Моа

Слово «моа» — полинезийский термин для домашней птицы. К моменту контакта с европейцами это название не было распространено среди маори, вероятно, потому что описываемая им птица уже давно вымерла. Тем не менее, знания о моа передавались в традиционных историях и пословицах, например, «kua ngaro i te ngaro o te moa» («исчез, как исчезла моа»)^[7]. Самое раннее письменное упоминание названия принадлежит миссионерам Уильяму Уильямсу и Уильяму Коленсо в январе 1838 года; Коленсо предполагал, что птицы могли напоминать гигантских домашних кур. В 1912 году маорийский вождь Урупени Пухара утверждал, что традиционное название моа — «te kura» («красная птица»)^[8]. Североостровная гигантская моа также называется «kuranui».

Скелеты моа традиционно реконструировали в вертикальном положении для создания впечатляющей высоты, однако анализ сочленений позвонков показывает, что они, вероятно, держали голову вперёд^[9], подобно киви. Позвоночник крепился к задней части головы, а не к основанию, что указывает на горизонтальное положение. Это позволяло им пастись на низкой растительности, но при необходимости поднимать голову и поедать листву с деревьев. Это привело к пересмотру оценок высоты крупных моа. Однако маорийское наскальное искусство изображает моа или похожих на них птиц с вертикально поднятыми шеями, что указывает на способность моа принимать оба положения шеи^[10][11].

Не сохранилось сведений о звуках, которые издавали моа, однако некоторые представления о их голосах можно получить по ископаемым остаткам. Трахея моа поддерживалась множеством мелких костных колец, известных как трахеальные кольца. Эти кольца сохранились в некоторых сочленённых скелетах и показывают, что по крайней мере два рода моа (Euryapteryx и Emeus) обладали удлинённой трахеей, длиной до 1 м, образующей большую петлю в брюшной полости^[9]. Это единственные известные ратиты с такой особенностью, которая также встречается у других групп птиц, включая лебедей, журавлей и цесарок. Такая особенность связана с глубокими резонансными вокализациями, способными распространяться на большие расстояния.

Найдено несколько экземпляров останков моа с сохранившимися мягкими тканями (мышцы, кожа, перья), мумифицированными в результате высыхания после гибели птицы в сухом месте (например, в пещере с постоянным сухим сквозняком); такие экземпляры представляют собой разновидность естественной мумии. Большинство находок сделано в полупустынном регионе Центрального Отаго, самом сухом районе Новой Зеландии, однако известны находки и за его пределами. Среди них:

• Высохшие мышцы на костях самки Dinornis robustus, найденные на Тайгер-Хилл в долине реки Манухерикия золотодобытчиками в 1864 году^[12] (хранятся в Йоркский музей)
• Несколько костей Emeus crassus с прикреплёнными мышцами, а также ряд шейных позвонков с мышцами, кожей и перьями, собранные в пещере Эрнсклю вблизи города Александра в 1870 году^[13] (хранятся в Отаго музей)
• Артикулированная стопа самца D. giganteus с кожей и подушечками, найденная в расщелине на хребте Нобби в 1874 году^[14] (хранится в Отаго музей)
• Голотип Megalapteryx didinus, найденный вблизи Куинстауна в 1878 году^[12] (хранится в Музее естественной истории, Лондон; см. фото стопы на этой странице)
• Нижняя часть ноги Pachyornis elephantopus с кожей и мышцами, из хребта Гектор в 1884 году^[15][14]; (хранится в зоологическом отделе Кембриджский университет)
• Полностью оперённая нога M. didinus с хребта Олд-Мэн, 1894 год^[16] (хранится в Отаго музей)
• Голова M. didinus, найденная вблизи Кромвеля до 1949 года^[17] (хранится в Те Папа Тонгарева)
• Полная стопа M. didinus, найденная в пещере на горе Оуэн вблизи Нельсона в 1980-х годах^[18] (хранится в Те Папа Тонгарева)
• Скелет Anomalopteryx didiformis с мышцами, кожей и основаниями перьев, собранный в пещере у Те-Анау в 1980 году^[19].

