Константинопольская православная церковь

По преданию, основана Апостолом Андреем Первозванным, который около 38 года рукоположил своего ученика Стахи́я «во епископы града Византиона»^[12]. Это убеждение, несмотря на слабую опору в достоверных исторических документах, к VII веку стало весьма распространённым, если не повсеместным^[13].

В 330 году римский император Константин Великий основал на месте Византия новую столицу Римской империи — Константинополь^[8]. До Второго Вселенского собора город находился в юрисдикции митрополита Ираклийского (Ираклия во Фракии, древний Перинф, современный Marmara Ereğlisi). Ссылаясь на проповедь апостола Иоанна Богослова в Малой Азии, современные официальные документы Константинопольской патриархии сообщают о двойном происхождении кафедры, от апостолов Андрея Первозванного и от Иоанна Богослова. Впервые эту точку зрения выдвинул патриарх Константинопольский Игнатий, заявивший на соборе 861 года: «Я занимаю кафедру апостола Иоанна и апостола Андрея Первозванного»^[2][13].

Согласно третьему правилу Второго Вселенского собора, созванного в 381 году императором Феодосием I (379—395), архиепископ Константинополя имеет второе место по чести в епископате после Римского епископа: «Константинопольский епископ да имеет преимущество чести по римском епископе, потому что город оный есть новый Рим».

С 451 года, когда впервые во Вселенской церкви Халкидонским собором был введён сан Патриарха, Константинопольская церковь стала патриархатом^[2][14][15]. Первенствующая на Востоке империи роль Константинопольской кафедры была подтверждена и расширена 28-м правилом Четвёртого (Халкидонского) Вселенского собора. Этот собор закрепил уже сложившуюся благодаря Иоанну Златоусту ситуацию и установил границы нового Патриархата: отныне Константинопольскому епископу выделялись области Понта, Азии и Фракии и епископы «варварских» народов, расселённых в этих областях^[13].

Папа Григорий Великий первым из римских пап признал константинопольского епископа среди главных — вторым после Рима, выше Александрии. Этот порядок, ранее поставленный под вопрос святым Львом в V веке, выражен в синодальном послании Григория по случаю его избрания в 590 году. Но он, вслед за своим предшественником Пелагием II, в письмах к самому патриарху Константинопольскому Иоанну Постнику, к императору Маврикию и императрице Константине оспаривал титул «Вселенский патриарх», который до Григория Великого показывал только определённую власть над частью Ойкумены, то есть «обитаемой цивилизованной земли». Хотя термин первоначально был действительно применён к епископу Константинополя, но византийцы его применяли также к епископам Рима, Александрии и Антиохии. Так же, как Армянская церковь впервые ввела понятие о праве Константинополя ставить епископов среди иноплеменников за пределами своей епархии, Григорий Великий впервые детально расшифровал понятие «Вселенский патриарх Константинополя» как «Патриарх всей Вселенной» — сами византийцы до него так никогда не думали^[16].

В 988 году в царствование Василия II и Константина VIII Порфирородных присланные Константинопольским патриархом Николаем II Хрисовергом представители византийского духовенства крестили князя киевского Владимира и киевских людей^[17].

После 1054 года вследствие великой схизмы церковно-каноническое, а затем и евхаристическое общение Константинополя с Римской церковью Западной Римской империи было постепенно прервано. Обе Церкви полагали друг друга отпавшими от единства Единой Святой Кафолической и Апостольской Церкви и пребывающими в схизме, а в Константинополе обвиняли Рим и в ереси. Между Константинопольской церковью (по требованию императоров) и папским престолом заключались унии: на Лионском соборе в 1274 году, которую обе стороны понимали по-разному, и на Ферраро-Флорентийском соборе в 1438—1439 годах, в результате которого обе унии были отвергнуты церковным народом. После падения Константинополя (1453) турки-османы изгнали из Константинополя сторонников унии и признали Константинопольским патриархатом только православный патриархат во главе с патриархом Геннадием Схоларием. Патриархия стала также единственным легально существующим в Османской империи институтом православных подданных султана (православного миллета) и имела широкие гражданско-судебные и иные полномочия над ними (Печская патриархия сербов была создана только на короткое время)^[9].

C 25 марта 1862 года^[18] до 1923 года (ликвидация монархии и признание республики) весьма значительную роль в управлении делами патриархии (а также в выборах патриарха) играл Смешанный совет (греч. μικτὸν συμβούλιον) — орган, составлявшийся из четверых архиереев и восьмерых мирян, избиравшихся сроком на два года. Тогда же была введена многоступенчатая процедура патриарших выборов — в соответствии с положениями «Общих уставов» (Γενικοὶ Κανονισμοί), принятых в 1860 году. По мере отпадения от Османской империи территорий в Европе в XIX — начале XX века сообразно (де-факто в некоторых случаях до предоставления политической независимости данному народу) сокращались пределы юрисдикции Константинопольского патриархата.

В результате изгнания православного населения из Анатолии (1922), греческое православное население Малой Азии исчезло. К концу 1920-х годов турецкое правительство закрыло все православные митрополии Малой Азии, и лишённые своих епархий митрополиты либо уехали в Грецию, либо проживали в качестве титулярных иерархов в зданиях патриархии, создавая для неё серьёзные экономические затруднения^[19]. Но даже после того, как греческие беженцы из Малой Азии расселились по всему миру, Константинопольская патриархия продолжала считать их своей паствой. Более того, начиная с патриарха Мелетия (Метаксакиса) Константинопольский патриархат заявляет о канонической принадлежности ему всей православной диаспоры, то есть лиц православного вероисповедания, проживающих за пределами юрисдикции поместных православных церквей, — ссылаясь на 9-е, 17-е и 28-е правила Халкидонского собора. Подобные притязания не признаются негреческими поместными православными церквами и служат камнем преткновения и предметом пререканий во взаимоотношениях с Московским патриархатом^[20][21][22].

