По волне моей памяти

В середине 1970-х годов, по мнению Давида Тухманова, для популярной музыки в СССР сложилась достаточно уникальная ситуация, в которой сошлись «советская песня с её замечательными чертами, художественными и поэтическими», «новые веяния западной музыки», коммерциализация популярной музыки («фирма „Мелодия“, государственная организация, начала думать о коммерции») и ослабление цензуры («чуть посвободнее стало в прохождении материала»). Сам Тухманов, написавший к этому времени несколько шлягеров, чувствовал, что как композитор реализован не полностью. Свои знания в области классической музыки он хотел соединить «с ритмическими формами популярной музыки — электронным звучанием, аранжировкой…»^[3]

Вдохновляясь образцами западного арт-рока — Gentle Giant, Genesis, King Crimson, Jethro Tull, Led Zeppelin, Фрэнк Заппа — композитор задумал сочинение в виде последовательности произведений, объединённых общим замыслом^[4][5]. Новизна задачи была ещё и в том, что музыку, «которую можно назвать и эстрадной», Тухманов соединял с классической поэзией^[5]. При этом тексты для него были первичны, и на поиск стихов, «которые могли бы уложиться в форму песен и звучать современно», ушло длительное время: «Вся масса популярной западной музыки звучала, естественно, на английском, и я боялся, что особенности русского языка будут препятствием для работы в более жёстких ритмических формах. Здесь требуется несколько иная расстановка слов и акцентов. Тем не менее удалось сохранить естественную природу русского языка, не искажая произношение»^[4]. Большинство текстов были переводами, и Тухманов решил использовать в песнях цитаты на языке оригинала — чтобы «намекнуть» слушателям на то, что «поэзия-то, в принципе непереводима»^[3].

Татьяна Сашко при первой встрече в феврале 1976 года с Сергеем Беликовым, записавшим затем для альбома песню «Сентиментальная прогулка», сказала ему, что суть проекта — «подать классическую поэзию в современной музыкальной обработке»^[3].

Время работы над диском совпало с переломным моментом в советской эстраде, о котором Тухманов говорил: «Пение в современной манере с трудом приживалось на нашей эстраде, считалось, что нужно петь классически поставленными голосами и лучше без микрофона. Но микрофонное пение позволило выявить в голосе новые краски!»^[3]

Тухманов называл альбом «циклом», а его написание — «сочинением»^[6]. Жанр всего альбома он определял как арт-рок.

Роль Татьяны Сашко

Участие Татьяны Сашко в проектах совместно с супругом подтверждают обороты конвертов пластинок фирмы «Мелодия» (см. альбомы «По волне моей памяти» и «НЛО»), где напечатано: «Литературный материал подобран Татьяной Сашко». По словам Сергея Челяева, он «поражался чутью подобравшей лит. материал супруги композитора»^[7]. Сам Тухманов признал: «Идея принадлежала моей первой жене Татьяне Сашко — она подбирала стихи».^[8]. Принимавший участие в записи альбома, исполнивший шлягер «Из вагантов» певец Игорь Иванов говорил, что она «являлась продюсером всего музыкального материала, написанного в то время»^[9].

Ритм-секция (гитара, бас-гитара, ударные)

В 1972 году Давид Тухманов написал цикл эстрадных песен и в поисках исполнителей обратил внимание на созданный год назад вокально-инструментальный ансамбль «Москвичи». Тухманов предложил «Москвичам» три песни, которые с успехом стали ими исполняться: «Как прекрасен этот мир», «Налетели дожди» и «День без выстрела». Впоследствии коллектив, под новым названием «Верные друзья», стал аккомпанирующим ансамблем для Валерия Ободзинского (с которого в 1973 году был снят годичный запрет на выступления в РСФСР). Во главе коллектива Ободзинский поставил пианиста и аранжировщика Юрия Щеглова, с которым работал в оркестре Лундстрема. Оттуда же Ободзинский пригласил гитариста Бориса Пивоварова, который считался в то время одним из лучших гитаристов в СССР. В начале своей работы в «Верных друзьях» Пивоваров купил себе за очень большие по тому времени 3500 рублей электрогитару Gibson Les Paul Custom (эта гитара, на которой сыграны все сольные гитарные партии альбома «По волне моей памяти», в настоящее время хранится в студии SBI Records Игоря Бабенко^[10]).

