Присоединение Прибалтики к СССР

Прибалтийские государства в период между двумя мировыми войнами стали объектом борьбы великих европейских держав (Великобритании, Франции и Германии) за влияние в регионе. В первое десятилетие после поражения Германии в Первой мировой войне в прибалтийских государствах было сильное англо-французское влияние, которому впоследствии, с началом 1930-х годов, стало мешать усиливающееся влияние соседней Германии. Ему, в свою очередь, стремился противодействовать СССР. К концу 1930-х годов Германия и СССР стали фактически основными соперниками в борьбе за влияние в Прибалтике.

В декабре 1933 года правительствами Франции и СССР было выдвинуто совместное предложение заключить договор о коллективной безопасности и взаимопомощи. Финляндии, Чехословакии, Польше, Румынии, Эстонии, Латвии и Литве было предложено присоединиться к этому договору. Проект, получивший название «Восточный пакт», рассматривался как коллективная гарантия на случай агрессии со стороны нацистской Германии. Но Польша и Румыния отказались вступить в альянс, США не одобрили идею договора, а официальный Лондон выдвинул ряд встречных условий, включая перевооружение Германии^[4].

29 сентября 1938 года было составлено и 30 сентября подписано Мюнхенское соглашение, согласно которому Великобритания, Франция, Германия и Италия решили разделить Чехословакию, отделив от него Судеты и передав их Германии.

Весной-летом 1939 года СССР вёл переговоры с Великобританией и Францией о совместном предотвращении итало-германской агрессии против европейских стран и 17 апреля 1939 года предложил Великобритании и Франции взять на себя обязательства оказывать всемерную, в том числе и военную, помощь восточноевропейским странам, расположенным между Балтикой и Чёрным морем и граничащим с Советским Союзом, а также заключить сроком на 5—10 лет соглашение о взаимопомощи, включая военную, в случае агрессии в Европе против любого из договаривавшихся государств (СССР, Великобритания и Франции)^[4]. (Предлагаемый договор также неформально называли «вторым изданием Антанты».)

Провал переговоров был вызван различием интересов договаривающихся сторон. Так, франко-британские эмиссары получили от генеральных штабов своих государств подробные секретные инструкции, в которых определялись цели и характер переговоров. В записке французского генерального штаба говорилось, в частности, что вместе с рядом политических выгод, которые получили бы Великобритания и Франция в связи с присоединением СССР, это позволило бы вовлечь СССР в конфликт: «не в наших интересах, чтобы он оставался вне конфликта, сохраняя нетронутыми свои силы»^[5]. Советский Союз, рассматривавший по крайней мере две прибалтийские республики — Эстонию и Латвию — как сферу своих геополитических интересов, отстаивал на переговорах эту позицию, но не встретил понимания у партнёров. Что же касается правительств самих прибалтийских государств, то они предпочли гарантии со стороны Германии, с которой они были связаны системой экономических соглашений. В июне 1939 года Эстония и Латвия заключили с Германией договоры о ненападении (с СССР обе страны заключили договоры о ненападении ещё в 1932 году^[6]).

В этой ситуации, после неудачных переговоров с Великобританией и Францией, Советский Союз предпринял шаги к активному сближению с Германией. Результатом такой политики стало подписание 23 августа 1939 года Договора о ненападении между Германией и СССР. Согласно секретному дополнительному протоколу к договору, Эстония, Латвия, Финляндия и восток Польши были включены в советскую сферу интересов, Литва и запад Польши — в сферу интересов Германии^[7]. К моменту подписания договора Клайпедский край Литвы уже был оккупирован Германией (март 1939 года).

Ситуация обострилась 1 сентября 1939 года с началом Второй мировой войны. Германия начала вторжение в Польшу. 17 сентября СССР ввёл войска в Польшу, объявив советско-польский договор о ненападении от 25 июля 1932 года утратившим силу. В тот же день государствам, состоявшим в дипломатических отношениях с СССР (в том числе прибалтийским), была вручена советская нота о том, что «в отношениях с ними СССР будет проводить политику нейтралитета»^[8].

