АссистентНовый вопросИсторияОбласти знаний
Партнёрские проектыСпецпроектыСтать автором
Сменить язык
О РУВИКИ

Депрессивные состояния

Экспертиза РАН

Logo-ran-black.png
Проведена экспертиза
Российской академией наук
Подробнее
Aprove.svg

Экспертиза РАН

Arrow-Right.png
Logo-ran.png
Проведена экспертиза
Российской академией наук
Подробнее

Депресси́вные состоя́ния — группа психических расстройств, характеризующихся стойким снижением настроения, утратой интереса к деятельности, нарушениями сна, когнитивными и соматическими симптомами. Депрессия относится к числу наиболее распространённых психических расстройств в мире и является одной из ведущих причин временной и стойкой утраты трудоспособности[1].

Общие сведения
Депрессивные состояния
Область использования психология, психиатрия, клиническая психология

Определение

Согласно Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), депрессия — это «распространённое психическое расстройство, характеризующееся стойкой грустью и потерей интереса к ранее приятным видам деятельности, а также неспособностью выполнять повседневные функции в течение как минимум двух недель»[1].

В классификации DSM-5 депрессивные состояния включают большое депрессивное расстройство, персистирующее депрессивное расстройство (дистимию) и другие специфические формы[1].

Этиология

Причины депрессивных состояний многофакторны и включают:

  • биологические факторы — дисбаланс нейротрансмиттеров (серотонина, дофамина, норадреналина); нарушение работы гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковой системы;
  • генетическую предрасположенность — по данным Nature Genetics, риск развития депрессии выше у лиц с наследственной отягощённостью[2];
  • психологические факторы — стресс, травматические события, хронические конфликты;
  • социальные факторы — социальная изоляция, безработица, низкий уровень социальной поддержки[3].

Патогенез

Современные теории объясняют развитие депрессии сочетанием нейрохимических, нейроэндокринных и нейровоспалительных механизмов[4][5][6]:

Нейробиологические основы депрессивных состояний

Современные нейронаучные исследования показывают, что депрессия является не только психическим, но и нейробиологическим расстройством, связанным с нарушениями работы нейротрансмиттерных систем, нейроэндокринной регуляции, нейропластичности и воспалительных процессов в мозге[5][6].

Нейротрансмиттерные системы

Ключевую роль в патогенезе депрессии играют три основные системы нейромедиаторов[7][8][9]:

  • серотонинергическая система — регулирует настроение, сон и аппетит. Снижение активности серотонина в синаптических щелях ассоциируется с депрессивными симптомами. Это подтверждено исследованиями эффективности СИОЗС (селективных ингибиторов обратного захвата серотонина);
  • дофаминергическая система — связана с мотивацией, вознаграждением и чувством удовольствия. Дефицит дофамина объясняет ангедонию и снижение мотивации при депрессии;
  • норадренергическая система — участвует в регуляции уровня бодрствования, внимания и реакции на стресс. Нарушение функции норадреналина наблюдается у пациентов с тревожно-депрессивными состояниями.

Гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковая ось (ГГН)

У больных депрессией часто отмечается гиперактивация оси ГГН, приводящая к хроническому повышению уровня кортизола. Избыточная секреция кортизола угнетает нейрогенез в гиппокампе и способствует развитию когнитивных нарушений. Исследования на уровне нейровизуализации показывают уменьшение объёма гиппокампа у пациентов с хронической депрессией[5][10][11].

Нейропластичность и BDNF

Одним из ключевых молекулярных механизмов депрессии является снижение уровня нейротрофического фактора мозга (BDNF), который регулирует рост и выживание нейронов. При депрессии наблюдается угнетение экспрессии BDNF в гиппокампе и префронтальной коре, что нарушает адаптационные процессы мозга. Антидепрессанты, напротив, повышают уровень BDNF, восстанавливая нейропластичность[12][13].

Нейровоспаление

Современные данные подтверждают, что хроническое воспаление играет важную роль в патогенезе депрессии. У пациентов часто выявляются повышенные уровни воспалительных цитокинов, которые влияют на метаболизм нейромедиаторов и функцию синапсов. Это подтверждается мета-анализами Translational Psychiatry и Frontiers in Immunology[14][15][16].

Нейроиммунные взаимодействия

Системное воспаление активирует микроглию — клетки иммунной системы мозга, что приводит к нарушению синаптической передачи и изменению поведения. В ряде случаев депрессия рассматривается как нейроиммунное расстройство, при котором нарушается баланс между про- и противовоспалительными медиаторами[17][18][19].

Эпигенетические механизмы

Исследования показывают, что хронический стресс вызывает эпигенетические изменения, такие как метилирование ДНК в генах, регулирующих стрессовую реакцию и экспрессию нейротрофических факторов. Эти изменения могут способствовать формированию «депрессивного фенотипа» и повышенной уязвимости к стрессу[20][21].

Интегративная модель

Таким образом, нейробиологическая модель депрессии сочетает[22][23][24]:

  • дисбаланс моноаминов;
  • нарушение работы оси HPA;
  • снижение нейропластичности;
  • хроническое воспаление;
  • эпигенетические изменения.

Эта модель лежит в основе биопсихосоциального подхода, применяемого в современной психиатрии для понимания и лечения депрессивных состояний.

Эпидемиология

По данным ВОЗ (2023), более 280 миллионов человек во всём мире страдают от депрессивных состояний. Депрессия является основной причиной инвалидизации в возрасте от 15 до 44 лет и встречается у женщин примерно в полтора раза чаще, чем у мужчин[1].

