Санкт-Петербургский буддийский храм

По свидетельству летописцев Санкт-Петербурга, первые буддисты на берегах Невы появились во времена строительства Петропавловской крепости, с которой начиналась новая столица России. Это были волжские калмыки (подданные Калмыцкого ханства, вошедшего в состав России в 1609 году), трудившиеся вместе с другими работными людьми над возведением каменных валов крепости после 1706 года. Жили они неподалёку, в Татарской слободе, расположенной за кронверком (в районе Большой Спасской улицы). О том, сколько их было и как долго они пробыли в Петербурге, сведений не сохранилось. В более поздних источниках XVIII — середины XIX веков, однако, нет упоминаний ни о калмыках, ни о каких-либо других представителях буддийской конфессии среди жителей российской столицы.

Буддийская община в Санкт-Петербурге стала складываться лишь в самом конце XIX столетия. Согласно переписи населения 1869 года, в городе проживал лишь один буддист, записавшийся разночинцем. В 1897 году насчитывалось уже 75 буддистов, а в 1910 году — 184 (163 мужчины и 21 женщина). В этническом отношении это были в основном забайкальские буряты и волжско-донские калмыки. Селились они, как правило, на Петербургской стороне (буряты) и в Литейных частях (калмыки).

В 1900 году представитель Далай-ламы XIII в России Агван Доржиев получил разрешение на строительство храма в Петербурге. Строительство храма началось после слов императора: «Буддисты России находятся под защитой двуглавого орла». 16 марта 1909 года Доржиев приобрёл на северной окраине города, в Старой Деревне, участок земли площадью 648,51 кв. саженей (2940 м²), уплатив за него 18 тысяч рублей, а также закупил часть необходимых строительных материалов.

Для научного руководства строительством был создан комитет учёных-востоковедов, куда вошли Б. Я. Владимирцов, В. В. Радлов, С. Ф. Ольденбург, Э. Э. Ухтомский, В. Л. Котвич, А. Д. Руднев, Ф. И. Щербатской, Н. К. Рерих, В. П. Шнейдер и др.

Архитектурный проект храма в соответствии с канонами тибетской архитектуры был разработан в 1909 году студентом Института гражданских инженеров Н. М. Березовским и архитектором Г. В. Барановским — автором проекта Елисеевского гастронома на Невском. Строительством руководили Г. В. Барановский и Р. А. Берзен (на заключительном этапе). Средства, необходимые на постройку, были пожертвованы самим Доржиевым (30 тыс. руб), Далай-ламой XIII (50 тыс. руб), ургинским Богдо-гэгэном VIII и собраны среди верующих в Бурятии и Калмыкии. Однако действительные расходы намного превысили указанную в смете сумму на 151 694 рубля.

Строительство продолжалось с 1909 по 1915 год. Первое буддистское служение состоялось 21 февраля 1913 года в честь 300-летия династии Романовых. Статуя Будды для вновь открытого храма была подарена королём Сиама Рамой VI^[1]. Освящение храма состоялось 10 августа 1915 года. Первым настоятелем (ширээтэ) стал сам лама Агван Лобсан Доржиев.

В архитектурном плане это один из самых дорогих буддийских храмов, построенных в Европе. В то время как в Бурятии возводились деревянные и кирпичные храмы, дацан в Петербурге построен из колотого гранита^[2][3].

Позолота, сочетание ярких красок, облицовка и сам архитектурный проект в целом потребовали значительных материальных вложений. Это монументальное произведение искусства знаменито также витражами, изготовленными известным художником Николаем Рерихом, изобразившим на них восемь благих буддийских символов.

Регулярные богослужения в дацане прекратились в конце 1916 года, а все монахи, служившие в нём, покинули Петроград, так как у дацана не было средств к существованию. После революции, в 1919 году, храм подвергся разграблению^[4], была уничтожена библиотека, бесследно исчезли собранные Доржиевым архивные документы, освещавшие взаимоотношения России, Англии, Тибета и Китая за последние 30 лет^[5].

В 1921 году Доржиев смог добиться возвращения буддийской общине храма^[6]. Религиозная политика советской власти в те годы предполагала поддержку религиозных организаций угнетённых восточных народов (мусульманских, буддистских и иных). В частности, именно при советской власти в 1920 году была достроена соборная мечеть в Петрограде (в конце 30-х закрыта, духовенство и застройщики репрессированы).

В 20-е годы в Дацане некоторое время проживал известный эстонский буддийский проповедник Карл (Вахиндра) Тыниссон (1873—1962).

