Поведенческий анализ развития ребёнка
Поведенческий анализ развития ребёнка берёт своё начало в бихевиоризме Джона Б. Уотсона[1][2].
История
В 1948 году Сидни Бижу занял должность доцента психологии в Вашингтонском университете и стал директором Института развития ребёнка при университете. Под его руководством в институте появилась клиника детского развития и классы детского сада, где проводились исследования, которые впоследствии вылились в область, получившую название «Поведенческий анализ детского развития»[3]. Поведенческий подход Скиннера и межповеденческий подход Кантора были приняты в модели Бижу и Баера. Они создали трёхступенчатую модель развития (например, базовую, основополагающую и социальную). Бижу и Баер рассматривали эти социально обусловленные стадии в противовес организации поведения по точкам изменения или «кустам» (behavioral cusp)[4]. В поведенческой модели развитие рассматривается как изменение поведения. Оно зависит от вида стимула, а также от поведенческих и обучающих функций человека[5]. Анализ поведения в развитии ребёнка использует механистический, контекстуальный и прагматический подход[6][7].
С самого начала своего существования поведенческая модель фокусировалась на предсказании и контроле процесса развития[8][9]. Модель фокусируется на анализе поведения, а затем синтезирует действия для поддержки первоначального поведения[10]. Модель была изменена после того, как Ричард Дж. Херрнштейн изучил закон соответствия поведения выбору, разработанный при изучении подкрепления в естественной среде. В последнее время модель больше фокусируется на поведении с течением времени и на том, как поведенческие реакции становятся повторяющимися[11], также изучает то, как поведение отбирается с течением времени и формируется в стабильные модели реагирования[12][13]. Подробную историю этой модели написала Марта Пелаэс[14]. В 1995 году Генри Д. Шлингер-младший представил первый со времён Бижу и Баера текст по анализу поведения, в котором всесторонне показал, как анализ поведения — естественнонаучный подход к человеческому поведению — может быть использован для понимания существующих исследований в области детского развития[9]. Кроме того, количественная модель развития поведения, разработанная Коммонсом и Миллером, является первой поведенческой теорией и исследованием для рассмотрения понятия, аналогичного этапу или стадии развития[15].
Методы исследования
Методы, используемые для анализа поведения в процессе развития ребёнка, основаны на нескольких типах измерений. Исследование по одному предмету с последующим лонгитюдным исследованием — это широко используемый подход. Текущие исследования сосредоточены на интеграции тематических проектов с помощью мета-анализа для определения масштабов влияния поведенческих факторов на развитие. Последовательный анализ стал популярным для отслеживания потока поведения во время наблюдений. Всё чаще используются групповые модели. Исследования по построению моделей включают латентное моделирование роста для определения траекторий развития и моделирование структурных уравнений. В настоящее время широко используется анализ Rasch для демонстрации последовательности в рамках траектории развития.
Методологическое изменение в теории поведенческого анализа заключается в том, что использование методов наблюдения в сочетании с Lag sequential analysis (это статистический метод, который используется для изучения последовательных отношений между поведением, он позволяет исследовать вероятность и статистическую значимость того, что одно поведение происходит после другого[16]) позволяет определить подкрепление в естественной обстановке[17].
Модель иерархической сложности — это количественная аналитическая теория развития. Эта модель предлагает объяснение того, почему определённые задачи осваиваются раньше, чем другие, через последовательность развития и даёт объяснение биологическим, культурным, организационным и индивидуальным принципам производительности[18]. Она определяет порядок иерархической сложности задачи на основе явных и математических измерений поведения.
Исследование
Бихевиористская модель привязанности признаёт роль неопределённости в младенчестве и ограниченность коммуникативных способностей ребёнка. Условные отношения играют важную роль в поведенческой аналитической теории, поскольку большое внимание уделяется тем действиям, которые вызывают реакции родителей[19][20][21].