Начало войны между соседними государствами породило в Прибалтике опасения оказаться втянутыми в эти события и побудило объявить о своём нейтралитете. Тем не менее в ходе военных действий произошёл ряд инцидентов, в которые оказались вовлечены и балтийские страны. Одним из них стал заход 15 сентября польской подводной лодки «Ожел» в таллинский порт, где она была интернирована по требованию Германии эстонскими властями, которые начали демонтаж её вооружения. Однако в ночь на 18 сентября экипаж подлодки разоружил охранников и вывел её в море, при этом на борту оставались шесть торпед. Советский Союз заявил, что Эстония нарушила нейтралитет, предоставив убежище и помощь польской подводной лодке.

19 сентября В. Молотов от лица советского руководства возложил ответственность за это происшествие на Эстонию, заявив, что Балтийскому флоту поставлена задача отыскать подлодку, поскольку она может угрожать советскому судоходству. Это привело к фактическому установлению морской блокады эстонского побережья.

24 сентября для подписания договора о торговле в Москву прибыл министр иностранных дел Эстонии К. Сельтер. После обсуждения экономических проблем Молотов перешёл к проблемам взаимной безопасности и предложил «заключить военный союз или договор о взаимной помощи, который вместе с тем обеспечивал бы Советскому Союзу права иметь на территории Эстонии опорные пункты или базы для флота и авиации». Сельтер попытался уклониться от обсуждения, ссылаясь на нейтралитет, но Молотов заявил, что Советскому Союзу необходим выход к Балтийскому морю для обеспечения собственной безопасности.

В результате вхождения Западной Белоруссии и Западной Украины в состав СССР советские границы передвинулись далеко на запад, и СССР стал граничить с третьим прибалтийским государством — Литвой. Первоначально Германия намеревалась превратить Литву в свой протекторат^[9], однако 25 сентября 1939 года, в ходе советско-германских контактов, СССР предложил начать переговоры об отказе Германии от претензий на Литву в обмен на территории Варшавского и Люблинского воеводств. В этот день посол Германии в СССР граф В. фон Шуленбург отправил в МИД Германии телеграмму, в которой сообщил, что был вызван в Кремль, где И. Сталин указал на это предложение как на предмет будущих переговоров и добавил, что в случае согласия со стороны Германии «Советский Союз немедленно возьмётся за решение проблемы прибалтийских государств в соответствии с протоколом от 23 августа и ожидает в этом деле полную поддержку со стороны германского правительства»^[10].

Ситуация в самих прибалтийских государствах была противоречивой. Часть правящих кругов была готова продолжать сближение с Германией, в то время как многие другие были настроены антигермански и рассчитывали на помощь СССР в сохранении баланса сил в регионе и национальной независимости, тогда как действовавшие в подполье левые силы готовы были поддержать присоединение к СССР.

В условиях, когда Латвия и Финляндия отказались оказать Эстонии поддержку, а Великобритания и Франция несмотря на то, что уже находились в состоянии войны с Германией, также отказались её оказать, эстонское правительство пошло на переговоры в Москве, в результате которых 28 сентября был заключён Пакт о взаимопомощи, предусматривающий создание на территории Эстонии советских военных баз и размещение на них советского контингента численностью до 25 тыс. человек^[11]. В этот же день был подписан германо-советский договор «О дружбе и границе». Согласно секретному протоколу к нему, условия раздела сфер влияния были пересмотрены: Литва отошла в сферу влияния СССР в обмен на польские земли к востоку от Вислы, отошедшие к Германии.

2 октября начались аналогичные советско-латвийские переговоры. От Латвии СССР также потребовал доступ к морю — через порты Лиепая и Вентспилс. В итоге 5 октября был подписан договор о взаимопомощи сроком на 10 лет, предусматривавший ввод в Латвию 25-тысячного контингента советских войск^[12].

5 октября СССР предложил Финляндии также рассмотреть возможность заключения с СССР пакта о взаимопомощи. Переговоры были начаты 11 октября, однако Финляндия отклонила предложения СССР как по пакту, так и по аренде и обмену территориями, что привело к Майнильскому инциденту, ставшему поводом к Советско-финской войне.

10 октября 1939 года Председателем Совета Народных Комиссаров В.М. Молотовым и министром Иностранных Дел Литовской Республики Ю. Урбшисом в Москве был подписан советско-литовский «Договор о передаче Литовской республике города Вильно и Виленской области и о взаимопомощи между Советским Союзом и Литвой» сроком на 15 лет, предусматривавший ввод 20-тысячного контингента советских войск^[13][14].

Почти сразу же после подписания договоров о взаимопомощи начались переговоры о базировании советских войск на территории Прибалтики.

