Сражение при Гуммельсгофе

Столкновения на границах расположения двух армий — русской и шведской — продолжались, но не принимали больших размеров в течение полугода после битвы при Эрестфере. Пётр I планировал в летнюю кампанию 1702 года начать наступление в Приневье с востока. Возобновлению наступления против Швеции благоприятствовала внешнеполитическая обстановка. Главные европейские державы начали Войну за испанское наследство и, следовательно, им было не до войны в Северной Европе. Карл XII пошёл на Варшаву, шведская армия увязла в Польше и не могла при необходимости быстро перебросить достаточные силы для обороны Ингрии и Эстляндии. Пётр I решил, что настало время обеспечить левый фланг своего наступления на Неву, разгромив оставшийся без подкреплений шведский корпус Шлиппенбаха. Б. П. Шереметев получил царские указания, — перейти в наступление.

Во время пребывания армии генерал-фельдмаршала Бориса Петровича Шереметева в Пскове, на военном совете, с целью приучения вновь набранных войск к походам и боям было принято решение: «Идти с конным и пехотными полками в Свейскую землю для поиску и промыслу над неприятелем, куда военный случай позовёт, сухим и плавным путём».

Согласно Русскому биографическому словарю,

12 (23) июля 1702 год Б. П. Шереметев выступил из Пскова с отрядом в 17,5 тысяч человек при 24 орудиях, а 14 (25) июля генерал-майор Андрей Андреевич Гулиц отплыл на судах с 6300 человек при 8 орудиях. 21 июля (1 августа) близ устья реки Эмбах (Омовжи) этот отряд на карбасах имел бой с 4 шведскими судами командора Лешерна на Чудском озере (Е. В. Тарле называет его имя иначе — Летерн фон Герцфельд^[7]). Русскими была взята на абордаж 12-пушечная шведская яхта «Виват».

Б. П. Шереметев отправился через Нейгаузен (в 60 верстах от Пскова), где оставил полковые обозы, взяв запасы всего на 8 дней. Отсюда он направился на Керепецкую мызу и Кенецкий кабак, где узнал от пленного шведского рейтара, что в мызе Санге расположился В. А. Шлиппенбах^[8] с 9000 пехоты и конницы при 16 орудиях. Шереметев повернул к мызе, но Шлиппенбах отвёл войска к мызе Платор.

Фельдмаршал преследовал его, но шведы бежали за реку Эмбах, разрушив мосты, чем приостановили преследователей.

Леер и Шëгрен пишут, что шведская армия насчитывала 6 тысяч человек^[6][2]. Однако, согласно источникам, войско под командованием В. А. Шлиппенбаха состояло из 7 тысяч человек^[4][5][3] при 17 орудиях^[3].

Состав шведских войск: Лифляндский вербованный пехотный полк; Эстляндский вербованный пехотный полк; Карельский кавалерийский полк; Або-Бьернеборгский кавалерийский полк; Уппландский сословный драгунский полк; Лифляндский вербованный батальон Ливена; Лифляндский вербованный батальон Стакельберга; Эстляндский вербованный батальон; Лифляндский ландмилицейский батальон; Эстляндский адельсфан; Лифляндский адельсфан; Шведско-Финляндский адельсфан; Эзельский ланддрагунский эскадрон; Лифляндский вербованный драгунский эскадрон Будденброка; Карельский ланддрагунский эскадрон; Лифляндский вербованный драгунский эскадрон д' Альбедиля. Всего: 6 200 человек при 17 орудиях^[9].

Беспалов, опираясь на эстонского исследователя Паали, приводит наиболее подробные цифры: 5 тысяч кавалеристов, 1700 пехотинцев и 500—600 человек ландмилиции, а также 300—500 волонтëров^[1]. Артиллерия насчитывала 17 орудий^[2].

Точная численность русских войск неизвестна и сильно отличается в различных источниках. Но многие сходятся на том, что шведские войска значительно численно уступали противнику.

«А по роспросным речам вышепомянутого взятого маеора (Фон Розена) при нем генерале Шлипимбахе войска 13700 ч. конницы и пехоты»^[10].

В Русской армией, которой командовал Б. П. Шереметев, по разным данным, в русском войске было 16—17^[4], 18—19^[2], 25^[3] или 30 тысяч человек^[6][5] при 32 орудиях^[3].

Состав русских войск: солдатские полки — Лима, Мевса, Айгустова, Николая Балка, Англера, фон Дельдена, фон Швейдена, Федора Балка и Рыдера; стрелецкий полк Василия Полибина; драгунские полки: Кропотова, Вадбольского, Зыбина, Мещерского, Боура, фон Вердена, Волконского, Игнатьева и Полуэктова; 3 рейтарских полка; гусары; копейщики: 3 000 казаков, татар и калмыков. Всего: 30 000 человек при 26 орудиях^[9].