Кроме этих экземпляров, отдельные перья моа были собраны в пещерах и скальных укрытиях южного Южного острова, и на их основе удалось частично реконструировать оперение моа. Сохранившаяся нога M. didinus с хребта Олд-Мэн показывает, что этот вид был оперён до самой стопы. Вероятно, это адаптация к жизни в высокогорных, снежных условиях, аналогичная таковой у нанду Дарвина, обитающего в схожем сезонно снежном климате^[9].

Перья моа достигали длины до 23 см, и отмечен широкий спектр окраски: от красновато-коричневой, белой, жёлтой до пурпурной^[9] Также найдены тёмные перья с белыми или кремовыми кончиками, что указывает на возможность пятнистого оперения у некоторых видов моа.^[20].

Ближайшими родственниками моа являются мелкие наземные южноамериканские птицы тинаму, способные к полёту^[6].^[21][22][23] Ранее считалось, что наиболее близки к моа киви, австралийский эму и казуар^[24].

Хотя в конце XIX — начале XX века было описано множество видов, многие из них были основаны на частичных скелетах и впоследствии признаны синонимами. В настоящее время официально признаётся 11 видов, однако недавние исследования древней ДНК, извлечённой из костей музейных коллекций, указывают на существование отдельных линий внутри некоторых из них. Одним из факторов, вызывающих путаницу в таксономии моа, является внутривидовая изменчивость размеров костей между ледниковыми и межледниковыми периодами (см. правило Бергмана и правило Аллена), а также выраженный половой диморфизм у ряда видов. У рода Dinornis половой диморфизм был особенно выражен: самки были до 150 % выше и до 280 % тяжелее самцов — настолько, что их считали разными видами до 2003 года^[25][26]. Исследование 2009 года показало, что Euryapteryx curtus и E. gravis — синонимы^[27]. Исследование 2010 года объяснило различия в размерах половым диморфизмом^[28]. Морфологическое исследование 2012 года трактовало их как подвиды^[29].

Анализ древней ДНК показал наличие скрытых эволюционных линий в ряде родов моа^[30]. Эти линии могут быть впоследствии признаны видами или подвидaми; Megalapteryx benhami (Archey) считается синонимом M. didinus (Owen), так как кости обоих обладают всеми основными признаками. Различия в размерах объясняются северо-южным клиналом и временными изменениями: экземпляры были крупнее в ледниковый период Отира. Аналогичные временные изменения размеров известны и для Pachyornis mappini с Северного острова^[31]. Другие различия в размерах, вероятно, также объясняются географическими и временными факторами^[32].

Самые ранние останки моа происходят из миоценовой фауны Сент-Батанса. Известны по многочисленным скорлупам яиц и элементам задних конечностей, представляют как минимум два уже довольно крупных вида^[33].

Поскольку моа — группа нелетающих птиц, полностью лишённых даже рудиментов крыльев, возникали вопросы о том, как они попали в Новую Зеландию и откуда. Существует множество теорий о появлении и радиации моа в Новой Зеландии, но наиболее современная из них предполагает, что они прибыли около 60 млн лет назад и отделились от «базального» вида Megalapteryx примерно 5,8 млн лет назад^[34] вместо 18,5 млн лет, как предполагалось ранее. Это не исключает существования других линий между прибытием и базальным расхождением, однако окаменелости отсутствуют, и, вероятно, ранние линии моа вымерли до этого события^[35]. Наличие миоценовых видов указывает на то, что диверсификация моа началась до расхождения Megalapteryx и других таксонов^[33].