Диагностика

Диагноз устанавливается на основании клинических критериев DSM-5 или МКБ-11, а также психометрических шкал:

Дифференциальная диагностика проводится с биполярным расстройством, тревожными расстройствами, гипотиреозом, анемией и побочными эффектами лекарств.

Клиническая картина

К основным признакам депрессивных состояний относятся[25]:

  • стойкое снижение настроения;
  • потеря интереса к деятельности (ангедония);
  • снижение концентрации внимания;
  • чувство вины и беспомощности;
  • нарушение сна и аппетита;
  • повышенная утомляемость;
  • суицидальные мысли или действия.

В детском и подростковом возрасте депрессия часто проявляется раздражительностью, снижением школьной успеваемости, изоляцией и соматическими жалобами[25].

Формы и классификация

Выделяют несколько форм депрессивных состояний[26]:

Лечение и профилактика

Лечение депрессивных состояний базируется на принципе индивидуализированного, поэтапного и комбинированного подхода. Выбор стратегии зависит от тяжести депрессии, предшествующего ответа на терапию, сопутствующих заболеваний, возраста пациента и предпочтений пациента/семьи. Современные рекомендации (например, NICE) подчёркивают важность совместного принятия решений и комбинированного использования психотерапии и фармакотерапии при умеренной и тяжёлой депрессии[27].

Профилактические меры включают[28][29][30]:

  • раннее выявление депрессивных симптомов;
  • психообразовательные программы в школах и на рабочих местах;
  • снижение уровня стигматизации психических расстройств;
  • поддержание физической активности и социального взаимодействия.

Общие принципы

  • Оценка тяжести и рисков (суицидальный риск, соматическая коморбидность).
  • Matched care — подбор терапевтической интенсивности под уровень симптомов (психообразование и low-intensity вмешательства при лёгкой депрессии; КПТ/медикаменты при умеренной и тяжёлой).
  • Комбинация психотерапии и медикаментозной терапии даёт лучшие результаты при тяжёлых формах[31].

Терапия депрессивных состояний основана на биопсихосоциальном подходе и включает[32]:

Нейромодуляция и физиотерапия

  • Электросудорожная терапия (ЭСТ, ECT) — остаётся самым эффективным методом при тяжёлых и психотических депрессиях, а также при повышенном суицидальном риске; требует анестезии и специализированного наблюдения[33].
  • Репетитивная транскраниальная магнитная стимуляция (rTMS) — неинвазивный метод, доказал эффективность при депрессии[34].
  • Транскраниальная электрическая стимуляция (tDCS) — развивается как дополняющий метод[35].
  • Глубокая стимуляция мозга (DBS) — экспериментально при тяжёлой резистентной депрессии; применяют в исследовательских центрах[36].

Комбинированная терапия и «стандарт ухода»

Длительные и комбинированные программы — для хронической депрессии и коморбидных расстройств требуются интегративные подходы. Мета-аналоги показывают устойчивость эффекта психотерапии при длительном наблюдении[37]. Комбинация КПТ + антидепрессанта демонстрирует лучшие кратко- и среднесрочные результаты при умеренной и тяжёлой депрессии, чем монотерапия. Регулярная психосоциальная поддержка улучшает приверженность лечению и уменьшает риск рецидива[37].

Лечение резистентной депрессии (TRD)

Резистентная депрессия — это форма большого депрессивного расстройства, которая не поддаётся стандартным схемам лечения. Лечение TRD требует системного, пошагового подхода, переходящего от базовых мер к более сложным и инвазивным интервенциям.

Первый важный шаг — исключение псевдорезистентности. Если истинная резистентность подтверждена, применяется последовательность фармакологических тактик. При неэффективности фармакотерапии применяются методы прямого воздействия на нейронные сети мозга.

Ключевой фактор успеха — структурированный протокол и централизованные программы. Лечение TRD наиболее эффективно в рамках чётких клинических алгоритмов и протоколов, которые обеспечивают последовательность действий и мониторинг. Централизованные программы в специализированных клиниках, объединяющие психиатров, психотерапевтов и специалистов по нейромодуляции, позволяют применять комплексный, персонализированный подход, что статистически значимо улучшает клинические исходы и качество жизни пациентов с резистентной депрессией[38].

Будущие направления

Современная психиатрия и психотерапия переживают период трансформации, движимой технологическим прогрессом и углублением понимания нейробиологии психических расстройств. Ключевыми станут несколько взаимосвязанных направлений.

Одним из самых перспективных путей является развитие персонифицированной психофармакологии. В будущем стандартом станет использование биотестов и генетических маркеров для прогнозирования ответа на лечение. Анализ генетических особенностей метаболизма лекарств и функционирования нейромедиаторных систем позволит сразу назначать наиболее подходящее и безопасное лекарство конкретному пациенту, сводя к минимуму нежелательные реакции[39].

Второе ключевое направление — создание комбинированных протоколов, которые синергетически объединяют методы нейромодуляции с курсом доказательной психотерапии. Нейромодуляция может повысить нейропластичность и снизить сопротивление, что делает последующую психотерапевтическую работу более эффективной и глубокой. Такой интегративный подход способен преодолеть резистентность и ускорить выздоровление[40].

Продолжается разработка новых быстрых антидепрессантов с лучшим профилем безопасности, поколение таких лекарств будет лишено значимых побочных эффектов и риска зависимости, что сделает их применение более широким и безопасным[41].

