История садоводства в Европе и Америке

История садов в Европе и Америке охватывает множество стилей и периодов, отражая культурные, социальные и художественные изменения на континентах.

Византийская империя существовала более 1000 лет (330—1453 гг. н. э.). Она занимала территорию от современных Испании и Великобритании до Ближнего Востока и Северной Африки. Вероятно, из-за такого временного и географического разброса и бурной истории единый садовый стиль который можно было бы назвать «византийским», не сформировался. Археологические свидетельства о публичных, императорских и частных садах достаточно скудны. На протяжении многих лет исследователи полагались на литературные источники и с их помощью пытались выяснить основные черты византийских садов. Любовные романы, например, писателя Евстафия Макремволита (XII век), содержали подробные описания садов. Византийцы часто строили сады для удовольствий (locus amoenus).

Более технические садоводческие тексты, восходящие к временам древнегреческого поэта Гесиода, например, «Геопоника» (X век), фактически были энциклопедиями сельскохозяйственных практик (прививка растений, полив) и языческих преданий (астрология, отношения симпатии и антипатии к растениям). Вплоть до XVI века их неоднократно публиковали и переводили на другие языки. Это подтверждает ценность садоводческих знаний в древности.

Эти литературные источники использовались как справочники. Они продвигали концепции обнесённых стенами садов с растениями. Этот стиль был воплощён в пригородных парках (Филопатеон, Аретаи) и дворцовых садах (Месокепион, Мангана) Константинополя.

На протяжении всей истории Византии садоводство процветало: им активно занимались при монастырях. Из археологических находок о монастырском садоводстве известно мало, однако можно найти достаточно много информации в учредительных документах многочисленных христианских монастырей, а также в жизнеописания святых. Согласно этим источникам, на территориях монастырей находились сады; их поливали с помощью сложных ирригационных систем, подпитываемых водными каналами или дождевой воды. В этих садах выращивали виноградники, листовые овощи и фруктовые деревья. Урожай использовали для приготовления пищи монахов и паломников. Роль садовника часто брали на себя монахи. Монастырские садоводческие практики тех времён до сих пор используются в христианских монастырях в Греции и на Ближнем Востоке.

В эпоху Средневековья в Европе монастыри продолжали традиции садового дизайна и интенсивной садоводческой техники. Цели, для которых монастыри использовали сады, были самыми разнообразными. Что касается садовой техники, то информации о ней очень мало. Нет ни одного монастырского сада, который бы полностью сохранился в первоначальной форме. Однако были найдены записи и планы, описывающие типы садов при монастырях, например, при монастыре Святого Галла в Швейцарии. Как правило, монастырские сады состояли из продовольственных огородов, лечебных садов, могильных садов, монастырских дворов и виноградников. В отдельных монастырях также был «зелёный двор» — участок, где росла трава и деревья — там паслись лошади; а также сад келаря (заведующего устройством келий, размещением монахов, наблюдением за чистотой и порядком) или частные сады для монахов, выполняющий послушание.

С практической точки зрения в огородах выращивали как съедобные, так и лекарственные культуры. Их можно было использовать для питания или лечения монахов, а в некоторых случаях и обычного населения. На планах монастыря Святого Галла огороды были разбиты на прямоугольные участки. Между ними прокладывали узкие дорожки, чтобы облегчить сбор урожая. Эти грядки часто окружали плетёной изгородью, чтобы туда не проникли животных.

В огородах выращивали фенхель, капусту, лук, чеснок, лук-порей, редис и пастернак, а если оставалось место — горох, чечевицу и фасоль. В лекарственных садах среди прочих трав росли шиповник французский (Rosa gallica), чабер (Satureja), пижма, пажитник, розмарин, перечная мята, рута, ирис, шалфей, бергамот, мяту, любисток, фенхель, тмин и другие.

Овощные и травяные огороды служили не только для производства. В них монахи могли заниматься ручным трудом и вести религиозный образ жизни, предписанный Уставом святого Бенедикта.

Монастырские дворы состояли из виридария — прямоугольного участка, окружённый аркадами перистиля, — были закрыты для светских лиц. В первую очередь они были местом уединения, местом созерцания жизни (vita contemplativa^[1]). Виридарий часто был разделён дорожками на две части. В центре или по бокам сада часто находился фонтан под крышей, вода из него использовалась для полива растений. В некоторых монастырских садах были также небольшие пруды с рыбой — ещё один источник пищи. Место под арками или сводами отводилось для обучения и медитации, а также для упражнений в ненастную погоду.

Прогулка по двору во время медитации помогала сосредоточиться на размышлениях о «жизненном пути»; действительно, у каждого монастырского сада была как символической, так и физической ценностью. Это говорит об удивительной изобретательности их создателей.