Важность непредвиденных обстоятельств подчёркивается и в других теориях развития[22], но поведенческая модель признаёт, что случай должен определяться двумя факторами[23]: эффективность действия и его эффективность по сравнению с другими задачами, которые младенец мог бы выполнить в этот момент. И младенцы, и взрослые функционируют в своём окружении, понимая эти условные отношения. Исследования показали, что условные отношения приводят к эмоционально удовлетворительным отношениям[24].
С 1961 года поведенческие исследования показали, что существует взаимосвязь между реакцией родителей на разлуку с младенцем и результатами «ситуации с незнакомцем»[25]. В исследовании, проведённом в 2000 году, шесть младенцев участвовали в классическом реверсивном дизайне (односубъектное исследование), в котором оценивалась скорость приближения младенца к незнакомцу. Если внимание было направлено на избегание незнакомца, младенец его избегал. Если внимание было направлено на приближение младенца, то младенец приближался к незнакомцу[26].
Мета-аналитические исследования этой модели привязанности, основанной на условности, выявили умеренное влияние условности на привязанность, которое увеличивалось, когда учитывалось качество подкрепления[27]. Другие исследования, посвящённые непредвиденным обстоятельствам, подчёркивают их влияние на развитие как просоциального, так и антисоциального поведения[19][28][29][30]. Эти эффекты также можно усилить, обучая родителей более внимательно относиться к поведению детей[31]. Мета-аналитические исследования поддерживают идею о том, что привязанность — это оперантное обучение[32].
На чувствительность младенца к непредвиденным обстоятельствам могут влиять биологические факторы и изменения в окружающей среде. Исследования показывают, что попадание в нестабильную среду с малым количеством условий может вызвать у ребёнка проблемы с поведением и привести к депрессии[33][34]. Исследования продолжают изучать влияние привязанности, основанной на обучении, на моральное развитие.
С тех пор как Уотсон разработал теорию бихевиоризма, поведенческие аналитики считают, что развитие моторики представляет собой процесс обусловливания. Согласно этой теории, ползание, лазание и ходьба, демонстрируемые младенцами, представляют собой обусловливание биологически врождённых рефлексов. В данном случае рефлекс шагания является респондентным поведением, а эти рефлексы обусловлены окружающей средой через опыт и практику. Эта позиция была подвергнута критике теоретиками взросления. Они считали, что рефлекс шагания у младенцев фактически исчезает со временем и не является «непрерывным». Работая с несколько иной теоретической моделью, но по-прежнему используя оперантное обусловливание, Эстер Телен смогла показать, что шаговый рефлекс у детей исчезает в зависимости от увеличения физического веса. Однако, когда младенцев помещали в воду, тот же самый шаговый рефлекс возвращался[35][36]. Это позволило создать модель преемственности шагового рефлекса и модели прогрессивной стимуляции для поведенческих аналитиков.
У младенцев, лишённых физической стимуляции или возможности реагировать, наблюдалась задержка моторного развития[37][38]. В условиях дополнительной стимуляции двигательное поведение этих детей быстро улучшалось[39]. Некоторые исследования показали, что использование беговой дорожки может быть полезно для детей с задержкой моторного развития, включая синдром Дауна и церебральный паралич[40][41][42][43].
Модель поведенческого развития двигательной активности позволила разработать ряд методик, включая биологическую обратную связь, основанную на операнте, для успешного содействия развитию. Некоторые из методов стимуляции, такие как биологическая обратная связь на основе оперантного метода, успешно применяются для лечения детей с церебральным параличом и даже спинальными травмами[44][45][46][47]. Группа Брукера продемонстрировала, что специальные процедуры биологической обратной связи, основанные на оперантном обусловливании, могут быть эффективны для использования оставшихся и выживших клеток центральной нервной системы после травм или родовых осложнений (например, церебрального паралича)[48][49]. Хотя такие методы не являются лекарством, а результаты, как правило, находятся в умеренном диапазоне, они демонстрируют способность улучшать функционирование организма[50].