Неизбежным становится широкое внедрение цифровых и гибридных форм терапии. Мобильные приложения для самонаблюдения, онлайн-платформы с когнитивно-поведенческой терапией (КПТ), телемедицинские консультации и виртуальная реальность для экспозиционной терапии перестанут быть инновациями, а превратятся в стандартные инструменты, интегрированные в систему здравоохранения. Это позволит преодолеть барьеры доступности, обеспечить непрерывную поддержку пациента между визитами к специалисту и создать персонализированные терапевтические маршруты[42].

Прогноз

При своевременном лечении прогноз благоприятный. Однако у 30—40 % пациентов наблюдаются рецидивы, что требует длительной поддерживающей терапии и регулярного наблюдения специалиста[43].

Депрессивные состояния у подростков и молодых взрослых

Подростковая и юношеская депрессия представляет собой одну из наиболее значимых проблем современного здравоохранения. Согласно данным ВОЗ (2023), около 13 % подростков во всём мире испытывают симптомы депрессии, при этом значительная часть случаев остаётся нераспознанной и нелеченной[44].

Особенности клинической картины

Распознавание депрессии в подростковом возрасте представляет собой особую диагностическую задачу, так как её проявления часто отклоняются от классической «взрослой» картины. Вместо явного чувства тоски и печали на первый план у подростков выходят атипичные симптомы, которые легко приписать возрастным изменениям.

Ключевой особенностью является преобладание раздражительности и вспыльчивости над подавленным настроением. Подросток может казаться агрессивным, враждебно настроенным и легко выходить из себя по незначительным поводам, что маскирует внутреннее страдание. Явными маркерами становятся изменения в поведении и социальной жизни: социальная изоляция, резкое снижение интереса к учёбе, что часто связано не с ленью, а с утратой мотивации и трудностями концентрации.

Страдает и физическая сфера: появляются нарушения сна (чаще гиперсомния) и аппетита. Характерны множественные соматические жалобы без явной физической причины.

Наиболее опасными являются эскалация рискованного поведения и употребление психоактивных веществ как попытка самолечения и бегства от эмоциональной боли.

Именно эта «маскировка» симптомов под «трудный возраст» и приводит к серьёзной проблеме: поздней диагностике. В результате подросток не получает необходимой помощи на ранней стадии, что повышает риск хронификации депрессии, суицидальных действий и формирования других психических расстройств. Своевременное и точное выявление этих атипичных признаков — критически важный шаг для оказания помощи[45][46].

Факторы риска

Развитие депрессии у молодых людей является результатом сложного взаимодействия внутренних и внешних факторов. Социально-психологические факторы играют ключевую роль. Биологические факторы создают предпосылки для развития депрессивных состояний. Современные цифровые риски усугубляют ситуацию. Комбинация этих факторов значительно повышает риск развития депрессивного расстройства[47][48][49][50].

Диагностика

Диагностика подростковой депрессии требует комплексного подхода с участием психиатра, клинического психолога и родителей. Применяются психометрические шкалы[51]:

Последствия и суицидальный риск

Депрессия в подростковом возрасте ассоциируется с повышенным риском суицидального поведения. По данным The Lancet Psychiatry (2022), депрессия является ведущей причиной самоубийств среди подростков 15—19 лет, особенно в странах с низким уровнем психиатрической помощи[52][53].

Лечение и поддержка

Лечение подростковой депрессии требует комплексного подхода, в котором психотерапия играет центральную роль.

Основу терапии составляют: когнитивно-поведенческая терапия (КПТ), которая помогает распознавать и менять негативные паттерны мышления и поведения. Семейная психотерапия — направлена на улучшение коммуникации, разрешение конфликтов и создание единой поддерживающей среды. Медикаментозное лечение применяется при умеренной и тяжёлой депрессии[54][55][56].

Важными являются нефармакологические меры поддержки, такие как создание безопасной и принимающей атмосферы в семье и школе, ограничение цифрового стресса: мониторинг использования соцсетей и защита от кибербуллинга. И дополнительные методы, такие как групповые программы развития навыков и арт-терапия, помогающие в эмоциональной регуляции и социализации.

Цель профилактики — повысить психологическую устойчивость и создать условия для раннего выявления проблем.

Ключевые меры включают: просветительские программы в школах для дестигматизации психических трудностей, развитие эмоционального интеллекта и навыков совладания со стрессом, раннюю адресную поддержку подростков из групп риска, создание безопасных цифровых пространств для общения и получения помощи.

Международные организации (ВОЗ и ЮНИСЕФ) рекомендуют внедрять школьные программы психического здоровья как ключевой элемент системной профилактики, направленной в том числе на снижение суицидального поведения[57][58].

Социальные и культурные аспекты депрессивных состояний

Депрессивные расстройства представляют собой не только медицинскую, но и важную социально-культурную проблему, связанную с образом жизни, уровнем стресса, социальным неравенством и особенностями восприятия психического здоровья в разных культурах. По оценкам ВОЗ, депрессией страдает более 280 миллионов человек во всём мире, и это одна из ведущих причин нетрудоспособности[1].

Социальные факторы риска

К числу наиболее значимых социальных факторов, способствующих развитию депрессии, относятся[59][60][61]:

Исследования показывают, что низкий уровень социальной поддержки является независимым предиктором депрессивных состояний, особенно среди женщин и подростков.

Культурные различия

Представления о депрессии варьируются в зависимости от культурных норм. В западных странах депрессия чаще описывается как эмоциональное расстройство (печаль, апатия), тогда как в азиатских и восточных культурах преобладают соматизированные формы проявления (боль, усталость, головные боли). Культурные различия также определяют готовность обращаться за помощью — в странах с высокой стигмой психических заболеваний уровень обращения к психиатрам и психотерапевтам остаётся низким[62][63][64].

