66 (опера)

«66» — это второе небольшое произведение после «Розы из Сен-Флура», которое Жак Оффенбах написал для летнего сезона театра Буфф-Паризьен 1856 года в зале Лаказ близ Елисейских Полей^[1]. Из-за тесноты этих помещений обе оперетты предъявляют небольшие требования к декорациям. Обе также используют сельский «местный колорит» — овернский в случае «Розы из Сен-Флура» и тирольский в случае «66». Тирольское происхождение персонажей позволило композитору использовать популярную песенную форму тирольен (включающую йодль), которую он позже эффективно применил в «Прекрасной Елене», «Парижской жизни» и «Мадам Фавар».

Эта «тирольен» вскоре стала самой популярной мелодией из «66», и критика хвалила её, хотя и с некоторой сдержанностью; несколько лет спустя Альбер де Ласаль, первый летописец Буфф-Паризьен, написал, что «там была некая тирольен, которая была бы восхитительна, если бы не походила на ту из Бетли [ Доницетти ], которая была бы очаровательна, если бы не походила на все остальные известные тирольен»^[2]. Зато оценивалось её включение в более широкую сцену с дуэтом и романсом (№ 2). Другими выделяемыми номерами были вступительная ария торговца Бертольда (№ 3), которую сравнивали со вступительной арией доктора Фонтанароса из «Любовного напитка» (Le Philtre) Обера, и куплет, основанный на звукоподражательной обработке слова «cocasse» (смешной, забавный) (№ 6)^[1]. Revue et Gazette musicale de Paris уловила художественный замысел Оффенбаха, особенно отчётливый в «66», написав: «Нужно признать, что Оффенбах больше, чем кто-либо другой, обладает инстинктом этого живого и лёгкого жанра нашей старой опера-комик, который он вознамерился нам вернуть»^[1]. Но и дружественный критик Бенуа Жувен указывал композитору на границы «его» жанра, упрекая его в слишком сложной и амбициозной обработке терцета (№ 4) и настоятельно советуя ему «оставить бездарным великим композиторам задачу добавлять шестое действие к Кипрской королеве» (большая опера Фроманталя Галеви) и «самому ограничиться написанием лёгких вещей, таких как тирольен для двух голосов»^[3]. Упомянутый терцет действительно несёт печать мастерской эрудиции, Оффенбах здесь пластично запечатлевает сюжетную ситуацию, начинающуюся с чтения выигрышного списка. Из нотного стана ясно чувствуется растущая нервозность юноши, его разочарование и исчезающая надежда, которая, однако, внезапно переходит в изумление и радость от уже неожиданного выигрыша.

Если публика, ищущая прежде всего развлечений, не разделяла напрямую энтузиазма критики, она приняла эту новинку очень благосклонно, так что Le Figaro мог написать: «66 — настоящий успех для Буфф»^[4]. Среди исполнителей особенно выделился дебютирующий Гюстав Жерпре, который был принят в театр после ухода популярного Жана Бертлье^[1].

Буфф-Паризьен представляли «66» и на своих гастролях, например, в Лондоне в 1857 году (4 раза)^[5] и в Вене в 1862 году (2 раза)^[6], а также в течение нескольких сезонов начиная с 1858 года в своём регулярном летнем месте пребывания, фешенебельном курорте Бад-Эмс^[7].

Даже в рамках лирической части творчества Оффенбаха сюжет «66» особенно кроток. Однако если это произведение можно считать несколько старомодной жанровой картинкой с консервативным нравоучительным посланием — не стоит предаваться азартным играм и возвышаться над своим положением, — то в непосредственно следующем произведении «Финансист и сапожник» Оффенбах и его либреттисты поставили традиционную мораль с ног на голову.

