Депортации из Литовской ССР

После присоединения Литвы к СССР в августе 1940 года новые власти немедленно приступили к форсированной советизации края, вызвавшей недовольство значительной части местного населения. Были национализированы земля, банки и промышленные предприятия, распущены прежние политические и общественные организации. Уже осенью 1940 — весной 1941 года прошли массовые аресты бывших государственных служащих, офицеров, учителей и священников. В Виленском крае (вошёл в состав Литовской республики в 1940 году) организовывались подпольные польские ячейки, а в самой Литве — антисоветские структуры, в которые вливались бывшие чиновники буржуазной Литвы, чему способствовала поддержка спецслужб Третьего рейха. В ноябре 1940 года бывший посол Литвы в Германии К. Шкирпа организовал в Берлине пронацистский Фронт литовских активистов.

Обострение международной обстановки и подготовка Германии к войне с СССР побудили советское руководство, рассматривавшее население недавно присоединённых территорий как потенциальную «пятую колонну», ускорить «зачистку» региона^[1]. В мае 1941 года ЦК ВКП(б) и СНК СССР приняли серию совместных постановлений, легализовавших массовое выселение из западных регионов страны. 16 мая 1941 года вышло постановление № 1299-526сс «О мероприятиях по очистке Литовской ССР от антисоветского, уголовного и социально опасного элемента». Документ предписывал арестовать и направить в исправительно-трудовые лагеря наиболее враждебных лиц, а членов их семей — выселить в отдалённые районы СССР сроком на 20 лет^[2]. При утверждении постановления в него были добавлены Латвия и Эстония: текст документа не успели перепечатать, и эти республики были вписаны в него от руки^[3].

Выселению подлежали «активные члены контрреволюционных националистических организаций, бывшие полицейские, тюремщики, крупные помещики, фабриканты, чиновники бывшего государственного аппарата Литвы, члены семей указанных категорий, а также семьи скрывающихся бандитов и уголовников»^[2].

Первая массовая депортация из Литвы была проведена в ночь с 13 на 14 июня 1941 года. Отвечал за операцию Л. П. Берия. Для проведения операции были созданы штаб-квартиры, в которых работали люди из Москвы. Ответственность за работу штаба несли сотрудники НКГБ и НКВД, милиционеры. Им помогали местные коммунисты и комсомол^[4]. 14 июня 1941 года в 3 часа утра началась массовая депортация жителей Литвы. После проведения обысков людям сообщали, что они будут выселены в другие районы СССР. Ссыльным разрешалось взять с собой не более 100 кг собственных вещей на человека, для чего к каждому эшелону прицеплялись грузовые вагоны^[5].

Одним из крупнейших мест сбора ссыльных стал город Науйойи-Вильня. Оттуда поезда отправлялись в глубь СССР. Во время этой депортации большинство депортированных было вывезено в Алтайский край. Некоторые из них впоследствии были переведены на север Якутии. Некоторые из ссыльных оказались в Коми b Томской области, другие — в Казахстане, Красноярске и Новосибирске. Мужчины, отлучённые от семей, в основном попадали в трудовые лагеря в Старобельске^[6]. Впоследствии их перевели из Старобельска в Карлаг, Воркутлаг, Сиблаг, Севураллаг и Краслаг, где они выполняли изнурительную физическую работу.

Cогласно докладной записке наркома госбезопасности СССР В. Н. Меркулова от 17 июня 1941 года, в Литовской республике было «изъято» 15 851 человек. Из них 5664 человека были арестованы (как правило, члены националистических организаций, бывшие полицейские, офицеры, государственные служащие прежних режимов), а 10 187 человек — высланы как члены семей арестованных^[7].

По признанию ряда руководителей органов НКВД, депортация повлекла массовое бегство населения Прибалтики в леса и образование «вооружённых банд», а после прихода немцев — переход на их сторону^[8]. С военно‑оперативной точки зрения Июньская депортация 1941 года не предотвратила вооружённое выступление в тылу РККА. Вопреки ожиданиям НКВД, перемещение десятков тысяч человек ускорило консолидацию антисоветских сил.

Новости о репрессивных мерах были немедленно использованы нацистской пропагандой. Листовки вермахта и оккупационная пресса преподносили принудительное переселение прибалтийских народов как «доказательство большевистского геноцида», что облегчало вербовку коллаборационистов во вспомогательные полицейские батальоны и легионы СС^[9].