Максимальное событие Олигоценовое затопление, произошедшее около 22 млн лет назад, когда над уровнем моря оставалось лишь 18 % современной территории Новой Зеландии, сыграло важную роль в радиации моа. Поскольку базальное расхождение моа произошло относительно недавно (5,8 млн лет назад), было высказано мнение, что предки четвертичных линий моа не могли присутствовать на обеих частях суши во время олигоценового затопления^[36]. Это не означает, что моа отсутствовали на Северном острове, но только те, что выжили на Южном острове, сохранились, так как только он был над водой. Bunce и др. (2009) предположили, что предки моа выжили на Южном острове, а затем повторно заселили Северный остров примерно через 2 млн лет, когда острова вновь соединились^[26]. Присутствие миоценовых моа в фауне Сент-Батанса указывает на то, что эти птицы увеличились в размерах вскоре после олигоценового затопления, если вообще были затронуты этим событием^[33].

Bunce и др. также пришли к выводу, что сложная структура линии моа обусловлена формированием Южных Альп около 6 млн лет назад и фрагментацией среды обитания на обоих островах в результате плейстоценовых ледниковых циклов, вулканизма и изменений ландшафта^[26]. Кладограмма ниже — филогения Palaeognathae по Mitchell (2014)^[22] с некоторыми названиями клад по Yuri и др. (2013)^[37]. Она показывает положение моа (Dinornithiformes) в контексте «древнечелюстных» (Palaeognathae) птиц:

Кладограмма ниже даёт более детальную, видовую филогению ветви моа (Dinornithiformes) «древнечелюстных» птиц (Palaeognathae):^[26]

В настоящее время признаны следующие роды и виды:^[2]

• Отряд †Dinornithiformes (Gadow 1893) Ridgway 1901 [Dinornithes Gadow 1893; Immanes Newton 1884] (моа)
  • Семейство Dinornithidae Оуэн 1843 [Palapteryginae Bonaparte 1854; Palapterygidae Haast 1874; Dinornithnideae Stejneger 1884] (гигантские моа)
    • Род Dinornis
      • Североостровная гигантская моа, Dinornis novaezealandiae (Северный остров, Новая Зеландия)
      • Южноостровная гигантская моа, Dinornis robustus (Южный остров, Новая Зеландия)
  • Семейство Emeidae (Bonaparte 1854) [Emeinae Bonaparte 1854; Anomalopterygidae Oliver 1930; Anomalopterygiinae Archey 1941] (малые моа)
    • Род Anomalopteryx
      • Кустарниковая моа, Anomalopteryx didiformis (Северный и Южный острова, Новая Зеландия)
    • Род Emeus
      • Восточная моа, Emeus crassus (Южный остров, Новая Зеландия)
    • Род Euryapteryx
      • Ширококлювая моа, Euryapteryx curtus (Северный и Южный острова, Новая Зеландия)
    • Род Pachyornis
      • Тяжеловесная моа, Pachyornis elephantopus (Южный остров, Новая Зеландия)
      • Моа Мантелла, Pachyornis geranoides (Северный остров, Новая Зеландия)
      • Гребенчатая моа, Pachyornis australis (Южный остров, Новая Зеландия)^[38]
  • Семейство Megalapterygidae
    • Род Megalapteryx
      • Горная моа, Megalapteryx didinus (Южный остров, Новая Зеландия)

Также известны два неописанных вида из фауны Сент-Батанса^[33]

Анализ скоплений костей моа позволил получить подробные данные о предпочтениях отдельных видов и выявить характерные региональные фауны моа:^{[9][39][40][41][42][43][44]}

На Южном острове выделяют две основные фауны:

Фауна влажных буковых (Нотофагус) лесов западного побережья, включавшая Anomalopteryx didiformis (кустарниковая моа) и Dinornis robustus (южноостровная гигантская моа);

Фауна сухих лесов и кустарников восточнее Южных Альп, включавшая Pachyornis elephantopus (тяжеловесная моа), Euryapteryx curtus, Emeus crassus и Dinornis robustus.

