Текстовое время

Активный интерес языковедов к вопросу актуализации категории времени возник в начале XX века, хотя исследователи в основном занимались разработкой проблемы грамматической категории времени. Первые исследования, посвящённые репрезентации категории времени на текстовом уровне, появились в 1920-е годы. К ним относятся статьи М. Л. Петровского, В. В. Виноградова и других. Через несколько десятилетий появились такие работы, как «Формы времени и хронотопа в романе» (конец 1930-х годов) М. М. Бахтина, «Время как воображение поэта» (1939) Э. Штайгера^[2], «Значение времени в искусстве повествования» Г. Мюллера^[3], «Время в литературе» Г. Мейергоффа^[4] и др. Интерес к проблеме текстового времени значительно увеличился в 1970—1980-е годы в связи с активным развитием лингвистики текста. Позже проблема текстового времени получила широкое освещение в работах Э. Бенвениста, У. Л. Чейфа, Ж. Женетта и др.).^[5]

Текст имеет двоякие соотношения с осью времени: он отражает определённый фрагмент действительности, вписанный в общую хронологию мира, но и сам текст развёртывается линейно, как время — существует момент его начала и темпоральной протяжённости^[1].

Категория времени структурируется на основе ряда противоположения на темпоральной оси. Время — категория, для которой важно направление, движение из определённой исходной точки — некоторый условный пункт, векторный нуль, в опоре на который выстраивается вся темпоральная перспектива текста. Она может принадлежать как объективному, так и субъективному времени^[7]. При этом автор текста может как находиться в этой точке («я сейчас» или «я тогда»), так и быть отстранён от неё («он/они сейчас/тогда»)^[1].

Текстовым показателем изменения темпоральной точки зрения служат фразовые указатели перехода к новому состоянию сознания (например, «Вспоминается, как…»; «Если заглянуть в будущее, то…» и т. д.). Выражение категории текстового времени осуществляется с помощью лексических единиц, которые обозначают моменты и отрезки времени, а также темпоральные отношения (время, год, вчера, в прошлом году, раньше, позже, всегда, после обеда). Лексические сигналы времени могут быть полнозначными конкретными номинациями — номинаторами, то есть абсолютными временными операторами, которые фиксируют и характеризуют темпоральные факты (неделя, секунда, 1991-й год, летом), а также корреляторами — относительными операторами, которые концентрируют внимание на релятивной стороне времени, отношениях предшествования и следования (когда-то, несколько недель спустя, до того). Текстовое время может быть представлено в виде функционально-семантического поля (время — лексицентрическая категория), состав ядра и периферии которого варьирует в зависимости от воплощаемого типа времени, что связано с функционально-стилевой и жанровой определённостью текста. На темпоральном основании — восприятии и оставлении действительности в её последовательно-временных связях — основано повествование как тип изложения.

Н. А. Николина выделяла следующие языковые средства, которые отражают категорию времени:

Грамматическое время глагола текстового значения чаще всего не имеет. Данная категория семантизована только в разговорной речи, поскольку здесь настоящее время указывает на время протекания речи, а прошедшее и будущее время — на соответствующие сферы реального времени. В других стилях с помощью глагольно-грамматического времени осуществляется деление текста на фрагменты и устанавливается связь этих фрагментов — осуществляется внутритекстовое упорядочивание информации. Каждый функциональный стиль отличается особой темпоральной организацией текста. Научный текст обычно основан на концептуальном времени, официально-деловой — на конкретно-реальном или обобщенно-реальном времени, публицистический текст, основываясь на объективном времени, одновременно создаёт социальный образ времени, а художественное произведение литература — психологический образ эпохи^[1].

Опираясь на философскую интерпретацию времени, его деление на реальное (однонаправленное, непрерывное, необратимое) и перцептуальное (время в его субъективном восприятии: ускорение и замедление времени, неоднонаправленность, дискретность и т. д.), применительно к тексту можно говорить об объективном (диктумном) и субъективном (модусном) времени. Диктумное время — адекватно отраженное в тексте реальное время, когда события текста зависят от реальных моментов, периодов, процессов в жизни личности. В объективном времени отражаются разновидности реального времени: эмпирическое, историческое, календарное время. Если время отражается только на уровне концептов и концепций (идеальных сущностей, выведенных на базе анализа реальности), возникает особая разновидность объективного времени — концептуальное время, которое отличается условной точкой отсчета, статичностью и различной соотнесенностью с внетекстовой действительностью^[1].

О субъективном текстовом времени говорят, если степень субъективного содержания при передаче темпорального смысла так велика, что модель объективного времени претерпевает существенные изменения в сознании личности. Наибольшая степень субъективности связана с типами речи, которые предполагают проявление индивидуального начала. Индивидуальное время — конкретная реализация субъективного времени в пределах данного темпорального типа. Если индивидуум — творческая личность, которая решает эстетическую задачу, возникает художественное время, которое не просто устанавливает связь содержания с осью времени, но и создаёт сам образ времени. Наиболее существенными субкатегориями художественного времени являются дихотомические пары время авторское — время сюжетное и время переживаемое — время фоновое. Художественное время может сближаться с объективным, в том числе с концептуальным, отталкиваясь от него^[1].