«И июля во 12-м числе господин генерал-фелтьмаршал и кавалер, по совокуплении с пехотными полками, пошел в надлежащий свой путь. Швецкою землею, ополчась по военному обычаю, и шли впреди его, господина генерала-фелтьмаршала: в ертауле господин Назимов с Московскими и с городовыми дворяны^[11], Мурзенок с полком^[12], Донской атаман с казаками, драгунские полки: Кропотов^[13], Вадбалской^[14], Зыбин^[15], Мещерской^[16][17], калмыки, двор генерала-фелтьмаршала, за ними: отъютанты, выборныя роты и гусары, драгунские полки: Боур^[18], Фан Вердин^[19], Волконской^[20], Игнатьев^[21], Полуехтов^[22], солдацкиe: Лим^[23], Айгустов^[24], Николай Балк^[25], Англер^[26][27], Фан Делдин^[28], Фон Швейден^[29], Фёдор Балк,^[30], Рыддер^[31], роты Московския, 2 роты рейтарских, рота казаков»^[10].

Согласно Русскому биографическому словарю,

«17-го числа он, господин генерал-фелтьмаршал и кавалер, посоветовав с полковники… для промыслу, на оного неприятеля к той мызе пошли с вышеписанными полками купно, и ертаул наш с неприятелскими людми сошелся в мызе Визали, которая на самой жестокой переправе, так что было и конницею переехать невозможно, где был их неприятелской маеор с шквардоном рейтар; и ертаулные наши чрез тое переправу противо неприятелского самого жестокого огня к ним перебралися,… оных побили и взяли в полон: командира их, вышеписанного маеора Фон Розена, порутчика 1 ч., капрала 1 ч., рейтар 26 ч. А потом господин генерал-федтьмаршал и кавалер со всеми своими полками пошел к корпусу генерала Шлипембаха в Сангу мызу»^[10].

Дав отдых войскам, Б. П. Шереметев 18 (29) июля выслал в разведку полки Семёна Кропотова, Никиты Полуэктова и князя В. Вадбольского, а также иррегулярную конницу калмыков, татар и казаков. Отряд этот, подойдя к реке Эмбах (Амовжа), сбил неприятельские караулы, построил мост и настиг неприятеля в 15 верстах от реки у мызы Гуммельсгоф.

Согласно Русскому биографическому словарю,

Пришедшие на подкрепление драгунские полки Баура и Вердена не смогли оттеснить шведов, но когда прибыла пехота Шереметева (полки Лима, Айгустова и фон Дельдина), завязался упорный бой. Подошедшие свежие русские батальоны начали обходить шведов с флангов.

Согласно Русскому биографическому словарю,

В ходе жестокого шестичасового боя неприятель был наголову разбит. Оставив пехоту и артиллерию, Шлиппенбах с кавалерией бросился к Пернову, где, преследуемый драгунами, едва избежал плена^[32].

По данным, которые приводит историк Керсновский, шведские войска лишились 5500 убитыми, 300 пленными, 16 знамëн, 14 орудий^[5]. Леер сообщает, что было найдено до 5500 шведских трупов (при этом численность шведского войска Леер оценивает в 6 тысяч человек!^[6]), русские взяли всю артиллерию и все знамёна^[6]. Но современные оценки российских историков дают иные данные о шведских потерях. По оценке П. А. Кротова, потери Шлиппенбаха составили павшими и пленными 3500—3700 чел., причём в это число условно включается неизвестное число дезертиров, разбежавшихся по домам^[33]. По сведениям Артамонова, шведы потеряли 3500-3700 чел. убитыми и ранеными, 328 пленными и бросили 6 пушек^[4]. В. А. Красиков оценил, что шведские потери убитыми и разбежавшимися составили свыше 2400 солдат, было потеряно 17 орудий (при этом Красиков также считает, что Шлиппенбах всего располагал 17 орудиями, т.е. по его данным была потеряна вся артиллерия), 16 знамён^[3].

Беспалов, как и в случае с численностью, приводят наиболее полные данные, ссылаясь на Паали. Из 5 тысяч кавалеристов уцелело 3 тысячи, из 1700 пехотинцев 300, а из 500—600 ландмилицонеров 150 человек.Таким образом, собрано было 2/3 кавалерии, 1/5 пехоты и 1/4 ландмилиции. Волонтёры разбежались все. Сам Шлиппенбах оценил свои потери в 840 убитыми и столько же пленными. В общей сложности убитыми шведская убыль составила 2400 человек, дезертирами 1200 и 315 пленными, а также 16 орудий и столько же знамён. Шведский историк О. Шëгрен считает, что на поле боя осталось лежать до 2 тысяч шведских бойцов^[2][1].

Потери составили: шведов — 2 400 убитых, 1 200 дезертиров, 315 пленных, 16 орудий, 16 знамён; русских — 1 000 убитых и раненых^[9].

Согласно Военно-походного журнала генерал-фельдмаршала Б. П. Шереметева,

Керсновский сообщает, что русские войска потеряли 400 человек убитыми и 800 ранеными^[5]. Красиков даёт близкую оценку — 411 убито и 800 ранено^[3]. Леер оценил русские потери так: до 400 человек убитыми и несколько сотен ранеными^[6]. Потери Шереметева, по данным Палли, которые также использует Артамонов, составляли 1-1,5 тыс. чел., из них убитыми около 400 чел^[2][4]. В бою погибли командир драгунского полка полковник Н. И. Полуэктов и командир Лефортовского полка полковник Ю. С. Лим.

После этой битвы Б. П. Шереметев беспрепятственно прошёл всю южную Лифляндию, забирая запасы продовольствия, разрушая укрепления, захватывая пленных.