Цифровизация общества, особенно активное использование социальных сетей, оказывает значительное влияние на психическое здоровье. Ряд исследований выявил связь между длительным использованием социальных платформ и ростом депрессивных симптомов, тревожности и снижением самооценки у подростков и молодых взрослых. При этом умеренное использование цифровых технологий и онлайн-группы поддержки могут оказывать положительный эффект на эмоциональное состояние[65][66].

Влияние пандемии COVID-19

Пандемия COVID-19 привела к существенному росту частоты депрессивных расстройств во всём мире. По данным мета-анализа The Lancet, распространённость симптомов депрессии выросла более чем на 25 %, особенно среди молодых людей, медицинских работников и лиц, перенёсших инфекцию. Ограничительные меры, потеря близких, финансовая нестабильность и социальная изоляция стали ключевыми стрессовыми факторами[67][68].

Стигматизация и барьеры к лечению

Несмотря на рост общественной осведомлённости, депрессия часто воспринимается как проявление «слабости» или «характерологической особенности». Стигма остаётся значимым барьером на пути к обращению за помощью, особенно в странах с низким уровнем психиатрической поддержки. ВОЗ и Американская психиатрическая ассоциация проводят международные кампании, направленные на снижение стигматизации и повышение доступности психотерапии[64][69][70].

Гендерные и возрастные различия

Женщины страдают депрессией примерно в два раза чаще мужчин, что связывается как с гормональными, так и с социальными факторами — например, нагрузкой, связанной с воспитанием детей, уходом за пожилыми родственниками, а также гендерной дискриминацией. У подростков и молодых взрослых депрессивные симптомы часто маскируются под раздражительность, асоциальное поведение или рискованную активность[71][72][73].

