Дача

Считается, что первые дачи появились в России ещё в начале XVIII века, в эпоху Петра I. Изначально это были скорее не дачи, а усадьбы под Петербургом, которые царь даровал (дарил) своим приближённым за заслуги перед государством. Предполагают, что это делалось для того, чтобы чиновники всегда были «под рукой» и не проживали по своим поместьям, а также для того, чтобы обжить пригороды новой столицы. Дачи давались при условии благоустройства земельного участка, включающего строительство дома по образцовому проекту. Хотя как раз тогда вошло в обиход слово «дача» — производное от глагола «давать»^[5]. Более 100 лет дачи-усадьбы оставались привилегией аристократии, и только ближе к концу XIX века дачу смогли себе позволить люди различного достатка. Правда, речь шла уже не о собственном, а о съёмном загородном доме^[6].

Одна из дач была подарена будущим императором Николаем I своей супруге Александре Фёдоровне в 1821 году. Архитектором Адамом Менеласом в Петергофе была построена «собственная её Величества дача Александрия» — особняк в три этажа с 27 комнатами^[7].

В 1803 году историк Николай Карамзин отметил, что летом Москва пустеет, а её жители устремляются за город. В 30-х годах XIX века в тогдашних ближайших пригородах Москвы — в Кунцеве, Сокольниках, Останкине, Перове — стали появляться специальные места для летнего проживания. Бурное развитие дач началось в середине XIX века, когда появились железные дороги и «посёлки для отдыха» стали строить подальше от города — в Химках, Ховрине, Лианозове, Тарасовке, Пушкине, Малаховке, Томилине^[8].

Первый императорский указ, в котором употребляется слово «дача» в современном значении, был подписан Николаем I 29 ноября (ст. стиль) 1844. Указ называется «О раздаче в г. Кронштадте загородной земли под постройку домиков или дач и разведение садов»^[9].

Дачи как место отдыха состоятельных горожан получили распространение в России с 1860-х годов. На рубеже XIX—XX веков дачная жизнь стала массовым социальным явлением, характерным только для России; оно нашло яркое отражение в российской литературе и искусстве той эпохи.

Самым известным дачным посёлком в те годы была Перловка, принадлежавшая московскому предпринимателю и чаеторговцу Василию Алексеевичу Перлову, основателю фирмы «В. Перлов и сыновья». В 1880 году в посёлке насчитывалось 80 дач. В каждом домике был душ и персональный туалет, на берегу реки Яузы были оборудованы купальни^[9], два раза в неделю в посёлок привозили музыкантов, в летнем театре выступали московские театральные труппы. Попасть в Перловку, по воспоминаниям современников, считалось за счастье, аренда дач оплачивалась за три года вперёд, а её стоимость была сопоставима с жильём в центре Москвы. В настоящее время Перловка — это микрорайон города Мытищи с развитой инфраструктурой, застроенный жильём высокой этажности.

По состоянию на 1888 год вокруг Москвы насчитывалось более 6000 дач, расположенных в 180 посёлках, куда в тёплое время года переселялись до 40 000 человек^[8].

До начала XX века отдельные дачные строения были редкостью. Отдыхающие ютились на задворках крестьянских изб в наскоро сколоченных хибарках или в самой крестьянской избе, перегороженной на отсеки для 6—8 семей с общим входом. Сдача внаём избы для некоторых крестьян из ближнего Подмосковья была основным источником дохода^[8].

Семьи московских дачников жили за городом с весны до осени — в город, как правило, выбирался на службу лишь глава семейства. Большинство дач строились неподалёку от станций железной дороги, путь до города не занимал более сорока минут^[8].

Электричества на дачах не было — освещение производилось при помощи керосиновых ламп, вода бралась из ближайших рек. Особой популярностью вплоть до 1917 года пользовались дачные балы. В дачных посёлках не было охраны, поставить забор считалось дурным тоном^[8].

