Депортация поляков

28 апреля 1936 года СНК СССР было принято постановление в котором, в частности, говорилось:

Согласно этому постановлению были переселены 35 820 поляков, 99,8 % из которых попали в северные районы Казахской ССР. Для расселения прибывших было создано 13 посёлков близ ферм, которые заселили поляки из Житомирской, Винницкой и Кировоградской областей^[2]. Остальные депортированные были мелкими группами расселены по районам РСФСР^[3].

Хозяйства спецпереселенцев были преобразованы в 28 колхозов. Этим колхозам в порядке долгосрочной ссуды на 8 лет (до 1945 года) были переданы жилые дома, школы, детские учреждения, больницы. Из-за экономической слабости хозяйства не могли вносить платежи и развиваться. По этой причине правительство Казахской ССР обращалось к руководству страны с просьбой, во-первых, продлить срок полного погашения ссуд на 10 лет; во-вторых, поскольку переселенцы не получили компенсации за своё жильё, снизить наполовину стоимость домов за государственный счёт^[3].

Властями отмечался целый ряд недостатков в обустройстве депортированных:

В 1939 году занятые во время польского похода РККА районы стали западными областями Белорусской (Вилейская, Барановичская, Белостокская, Брестская, Пинская), Украинской (Волынская, Дрогобычская, Ровенская, Станиславская, Львовская, Тернопольская) и Литовской ССР. В следующем году начались депортации поляков^[4].

Многочисленная националистически настроенная польская диаспора, расселённая вблизи границ страны, вызывала опасения советского руководства. Были депортированы в Сибирь осадники, которыми заселялись восточные районы Польши для закрепления польского присутствия^[4].

Другой категорией депортированных были беженцы, которые спасались от немецкой оккупации в Советском Союзе. Многие беженцы смогли взять с собой деньги, ценности, одежду, предметы быта, что облегчило им проживание на новом месте. В числе депортированных оказались также представители «социально чуждых» классов из числа белорусов, украинцев, евреев. Депортировали людей целыми семьями, тем самым подрывая возможность сопротивления социальным изменениям на вновь присоединённых территориях.

Депортация производилась в несколько этапов: 10 февраля, 13 апреля и 29 июня 1940 года, в мае-июне 1941 года. Каждый этап осуществлялся за один день. Депортируемым разрешалось взять до тонны имущества на семью, остальное сдавалось местным властям. На местах поселения выселенным должна была выдаваться компенсация. В Красноярском крае на 1940—1941 год находилось 15 538 осадников, живших в 48 спецпосёлках, и 1459 беженцев, размещённых в девяти спецпосёлках.

Местная власть была обязана предоставить жильё и работу, однако на местах это распоряжение центра не всегда выполнялось. Так, Красноярский крайисполком сообщал о неудовлетворительном размещении и хозяйственном устройстве переселенцев-осадников по предприятиям края, семьи размещались в общих бараках в условиях большой скученности, депортированные плохо обеспечивались даже продуктами питания первой необходимости, получали недостаточною медицинскую помощь, что вело к эпидемическим заболеваниям.

Постановлением СНК СССР от 10 апреля 1940 года № 497-178сс из Западной Украины и Белоруссии в Актюбинскую, Акмолинскую, Кустанайскую области, Павлодарскую, Северо-Казахстанскую и Семипалатинскую области было выселено 60 667 (по другим данным 61 092) поляков. Из этого числа 36 729 человек размещались в колхозах, 17 923 — в совхозах, 8000 — в рабочих поселках различных промышленных предприятий. 2036 поляков были размещены в четырёх спецпосёлках Сталинского, Шортандинского и Степняковского районов Акмолинской области и использовались на предприятиях золотодобывающей промышленности^[3].

Осенью 1941 года депортированные поляки были амнистированы с выдачей соответствующих справок, однако их реальное положение не изменилось. На территории СССР были созданы польские правительственные представительства (делегатуры). Они, совместно с сетью доверенных лиц посольства, должны были представлять интересы польского населения. Делегатуры также организовывали и распределяли благотворительную помощь Красного Креста, материальную и финансовую помощь польского правительства, направляли добровольцев в польскую армию.

Подобные представительства были созданы в Красноярске, Абакане, Минусинске, Черногорске, Усть-Абакане, Краснотуранске, Казачинском. Также в Красноярске и других крупных городах края была создана сеть складов, распределявших гуманитарную помощь от польского посольства.

Польскому посольству в первой половине 1942 года удалось открыть учреждения опеки и попечительства в Красноярском крае. Польские детские дома были созданы в Казачинском (Порожский детский дом), Минусинском (Маломинусинский детский дом) и Боградском районах (Болшеербинский детский дом). В 1943 году в Большеербинским детском доме было 150 детей, Маломинусинском — 171 ребёнок и в Порожском — 250 детей. По словам Болеслава Влодарчика, одного из воспитанников Порожского детского дома, основной контингент воспитанников составляли дети тяжело больных родителей, которые не могли их содержать, дети инвалидов, дети военнослужащих польской армии, дети занятых на сезонных работах в леспромхозах, колхозах, речном флоте. Весной 1946 года польские детские дома выехали на родину.

Польская делегатура содействовала созданию домов инвалидов в Абане и Агуле, школ в Черногорске, Бограде, Краснотуранске, Усть-Абакане, детских садов в Черногорске и Усть-Абакане. Там, где поляки работали на лесозаготовках, были открыты столовые: в Иннокентьевке, Козульке, Партизанском, Манском районах. В Минусинске была открыта аптека. В январе 1942 — марте 1943 годов польское посольство через местную торговую сеть снабжало местных поляков продуктами, хлебными и жировыми карточками, одеждой, обувью.

Согласно статистике НКВД, в Красноярском крае в начале 1943 года проживал 8471 взрослый поляк. В июне того же года в регионе их насчитывалось уже около 14 тыс., в том числе 4987 детей моложе 16 лет.

По данным генерального прокурора СССР А. Я. Вышинского, за период с ноября 1939 по июнь 1941 года были депортированы 389 382 поляка. 52 % (202,5 тыс.) из этого числа составляли женщины, а 12 % (46,7 тыс.) — дети. По пути движения и на местах в течение первого года умерли примерно 10 % от общего числа депортируемых (около 39 тыс. человек).

Одним из последствий депортации стало возникновение польской диаспоры в Казахстане.

14 ноября 1989 года была принята Декларация Верховного Совета СССР «О признании незаконными и преступными репрессивных актов против народов, подвергшихся насильственному переселению, и обеспечении их прав». 26 апреля 1991 года отдельный закон о реабилитации репрессированных народов был принят в РСФСР^[5]. 14 апреля 1993 года в Казахстане был также принят закон «О реабилитации жертв массовых политических репрессий».