Примечания

  1. ↑ 1 2 3 4 5 who.int. Депрессивное расстройство (депрессия) (рус.). www.who.int. Дата обращения: 13 ноября 2025.
  2. ↑ David M. Howard, Mark J. Adams, Toni-Kim Clarke, Jonathan D. Hafferty, et al. Genome-wide meta-analysis of depression identifies 102 independent variants and highlights the importance of the prefrontal brain regions (англ.) // Nature Neuroscience. — 2019-02-04. — Vol. 22, iss. 3. — P. 343–352. — ISSN 1546-1726 1097-6256, 1546-1726. — doi:10.1038/s41593-018-0326-7.
  3. ↑ Kristi R. Griffiths, Taylor A. Braund, Michael R. Kohn, Simon Clarke, Leanne M. Williams, Mayuresh S. Korgaonkar. Structural brain network topology underpinning ADHD and response to methylphenidate treatment (англ.) // Translational Psychiatry. — 2021-03-02. — Vol. 11, iss. 1. — ISSN 2158-3188. — doi:10.1038/s41398-021-01278-x.
  4. ↑ Relationship of neurotransmitters to the symptoms of major depressive disorder (англ.) // The Journal of clinical psychiatry. — 2008. — Vol. 69 Suppl E1. — ISSN 1555-2101.
  5. ↑ 1 2 3 F Holsboer. The Corticosteroid Receptor Hypothesis of Depression (англ.) // Neuropsychopharmacology. — 2000-11. — Vol. 23, iss. 5. — P. 477–501. — ISSN 0893-133X. — doi:10.1016/S0893-133X(00)00159-7.
  6. ↑ 1 2 Ronald S. Duman, Lisa M. Monteggia. A Neurotrophic Model for Stress-Related Mood Disorders (англ.) // Biological Psychiatry. — 2006-06. — Vol. 59, iss. 12. — P. 1116–1127. — ISSN 0006-3223. — doi:10.1016/j.biopsych.2006.02.013.
  7. ↑ Alec Coppen. The Biochemistry of Affective Disorders (англ.) // British Journal of Psychiatry. — 1967-11. — Vol. 113, iss. 504. — P. 1237–1264. — ISSN 1472-1465 0007-1250, 1472-1465. — doi:10.1192/bjp.113.504.1237.
  8. ↑ Eric J. Nestler, William A. Carlezon. The Mesolimbic Dopamine Reward Circuit in Depression (англ.) // Biological Psychiatry. — 2006-06. — Vol. 59, iss. 12. — P. 1151–1159. — ISSN 0006-3223. — doi:10.1016/j.biopsych.2005.09.018.
  9. ↑ Mike Briley, Moret Chantal. The importance of norepinephrine in depression (англ.) // Neuropsychiatric Disease and Treatment. — 2011-05. — Vol. 7, iss. Suppl 1. — P. 9. — ISSN 1176-6328. — doi:10.2147/NDT.S19619.
  10. ↑ Robert M. Sapolsky. Glucocorticoids and Hippocampal Atrophy in Neuropsychiatric Disorders (англ.) // Archives of General Psychiatry. — 2000-10-01. — Vol. 57, iss. 10. — P. 925. — ISSN 0003-990X. — doi:10.1001/archpsyc.57.10.925.
  11. ↑ L Schmaal, D J Veltman, T G M van Erp, P G Sämann, et al. Subcortical brain alterations in major depressive disorder: findings from the ENIGMA Major Depressive Disorder working group (англ.) // Molecular Psychiatry. — 2015-06-30. — Vol. 21, iss. 6. — P. 806–812. — ISSN 1476-5578 1359-4184, 1476-5578. — doi:10.1038/mp.2015.69.
  12. ↑ Ronald S. Duman, Lisa M. Monteggia. A Neurotrophic Model for Stress-Related Mood Disorders (англ.) // Biological Psychiatry. — 2006-06. — Т. 59, вып. 12. — С. 1116–1127. — ISSN 0006-3223. — doi:10.1016/j.biopsych.2006.02.013.
  13. ↑ Biao Chen, Dar Dowlatshahi, Glenda M MacQueen, Jun-Feng Wang, L.Trevor Young. Increased hippocampal bdnf immunoreactivity in subjects treated with antidepressant medication (англ.) // Biological Psychiatry. — 2001-08. — Т. 50, вып. 4. — С. 260–265. — ISSN 0006-3223. — doi:10.1016/S0006-3223(01)01083-6.
  14. ↑ C F M G van Kesteren, H Gremmels, L D de Witte, E M Hol, A R Van Gool, P G Falkai, R S Kahn, I E C Sommer. Immune involvement in the pathogenesis of schizophrenia: a meta-analysis on postmortem brain studies (англ.) // Translational Psychiatry. — 2017-03-28. — Vol. 7, iss. 3. — P. e1075–e1075. — ISSN 2158-3188. — doi:10.1038/tp.2017.4.
  15. ↑ Emanuele F. Osimo, Toby Pillinger, Irene Mateos Rodriguez, Golam M. Khandaker, Carmine M. Pariante, Oliver D. Howes. Inflammatory markers in depression: A meta-analysis of mean differences and variability in 5,166 patients and 5,083 controls (англ.) // Brain, Behavior, and Immunity. — 2020-07. — Т. 87. — С. 901–909. — ISSN 0889-1591. — doi:10.1016/j.bbi.2020.02.010.
  16. ↑ Lee, Chieh-Hsin, Giuliani, Fabrizio. The Role of Inflammation in Depression and Fatigue (англ.) // Frontiers in Immunology. — 2019-07-19. — Т. 10. — ISSN 1664-3224. — doi:10.3389/fimmu.2019.01696/full.
  17. ↑ Raz Yirmiya, Neta Rimmerman, Ronen Reshef. Depression as a Microglial Disease (англ.) // Trends in Neurosciences. — 2015-10. — Т. 38, вып. 10. — С. 637–658. — ISSN 0166-2236. — doi:10.1016/j.tins.2015.08.001.
  18. ↑ Andrew H. Miller, Charles L. Raison. The role of inflammation in depression: from evolutionary imperative to modern treatment target (англ.) // Nature Reviews Immunology. — 2015-12-29. — Vol. 16, iss. 1. — P. 22–34. — ISSN 1474-1741 1474-1733, 1474-1741. — doi:10.1038/nri.2015.5.