В период позднего Средневековья художественные и литературные произведения были посвящены развитию садового дизайна. В конце XII—XV веках вокруг европейских городов возводили стены, чтобы защитить народ от врагов и установить контроль над торговлей. Хотя пространство внутри этих стен было ограничено, сохранившиеся документы свидетельствуют о том, что в городской черте разводили животных, выращивали фруктовые деревья и разводили огороды.

Болонский сенатор Пётр Кресценций написал двенадцать томов о практических аспектах ведения хозяйства в XIII веке. В них содержится описание средневековых садовых практик. В его текстах говорится, что сады были окружены каменными стенами, густой живой изгородью или забором. На их территориях стояли трельяжи и беседки.

Трава впервые появилась в средневековом саду. Около 1260 года Альберт Великий написал книгу «De Vegetabilibus». В ней немецкий философ изложил инструкции по засеиванию участков травой. В качестве мест для сидения сооружались приподнятые насыпи, покрытые дёрном. Фруктовые деревья широко использовались: их часто прививали для получения новых сортов фруктов. Также в саду располагался приподнятый курган или гора — они служили обзорной площадкой.

Два произведения позднего Средневековья посвящены выращиванию культур. В книге «Подвиг садовода» Джона Гардинера и в книге неизвестного автора «Le Ménagier de Paris» перечислены различные травы, цветы, фруктовые деревья и кустарники, а также указания по их выращиванию. В «Ménagier» даны советы по посеву, посадке и прививке.

В Средние века самым сложным видом садоводства занимались в монастырях. Монахи разработали новую технику садоводства. Выращивая лекарственные травы, они лечили больных в близлежащих районах.

В те времена считалось, что сады объединяют земное с божественным. Закрытый сад был аллегорией рая или «потерянного Эдема» назывался hortus conclusus. «Сад заключённый» является символическим обозначением девственности Марии.

Итальянский Ренессанс привёл к революции в частном садоводстве. Частные сады той эпохи изобиловали сценами из античной мифологии и другими научными аллюзиями. В водные объекты вкладывали особый смысл: они ассоциировались с плодородием и изобилием природы.

Первые общественные сады в Европе и Америке появились в XVI веке.

«Garden à la française», или французские сады в стиле барокко, был выполнен в традициях Андре Ленотра.

Популярность французского классического садового стиля была на пике во времена короля Людовика XIV (1638—1715) и его главного садовника Версаля Андре Ленотра (1613—1700). Вдохновением для создания этого стиля послужили итальянские сады эпохи Возрождения XIV—XV веков, а также идеи французского философа Рене Декарта (1576—1650). Сады во французском стиле олицетворяют власть человека над природой, чтобы показать богатство и могущество человечества^[2].

Рене Декарт, создатель аналитической геометрии, считал, что мир природы можно объективно измерить, а его пространство бесконечно делить. Его убеждение, что «всякое движение — это прямая линия, поэтому пространство — это универсальная система математических координат, и всё может быть расположено на её бесконечно расширяемых плоскостях», положило основу декартовской математике. Благодаря классическим французским садам эту систему координат и философия можно физически и визуально представить^[3].

Во французском регулярном и осевом стиле сада дом обычно размещается в центре огромного и в основном плоского участка земли. Большая центральная ось, которая сужается по мере отдаления от дома, направляет взгляд зрителя к линии горизонта. Так участок кажется ещё больше. Человек должен воспринимать эту территорию как единое целое, но в то же время он не может увидеть все составляющие сада. Он должен последовательно пройти весь сад или его историю. Зритель непременно удивится элементам, которые не видны издалека. Небольшие, почти незаметные перепады высоты делают открытия неожиданными, а также удлиняют горизонт^[4].

В этих садах были организованы пространства, предназначенные для развлечения двора и гостей спектаклями, концертами и фейерверками. Для этого использовались следующие садовые элементы:

• аллея;
• ось симметрии;
• боскет;
• бродери;
• водный канал;
• тупик;
• фонтаны;
• глориетта;
• гроты с рокайлем;
• оранжерея;
• газон;
• зелёный театр;
• топиарий.

Средиземноморская земля была центром западного общества и использовалась на протяжении веков. Поэтому она была хрупкой. В связи с этим ландшафтная культура региона представляет собой конфликт между плодородностью и бережливостью. Территория в основном состояла из небольших сельскохозяйственных участков. Позже, после Второй мировой войны, благодаря средиземноморским иммигрантам этот сельскохозяйственный стиль распространился в Канаде. Фруктовые деревья и овощи на заднем дворе стали обыденностью^[5].