«Субальпийская фауна» могла включать широко распространённую D. robustus и ещё два вида моа, существовавших на Южном острове:

Pachyornis australis — самый редкий вид моа, единственный, не найденный в маорийских кухонных остатках. Его кости обнаружены в пещерах северо-западных районов Нельсона и Карамеа, а также в некоторых местах вокруг Ванака.

Megalapteryx didinus — более широко распространён, назван «горной моа», так как его кости часто находят в субальпийской зоне. Однако он встречался и на уровне моря, где были подходящие крутые и скалистые участки (например, Пунакаики на западном побережье и Центральный Отаго). Распространение в прибрежных районах не вполне ясно, но отмечено по крайней мере в нескольких местах, таких как Кайкоура, Отаго-Пенинсула^[45], и Каритане^[46].

О североостровных палеофаунах известно значительно меньше из-за скудности находок, однако общая картина взаимоотношений видов моа и среды была схожей^[9] Южный и Северный острова разделяли некоторые виды (Euryapteryx curtus, Anomalopteryx didiformis), но большинство были эндемиками одного острова, что отражает дивергенцию за несколько тысяч лет после ледникового периода, когда низкий уровень моря создавал сухопутный мост через пролив Кука.^[9]

На Северном острове Dinornis novaezealandiae и Anomalopteryx didiformis доминировали во влажных лесах, аналогично Южному острову. Другие виды (Euryapteryx curtus и Pachyornis geranoides) предпочитали более сухие леса и кустарники. P. geranoides встречался по всему Северному острову.^[9]

Около восьми дорожек следов моа, отпечатков в речных наносах, обнаружено на Северном острове, включая Вайканаэ (1872), Нейпир (1887), река Манавату (1895), Мартон (1896), Палмерстон-Норт (1911), река Рангитикеи (1939) и под водой в озеро Таупо (1973). Анализ расстояния между следами указывает на скорость ходьбы 3–5 км/ч.^[9] В 2022 году ещё одна дорожка была обнаружена у входа в гавань Кайпара.^[47]

В 2019 году первая известная дорожка на Южном острове была найдена в русле реки у Кайберн, Отаго^[48]. Второй набор следов был обнаружен в Пареора, Кентербери, в 2022 году^[49].

Исследования скоплений высохшей растительности в доисторический период указывают на существование лесной экосистемы с преобладанием Sophora microphylla (ковай) в Центральный Отаго, которую использовали и, возможно, поддерживали моа для гнездового материала и питания. К 1850-м годам, когда европейские поселенцы пришли в этот район, ни леса, ни моа уже не было^[50].

Рацион моа определён по ископаемым остаткам содержимого желудков^[51][52] и копролитам^[53], а также косвенно — по морфологии черепа и клюва и изотопному анализу костей^[9]. Моа питались различными видами растений и их частями, включая жёсткие веточки и листья низкорослых деревьев и кустарников. Клюв Pachyornis elephantopus был похож на секатор и мог срезать жёсткие листья новозеландского льна (Phormium tenax) и ветки толщиной до 8 мм.^[52]

Моа занимали экологическую нишу, которую в других странах занимают крупные травоядные млекопитающие, такие как антилопы и ламы^[54]. Некоторые биологи считают, что ряд растений эволюционировал для защиты от поедания моа^[54]. Диварикатные растения, такие как Pennantia corymbosa (кайкомако) с мелкими листьями и густой сетью ветвей, и Pseudopanax crassifolius (хороека или ланцетный панакс) с жёсткими ювенильными листьями, — возможные примеры такой адаптации. Также предполагается, что гетеробластия может быть ответом на поедание моа^[55].