  19. ↑ Elaine Setiawan, Alan A. Wilson, Romina Mizrahi, Pablo M. Rusjan, Laura Miler, Grazyna Rajkowska, Ivonne Suridjan, James L. Kennedy, P. Vivien Rekkas, Sylvain Houle, Jeffrey H. Meyer. Role of Translocator Protein Density, a Marker of Neuroinflammation, in the Brain During Major Depressive Episodes (англ.) // JAMA Psychiatry. — 2015-03-01. — Vol. 72, iss. 3. — P. 268. — ISSN 2168-622X. — doi:10.1001/jamapsychiatry.2014.2427.
  20. ↑ Patrick O McGowan, Aya Sasaki, Ana C D'Alessio, Sergiy Dymov, Benoit Labonté, Moshe Szyf, Gustavo Turecki, Michael J Meaney. Epigenetic regulation of the glucocorticoid receptor in human brain associates with childhood abuse (англ.) // Nature Neuroscience. — 2009-02-22. — Vol. 12, iss. 3. — P. 342–348. — ISSN 1546-1726 1097-6256, 1546-1726. — doi:10.1038/nn.2270.
  21. ↑ Manabu Fuchikami, Shigeru Morinobu, Masahiro Segawa, Yasumasa Okamoto, Shigeto Yamawaki, Norio Ozaki, Takeshi Inoue, Ichiro Kusumi, Tsukasa Koyama, Kounosuke Tsuchiyama, Takeshi Terao. DNA Methylation Profiles of the Brain-Derived Neurotrophic Factor (BDNF) Gene as a Potent Diagnostic Biomarker in Major Depression (англ.) // PLoS ONE. — 2011-08-30. — Vol. 6, iss. 8. — P. e23881. — ISSN 1932-6203. — doi:10.1371/journal.pone.0023881.
  22. ↑ Vaishnav Krishnan, Eric J. Nestler. The molecular neurobiology of depression (англ.) // Nature. — 2008-10. — Vol. 455, iss. 7215. — P. 894–902. — ISSN 1476-4687 0028-0836, 1476-4687. — doi:10.1038/nature07455.
  23. ↑ George L. Engel. The Need for a New Medical Model: A Challenge for Biomedicine // Science. — 1977-04-08. — Т. 196, вып. 4286. — С. 129–136. — ISSN 1095-9203 0036-8075, 1095-9203. — doi:10.1126/science.847460.
  24. ↑ Gin S Malhi, J John Mann. Depression (англ.) // The Lancet. — 2018-11. — Т. 392, вып. 10161. — С. 2299–2312. — ISSN 0140-6736. — doi:10.1016/S0140-6736(18)31948-2.
  25. ↑ 1 2 Navneet Bains, Sara Abdijadid. Major Depressive Disorder (англ.). — 2023-04-10.
  26. ↑ Diagnostic and Statistical Manual of Mental Disorders, Fifth Edition (DSM-5). — 2013.
  27. ↑ Overview | Depression in adults: treatment and management | Guidance | NICE (брит. англ.). www.nice.org.uk. Дата обращения: 13 ноября 2025.
  28. ↑ Recommendation: Depression and Suicide Risk in Adults: Screening | United States Preventive Services Taskforce (англ.). www.uspreventiveservicestaskforce.org. Дата обращения: 13 ноября 2025.
  29. ↑ Graham Thornicroft, Nisha Mehta, Sarah Clement, Sara Evans-Lacko, Mary Doherty, Diana Rose, Mirja Koschorke, Rahul Shidhaye, Claire O'Reilly, Claire Henderson. Evidence for effective interventions to reduce mental-health-related stigma and discrimination (англ.) // The Lancet. — 2016-03. — Vol. 387, iss. 10023. — P. 1123–1132. — ISSN 0140-6736. — doi:10.1016/S0140-6736(15)00298-6.
  30. ↑ Felipe B. Schuch, Davy Vancampfort, Joseph Firth, Simon Rosenbaum, Philip B. Ward, Edson S. Silva, Mats Hallgren, Antonio Ponce De Leon, Andrea L. Dunn, Andrea C. Deslandes, Marcelo P. Fleck, Andre F. Carvalho, Brendon Stubbs. Physical Activity and Incident Depression: A Meta-Analysis of Prospective Cohort Studies (англ.) // American Journal of Psychiatry. — 2018-07-01. — Vol. 175, iss. 7. — P. 631–648. — ISSN 1535-7228 0002-953X, 1535-7228. — doi:10.1176/appi.ajp.2018.17111194.
  31. ↑ bmj.com. Management of depression in adults: summary of updated NICE guidance.
  32. ↑ Tara Donker, Kathleen M Griffiths, Pim Cuijpers, Helen Christensen. Psychoeducation for depression, anxiety and psychological distress: a meta-analysis (англ.) // BMC Medicine. — 2009-12. — Vol. 7, iss. 1. — ISSN 1741-7015. — doi:10.1186/1741-7015-7-79.
  33. ↑ Efficacy and safety of electroconvulsive therapy in depressive disorders: a systematic review and meta-analysis (англ.) // The Lancet. — 2003-03. — Т. 361, вып. 9360. — С. 799–808. — ISSN 0140-6736. — doi:10.1016/S0140-6736(03)12705-5.
  34. ↑ Jean-Pascal Lefaucheur, André Aleman, Chris Baeken, David H. Benninger, et al. Evidence-based guidelines on the therapeutic use of repetitive transcranial magnetic stimulation (rTMS): An update (2014–2018) (англ.) // Clinical Neurophysiology. — 2020-02. — Т. 131, вып. 2. — С. 474–528. — ISSN 1388-2457. — doi:10.1016/j.clinph.2019.11.002.
  35. ↑ Andre R. Brunoni, Adriano H. Moffa, Bernardo Sampaio-Junior, Lucas Borrione, et al. Trial of Electrical Direct-Current Therapy versus Escitalopram for Depression (EN) // New England Journal of Medicine. — 2017-06-29. — Т. 376, вып. 26. — С. 2523–2533. — ISSN 1533-4406 0028-4793, 1533-4406. — doi:10.1056/nejmoa1612999.
  36. ↑ Paul E Holtzheimer, Mustafa M Husain, Sarah H Lisanby, Stephan F Taylor, et al. Subcallosal cingulate deep brain stimulation for treatment-resistant depression: a multisite, randomised, sham-controlled trial (англ.) // The Lancet Psychiatry. — 2017-11. — Т. 4, вып. 11. — С. 839–849. — ISSN 2215-0366. — doi:10.1016/S2215-0366(17)30371-1.
  37. ↑ 1 2 Ulrich Voderholzer, Barbara B. Barton, Matthias Favreau, Eva M. Zisler, Winfried Rief, Marcel Wilhelm, Elisabeth Schramm. Enduring effects of psychotherapy, antidepressants and their combination for depression: a systematic review and meta-analysis (англ.) // Frontiers in Psychiatry. — 2024-11-27. — Vol. 15. — ISSN 1664-0640. — doi:10.3389/fpsyt.2024.1415905.