В Средние века лесные массивы выполняли несколько функций. Главной была добыча дичи для английского дворянства. В садах лордов должно было быть множество животных для охоты. Несмотря на то что лесные поместья были частью природного пейзажа, они символизировали статус, богатство и власть. После промышленной революции лесная промышленность Британии сократилась и вовсе перестала существовать. Однако в начале XX века появилась концепция «город-сад», согласно которой города должны сочетать лучшие свойства города и деревни, чтобы компенсировать негативные промышленные последствия, например, загрязнение окружающей среды.

Одна из первых трактовок «города-сада» встречается в книге «Города-сады будущего», написанной английским социологом-утопистом Эбенизером Говардом. Автор критиковал хаотичный рост промышленных городов и их антисанитарию^[6].

В XVIII веке на английское садоводство повлияло несколько идей. Первая заключалась в посадке леса вокруг дома. К середине XVII века посадка лесов стала последовательной. Она считалась визуально и эстетически привлекательной. Если в средние века в Британии лесные массивы использовались в основном для охоты, то в XVIII века функции сада начинают отходить от практичности в сторону дизайна, который радует глаз^[7].

На английские сады также оказали влияние средневековые рощи: распространилась форма кустарников, высаженных в виде лабиринта. Такой метод был далеко не новым, однако декоративная стрижка кустарников стала характерной чертой садов тех времён, поскольку так ничего не мешало солнечному свету проникать в подлесок. Этот подход также использовался для создания садовых рощ, в идеале состоящих из фруктовых деревьев, душистых трав и цветов, а также дорожек, покрытых мхом^[7].

Самое первое упоминание ботанического сада относится к 1543 году, Пиза. Первый английский ботанический сад был построен в Оксфорде в 1621 году^[8]. Недалеко от Лондона в 1759 году был основан Королевский ботанический сад Кью^[9]. Принцесса Шарлотта Августа Уэльская наняла лучших ботаников того времени, Лорда Бьюта и Стивена Хейлза, чтобы значительно расширить сад за счёт экзотических растений^[10]. К 1769 году в садах Кью насчитывалось более 3400 видов растений^[9].

Живописный садовый стиль возник в Англии в XVIII веке. Он стал одним из самых быстро развивающихся течений в романтизме. Садовые дизайнеры, такие как Уильям Кент и Ланселот Браун, подражали аллегорическим пейзажным картинам европейских художников: Клода Лоррена, Николы Пуссена и Сальватора Розы. Ухоженные холмы, озёра и деревья с картин известных живописцев воплотились в реальность.

К 1790-м годам возникло сопротивление против этих стереотипных композиций. Мыслители начали продвигать идею живописных садов. Лидером движения был Уильям Гилпин, искусный художник, известный реалистичными изображениями природы. Он предпочитал естественный ландшафт ухоженному и призывал дизайнеров учитывать особенности рельефа участка. Уильям отмечал, что если классическая красота ассоциируется с аккуратностью, то живописная красота должна быть более дикой. Живописный стиль также включал в себя архитектурные причуды — замки, готические руины, деревенские коттеджи, чтобы придать изюминку ландшафту.

Споры между представителями живописной школы и сторонниками прилизанных садов велись вплоть до XIX века. Ландшафтный дизайнер Хамфри Рептон поддерживал идеи Гилпина. В прессе на него нападали два теоретика, Ричард Пэйн Найт и Ювдейл Прайс. В ответ на это Рептон подчёркивал различия между живописью и садоводством^[11]. В отличие от картины, зритель перемещается по саду, постоянно меняя угол обзора.

Французский пейзажный сад также называют «jardin anglais» или «jardin pittoresque». Он возник под влиянием современных английских садов. Во французских садах XVIII века преобладают черты рококо — турецкие шатры и китайские мосты. Французский живописный стиль делится на две категории: постановочные — почти как театральные — декорации, которые называются «jardin anglo-chinois», и сады, наполненные сельской романтикой и буколическими настроениями. Примерами первого стиля служат сад «Дезерт-де-Ретц» и парк Монсо, второго — парк Мулен Жоли.

Кроме того, деревенский колорит живописных садов обусловлен тем, что французы восхищались голландской пейзажной живописью XVII века и работами французских художников XVIII века Клода-Анри Ватле, Франсуа Буше и Юбера Робера^[12].