Вокруг Санкт-Петербурга образуются свои дачные районы. Среди них наибольшей популярностью пользовалась Сиверская дачная местность, которую многие исследователи считают крупнейшей в дореволюционной России. По данным путеводителя А. А. Лучинского и Н. В. Никитина «Сиверская дачная местность по Варшавской железной дороге», изданного в 1910 году, эту дачную местность ежегодно посещало около 40 тысяч дачников^[10]. Её возникновение связывают со строительством Варшавской железной дороги, созданием станции Сиверская в 1857 году. Собственные дачи здесь имели министры царского правительства, среди них министр двора и уделов барон Владимир Борисович Фредерикс, министр путей сообщения Сергей Васильевич Рухлов, известные купцы и меценаты, в том числе купцы Елисеевы, Дерновы, известные деятели культуры, среди них основатель «Товарищества передвижных художественных выставок» Иван Николаевич Крамской, пейзажист Иван Иванович Шишкин, литераторы М. Е. Салтыков-Щедрин и А. Н. Майков, популярный издатель А. Ф. Маркс, знаменитая актриса Вера Фёдоровна Комиссаржевская и др.

На рубеже XIX—XX веков дачные местности возникают в окрестностях Петергофа и Сестрорецка, в 1907 году создаётся большой дачный посёлок Вырица.

В советские времена дачи жителей городов стали прежде всего местом для занятий садоводством: выращивания картофеля, клубники, других овощей и фруктов или отдыха всей семьёй в выходные дни летом. Так называемые «коллективные сады» для рабочих и служащих появлялись в российских городах начиная с середины 1930-х годов^[11].

В посёлке Новь под Раздорами на Рублёвке Наркомат рабоче-крестьянской инспекции построил для своих сотрудников 103 фанерных домика. Жилая площадь двухкомнатной дачи равнялась 15,4 м², была рассчитана на четырёх человек. На кухне площадью 5 м² стояла плита с железной трубой^[8].

В 1930-е годы дачи распределялись сотрудникам аппарата ВКП(б). На одной даче могло тесниться несколько семей. В те же годы чиновники высшего ранга строили себе огромные дачи в 15—20 комнат за счёт государства. В феврале 1938 года Политбюро приняло постановление «О дачах ответственных работников», в соответствии с которым устанавливалось предельное допустимое количество комнат на дачах чиновников: до 8 комнат для семейных и до 5 комнат для несемейных^[12].

Принятое в феврале 1949 года постановление Совета Министров СССР «О коллективном и индивидуальном огородничестве и садоводстве рабочих и служащих» положило начало широкому развитию коллективного и приусадебного садоводства^[13].

Массовое дачное строительство бурно развивалось во времена «хрущёвской оттепели», так как, несмотря на обширную программу освоения целины, в Советском Союзе сохранялись сложности с продовольствием.

В 1950-е годы городским жителям выдавались участки для ведения садоводства и строительства щитовых построек летнего типа, например, посёлок Речник.

По состоянию на 1966 год в пригородах одного лишь, к примеру, Красноярска насчитывалось 312 коллективных садов. Большинство из них сохранились до начала XXI века^[11][14].

Классический размер дачного участка в так называемом садоводческом товариществе в советское время составлял 600—800 м² (шесть-восемь соток), и существовали строгие ограничения на размеры и архитектурно-конструктивные решения дачных построек. Иногда гражданам выделялись небольшие земельные участки — огороды для высадки картофеля и овощей без права строительства каких бы то ни было построек.

Во времена Хрущёва дачник мог получить земельный надел только для садоводства; при Брежневе порядок был несколько изменён. Можно было построить домик площадью до 25 м² для проживания в тёплое время года. Обычно их строили из дощатого каркаса, обшитого фанерой, в качестве утеплителя использовались опилки или сухой торф.

Для советской номенклатуры участки могли иметь площадь 1 га и более. Одна из таких типичных «номенклатурных» дач конца 1930-х годов показана в художественном фильме Никиты Михалкова «Утомлённые солнцем». Секретарю ЦК Михаилу Суслову в 1953 году был выделен участок в 7 га с 400 елями, 30 клёнами и двухэтажным зданием площадью 2400 м²^[12].