И в случае этого произведения отправной точкой для европейской карьеры стала Вена. Одноактные пьесы Оффенбаха в быстрой последовательности успешно ставил Карл-театр, и «66» имела здесь премьеру 24 ноября 1859 года. Как и в случае других произведений, она подверглась значительной переработке актёра и позднейшего директора театра Карла Троймана. Представления о том, что является экзотическим и своеобразным, естественно, различались с парижской и венской точек зрения, поэтому место действия было изменено с южной Германии на южную Францию, а тирольские герои стали савойярами Сюзон и Пикколо (эта теноровая партия была к тому же изменена на сопрановую роль травести). В результате было изменено и название оперетты на «Die Savoyarden», то есть «Савойяры». Как и другие произведения Оффенбаха, Карл-театр в конце 1850-х годов играл своих «Савойяров» без авторизации, и поскольку в его распоряжении был только изданный клавираусцуг, совершенно новую инструментовку сделал капельмейстер театра Карл Биндер^[8][9]. Отзывы публики и прессы были в основном положительными. По сообщению газеты Fremden-Blatt, оперетта определённо понравилась; «Музыка, лёгкая и непритязательная, но полная юмора и свежести, вполне соответствует безобидным ситуациям истории и способна заполнить время игривыми шутками»^[10]. Газета Die Presse писала: «Оперетта Оффенбаха Савойяры [...] действительно обратилась к зрителям. Два номера пришлось повторить, другие сорвали живые аплодисменты, а певцов вызывали на бис. Хотя Савойяры не стоят в первом ряду оперетт Оффенбаха, они всё же являются изящным и очаровательным подарком»^[11]. Постановка выдержала в общей сложности двенадцать представлений, к которым можно прибавить одно в 1861 году в Franz-Josefs-Kai-Theater (Treumann-Theater), куда в 1860 году перешла большая часть персонала Карл-театра^[6].

Как «Die Savoyarden», или также «Die beiden Savoyarden», то есть «Два савойяра» (под этим названием в немецкой среде более чем за полвека до этого успешно ставилась и комическая опера Далейрака Les Deux Petits Savoyards), оперетту ставили и другие немецкоязычные театры Дунайской монархии. Например, 24 июля 1861 года её представил городской театр в Линце^[12], в 1862 году она была впервые исполнена и в Любляне^[13].

Та же версия игралась и при первой (немецкоязычной) постановке в Венгрии, а именно в Немецком городском театре в Пеште 1 июля 1860 года. На венгерском языке эта оперетта впервые игралась 17 декабря 1862 года в Национальном театре в Кошице как «Savoyardok». 7 ноября 1863 года в будайском Народном театре (Népszínház) состоялась премьера новой венгерской версии под названием «A hatvanhatodik szám» в переводе Пала Тарнаи (Мадарашши). В более позднее время венгерский перевод под названием «A 66-os szám» сделал Винце Эрнё Инноцент; эта версия впервые игралась в 1965 году на будапештской камерной сцене Ódry Színpad^[14].

На территории самой Германии оперетта распространялась скорее в авторской редакции и более точном переводе под названием «Nummer 66». Впервые в самой Германии её представил городской театр во Вроцлаве 29 мая 1860 года^[15]. В Дании она игралась в Копенгагенском Народном театре (Folketeatret) с 21 апреля 1869 года и в течение года выдержала 20 представлений. Датская версия переводчика Аугуста Цинка носила название «Nr. 66»^[16]. В Лондоне она игралась в 1865 и 1876 годах. В Испании её впервые представил мадридский Teatro de la Zarzuela в 1871 году под названием «¡Me cayó la lotería!»^[17].

В настоящее время эта опера играется довольно редко, несмотря на её музыкальные качества; виной тому, вероятно, наивное и морализаторское либретто. Тем не менее, она ставится в небольших и любительских театрах от Саратога-Спрингс (2012)^[18] и Мемфиса (2014)^[19] до Сосновца (2012) и лондонского фестиваля Grimeborn Opera Festival^[20], включая версию для марионеток, которую играет Amsterdams Marionetten Theater^[21]. В 2018 году постановка «66» была представлена на летнем фестивале Opéra de Barie^[22].

Два тирольских путника, Франц и Гриттли, направляются к Страсбургу, чтобы помочь семье её сестры, и по пути встречают бродячего торговца Бертольда. Франц неожиданно выигрывает в лотерею крупное состояние и в порыве радости отказывается от прежней жизни, разбивает гитары и начинает вести себя как богач, что вызывает конфликт с Гриттли. Однако вскоре выясняется, что номер билета был прочитан неверно, и никакого выигрыша нет, из-за чего Франц впадает в отчаяние. В это же время Бертольд требует вернуть деньги и раскрывает, что он на самом деле пропавший муж сестры Гриттли, вернувшийся из Америки с состоянием. Вся ситуация счастливо разрешается: семья воссоединяется, недоразумения исчезают, и герои вместе отправляются в Тироль.