Как и многие другие птицы, моа глотали желудочные камни (гастролиты), которые задерживались в их мускулистых желудках, обеспечивая перетирание грубой растительной пищи. Это указывает на то, что моа были неэффективными распространителями семян: только самые мелкие семена проходили через их пищеварительный тракт неповреждёнными^[56]. Обычно это были гладкие округлые кварцевые гальки, но среди содержимого желудков находили камни длиной более 110 мм^[52]. В желудках Dinornis могло быть несколько килограммов камней^[9]. Моа, вероятно, выбирали самые твёрдые камни.^[57]

Пары видов моа, описанные как Euryapteryx curtus / E. exilis, Emeus huttonii / E. crassus и Pachyornis septentrionalis / P. mappini, давно предполагались как самцы и самки соответственно. Это подтверждено анализом ДНК, выделенной из костей^[25].

Например, до 2003 года признавалось три вида Dinornis: южноостровная гигантская моа (D. robustus), североостровная гигантская моа (D. novaezealandiae) и стройная моа (D. struthioides). Однако ДНК показала, что все D. struthioides — самцы, а все D. robustus — самки. Поэтому три вида были переклассифицированы в два: по одному на Северном (D. novaezealandiae) и Южном (D. robustus) островах^[25][58]; D. robustus включает три генетические линии и может быть впоследствии разделён на несколько видов.

Изучение годичных колец в костях моа показало, что эти птицы были k-стратегами, как и многие другие крупные эндемики Новой Зеландии^[24]. Для них характерна низкая плодовитость и длительный период созревания — до 10 лет до достижения взрослого размера. Крупные виды Dinornis росли до взрослого размера так же долго, как и мелкие виды, но при этом имели быстрый рост скелета в ювенильном возрасте^[24].

Нет свидетельств, что моа были колониальными гнездовьями. О гнездовании судят по скоплениям фрагментов скорлупы в пещерах и скальных укрытиях, однако сами гнёзда известны плохо. Раскопки в восточной части Северного острова в 1940-х годах выявили гнёзда, описанные как «небольшие углубления, очевидно выскребленные в мягком сухом пемзе»^[59]. Материал гнёзд также найден в скальных укрытиях Центрального Отаго, где сухой климат сохранил растительный материал, использованный для постройки платформы (включая веточки, срезанные клювом моа)^[60]. Семена и пыльца в копролитах, найденных среди гнездового материала, указывают, что сезон гнездования приходился на конец весны — лето^[60].

Фрагменты скорлупы яиц моа часто находят в археологических памятниках и дюнах по побережью Новой Зеландии. В музейных коллекциях хранится 36 целых яиц, размеры которых варьируют от 120 до 240 мм в длину и от 91 до 178 мм в ширину^[61]. Внешняя поверхность скорлупы характеризуется мелкими щелевидными порами. Яйца большинства видов были белыми, а у горной моа (Megalapteryx didinus) — голубовато-зелёными^[62].

Исследование 2010 года показало, что яйца некоторых видов были очень хрупкими, толщина скорлупы — около миллиметра: «Неожиданно оказалось, что несколько тонкостенных яиц принадлежали самым тяжёлым моа родов Dinornis, Euryapteryx и Emeus, что делает их, насколько нам известно, самыми хрупкими из всех измеренных яиц птиц. Более того, анализ ДНК с поверхности скорлупы яиц Dinornis и Euryapteryx показал, что эти очень тонкие яйца, вероятно, насиживались более лёгкими самцами. Тонкая скорлупа у крупных видов моа, даже при насиживании самцом, указывает на частые повреждения яиц при обычном способе насиживания»^[62]. Несмотря на вымирание птицы, высокая сохранность ДНК в окаменевших яйцах позволила секвенировать геном моа.^[63]

До появления человека единственным хищником моа был гигантский орёл Хааста. Новая Зеландия была изолирована 80 миллионов лет и имела мало хищников до прихода человека, что делало её экосистемы крайне уязвимыми к внешним воздействиям, а местные виды — неспособными противостоять новым хищникам^[64][65]. Полинезийцы прибыли незадолго до 1300 года, и все роды моа вскоре были истреблены охотой и, в меньшей степени, сокращением среды обитания из-за вырубки лесов. К 1445 году все моа вымерли, как и орёл Хааста, зависевший от них как от источника пищи. Недавние исследования с использованием радиоуглеродного датирования остатков в кухонных отбросах маори показывают, что вымирание заняло менее ста лет^[66], а не несколько столетий, как предполагалось ранее.