В силу разделения на «простых» людей и «номенклатуру» и предоставления им в пользование (но не в частную собственность) земельных участков, вокруг крупных городов начали складываться ареалы престижных и непрестижных районов. При въезде на Рублёво-Успенское шоссе стояли шлагбаум и сторожка: доступ граждан без специального пропуска в сам район, где жила и отдыхала на дачах правящая элита, был ограничен^[15]. Правда, после выхода на пенсию чиновник должен был сдать эту дачу обратно государству. При этом так называемые «генеральские дачи», принадлежащие военачальникам или чиновникам КПСС, с большими участками, но в других районах Подмосковья, например в Снегирях, могли соседствовать в пределах одного населённого пункта с щитовыми дачными домами заводских рабочих.

В конце 1980-х годов большая часть ограничений на размеры садовых домов была снята, и в престижных пригородах Москвы и других мегаполисов на участках с изношенными коммуникациями стали появляться трёх- и четырёхэтажные капитальные сооружения, обычно из красного кирпича.

Дачные поселения порой возводились без соблюдения правил и архитектурных норм, визуально напоминая фавелы. Типичное садоводческое товарищество, построенное во времена СССР, — плотно застроенное, безлюдное и выглядящее осенью заброшенным — показано в художественном кинофильме «Жесть».

Дачи иногда строились в природных заказниках и заповедниках, в санитарных зонах, где человеку долгое время находиться нельзя, — под линиями электропередачи, на горах шлака металлургических комбинатов, в оврагах, вдоль трубопроводов, рядом со свалками и химкомбинатами^[16].

Стародачными посёлками в СМИ называют сохранившиеся и поныне поселения советской элиты — академиков, генералитета, высшего партийного руководства, деятелей балета, театра, писателей — в лучших местах Московской области, расположенные не далее 30—40 км от МКАД^[17]. Обычно это были деревянные, реже каменные дома со всеми удобствами, включая газовое отопление, а иногда и магистральную канализацию, расположенные зачастую на лесных участках, рядом с рекой или прудом, предоставленные дачникам за их особые заслуги.

В 1934 году властями СССР было принято «решение о помощи в строительстве дачного городка для писателей на 90 дач, стоимостью 6 млн руб.». Строительное подразделение Литфонда СССР возвело знаменитый писательский посёлок Переделкино.

В 1949 году дачи в Жуковке получили разработчики проекта атомной бомбы, в конце 1950-х годов — конструкторы космических ракет. Среди других известных «стародачных посёлков» — Барвиха, Валентиновка, Кратово, Малаховка, Заветы Ильича, Жаворонки, Снегири, Баковка, Николина Гора, Щербинка. С конца XX века стародачные посёлки активно перестраиваются новыми хозяевами, обычно не имеющими никакого отношения к прежним обитателям тех мест. При этом цена на дома в стародачных посёлках достаточно высока, каждая из таких дач, по оценкам риэлторов, — штучный товар^[18][19]. К началу XXI века, по данным СМИ, в Подмосковье — около 50 «стародачных посёлков», что составляет не более 5 % от рынка загородной недвижимости^[20].

После распада СССР и возвращения частной собственности большинство дач было приватизировано. По ряду оценок, Россия стала страной с самым большим числом владельцев «вторых домов».

Согласно Федеральному закону «О садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях граждан» от 15.04.1998, дачный участок — это земельный участок, предоставленный гражданину (например, предприятием, где он работает или работал) или приобретённый им в целях отдыха с возможностью возвести жилое строение (без права регистрации проживания в нём) или жилой дом (с правом регистрации проживания) и хозяйственные постройки и сооружения, а также с целью выращивать плодовые, ягодные, овощные, бахчевые или иные сельскохозяйственные культуры и картофель.