В 1975 году Ободзинскому (которому удавалось записываться лишь на миньонах и сборниках разных авторов, а единственный собственный его гигант был записан им ещё в 1970 году) поступило предложение от председателя художественного совета фирмы-монополиста «Мелодия» Никиты Богословского, контролировавшего выпуск всех пластинок, кроме гибких, о совместной записи его, Богословского, песен. Условием Богословского были сотрудничество Ободзинского с согласованными авторами и отказ от работы с Давидом Тухмановым и Леонидом Дербенёвым. Ободзинский согласился, записав в сопровождении «Верных друзей» сначала миньон с четырьмя песнями Богословского, затем, в 1976 году, — гигант «Любовь моя — песня», на который в качестве прощального жеста попала лишь одна песня Дербенёва («Сколько девчонок на свете») и одна — Тухманова («Листопад»). Однако на этом новом гиганте не оказалось ни одного шлягера, и через полгода после его выхода Ободзинский, понявший свой промах, пришёл к Дербенёву с предложением возобновить сотрудничество. Но ни Дербенёв, ни Тухманов Ободзинского не простили — они не написали для него больше ни одной песни^{[K 1]}.

Одновременно с разворачиванием этого конфликта Тухманов начинал работу над альбомом «По волне моей памяти» и выбрал в качестве инструменталистов нового проекта ритм-секцию «Верных друзей» — Бориса Пивоварова (гитара), Аркадия Фельдбарга (бас-гитара) и Владимира Плоткина (ударные), оставив себе клавишные. По некоторым сведениям, вся ритм-секция для этого альбома была записана Пивоваровым, Фельдбаргом и Плоткиным за две смены между гастролями ВИА «Верные друзья»^[11].

К моменту выхода альбома «По волне моей памяти» в сентябре 1976 года разрыв между Тухмановым и Ободзинским уже давно произошёл, и Тухманов, не без основания считавший «Верных друзей» группой Ободзинского, убрал с обложки альбома все упоминания о них — при том, что принадлежность всех других музыкантов проекта к каким-либо музыкальным коллективам была не без ошибок, но явно обозначена^[12]. Ефим Дымов, возглавлявший «Верных друзей» после разрыва ансамбля в конце 1977 года с Валерием Ободзинским, считал, что если бы Тухманов написал на обложке альбома о принадлежности Пивоварова, Фельдбарга и Плоткина к «Верным друзьям», то популярность ансамбля впоследствии была бы существенно выше. Сами Пивоваров, Фельдбарг и Плоткин своим участием в тухмановском проекте всегда гордились, и с той же самой ритм-секцией Тухманов тогда же записал вышедшее лишь в 1978 году своеобразное продолжение «По волне моей памяти» — миньон «Памяти гитариста. Памяти поэта»^[12].

По выражению журналиста Алексея Михалёва, снявшего к 40-летию выхода альбома документальный фильм «На своей волне», Тухманову удалось «создать суперкоманду, своего рода „сборную Советского Союза“».

Прежние советские эстрадные певцы, в большинстве певшие классическими поставленными голосами и часто без микрофона, не годились для реализации идеи альбома. Тухманову нужны были солисты, в голосах которых он с помощью микрофона мог выявить «новые краски»:

Музыканты, принявшие участие в записи альбома «По волне моей памяти», независимо друг от друга говорили о «революционности» тухмановского проекта: «это была новая, во многом революционная работа» (Сергей Беликов, 2006)^[13]; «пластинка стала революцией в советской музыке для того времени» (Владислав Андрианов, 2009)^[14].

Над микшированием альбома Тухманов трудился наравне со звукорежиссёром Николаем Данилиным: «…Огромный старый пульт, многодорожечные магнитофоны, сложный микс, иногда многоступенчатый, когда нужно было сначала свести отдельные элементы записи, а эти элементы потом собирались в следующую, более сложную цепочку. Мы выверяли баланс и следили за тем, чтобы наши произведения хорошо звучали именно на высококачественных динамиках»^[4].