В 1964 году в Иерусалиме состоялась встреча между патриархом Афинагором и римским папой Павлом VI, в результате которой взаимные анафемы были сняты и в 1965 году была подписана Совместная Декларация^[23].

На территории Турции имеется пять епархий, десять монастырей и 30 духовных школ. Несмотря на критическое снижение числа православных верующих в Турции до примерно 2-3 тысяч человек^[24] вследствие геноцида греков и последующих преследований, число членов церкви велико, так как юрисдикция Константинопольской православной церкви в настоящее время простирается за границы турецкого государства и охватывает весьма значительные церковные области: Афон и другие монастыри Халкидики, Крит, многие другие епархии Греции, православную диаспору — вначале с 20-х годов XX века — православных Турции, бежавших от геноцида в другие страны, а также Финляндскую автономную церковь, епархии в Западной Европе, Америке, Азии, Австралии и Новой Зеландии (всего 234 зарубежные епархии).

В 1954 году произошёл погром патриархата. В 1955 году громили всю общину православных греков в Константинополе. В 1994 году подкладывалось взрывное устройство в храм святого Георгия. 3 декабря 1996 году в храме святого Георгия взорвалась бомба. В августе 1971 года Турция закрыла богословскую школу на острове Халка. В ноябре 1998 года попечительский совет этой школы был распущен. В результате предстоятель Церкви патриарх Варфоломей (Архондонис) неоднократно заявлял общественности, что начиная с 1992 года Турция ведёт психологическую войну против Вселенского патриархата^[25].

С 1991 года предстоятель Церкви — Святейший архиепископ Константинополя — Нового Рима и Вселенский патриарх Варфоломей I^[26].

В феврале 2008 года в руководстве Патриархии произошли значительные изменения, что наблюдателями было расценено как усиление позиций патриарха Варфоломея^[27][28].

В 2010 и 2015 годах, в ответ на призыв патриарха Варфоломея об увеличении числа клириков Патриархата, имеющих турецкое гражданство, что позволяло бы им участвовать в выборах патриарха, несколько десятков архиереев и иных высокопоставленных клириков, не имевших гражданства Турции, получило его^[29][30][31].

В 2016 и 2018 годах Патриархат — впервые после 1922 года — произвёл замещение упразднённых кафедр в Анатолии, избрав Варфоломея (Самараса) митрополитом Смирнским и Иеремию (Каллийоргиса) — митрополитом Анкарским соответственно^[32].

Священный синод — высший орган управления Константинопольской православной церковью. Заседает под председательством патриарха Константинопольского.

Священный синод, помимо председательствующего патриарха, состоит из двенадцати архиереев. Шесть из них избираются на один год, остальные — на шесть месяцев (в марте и сентябре).

Имеет сложную административно-каноническую структуру на всех обитаемых континентах Земли^[33], исключая Африку, которая полностью находится в юрисдикции Александрийского патриархата; включает шесть архиепархий, восемь Церквей и 18 митрополий, каждая из которых подчиняется непосредственно Вселенскому патриарху.

Кроме того, три из шести архиепархий имеют в своём составе митрополии — всего 17.

Две Церкви в составе патриархата имеют статус автономий: Финляндская и Эстонская. Критская архиепископия имеет статус полуавтономной церкви.

В июле 1993 года, во время визита патриарха Варфоломея I в Россию, обращаясь к своему гостю и его свите в Санкт-Петербургском Исаакиевском соборе, патриарх Московский Алексий II сказал^[36][37]:

В Царьграде, как издревле с любовью называли Константинополь русские люди, восприняла благодать крещения святая равноапостольная княгиня Ольга; туда же направил своих послов, ищущих правую веру, её внук — святой равноапостольный князь Владимир.

Нет таких слов, которые могли бы выразить чувства благодарности, испытываемые нашим верующим народом к святой Константинопольской Церкви, принесшей на Русь спасительную православную веру, определившую все сферы бытия Руси.

Напряжённые, в целом, отношения между Вселенской патриархией и Православной церковью в России в Новой истории восходят к длительной распре в связи с осуждением Константинопольской церковью в сентябре 1872 года как схизматического созданного оттоманской Портой Болгарского экзархата. Правительство Российской империи и российский Святейший синод ранее ответили отказом на предложения патриархата о созыве Вселенского собора для решения болгарского вопроса^[38][39], а после осуждения собором в Константинополе схизмы лишь формально приняли решение последнего, де-факто поддерживая болгар (см. Греко-болгарская схизма). В 1920-е годы отношения ещё более обострились и остаются напряжёнными — вследствие разногласий по ряду принципиальных канонических и частных юрисдикционных вопросов^[40][41][42].

Митрополит Сурожский Антоний (Блум) (РПЦ) в 2000 году отмечал, что Константинопольский патриархат «все усилия прилагает к тому, чтобы стать в глазах всего Запада „Вселенской Православной Церковью“ с „восточным псевдо-папой“ во главе»^[43].

По мнению старшего научного сотрудника Института российской истории РАН, заместителя председателя Императорского православного палестинского общества Николая Лисового в начале июля 2008 года: «Константинопольская церковь, начиная с 1917 года, всё время пытается работать против России и Русской православной церкви. Она работает вместе с НАТО на отрыв Украины от России»^[44].

В настоящее время Константинопольский патриархат оспаривает у Русской церкви каноническую юрисдикцию на страны Прибалтики, Китай, Украину^{[45][46][47][48][49][50]}.