имеют сходную структуру ритуалов, но противоположную направленность — весной духов встречают и просят о покровительстве, осенью благодарят и прощаются с ними до следующего года.

Поздней осенью духи «ложатся спать» и зимой подношений не принимают. Дьажыл Бюр — первый обряд годового цикла, после которого общение с духами природы возобновляется^[2].

Дату Дьажыл Бюр не назначают произвольно — её диктует сама природа. Обряд проводится тогда, когда одновременно выполняются несколько условий: реки освободились ото льда, ночи стали тёплыми, взошла зелёная трава и на деревьях распустились листья. По словам алкышчи Якова Яманчинова, «обряд должен проводиться в мае — после первого голоса кукушки и первых ростков зелёной травы. Алтаец с древних времён связан с природой и должен понимать, что природа диктует нам свои условия, а не мы»^[5].

В народном алтайском календаре май — месяц кукушки (алт. кююк ай), и именно кукушка своим первым криком объявляет о наступлении настоящей весны. Традиционно моления приходятся на конец мая, однако при затяжных сельскохозяйственных работах или суровом климате переносятся на июнь — месяц малой жары (алт. кичю изю ай). В Кош-Агачском и Улаганском районах, отнесённых к районам Крайнего Севера, обряд проводится именно в июне: природа высокогорья просто не успевает пробудиться раньше^[5]. Моления проводятся в промежутке между третьим и десятым днём новолуния^[6].

Ключевой поэтический образ весны в алтайских благопожеланиях — сбрасывание змеёй кожи с головы, символизирующее обновление и отказ от всего старого и ненужного: «Змеиная голова облезла, начало года вернулось» (алт. Јылан бажы сойылды, јыл бажы эбирилди). Весна — время, когда природа и человек освобождаются от зимней тяжести и светлые силы получают возможность действовать^[2].

В 2017 году моления Дьажыл Бюр прошли в трёх районах Республики Алтай: в местности Бай-Туу близ села Каракол Онгудайского района 3 мая, близ села Ортолык Кош-Агачского района 2 июня и близ села Чибиля Улаганского района 3 июня^[3].

Обряд проводится на открытом склоне горы или возвышенности, откуда просматриваются священные вершины. В Онгудайском районе таким местом является подножие горы Бай-Туу близ села Каракол, в Усть-Канском районе — подножие горы Алтын-Туу близ села Яконур, в Кош-Агачском районе — местность близ села Ортолык. Эти места общеизвестны и почитаемы: сюда из года в год съезжаются жители района^[3].

Центром обрядового пространства служит комплекс каменных жертвенников (тагылов). Каждый тагыл посвящён отдельной священной горе Алтая. В Онгудайском районе их десять: центральный посвящён горе Бай-Туу, остальные девять расположены вокруг по ходу солнца — горе Белухе (алт. Кадын Бажы Ӱч-Ыйык), вершинам Каракольской долины, горам Бабырган, Чаптыган, Эдие-Кан, Аба-Кан, Кёкёру и Ак-Алака. На каждом тагыле лежит плоский камень, специально привезённый именно с той горы, которой посвящён жертвенник; на камне вырезано её название^[5]. В Кош-Агачском районе комплекс состоит из 13 тагылов: центрального и двенадцати малых, расположенных согласно 12-летнему животному календарю^[3].

Рядом с тагылами устанавливается комплекс для повязывания ритуальных лент. Там, где растёт лес, ленты подвязывают на аркан (алт. дьибек) из конских волос между лиственницами. В безлесных районах аркан натягивают между двумя шестами-коновязями. Алкышчи Валерий Делдошпоев объяснял этот выбор так: если привязать аркан к деревьям, их корни, уходящие в землю, затруднят духам принятие подношений через ленты^[3]. Выше комплекса тагылов устанавливается коновязь Духа-Хозяина Алтая, а ниже обустраивается стан (алт. оду) с очагом, где с раннего утра варится ритуальное мясо.

Участие в обряде требует соблюдения ограничений (алт. бай тудар). За одну-две недели до моления участники воздерживаются от употребления алкоголя, не забивают скот собственноручно, не участвуют в охоте, не ссорятся и не таят ни на кого зла. Не допускаются к молению люди, у которых в семье или роду кто-то умер: считается, что такой человек «прикоснулся к миру мёртвых» и может оскверить священное пространство. Если умер близкий родственник, запрет длится целый год^[6]. Женщины не участвуют в обряде во время естественного физического недомогания^[3].

По завершении молений ведущий объявляет о запретах, которые участники соблюдают ещё одну-две недели — симметрично подготовительному периоду^[3].

В Дьажыл Бюр участвуют люди всех возрастов: пожилые, молодёжь, дети, грудные младенцы на руках у родителей^[3]. Обряд считается глубоко личным делом: на молении человек просит Духа Алтая о сокровенном — чтобы не прервался его род, дети были здоровы, родители жили без горя, скот приумножался^[3].

Ведущий обряда — алкышчи (алт. алкышчы). Им не становятся по собственному желанию: считается, что алкышчи «избирают» духи, и отказаться от этого дара невозможно. Алкышчи должен быть зрелым человеком не моложе 45—50 лет, иметь добрую репутацию, семью и детей. Все его действия в традиционных представлениях «проходят через его душу» — он доносит молитвы до Духа Алтая, обращается к священным горам и производит кормление огня^[3]. Ему помогают шабчы (алт. шабчы) — помощники, которые разводят огонь на тагылах и исполняют обрядовые песни. На молении также обязательно присутствует ясновидец (алт. неме билер кижи, «знающий человек»): он воспринимает то, что недоступно обычным людям, и по завершении трапезы рассказывает участникам, приняты ли подношения духами^[5].