Экспедиция 1850-х годов под руководством лейтенанта А. Импи сообщала о двух птицах, похожих на эму, на склоне холма на Южном острове; в 1861 году газета «Nelson Examiner» писала о трёхпалых следах длиной 36 см между Такака и Ривака, найденных геодезистами; в 1878 году «Otago Witness» опубликовала рассказ фермера и его пастуха^[67]. 86-летняя Алис Маккензи утверждала в 1959 году, что видела моа в лесу Фьордленда в 1887 году и снова на пляже, когда ей было 17 лет. Она говорила, что её брат также видел моа^[68]. В детстве Маккензи видела крупную птицу, которую считала такахе, но после повторного открытия такаха в 1940-х годах, увидев его изображение, решила, что видела нечто иное^[69].

Некоторые авторы предполагали, что отдельные Megalapteryx didinus могли сохраняться в отдалённых районах Новой Зеландии до XVIII–XIX веков, но эта точка зрения не получила широкого признания^[15]. Некоторые маорийские охотники утверждали, что охотились на моа ещё в 1770-х годах; однако эти рассказы, возможно, относились не к реальной охоте, а к утраченному ритуалу^[70]. Китобои и тюленщики вспоминали о гигантских птицах на побережье Южного острова, а в 1820-х годах некий Джордж Поли утверждал, что видел моа в регионе Отаго^[71][67]. Спекуляции о выживании моа встречались с конца XIX века^[72][73] и вплоть до 2008 года^[74], особенно в труднодоступных районах Юго-Западной Новой Зеландии и Фьордленд. В 1993 году сообщение заинтересовало Департамент охраны природы, но животное на размытом фото оказалось оленем^[75][76]. Криптозоологи продолжают поиски, но их заявления и доказательства (например, предполагаемые следы)^[74] не находят поддержки у специалистов и считаются псевдонаучными^[15].

Повторное открытие такаха в 1948 году после того, как его не видели с 1898 года, показало, что редкие птицы могут долго оставаться незамеченными. Однако такаха гораздо меньше моа и был найден по следам — в то время как достоверных следов моа не обнаружено, и эксперты считают выживание моа крайне маловероятным, так как птицы должны были бы оставаться незамеченными более 500 лет в районах, часто посещаемых охотниками и туристами^[74].

Джоэл Полак, торговец, живший на восточном побережье Северного острова в 1834–1837 годах, записал в 1838 году, что ему показывали «несколько крупных окаменелых костей», найденных у горы Хикуранги. Он был уверен, что это кости эму или страуса, отмечая, что «туземцы рассказывают, что в древности существовали очень крупные птицы, но из-за нехватки пищи и лёгкости их ловли они были истреблены». Полак также отмечал сообщения маори о том, что «вид Struthio» всё ещё существует в отдалённых районах Южного острова^[77][78].

Дифенбах^[79] также упоминает окаменелость из района горы Хикуранги и предполагает, что она принадлежит «птице, ныне вымершей, называемой моа (или муви) туземцами». 'Муви' — первая транскрипция названия птицы^[80][81]. В 1839 году Джон У. Харрис, торговец льном из Поверти-Бей, увлекавшийся естественной историей, получил от маори кусок необычной кости, найденной на берегу реки. Он показал 15-сантиметровый фрагмент своему дяде, хирургу из Сиднея Джону Рулю, который отправил его Ричарду Оуэну, работавшему тогда в Хантерианском музее Королевского колледжа хирургов в Лондоне^[67].