  38. ↑ Daphne Voineskos, Zafiris J Daskalakis, Daniel M. Blumberger. <p>Management of Treatment-Resistant Depression: Challenges and Strategies</p> (англ.) // Neuropsychiatric Disease and Treatment. — 2020-01. — Vol. Volume 16. — P. 221–234. — ISSN 1178-2021. — doi:10.2147/NDT.S198774.
  39. ↑ Chad A Bousman, Katarina Arandjelovic, Serafino G Mancuso, Harris A Eyre, Boadie W Dunlop. Pharmacogenetic Tests and Depressive Symptom Remission: A Meta-Analysis of Randomized Controlled Trials (англ.) // Pharmacogenomics. — 2018-12-06. — Vol. 20, iss. 1. — P. 37–47. — ISSN 1744-8042 1462-2416, 1744-8042. — doi:10.2217/pgs-2018-0142.
  40. ↑ Lana Donse, Frank Padberg, Alexander T. Sack, A. John Rush, Martijn Arns. Simultaneous rTMS and psychotherapy in major depressive disorder: Clinical outcomes and predictors from a large naturalistic study (англ.) // Brain Stimulation. — 2018-03. — Т. 11, вып. 2. — С. 337–345. — ISSN 1935-861X. — doi:10.1016/j.brs.2017.11.004.
  41. ↑ Thorsten Hornemann. Lipidomics in Biomarker Research (англ.) // Handbook of Experimental Pharmacology. — Cham: Springer International Publishing, 2021. — P. 493–510. — ISBN 978-3-030-86075-2, 978-3-030-86076-9. — doi:10.1007/164_2021_517.
  42. ↑ John Torous, Sandra Bucci, Imogen H. Bell, Lars V. Kessing, Maria Faurholt‐Jepsen, Pauline Whelan, Andre F. Carvalho, Matcheri Keshavan, Jake Linardon, Joseph Firth. The growing field of digital psychiatry: current evidence and the future of apps, social media, chatbots, and virtual reality // World Psychiatry. — 2021-09-09. — Т. 20, вып. 3. — С. 318–335. — ISSN 2051-5545 1723-8617, 2051-5545. — doi:10.1002/wps.20883.
  43. ↑ David J Kupfer, Ellen Frank, Mary L Phillips. Major depressive disorder: new clinical, neurobiological, and treatment perspectives (англ.) // The Lancet. — 2012-03. — Vol. 379, iss. 9820. — P. 1045–1055. — ISSN 0140-6736. — doi:10.1016/S0140-6736(11)60602-8.
  44. ↑ Mental health of adolescents (амер. англ.). www.who.int. Дата обращения: 13 ноября 2025.
  45. ↑ Anita Thapar, Stephan Collishaw, Daniel S Pine, Ajay K Thapar. Depression in adolescence (англ.) // The Lancet. — 2012-03. — Vol. 379, iss. 9820. — P. 1056–1067. — ISSN 0140-6736. — doi:10.1016/S0140-6736(11)60871-4.
  46. ↑ Boris Birmaher, David Brent. Practice Parameter for the Assessment and Treatment of Children and Adolescents With Depressive Disorders (англ.) // Journal of the American Academy of Child & Adolescent Psychiatry. — 2007-11. — Vol. 46, iss. 11. — P. 1503–1526. — ISSN 0890-8567. — doi:10.1097/chi.0b013e318145ae1c.
  47. ↑ Helen Herrman, Vikram Patel, Christian Kieling, Michael Berk, et al. Time for united action on depression: a Lancet–World Psychiatric Association Commission (англ.) // The Lancet. — 2022-03. — Vol. 399, iss. 10328. — P. 957–1022. — ISSN 0140-6736. — doi:10.1016/S0140-6736(21)02141-3.
  48. ↑ Dieter Wolke, William E. Copeland, Adrian Angold, E. Jane Costello. Impact of Bullying in Childhood on Adult Health, Wealth, Crime, and Social Outcomes (англ.) // Psychological Science. — 2013-08-19. — Vol. 24, iss. 10. — P. 1958–1970. — ISSN 1467-9280 0956-7976, 1467-9280. — doi:10.1177/0956797613481608.
  49. ↑ Thomas Curran, Andrew P. Hill. Perfectionism is increasing over time: A meta-analysis of birth cohort differences from 1989 to 2016. (англ.) // Psychological Bulletin. — 2019-04. — Vol. 145, iss. 4. — P. 410–429. — ISSN 0033-2909 1939-1455, 0033-2909. — doi:10.1037/bul0000138.
  50. ↑ Kenneth S. Kendler, Margaret Gatz, Charles O. Gardner, Nancy L. Pedersen. A Swedish National Twin Study of Lifetime Major Depression (англ.) // American Journal of Psychiatry. — 2006-01-01. — Vol. 163, iss. 1. — P. 109–114. — ISSN 1535-7228 0002-953X, 1535-7228. — doi:10.1176/appi.ajp.163.1.109.
  51. ↑ Brigitte E.P.A. van der Heijden, Cecile M.C.A. van Laarhoven. Pyrocarbon Disc Interposition Arthroplasty (PyroDisk) for the Treatment of Carpometacarpal Thumb Joint Osteoarthritis (англ.) // JBJS Essential Surgical Techniques. — 2022-10. — Vol. 12, iss. 4. — P. e21.00034. — ISSN 2160-2204. — doi:10.2106/JBJS.ST.21.00034.
  52. ↑ Time for united action on depression: a Lancet–World Psychiatric Association Commission (англ.). www.thelancet.com. Дата обращения: 13 ноября 2025.
  53. ↑ Самоубийство (рус.). www.who.int. Дата обращения: 13 ноября 2025.
  54. ↑ Guy S. Diamond, Matthew B. Wintersteen, Gregory K. Brown, Gary M. Diamond, Robert Gallop, Karni Shelef, Suzanne Levy. Attachment-Based Family Therapy for Adolescents with Suicidal Ideation: A Randomized Controlled Trial (англ.) // Journal of the American Academy of Child & Adolescent Psychiatry. — 2010-02. — Vol. 49, iss. 2. — P. 122–131. — ISSN 0890-8567. — doi:10.1097/00004583-201002000-00006.