В Эстонию ввод частей 65-го особого стрелкового корпуса и Особой группы ВВС начался 18 октября. Районами их дислокации стали Палдиски, Хаапсалу, острова Сааремаа и Хийумаа (при этом Балтийский флот на период сооружения баз получил право базироваться в Рохукюла и Таллине).

В Латвии пунктами базирования стали Лиепая, Вентспилс, Приекуле и Питрагс. 23 октября в Лиепаю прибыл крейсер «Киров» в сопровождении эсминцев «Сметливый» и «Стремительный». 29 октября начался ввод частей 2-го особого стрелкового корпуса и 18-й авиабригады.

В Литве советские войска были размещены в течение ноября — декабря в районах Новая Вилейка, Алитус, Пренай, Гайжюнай (в Вильнюсе и на территории Виленского края они находились уже со времени польской кампании), при этом из Вильнюса они были выведены по настоянию литовской стороны. В Литве разместились части 16-го стрелкового корпуса, 10-й истребительный и 31-й скоростной бомбардировочный авиационные полки.

1 апреля 1940 года в Германии были изданы географические карты, на которых территории Эстонии, Латвии и Литвы были обозначены как входящие в Советский Союз^[8].

Заключив договоры с прибалтийскими странами, советское руководство стало предъявлять им претензии по поводу деятельности так называемой Балтийской Антанты и требовать роспуска этого политического союза между Эстонией, Латвией и Литвой как имеющего антисоветскую направленность и нарушающего договоры о взаимной помощи с СССР^[8].

Ограниченный контингент Красной Армии (например, в Латвии в приложенном к договору о взаимопомощи конфиденциальном протоколе была согласована численность советских войск в 25 тыс. человек^[8], что сопоставимо с численностью армии Латвии) был введён с разрешения президентов балтийских стран, и были заключены соглашения.^[15] Так, 5 ноября 1939 года рижская газета «Газета для всех» в заметке «Советские войска прошли в свои базы» опубликовала сообщение:

На основании дружественного договора, заключенного между Латвией и СССР о взаимной помощи, первые эшелоны советских войск проследовали 29 октября 1939 года через пограничную станцию Зилупе. Для встречи советских войск был выстроен почётный караул с военным оркестром….

Немного позже в той же газете 26 ноября 1939 года в статье «Свобода и независимость», посвященной торжествам 18 ноября, была напечатана речь президента Карлиса Улманиса, в которой он заявил:

…Недавно заключенный договор о взаимной помощи с Советским Союзом укрепляет безопасность наших и его границ…

3 июня поверенный в делах СССР в Литве В. Семёнов пишет обзорную записку о положении в Литве, в которой советское полпредство обращало внимание Москвы на стремление правительства Литвы «предаться в руки Германии», и на активизацию «деятельности германской пятой колонны и вооружение членов союза стрелков», подготовку к мобилизации. В ней говорится о «подлинных намерениях литовских правящих кругов», которые в случае урегулирования конфликта лишь усилят «свою линию против договора, перейдя к „деловому“ сговору с Германией, выжидая только удобный момент для прямого удара по советским гарнизонам»^[9].

4 июня под видом учений войска Ленинградского, Калининского и Белорусского Особого военных округов были подняты по тревоге и начали выдвижение к границам прибалтийских государств^[16].

14 июня советское правительство предъявило ультиматум Литве^[17], а 16 июня — Латвии^[18] и Эстонии^[19]. В основных чертах смысл ультиматумов совпадал: правительства этих государств обвинялись в грубом нарушении условий ранее заключенных с СССР Договоров о взаимопомощи, выдвигалось требование сформировать правительства, способные обеспечить выполнение этих договоров, а также допустить на территорию этих стран дополнительные контингенты войск. Условия были приняты^[9].

15 июня дополнительные контингенты советских войск были введены в Литву, а 17 июня — в Эстонию и Латвию.

Литовский президент Антанас Сметона настаивал на организации сопротивления советским войскам, однако, получив отказ большей части правительства, бежал в Германию^[20], а его латвийский и эстонский коллеги — Карлис Улманис и Константин Пятс — пошли на сотрудничество с новой властью, как и литовский премьер Антанас Меркис. Во всех трёх странах были сформированы дружественные СССР правительства во главе, соответственно, с Юстасом Палецкисом (Литва^[21]), Йоханнесом Варесом (Эстония^[22]) и Августом Кирхенштейном (Латвия^[23]).