В 1937 году НКВД арестовал немногочисленных монахов и лиц живших при храме (среди них — бурятские религиозные просветители и русские учёные-востоковеды). Поводом для ареста послужила борьба с японской разведывательной и диверсионной сетью^[7], активно действовавшей в России ещё со времён Русско-японской войны 1904—1905 годов и японской военной интервенции в советскую Россию 1918—1922 годов. Согласно доктрине «Большого террора» милитаристическая Япония (проводившая в то время агрессивную экспансионисткую политику «Великой восточноазиатской сферы сопроцветания») теперь развернула на территории СССР шпионскую сеть с целью подготовки к последующей оккупации советского Дальнего Востока и Сибири. Большую агентурную работу японцы вели среди своих единоверцев — буддистских народов СССР, японская агентура существовала также среди буддистского духовенства^[7]. В газете «Правда» писалось, что «…японская разведка выступает иногда в костюме религиозных проповедников, буддийских и иных священников. Японские агенты, основывая храмы и монастыри, создают хорошо замаскированные опорные пункты для организации шпионажа и диверсий»^[4]. Япония позиционировала себя как покровителя буддийских народов и чтобы привлечь на свою сторону советских буддистов, особенно монголов и бурятов, якобы предлагала образовать панмонгольское буддистское государство на территориях бывшего СССР и передать в нём власть Джебдзун-дамбе — традиционному светскому и духовному главе монголов. Желая привлечь буддистские народы на свою сторону японцы объявили Японию Шамбалой^[8]. Отсюда следовало, что буддистские монахи, недовольные советской властью, участвовали в распространении японской пропаганды и сотрудничали с японской разведкой и армией^[7]. По решению тройки НКВД арестованных в ленинградском дацане расстреливали, как «участников контрреволюционной шпионской организации» проводящей «активную шпионско-повстанческую работу». Среди расстрелянных был и известный монголист Базар Барадийн, впоследствии оправданный Решением Верховного суда СССР. 13 ноября в Бурятии арестовали 85-летнего Агвана Доржиева, а 29 января 1938 года основатель дацана Гунзэчойнэй после единственного допроса умер в тюремной больнице Улан-Удэ.

Имена репрессированных в этот период лам и востоковедов из числа проживавших или гостивших в Дацане (более трёх десятков) выбиты на двух памятных досках на стене здания.

После закрытия дацана, и находившейся в нём Монголо-тибетской миссии, здание передаётся во владение физкультурников. В 1939 году о нём упоминает Даниил Хармс в своей повести «Старуха» — персонаж произведения едет в пригородном поезде с Финляндского вокзала на станцию Лисий Нос и делится наблюдениями из окна: «Мы проезжаем Ланскую и Новую Деревню. Вон мелькает золотая верхушка Буддийской пагоды, а вон показалось море».

Во время Великой Отечественной войны в здании была установлена мощная военная радиостанция, причём её антенна располагалась на тросе аэростата заграждения, поднимавшим её высоко в воздух, и тем самым увеличивая дальность действия радиостанции^[9]. Она оставалась в здании до 1960-х годов и использовалась в качестве «глушилки». 9 июня 1960 года по ходатайству Ю. Н. Рериха и ряда других востоковедов, здание было передано Академии Наук на правах долгосрочной аренды. Впоследствии в здании бывшего дацана находились лаборатории Зоологического института АН СССР.

25 ноября 1968 года здание храма было объявлено памятником архитектуры местного значения.

В 1989 году, инициированные группой «подпольных буддистов» Ленинграда, (к процессу регистрации были подключены проживающие в Ленинграде буряты, их имена в знак уважения были проставлены первыми), при поддержке общественности и прессы (цикл телепередач 5 канала «Пятое колесо»), при поддержке известных востоковедов (А. Терентьев, А. Парибок, и др.) начались активные действия по регистрации в городе буддийской общины с последующей передачей ей Храма (Альманах «Гаруда» № 1, 1991 г.) для возрождения монашеской общины в его стенах, а также проведения учебных программ с участием опытных буддийских лам из зарубежья.

В 1990 году первую проповедь в Храме провёл Кушок Бакула Ринпоче. На встрече присутствовало около 200 человек.

9 июля 1990 года решением исполкома Ленгорсовета храм был передан Центральному духовному управлению буддистов СССР.