  55. ↑ Matthew J. Hoag, Gary M. Burlingame. Evaluating the Effectiveness of Child and Adolescent Group Treatment: A Meta-Analytic Review (EN) // Journal of Clinical Child Psychology. — 1997-09. — Т. 26, вып. 3. — С. 234–246. — ISSN 0047-228X. — doi:10.1207/s15374424jccp2603_2.
  56. ↑ Dafna Regev, Liat Cohen-Yatziv. Effectiveness of Art Therapy With Adult Clients in 2018—What Progress Has Been Made? (англ.) // Frontiers in Psychology. — 2018-08-29. — Vol. 9. — ISSN 1664-1078. — doi:10.3389/fpsyg.2018.01531.
  57. ↑ WHO guideline on school health services (амер. англ.). www.who.int. Дата обращения: 13 ноября 2025.
  58. ↑ UNICEF. UNICEF Report – The State of the World’s Children 2021.
  59. ↑ Ziggi Ivan Santini, Ai Koyanagi, Stefanos Tyrovolas, Catherine Mason, Josep Maria Haro. The association between social relationships and depression: A systematic review (англ.) // Journal of Affective Disorders. — 2015-04. — Т. 175. — С. 53–65. — ISSN 0165-0327. — doi:10.1016/j.jad.2014.12.049.
  60. ↑ Alan R. Teo, HwaJung Choi, Marcia Valenstein. Social Relationships and Depression: Ten-Year Follow-Up from a Nationally Representative Study (англ.) // PLoS ONE. — 2013-04-30. — Vol. 8, iss. 4. — P. e62396. — ISSN 1932-6203. — doi:10.1371/journal.pone.0062396.
  61. ↑ Kenneth S. Kendler, John Myers, Carol A. Prescott. Sex Differences in the Relationship Between Social Support and Risk for Major Depression: A Longitudinal Study of Opposite-Sex Twin Pairs // American Journal of Psychiatry. — 2005-02-01. — Т. 162, вып. 2. — С. 250–256. — ISSN 1535-7228 0002-953X, 1535-7228. — doi:10.1176/appi.ajp.162.2.250.
  62. ↑ Culture and Somatization: Clinical, Epidemiological, and... : Biopsychosocial Science and Medicine, LWW. Дата обращения: 13 ноября 2025.
  63. ↑ Gordon Parker, Gemma Gladstone, Kuan Tsee Chee. Depression in the Planet’s Largest Ethnic Group: The Chinese // American Journal of Psychiatry. — 2001-06-01. — Т. 158, вып. 6. — С. 857–864. — ISSN 1535-7228 0002-953X, 1535-7228. — doi:10.1176/appi.ajp.158.6.857.
  64. ↑ 1 2 S. Clement, O. Schauman, T. Graham, F. Maggioni, S. Evans-Lacko, N. Bezborodovs, C. Morgan, N. Rüsch, J. S. L. Brown, G. Thornicroft. What is the impact of mental health-related stigma on help-seeking? A systematic review of quantitative and qualitative studies (англ.) // Psychological Medicine. — 2014-02-21. — Vol. 45, iss. 1. — P. 11–27. — ISSN 1469-8978 0033-2917, 1469-8978. — doi:10.1017/S0033291714000129.
  65. ↑ Jean M. Twenge, W. Keith Campbell. Associations between screen time and lower psychological well-being among children and adolescents: Evidence from a population-based study (англ.) // Preventive Medicine Reports. — 2018-12. — Т. 12. — С. 271–283. — ISSN 2211-3355. — doi:10.1016/j.pmedr.2018.10.003.
  66. ↑ Ethan Kross, Philippe Verduyn, Emre Demiralp, Jiyoung Park, David Seungjae Lee, Natalie Lin, Holly Shablack, John Jonides, Oscar Ybarra. Facebook Use Predicts Declines in Subjective Well-Being in Young Adults (англ.) // PLoS ONE. — 2013-08-14. — Vol. 8, iss. 8. — P. e69841. — ISSN 1932-6203. — doi:10.1371/journal.pone.0069841.
  67. ↑ Damian F Santomauro, Ana M Mantilla Herrera, Jamileh Shadid, Peng Zheng, et al. Global prevalence and burden of depressive and anxiety disorders in 204 countries and territories in 2020 due to the COVID-19 pandemic (англ.) // The Lancet. — 2021-11. — Т. 398, вып. 10312. — С. 1700–1712. — ISSN 0140-6736. — doi:10.1016/S0140-6736(21)02143-7.
  68. ↑ Maxime Taquet, Sierra Luciano, John R Geddes, Paul J Harrison. Bidirectional associations between COVID-19 and psychiatric disorder: retrospective cohort studies of 62 354 COVID-19 cases in the USA (англ.) // The Lancet Psychiatry. — 2021-02. — Т. 8, вып. 2. — С. 130–140. — ISSN 2215-0366. — doi:10.1016/S2215-0366(20)30462-4.
  69. ↑ WHO Special Initiative for Mental Health (амер. англ.). www.who.int. Дата обращения: 13 ноября 2025.
  70. ↑ Mental Health ATLAS 2020 (амер. англ.). www.who.int. Дата обращения: 13 ноября 2025.
  71. ↑ Christine Kuehner. Why is depression more common among women than among men? (англ.) // The Lancet Psychiatry. — 2017-02. — Т. 4, вып. 2. — С. 146–158. — ISSN 2215-0366. — doi:10.1016/S2215-0366(16)30263-2.
  72. ↑ Rachel H. Salk, Janet S. Hyde, Lyn Y. Abramson. Gender differences in depression in representative national samples: Meta-analyses of diagnoses and symptoms. // Psychological Bulletin. — 2017-08. — Т. 143, вып. 8. — С. 783–822. — ISSN 0033-2909 1939-1455, 0033-2909. — doi:10.1037/bul0000102.
  73. ↑ Frances Rice, Lucy Riglin, Ajay K. Thapar, Jon Heron, Richard Anney, Michael C. O’Donovan, Anita Thapar. Characterizing Developmental Trajectories and the Role of Neuropsychiatric Genetic Risk Variants in Early-Onset Depression (англ.) // JAMA Psychiatry. — 2019-03-01. — Vol. 76, iss. 3. — P. 306. — ISSN 2168-622X. — doi:10.1001/jamapsychiatry.2018.3338.

Категории