В 90-е годы XX века в стране начался свободный оборот земельных участков «для индивидуального жилищного строительства», под него выделялись пустыри на окраинах деревень и бывшие колхозные поля. Однако на этих землях стали строить не только дома для постоянного проживания, но и дачи. Стоимость таких участков, особенно вблизи Москвы и Санкт-Петербурга неуклонно повышалась. По данным информационно-аналитического агентства RWAY, за пять лет — с 2002 по 2007 год — подмосковная земля подорожала в среднем на 262 %^[21]. По данным «Российской газеты», в 2006 году средняя цена сотки земли в Московской области в пределах 50 км от МКАД увеличилась за год в полтора раза и составила 6017 долларов^[22]. По данным РБК, средняя цена сотки земли на подмосковном Рублёво-Успенском шоссе в зоне до 15 км от МКАД в 2007 году составляла 45 тыс. долларов, на Ленинградском и Дмитровском шоссе на таком же расстоянии от МКАД — 10 тыс.^[21]

В начале XXI века в России дачи возводят в том числе и на землях, предназначенных для строительства приусадебных участков, то есть землях для так называемого личного подсобного хозяйства (ЛПХ)^[23].

В силу быстрой застройки и образовавшейся нехватки земель для дачного строительства под строительство элитных дач и коттеджей в Москве порой стали выделяться земли природно-исторических парков и заповедников^[24], а в Московской области — лучшие пахотные земли.

Дачный бум наносит серьёзный урон культурному ландшафту пригородов российских мегаполисов, в частности Москвы, выводит из сельскохозяйственного оборота плодородные земли и ведёт к деградации природных экосистем^[25][26]. Массированная застройка пригородов дачами для сезонного проживания приводит к стагнации развития местной инфраструктуры, прежде всего образовательных и медицинских учреждений, поскольку горожане-дачники, приезжающие за город лишь на выходные, в них не испытывают необходимости. Дачники, пользующиеся автомобилями, в выходные дни создают пробки на автомобильных дорогах, ведущих из города в область.

Кандидат наук, ведущий научный сотрудник Института национальной модели экономики, руководитель направления «теоретическая география ландшафта» Владимир Каганский^[27][28] считает^[26][16]:

В начале XXI века дачные участки имелись у 30 млн жителей России. По данным МВД на 2009 год, в Подмосковье примерно 500 коттеджных посёлков и свыше 11 тыс. садоводческих товариществ — примерно 1 млн^[29] коттеджей и частных домов, из них в 150 тыс. строениях люди живут постоянно, владельцы остальных лишь приезжают на выходные^[30].

Рост уровня жизни позволил многим дачникам тратить свободные деньги на благоустройство дач. Многие дачи стали представлять собой полностью оборудованные дома, которые подходят для постоянного места жительства. Всё чаще дачи стали использоваться как места постоянного проживания, а не как место для летнего отдыха.

Кроме того, многие деревенские дома с садом в настоящее время продаются как дачные участки. Во многих российских деревнях временно или постоянно проживают дачники, а некоторые деревни полностью превратились в дачные посёлки. Классические деревенские дома часто заменяются новыми капитальными благоустроенными постройками.

Также развиваются многочисленные коттеджные посёлки, которые предлагают гораздо более комфортное проживание, чем классические дачи.

Происходящий процесс называют субурбанизацией. На него влияют, в числе прочего, такие факторы, как возможность работать удалённо, улучшение транспортной доступности, удорожание квартир в городах и пр.

В апреле 2008 года Конституционный суд определил, что существовавший запрет на постоянную регистрацию граждан на дачах — неправомерен. Однако по состоянию на март 2009 года процесс регистрации по-прежнему был забюрократизирован — владелец должен был доказывать в суде, что его строение пригодно для постоянного круглогодичного проживания. Госдума планировала рассмотреть законопроект о регистрации на дачах на весенней сессии^[31], однако по состоянию на апрель 2009 года вопрос не был решён и был перенесён на осень из-за затянувшихся согласований в различных министерствах и ведомствах.

По мнению журналиста газеты «Новые Известия», чиновники и местные власти выступали против регистрации на дачах, так как это, по их мнению, будет способствовать изменению структуры населения, что приведёт к дополнительным бюджетным расходам: придётся строить школы, поликлиники, больницы, дороги, серьёзно заниматься коммунальным хозяйством, вместо «летнего водопровода» с ржавой неочищенной водой, поступающей с перебоями, и электрических подстанций середины XX века, не способных обеспечивать дома полноценным электроснабжением, надо будет сооружать и прокладывать полноценные коммуникации. Региональные власти опасались, что новый закон о регистрации граждан в дачных и садоводческих товариществах сможет спровоцировать появление новых полноценных поселений, в чём они не были заинтересованы^[32].

