Сонеты Уильяма Шекспира (ЕГЭ-ОГЭ)

Весь цикл сонетов распадается на отдельные тематические группы^[1]:

• Сонеты, посвящённые другу: 1—126
  • Воспевание друга: 1—26
  • Испытания дружбы: 27—99
    • Горечь разлуки: 27—32
    • Первое разочарование в друге: 33—42
    • Тоска и опасения: 43—55
    • Растущее отчуждение и меланхолия: 56—75
    • Соперничество и ревность к другим поэтам: 76—96
    • «Зима» разлуки: 97—99
  • Торжество возобновлённой дружбы: 100—126
• Сонеты, посвящённые смуглой возлюбленной: 127—152
• Заключение — радость и красота любви: 153—154

Бо́льшая часть сонетов Шекспира написана ориентировочно в 1592—1599 годах, в целом же они, видимо, писались с 1592 года по 1608 год. Примерно в те годы, когда появился основной корпус этих стихотворений, в Англии под влиянием знакомства с итальянской и французской литературами царствовала мода на сонет (в 1592—1596 годах), отдельные её «всплески» наблюдались и позднее. Возможно, что некоторые стихотворения — особенно те, которые метрически являются «неправильными», — написаны ранее 1591 года. Так, шекспировед Эндрю Герр считает, в частности, что сонет 145, написанный четырёхстопным вместо пятистопного ямба, был создан Шекспиром летом 1582 года и обращён к будущей жене поэта Энн Хэтэуэй.

В 1598 году вышла книга Фрэнсиса Миреса «Palladis Tamia, или Сокровищница ума», в которой упоминается, что Шекспир — автор «сладостных сонетов, известных его личным друзьям».

Два сонета, сонеты 138 и 144, появились в печати в 1599 году (возможно, первое издание относится к 1598 году) в «пиратском» сборнике-антологии «Страстный пилигрим», который издатель Уильям Джаггард ложно приписал Шекспиру. На самом деле только пять стихотворений оттуда считаются безусловно шекспировскими.

Впервые сонеты Шекспира были полностью напечатаны в 1609 году — очевидно, без ведома и разрешения автора. Это стало их единственным прижизненным изданием. В книге наличествовало посвящение таинственному W. H. (загадка этого посвящения так и не разгадана). С середины XVII века сонеты практически игнорировали, и только с началом XIX века пренебрежение к сонетам заменяется восторженным отношением.

Несмотря на бесчисленные исследования, сонеты Шекспира продолжают в значительной степени оставаться загадкой. Ранее многие считали, что всё в них является автобиографическим, но затем исследователи увидели в них литературное упражнение в модном стиле. Эти произведения — очень рассудочно отточенные и условные, придворно-галантные. Тем более что если читать сонет за сонетом, то становится явным наличие глобальной задумки: они составляют ряд групп, и в пределах этих групп один сонет как бы является продолжением другого. Сравнительное сопоставление сонетов Шекспира с сонетами других английских сонетистов показало, что множество мотивов, поэтических мыслей и сравнений Шекспир с лёгкостью заимствовал у своих предшественников, так же как он заимствовал сюжеты пьес у других авторов. Как и в драмах, он значительно углубил содержание своих заимствований и придал им блеск.

Однако нельзя отрицать, что некоторые подробности всё же автобиографичны.

Первые 26 сонетов убеждают какого-то молодого, знатного и очень красивого юношу жениться, чтобы его красота не пропала и продолжала жить в его детях, — так он спасётся от «косы Времени». Это своеобразное введение в книгу, которое могло писаться по заказу и, возможно, ещё до того, как возникло личное дружеское отношение поэта к этому человеку. Далее ряд сонетов прославляет высокопоставленного юношу за то, что он оказывает поэту просвещённое покровительство, в другой группе сонетов идут горькие сетования на то, что другие поэты завладели вниманием высокого патрона. Поэт жалуется на свою судьбу, в которой дружба с данным аристократом является единственным утешением. В отсутствие поэта покровитель покорил его возлюбленную, но стихотворец ему это прощает. С сонета 100 атмосфера становится более тревожной, сумрачной, и обращение к знатному юноше заканчивается в 126-м сонете.

После этого в стихах начинает фигурировать смуглая дама с чёрными как смоль волосами и чёрными глазами, которая изменила поэту и завлекла его друга. Изменившийся тип красоты противопоставлен здесь традиции, восходящей к небесной любви Франческо Петрарки к его ангельски-белокурой донне. Любовь Шекспира — земная, неидеальная женщина. Она открыта всему несовершенству мира и его страданию, которое готова принять на себя.

Последние же сонеты, 153 и 154, стоят отдельно; по мнению ряда комментаторов, они воспевают целебные источники Бата.

Герой «мужских» сонетов — видимо, реальное лицо. Шекспир весьма определённо прославляет своего молодого и знатного покровителя и мецената. В качестве такого лица назывались разные исторические персонажи, например 3-й граф Пембрук, но в то время, когда возникли первые шекспировские сонеты, у драматурга был один только покровитель — 3-й граф Саутгемптон, и всё, что говорится о нём в сонетах, вполне совпадает с его биографическими данными. Шекспир говорит о своём покровителе в нежно-восторженном тоне, но это вызвано особенностями манеры сонетного жанра того времени. Кроме того, автор считал дружбу самым высоким и прекрасным чувством.

Что касается «смуглой леди» («смуглой дамы»), то сначала многие полагали, будто в сонетах воспевается возлюбленная Шекспира — или даже королева Елизавета I. Сейчас также идут поиски прототипа этой дамы. Но, возможно, «смуглая леди» взята Шекспиром из сонетов поэта Филиппа Сидни, который, в свою очередь, заимствовал её у французских и итальянских сонетистов.

Таким образом, в сонетах Шекспира — три героя: поэт, его друг и «смуглая дама». Иногда в стихотворном тексте проглядывает и четвёртое действующее лицо — поэт-соперник.

Поэт, он же лирический герой Шекспира, — это образ, благодаря которому объединены абсолютно все сонеты. Лирический герой откровенно исповедуется перед нами, испытывает глубокие пылкие чувства, но он не только чувствующий, но и мыслящий, ломающий устоявшиеся шаблоны ради утверждения жизненной правды. В конечном итоге в сонетах Шекспира раскрываются духовное богатство и красота человека Ренессанса, величие и тра­гизм его существования. В частности, этому посвящён 146-й сонет, где в качестве исключения Шекспир обращается к собственной душе. В сонете воспе­вается человек (это и есть наш лирический герой), который благодаря своим духовным поискам и неустанному творческому горению способен обрести бессмертие.