Книги Уильяма Робинсона, повлияли на развитие смешанных цветочных бордюров, которые продвигала Гертруда Джекилл в Мунстедском лесу в Суррее с 1890-х годов. В текстах говорилось о собственном «диком» садоводстве в поместье Робинсона, расположенном в Западном Суссексе; и о сентиментальной картине розового «коттеджного сада», который изображала на своих картинах художница Кейт Гринуэй — такой сад едва ли существовал в истории. Её метод посадки растений, в которых кустарники сочетались с многолетними и однолетними культурами, а также в некоторых случаях с цветочными луковицами на глубоких клумбах, считался образцом высокого стиля вплоть до Второй мировой войны и требовал тщательного ухода. Сад Виты Сэквилл-Уэст в замке Сиссингхерст, Кент, — самый известный пример позднего романтизма, о котором рассказывала сама садовница в статье, опубликованной в газете The Observer. Эту тенденцию продолжила Марджери Фиш в поместье Ист-Ламбрук.

В конце XX века в садах дикой природы особое внимание экологии уделялось с использованием местных растений. В США одним из главных сторонников этого направления был ландшафтный архитектор Йенс Йенсен. Он занимался проектированием городских и региональных парков, а также частных поместий, делая упор на эстетике искусства и природы.

В Западном полушарии в различных мезоамериканских цивилизациях, например, Майя, Миштеки и Науа (включая империю ацтеков), были различные традиции садоводства — как практические, так и эстетические. Майя часто выращивали пищевые и лекарственные растения в лесных садах^[13][14]. Высшие слои Ацтекской империи возводили в долине Мехико сложные прогулочные сады, на территории которых располагались различные виды растений, а также водные объекты, например, фонтаны, вода в которые поступают из акведуков^[15]. В садах ацтеков и майя большое внимание уделялось плодородию^[16]. Они также очень любили цветы и придавали им большое религиозное, метафорическое и философское значение^[17].

В XX веке стал важен актуальный дизайн садов: архитекторы начали проектировать здания и жилые дома с учётом инноваций и совершенствования формальных стилей Beaux-Arts и производных от них стилей раннего Возрождения. Садовый дизайн, вдохновлённый современной архитектурой, естественно, придерживался той же философии: «форма следует за функцией».

В послевоенных Соединённых Штатах жильё и быт стали более открытыми, особенно в западных штатах, а задний двор часто превращался в комнату на открытом воздухе.

Фрэнк Ллойд Райт представил свою интерпретацию современного сада, он проектировал дома в полной гармонии с окружающей природой. Резиденция Талиесин и Дом над водопадом — примеры уникального размещения архитектуры на природе: где связь между домом и окружающей средой становится органичной. Сын Фрэнка, Ллойд Райт-младший, использовал новаторскую органичную интеграцию структуры и ландшафта в своих работах. Он обучался архитектуре и ландшафтному дизайну в компании «Olmsted Brothers», у своего отца и у архитектора Ирвина Гилла.

Впоследствии архитекторы Гаррет Экбо, Джеймс Роуз и Дэн Кайли, которые познакомились, обучаясь в Гарварде, — их также называют «плохие парни Гарварда» — стали заметными новаторами в дизайне современных садов. В архитектурной школеГарварда был принят современный дизайн; эти ребята захотели его интерпретировать и включить новые идеи в ландшафтный дизайн. Они заинтересовались разработкой функционального пространства для жизни на открытом воздухе с использованием дизайна, повторяющего природный мир.

Современные сады отличаются сочетанием изогнутых и архитектурных форм, а многие из них представляют собой абстрактное искусство в виде геометрических фигур и скульптур. Работы Томаса Черча оказали большое влияние на этот дизайн. Построенный в 1948 года в округе Сонома, штат Калифорния, бассейн в форме почки с абстрактной скульптурой внутри стал символом современной жизни на открытом воздухе.

Мексиканский архитектор Луис Барраган исследовал синтез международного модернизма с исконно мексиканскими традициями в частных поместьях и проектах жилой застройки, напрмиер, резиденцию Jardines del Pedregal («Скалистые сады») и поместье San Cristobal 'Los Clubes' в Мехико. Дом, студия и сады, построенные Барраганом в 1948 году в Мехико, были внесены в список Всемирного наследия ЮНЕСКО в 2004 году^[18].

Роберту Бурле Маркс прославился тем, что ввёл модернистскую ландшафтную архитектуру в Бразилии. Он был современным художником природы и дизайнером общественных городских пространств^[19]; а также ботаником, художником, печатником, экологом, натуралистом, артистом и музыкантом. Бурле Маркс проектировал парки и сады в Бразилии, Аргентине, Венесуэле, Малайзии и в США. Над ландшафтным дизайном некоторых модернистских правительственных зданий в столице Бразилии Бразилиа он работал совместно с архитекторами Лусио Костой и Оскаром Нимейером.