Аргумент против: садоводческие и дачные некоммерческие товарищества не являются административно-территориальными образованиями. Это юридические лица. Поэтому нахождение «в них» земельных участков невозможно априори. На практике, действительно, понятие «садоводческое товарищество» часто употребляют как синоним «поселения». Однако путать эти понятия с точки зрения закона нельзя, это разные сферы общественных отношений, регулируемые разными нормативными правовыми актами.

Возможность осуществить регистрацию по месту жительства на территории дачного участка появилась в 2019 году.

Для этого дом должен быть официально зарегистрирован в Росреестре как «жилой», то есть пригодный для круглогодичного проживания. Помимо этого, требуется, чтобы на данном виде участка было разрешено иметь жилое строение. Дом также должен иметь почтовый адрес^[33].

В январе 2010 года газета «Известия» сообщила о новой тенденции загородного строительства в Московской области. На дачных участках размером в 6 соток мелкие частные застройщики стали строить многоквартирные дома на продажу, которые автор материала называет «деревенскими небоскрёбами». Издание советует читателям — возможным покупателям таких квартир — внимательнее изучать правоустанавливающие документы и предупреждает о возможных сложностях с коммуникациями. Например, на начало мая 2013 года власти Московской области выявили более 400 подобных объектов, большинство из которых наверняка, как предполагалось, пойдёт под снос^[38].

По состоянию на первое десятилетие 2000-х годов обычным явлением для садоводческих товариществ и коллективных садов в межсезонье были кражи. В то время отмечалось, что дачи, как правило, никто не охраняет либо на всю площадь садового товарищества полагается один сторож. Пытаясь предотвратить разграбление, с окончанием летнего сезона хозяева увозят с дач всё ценное в городские квартиры. Воруют обычно посуду, инструменты и одежду. Нередки случаи, когда дачи в осеннее и зимнее время используют без ведома хозяев для проживания бездомные граждане, беспризорники и криминальные элементы. Случаются и поджоги, которые устраивают ради развлечения на оставленных без присмотра дачах несовершеннолетние^[39].

В связи с распространением наркомании тогда же чаще стали отмечаться случаи хищения с дачных огородов и клумб мака, поэтому выращивание более двух растений мака стало наказываться властями штрафами и более строго^[40].

В 2002 году в охраняемом садоводческом товариществе «Ягодка» в Опалихе в Красногорском районе Подмосковья был расстрелян киллерами гражданин США адвокат Яков Тилипман, представлявший интересы «Kremlyovskaya group»^[41][42]. В 2008 году грабители в камуфляжной форме перелезли через забор, проникнув на дачу телеведущего Александра Цекало в деревне Глухово Красногорского района Московской области, где ограбили и связали его родственников^[43].

В мае 2009 года сотрудники милиции поймали банду налётчиков, специализировавшихся на грабежах дач, расположенных в элитных коттеджных посёлках на Рублёвке, включая те, где проживают российские бизнесмены и государственные чиновники. Грабители пользовались беспечностью и непрофессионализмом охраны, в частности тем, что службы безопасности обычно охраняют лишь въезд и периодически совершают обход территории, но при этом сами дома не оборудованы сигнализацией. Среди прочих случаев, вменяемых членам банды, — ограбление дома сенатора от Республики Калмыкия Михаила Капуры, которое было совершено в ночь на 21 мая в элитном посёлке Раздоры-7. Банду создал житель одного из подмосковных городов, преступники использовали для планирования своих нападений спутниковые фотографии и карты, размещённые в сети Интернет. На вооружении у бандитов были приборы ночного видения. Поймать их удалось благодаря камерам наружного наблюдения, установленным на даче у Сергея Шойгу, по соседству с которой они совершили своё очередное преступление^[44].

По данным МВД на 2009 год, в Подмосковье лишь 5 процентов дач были подключены к системе пультовой охраны, при этом 25 % краж, совершаемых в жилом фонде в зимнее время, приходились на дачные домовладения^[45].