Обратная сторона обложки альбома. Среди солистов отсутствуют имена эмигрировавших в США Наталии Капустиной и Александра Лермана

По свидетельству Игоря Иванова, в песне «Из вагантов» была длинная «красивая кода», которую «потрясающе играл на гитаре» Борис Пивоваров, но Д. Тухманов не взял её в окончательный вариант песни^[3].

В альбом не вошли стихи китайского поэта Ду Фу «В лодке с высокою мачтой тихою ночью плыву я…»^[4].

Солисты — вокальная группа вокально-инструментального оркестра «Современник» в составе^[16]: Вера Капустина^{[K 2]}, Людмила Иванова, Наталия Олеарник, Алла Гавричкина, Виктор Енченко.

• Борис Пивоваров (гитара);
• Аркадий Фельдбарг (бас-гитара, скрипка);
• Владимир Плоткин (ударные);
• Давид Тухманов (фортепиано, орган, синтезатор, электропиано);
• Медная группа ансамбля «Мелодия» под управлением Георгия Гараняна;
• Струнная группа Большого симфонического оркестра Всесоюзного радио и телевидения, дирижёр Константин Кримец;
• Звукорежиссёр Николай Данилин;
• Редактор Владимир Рыжиков;
• Художник Александр Шварц.

Обложку альбома рисовал художник и музыкант Александр Шварц. Тухманов приглашал его к себе домой, играл на рояле мелодии, а уже у себя дома Шварц отрисовывал идеи, на которые его вдохновляла эта музыка. На первом варианте обложки не было полосатого фона, и пером были нарисованы фрагменты современной цивилизации: Кремль, космос, ракеты и пр. Эта обложка, по воспоминаниям Шварца, была квалифицирована худсоветом как «не соответствующая идеалам социалистического реализма» и отклонена. Во втором варианте обложки, идя за стремлением Тухманова к совершенству в музыке, Шварц, по его словам, «решил отразить совершенство человеческого духа». Получилась большая композиция из примерно 20 фигур, которые почти все были «вырезаны» худсоветом — остались лишь крупные фигуры мудреца, статуи Афины и мотоциклиста; в таком виде обложка была утверждена. «Но и эта обложка живёт уже 40 лет — конечно, прежде всего благодаря музыке», — говорил Александр Шварц в 2016 году^[3].

Один из образов обложки, мотоциклист, был найден Шварцем за несколько лет до тухмановской обложки — когда он начал писать свой автопортрет:

Первая партия пластинок появилась в магазинах 9 сентября 1976 года, и это странным образом совпало со смертью Мао Цзэдуна.

Цена альбома в розничной продаже была 2 рубля 15 копеек^[17].

Успех пластинки стал для композитора неожиданностью^[4]. По утверждению телеведущего Юрия Николаева, первый тираж альбома «даже не дошёл до магазинных прилавков, растворившись на чёрных рынках». Игорь Иванов, исполнивший на альбоме песню «Из вагантов», нигде не мог купить диск с собственной песней и получил его в подарок от Тухманова^[18]. По свидетельству Вячеслава Малежика, на чёрном рынке «По волне моей памяти», единственная из советских виниловых пластинок, стоила 80 рублей.

В 1978 году альбом занял 3-е место в хит-параде «Звуковая дорожка» газеты «Московский комсомолец»^[19].

Тухмановский альбом в значительной мере повлиял на развитие популярной музыки в СССР. Журналист Алексей Михалёв, снявший к 40-летию выхода альбома документальный фильм «На своей волне», так говорил об этом:

Писатель и журналист Василий Голованов на страницах журнала «Юность» в марте 1985 года назвал альбом в числе наиболее значимых отечественных произведений, сумевших «потеснить» англоязычный рок^[20]. Александр Житинский фиксировал в библиотеках «кратковременный „поэтический бум“ после выхода диска … Тогда особенно активно брали книжки Ахматовой, Гильена, разыскивали стихи Волошина»^[21].

В 2005 году канал СТС снял одноимённый мюзикл в честь 30-летия выхода альбома, который был показан в канун нового, 2006-го года.^[22]

В 2014 году радиостанция «Серебряный дождь» включила альбом в перечень «50 культовых пластинок фирмы „Мелодия“»^[23].

В 2016 году «Российская газета» в материале к 40-летию выхода пластинки назвала её «настоящей бомбой, отзвуки разрыва от которой слышны до сих пор»^[3].