В 1991 году храм получил своё нынешнее название — Дацан Гунзэчойнэй, что является его тибетским именем, данным ему при освящении. Новым настоятелем (ширээтэ) был назначен лама-гелонг Данзан-Хайбзун Самаев. Три года спустя в главном алтаре храма был установлен новый бурхан Большого Будды Шакьямуни, изготовленный монгольскими мастерами в традиционном монгольском стиле — из папье-маше, с последующим покрытием фигуры сусальным золотом. Высокую нефритовую спинку трона Будды (мандорла) украшают изображения различных мифологических существ, образующие яркую цветовую гамму. Высота туловища Будды составляет два с половиной метра, а вместе с троном — около пяти.

Регистрация буддийской общины и возобновление службы в храме способствовали дальнейшему распространению буддизма в Санкт-Петербурге. Однако надо отметить, что в ранний период (90-е годы) отношения с иерархией гелуг в Индии не были восстановлены, монашеская община (гелонги) не была сформирована. Первое руководство Дацана занимало во многом традиционную для буддизма в СССР негативную позицию по отношению к местным буддистам-европейцам, иностранным буддологам, а так же и к тибетским ламам, вплоть до ограничения посещения ими Дацана. Реакцией на это было недовольство самых широких слоёв общественности, в дальнейшем такая противоречивая политика послужила поводом для фактически силового захвата Дацана в 1998 г. небольшой оккультной группой, состоящей в основном из жителей Калининграда, и удерживание ими храма на протяжении нескольких лет, с проживанием в нём, проведением загадочных ритуалов, а также коммерческого использования здания и прилегающей территории. В результате долгих судебных разбирательств, обвинений обеих сторон в самых разных нарушениях, и т. п., храм был вновь возвращён буддистам, с многочисленными долгами и утратами.

К началу 2000 года в городе насчитывалось уже не менее десятка буддийских групп, представляющих различные, в том числе и не тибетские, традиции. Отношения между ними и руководством Дацана стали нормализовываться.

В дацан приезжают тибетские и западные учителя, читают лекции по буддийской философии, дают специальные учения и посвящения мирянам, проводят медитационные ретриты, которые, по вероучению буддистов, служат практикой для накопления благих заслуг и способом самопознания. К 2007 году в храме постоянно проживала группа из десяти лам, получивших религиозное образование в Иволгинском буддийском институте Даши Чойнхорлин. Монахи регулярно совершают молебны за благополучие живых и за лучшее перерождение усопших. Кроме того, в общине ведут приём астрологи и врачи-тибетологи (эмчи-ламы) — специалисты в области традиционной тибетской медицины, также в храме проводятся экскурсии и читаются лекции по философии и истории буддизма.

К 110-летию освящения храма в 2025—2026 годах был приурочен масштабный выставочный цикл, организованный ведущими музеями Санкт-Петербурга. Программа стала продолжением традиции, заложенной к 100-летнему юбилею дацана в 2015 году, когда в Эрмитаже прошла выставка «Обитель милосердия. Искусство тибетского буддизма»^[1].

Центральным событием 2025 года стала выставка «„Драгоценность в лотосе“: искусство тибетского буддизма» в Государственном Эрмитаже (25 октября 2025 — 2 марта 2026). Экспозиция представила более 500 памятников, включая бронзовую скульптуру, тибетскую живопись (танка), ксилографические доски и ритуальные предметы. Значительная часть выставки была посвящена истории строительства дацана и личности Агвана Доржиева^[2].

Российский этнографический музей представил проект «Источник Святого Учения» (10 июля 2025 — 29 марта 2026), где было собрано около 250 экспонатов из нескольких музейных и архивных собраний. Впервые в едином пространстве были показаны редкие артефакты, связанные с историей храма, в том числе дары XIII Далай-ламы императорской семье Романовых, и предметы из коллекции самого дацана^[3][10].

Государственный музей истории религии организовал две выставки. Первая, «Архитектура духовного: от мандалы к строительным лесам» (30 июня — 23 августа 2025), была посвящена как истории петербургского дацана, так и современному проекту строительства его копии в Лумбини (Непал). В рамках выставки ламы дацана впервые в Петербурге возвели и ритуально разрушили песочную мандалу божества Ваджрасаттвы^[11]. Вторая выставка, «Осор Будаев: лама, художник, собиратель» (6 марта 2025 — 27 января 2026), представила отреставрированную танку «Архат Бакула» работы Осора Будаева — художника, участвовавшего в оформлении дацана в 1910-х годах и репрессированного в 1937 году^[6].