Подготовка ритуальной пищи — одна из самых сложных частей обряда. Главное правило: все продукты готовятся без соли — соль может «обжечь рот» духу, и подношение не будет принято^[7].

Особое значение в Дьажыл Бюр имеет молоко. Используется только свежее молоко нового весенне-летнего сезона, которое ещё никто не пробовал. За этим стоит принцип симильной магии (подобное порождает подобное): Хорошее жирное молоко первого удоя, поднесённое духам весной, должно обеспечить богатые удои на протяжении всего лета^[7][4]. Это отличает весенний обряд от осеннего: Дьажыл Бюр направлен в будущее — он не благодарит за прошлое, а закладывает основу для хорошего сезона^[7].

Мясное подношение — жертвенный баран, реже лошадь. Животное забивают за день до моления, чтобы мясо успело остыть. Варку начинают ранним утром, чтобы к восьми часам всё было готово; мясной бульон (алт. мюн) тоже является подношением духам^[7]. Из молочных продуктов готовятся кисломолочный сыр (алт. курут), пресный сыр (алт. быштак), топлёное масло (алт. сардьу), засушенные творожные массы (алт. аарчы, алт. эдьигей). Из мучных — лепёшки (алт. теертпек) и жареные пончики (боорсок), а также талкан (алт. талкан) — жареные зёрна ячменя. Лепёшки и пончики делают без ножа: отверстие в середине проделывают пальцами. «В противном случае такая лепёшка не будет живой»^[7].

Главный жанр обряда — алкыш (алт. алкыш), благопожелание в форме поэтического текста, обращённого к духам и божествам. В весенних молениях алкыш посвящён прежде всего восхвалению Алтая и просьбе о покровительстве на предстоящий сезон. Через него человек поддерживает живой контакт с духами природы^[2].

В благопожеланиях Дьажыл Бюр особо подчёркивается ритуал весеннего окропления белым молоком:

Ниже приведён фрагмент алкыша № 62, исполненного горловым пением во время молений в местности Бай-Туу (запись 2017 г., алкышчи Яков Яманчинов):

Перевод Э. В. Енчинова^[3].

Непосредственным обращением к высшим силам открывается алкыш № 63, исполнявшийся во время того же моления:

Алкыш № 63, запись 2017 г., местность Бай-Туу, Онгудайский район. Перевод Э. В. Енчинова^[3].

Во время молений алкышчи перечисляет все сакральные горы Алтая, обращаясь к каждой по имени. В народных представлениях Дух-Хозяин Алтая (алт. Алтай Кудай / алт. Алтайдыҥ ээзи) предстаёт в образе белобородого старца в белой шубе на белом коне — образ, вбирающий черты хозяина местности, священных гор и небесного божества^[2].

Обряды весеннего поклонения духам земли — одни из древнейших в традиции тюркских народов Южной Сибири. В научной литературе Дьажыл Бюр рассматривается как продолжение архаичных шаманских обрядов жертвоприношения (алт. тайылга) духам земли (алт. јер-суу). Со временем бескровное жертвоприношение вытеснило кровавое, и ритуал приобрёл современный облик в рамках системы «Восхваление Алтая»^[2].

В советский период обряды стали проводиться тайно, в семейном кругу: часть элементов была утрачена, передача знаний прервалась. Возрождение Дьажыл Бюр как общественного события началось с конца 1990-х годов — в каждом районе Республики Алтай постепенно восстанавливались ритуальные комплексы и возобновлялись моления^[3]. В 2022 году традиция была поддержана государством: весеннее моление в Горно-Алтайском ботаническом саду (село Камлак) прошло в рамках программы «Реализация государственной национальной политики в России»^[8].

Дьажыл Бюр проводится на двух уровнях. На семейно-родовом — моления ведут старейшины рода в кругу близких родственников, без приглашения гостей. На районном — организуются крупные коллективные моления, куда съезжаются жители нескольких сёл^[3]. Обряд практикуется прежде всего у алтай-кижи и теленгитов^[3].

Среди хранителей традиции наиболее известны Яков Сергеевич Яманчинов (Онгудайский район), Юрий Курманович Топошев — Ага дьайзан Кош-Агачского района, Валерий Кымович Делдошпоев (Усть-Канский район)^[5].

Молодое поколение нередко упрощает каноны и не помнит текстов благопожеланий. Учёные фиксируют обрядовый материал в полевых условиях, а ритуальные артефакты — тагыл и кыйра/дьалама — включены в реестр объектов нематериального культурного наследия Республики Алтай^[1].

Дьажыл Бюр является одним из ключевых объектов изучения алтайской этнографии и фольклористики. Обряд рассматривался в работах А. Г. Данилина, Л. П. Потапова, С. А. Токарева, З. С. Казагачевой, К. Э. Укачиной, Е. Е. Ямаевой, В. А. Муйтуевой, М. П. Чочкиной, С. П. Тюхтеневой, Н. Р. Ойноткиновой, Э. В. Енчинова^[3].

В 2017 году сотрудники НИИ алтаистики им. С. С. Суразакова и Института филологии СО РАН зафиксировали на видео три обряда Дьажыл Бюр в разных районах Республики Алтай одновременно, что позволило впервые провести систематическое сравнение локальных традиций^[5]. Сакральные тексты алкыш, исполняемые во время Дьажыл Бюр, включаются в корпус тома «Обрядовая поэзия алтайцев» академической серии «Памятники фольклора народов Сибири и Дальнего Востока»^[2].