Оуэн изучал фрагмент почти четыре года. Он определил, что это часть бедренной кости крупного животного, но она была необычно лёгкой и пористой. Оуэн объявил скептически настроенному научному сообществу, что это кость гигантской вымершей птицы, похожей на страуса, и назвал её Dinornis. Его вывод был высмеян, но впоследствии подтверждён многочисленными находками костей моа по всей стране, позволившими реконструировать скелеты.^[67]. В июле 2004 года Музей естественной истории в Лондоне выставил фрагмент кости моа, впервые изученный Оуэном, к 200-летию со дня его рождения и в память о нём как основателе музея. С момента открытия первых костей моа в конце 1830-х годов найдено тысячи новых. Они встречаются в различных позднечетвертичных и голоценовых осадочных отложениях, но чаще всего — в трёх типах мест: пещерах, дюнах и болотах.

Кости часто находят в пещерах или «томо» (маорийское слово для воронки или карстовой воронки, часто используется для обозначения вертикальных шахт). Основные способы попадания костей в такие места: птицы заходили в пещеру для гнездования или укрытия и погибали там, либо падали в вертикальную шахту и не могли выбраться. Кости моа (и других вымерших птиц) находят в пещерах по всей Новой Зеландии, особенно в известняковых/мраморных районах северо-западного Нельсона, Карамеа, Вайтомо и Те-Анау.

Кости и фрагменты скорлупы яиц моа иногда встречаются в активных прибрежных дюнах, где они могут вымываться из палеопочв и скапливаться в «блоу-аутах» между грядами. Многие такие кости древнее заселения человеком, хотя некоторые происходят из маорийских кухонных остатков, часто встречающихся в дюнах у устьев рек и гаваней (например, крупные стоянки охотников на моа у реки Шэг в Отаго и Вайрау-Бар в Марлборо).

Плотные скопления костей моа встречаются в болотах по всей Новой Зеландии. Самый известный пример — Пирамидная долина в северном Кентербери^[82], где извлечено не менее 183 особей, в основном Роджером Даффом из Кентерберийского музея^[83]. Объяснения происхождения этих скоплений варьируются от отравленных источников до наводнений и пожаров, но сейчас считается, что кости накапливались тысячелетиями от птиц, застревавших в мягком грунте при кормёжке^[84].

Многие музеи Новой Зеландии и мира имеют коллекции костей моа. Оклендский военный мемориальный музей — Тамакі Паэнга Хира обладает значительной коллекцией, и в 2018 году несколько скелетов были оцифрованы и 3D-отсканированы для расширения доступа^[85]. Крупная коллекция есть и в Отаго музее в Данидине.

Хайнрих Хардер изобразил охоту на моа маори в классических немецких коллекционных карточках о вымерших и доисторических животных «Tiere der Urwelt» в начале XX века.

Моа была самым распространённым животным-символом Новой Зеландии до того, как в начале XX века её вытеснил киви^[86].

Стихотворение Аллена Керноу «Скелет великой моа в Кентерберийском музее, Крайстчерч» было опубликовано в 1943 году^[87][88].

Моа часто называют кандидатом на возрождение с помощью клонирования. Её культовый статус, недавнее вымирание и наличие большого количества останков делают её одним из главных кандидатов на де-экстинкцию наряду с дронтом^[89]. Предварительные работы по извлечению ДНК проводил японский генетик Анко Ясуюки Сирота^[90][91].

Интерес к возрождению моа усилился в 2014 году, когда член парламента Новой Зеландии Тревор Маллард предложил, что возвращение некоторых мелких видов моа в течение 50 лет — реальная перспектива^[92]. Идея была высмеяна многими, но получила поддержку некоторых специалистов по естественной истории^[93].

В июле 2025 года американская биотехнологическая компания Colossal Biosciences объявила о планах «возродить» южноостровную гигантскую моа путём добавления генов моа к родственным видам в сотрудничестве с исследовательским центром Ngāi Tahu при поддержке Питера Джексона^[94][95].