За процессом советизации прибалтийских стран следили уполномоченные правительства СССР — Андрей Жданов (в Эстонии), Андрей Вышинский (в Латвии) и Владимир Деканозов (в Литве)^[24].

Новые правительства сняли запреты на деятельность коммунистических партий и проведение демонстраций, выпустили просоветски настроенных политзаключенных и назначили внеочередные парламентские выборы. На голосованиях, состоявшихся 14 июля во всех трёх государствах, формально одержавшие победу прокоммунистические Блоки (Союзы) трудового народа были единственными избирательными списками, допущенными к выборам^[8][25]. По официальным данным, в Эстонии явка составила 84,1 %, при этом за Союз трудового народа было отдано 92,8 % голосов^[26], в Литве явка составила 95,51 %, из которых 99,19 % проголосовали за Союз трудового народа^[27], в Латвии явка составила 94,8 %, за Блок трудового народа было отдано 97,8 % голосов^[28].

Вновь избранные парламенты уже 21—22 июля провозгласили создание Эстонской ССР^[29], Латвийской ССР^[30] и Литовской ССР^[31] и приняли Декларации о вхождении в СССР^[32][33][34]. 3—6 августа 1940 года, в соответствии с решениями^[35][36][37] Верховного Совета СССР, эти республики были приняты в состав Советского Союза.

Из литовской, латвийской и эстонской армий были сформированы^[38] литовский (29-й стрелковый), латвийский (24-й стрелковый) и эстонский (22-й стрелковый) территориальные корпуса, вошедшие в состав ПрибОВО.

Вхождение прибалтийских государств в состав СССР не было признано США, Ватиканом и рядом других стран. Признавали его de jure Швеция, Испания, Нидерланды, Австралия, Индия, Иран, Новая Зеландия, Финляндия; de facto — Великобритания и ряд других стран. В изгнании продолжили деятельность некоторые дипломатические представительства довоенных прибалтийских государств, после Второй мировой войны было создано правительство Эстонии в эмиграции. Статус этих дипломатических представительств был неоднозначен. Например, они долгое время не могли распоряжаться активами своих республик, которые власти США заблокировали в американских банках ещё 15 июля 1940 года^[39]. Только в 1950 году власти США разрешили прибалтийским диппредставительствам пользоваться процентами этих активов^[40]. В дальнейшем Вашингтон предоставлял диппредставительствам символические уступки. Например, в 1983 году указание на картографических материалах прибалтийских стран как независимых государств, оккупированных СССР, стало обязательным для закупок этих материалов для нужд армии США^[41]. Постепенно почти все прибалтийские эмигрантские дипломатические представительства за рубежом прекратили существование — на конец 1980-х годов оставались действующими только три миссии в США (литовская и латвийская в Вашингтоне, эстонская в Нью-Йорке), одна в Великобритании (литовская в Лондоне, её до 1991 года возглавлял прибывший туда ещё в 1938 году торговый советник) и одна в Ватикане (литовская)^[42].

Основная часть активов Эстонии, Латвии и Литвы хранилась за рубежом. Например, в Великобритании были захвачены властями около 50 судов этих стран; также британские власти заморозили золотой запас трёх республик^[43]. Всего было заморожено в Великобритании 14 тонн золота этих государств, из которых 6,58 тонны ранее принадлежали Латвии, 4,48 тонны — Эстонии и 2,96 тонны — Литве^[43]. Госбанк СССР купил у центробанков этих стран это золото ещё до их присоединения к СССР, но британские власти отказывались передавать его Москве^[43]. Вопрос о прибалтийском золоте был отчасти разрешен в ходе визита в Великобританию А. Н. Косыгина и определён в британско-советском соглашении, подписанном 5 января 1968 года: британское правительство положило на счёт Госбанка СССР в Банке Англии 0,5 млн фунтов стерлингов для покупки британских же товаров^[44]. На этом вопрос о прибалтийских активах в Великобритании был снят. После получения этими странами независимости от СССР Лондон согласился вернуть активы. В 1992—1993 годах Великобритания заключила соглашения с Эстонией, Латвией и Литвой о возвращении этим странам их золотых вкладов, хранившихся в Великобритании в том размере, в каком они принадлежали центробанкам этих стран по состоянию на 1940 год^[44].