С началом Великой Отечественной войны часть литовского населения, видевшая в советской власти своего главного врага, активно поддержала нацистскую Германию. 22—24 июня 1941 года в Литве вспыхнуло антисоветское восстание, было сформировано Временное правительство, просуществовавшее несколько недель и упразднённое немцами. Вскоре на территории генерального округа «Литва» началось создание местных коллаборационистских формирований, прежде всего полицейских батальонов. Всего за 1941—1944 годы было сформировано 22 литовских батальона вспомогательной полиции, через которые прошло около 20 тыс. человек. Эти подразделения несли охранную службу, участвовали в карательных акциях против партизан и мирного населения, а также в массовом уничтожении евреев на территории Литвы и Белоруссии^[10].

Особую роль литовские коллаборационисты сыграли в Холокосте. Уже в первые дни оккупации отряды так называемой самообороны и литовские добровольцы, часто без прямого немецкого приказа, приступили к погромам и расстрелам евреев. В дальнейшем литовские батальоны охраняли гетто, конвоировали обречённых к местам казни и непосредственно участвовали в массовых расстрелах^[11]. Коллаборационистская деятельность части литовцев стала одним из главных официальных обоснований для послевоенных репрессий: советские власти квалифицировали службу в немецких формированиях как измену Родине, а широкие слои крестьянства, чьи родственники ушли в полицию или в «лесные братья», рассматривались как пособники нацистов.

Наиболее масштабная депортация в Прибалтике была проведена в марте 1949 года. 29 января 1949 года было издано постановление Совета Министров СССР № 390-138сс «О выселении с территории Литвы, Латвии и Эстонии кулаков с семьями, семей бандитов и националистов»^[12]. Документ предписывал выселить «навечно» в отдалённые районы Сибири и Казахской ССР три основные категории населения:

• кулаков с семьями — зажиточных крестьян, использовавших наёмный труд и имевших товарное хозяйство;
• семьи бандитов — участников вооружённого националистического подполья, как убитых или арестованных, так и остававшихся на нелегальном положении;
• семьи националистов — бывших членов националистических организаций, бывших крупных чиновников буржуазных правительств, помещиков и коммерсантов.

Постановление устанавливало жёсткие количественные разнарядки: из Литвы надлежало выселить 8,5 тыс. семей (около 25 тыс. человек)^[12]. Процесс детального планирования операции содержится в приказе министра внутренних дел СССР № 00225 от 12 марта 1949 года^[13]. Такие категории людей, как кулаки, бандиты, националисты, легализовавшиеся бандиты, продолжающие вести вражескую деятельность, и их семьи, а также семьи репрессированных, которые являлись пособниками бандитов, должны были быть расселены в местах поселения навечно^[14].

Акция началась ранним утром 25 марта и завершилась 28 марта 1949 года. В ходе операции «Прибой» суммарно из Прибалтийских республик было депортировано 94 239 человек, что превысило плановые показатели более чем на 8 тыс. Из Литвы было депортировано 31 917 человек^[15].

Высылаемых отправляли в Красноярский край, Иркутскую, Томскую, Омскую области^[16]. Мартовская депортация нанесла сокрушительный удар по социальной базе вооружённого антисоветского сопротивления: лишённые продовольственной и разведывательной поддержки со стороны сельского населения, отряды «лесных братьев» в течение 1949—1950 годов в основном прекратили активное сопротивление или были разгромлены. Ещё более значимым оказался экономический эффект: оставшееся население, опасаясь новых репрессий, начало массово вступать в колхозы^[9].

После смерти Сталина начался поэтапный пересмотр политики спецпоселения. В 1954 году министр внутренних дел СССР С. Н. Круглов предложил облегчить условия жизни для спецпереселенцев, разрешив им свободное передвижение и смягчив наказания за нарушения режима. Проект был поддержан Советом Министров и принят в 1954 году. Тем не менее эти положения не распространялись на тех, кто был выселен из советских республик Прибалтики^[16].

Указ Президиума Верховного Совета СССР от 7 января 1960 года^[17] отменил режим спецпоселения для большинства категорий депортированных из Прибалтики, включая семьи «изъятых» в 1949 году. В соответствии с этим документом, ограничения снимались с членов семей руководителей и участников националистического подполья, а также вооружённых формирований, которые были выселены из Литовской ССР. Тем не менее возвращение этих лиц к прежним местам жительства зависело от решений органов власти соответствующих областей, из которых они были выселены^[16].

Полная юридическая реабилитация состоялась значительно позже. В Российской Федерации действует Закон «О реабилитации жертв политических репрессий» от 18 октября 1991 года № 1761-1, признающий лиц, высланных в административном порядке, жертвами политических репрессий и предусматривающий восстановление их прав, возврат утраченного жилья и иные компенсации^[18].