Бихевиористы изучают вербальное поведение с 1920-х годов[51][52][53]. Э. А. Эспер (1920) изучал ассоциативные модели языка[54], которые превратились в современные языковые интервенции матричного обучения и рекомбинационного обобщения[55][56], Скиннер (1957) создал всеобъемлющую таксономию языка для говорящих. Баер вместе с Зеттлом и Хейнсом (1989) представили развивающий анализ поведения, управляемого правилами, для слушающих[57]. Зеттл и Хейс (1989) вместе с Доном Баером проводили анализ развития поведения, управляемого правилами[58]. По мнению Скиннера, изучение языка зависит от переменных окружающей среды, которыми ребёнок может овладеть благодаря подражанию, практике и избирательному подкреплению, включая автоматическое подкрепление.
Б. Ф. Скиннер был одним из первых психологов, принявших роль подражания в вербальном поведении как серьёзный механизм приобретения[57]. Он определил эхолалию как один из основных вербальных оперантов, предположив, что вербальное поведение усваивается младенцем из вербального сообщества. Скиннер выводит такое поведение за рамки внутриличностного процесса и переводит его в межличностный процесс. Он определил вербальное поведение как «поведение, подкрепляемое при посредничестве других»[59]. Ноам Чомски опроверг предположения Скиннера[60].
В поведенческой модели ребёнок готов вступить в контакт с непредвиденными обстоятельствами, чтобы «присоединиться» к слушающему и говорящему[61]. В основе вербальных эпизодов лежит чередование ролей говорящего и слушающего[62][63]. Такие обмены называются разговорными единицами[64] и стали предметом исследований на кафедре коммуникативных расстройств Колумбийского университета.
Разговорные единицы — это показатель социализации, поскольку они состоят из вербальных взаимодействий, в которых обмен подкрепляется как говорящим, так и слушающим[65]. Х. К. Чу (1998) в двух отдельных экспериментах продемонстрировал контекстные условия для возникновения и расширения разговорных единиц между детьми с аутизмом и братьями и сёстрами, не страдающими нарушениями. Приобретение разговорных единиц и расширение вербального поведения уменьшили случаи физической «агрессии», согласно исследованию Чу[66], и некоторые другие обзоры свидетельствуют о схожих эффектах[67][68][69]. Объединение слушателя и говорящего развивается из ротации слушателя и говорящего с другими людьми, что, вероятно, создаёт прецедент для трёх основных компонентов: «говорящий сам по себе», «говорящий сам с собой» и «называющие»[70].
Роберт Кохеленберг и Мэвис Цай (1991) создали модель анализа поведения, учитывающую развитие «самости» человека[71]. Их модель предполагает, что вербальные процессы могут быть использованы для формирования стабильного ощущения того, кто мы есть, через поведенческие процессы, такие как контроль стимулов. Коленберг и Цай разработали функционально-аналитическую психотерапию для лечения психопатологических расстройств, возникающих из-за частых опровержений того, что говорит ребёнок, в результате чего «Я» не проявляется. Существуют и другие модели анализа поведения при расстройствах личности[72]. Они прослеживают сложное взаимодействие биологии и окружающей среды в развитии избегающего и пограничного расстройств личности. В центре их внимания — теория чувствительности к подкреплению, утверждающая, что некоторые люди более или менее чувствительны к подкреплению, чем другие. Нельсон-Грей считает, что классы проблемных реакций поддерживаются с помощью подкрепляющих последствий или посредством управления правилами.
За последние несколько десятилетий исследования подтвердили идею о том, что условное использование подкрепления и наказания в течение длительных периодов времени приводит к развитию как просоциального, так и антисоциального поведения[73][74][75]. Однако исследования показали, что подкрепление более эффективно, чем наказание, при обучении ребёнка правильному поведению. Вознаграждение также тщательно изучалось в связи с развитием социального поведения у детей. При формировании самоконтроля, эмпатии и сотрудничества вознаграждение выступает в качестве успешной тактики, а обмен опытом тесно связан с подкреплением[76][77][78][79].
Развитие социальных навыков у детей во многом зависит от того, как учителя и сверстники ведут себя в классе. Подкрепление и наказание также играют здесь важную роль. Сверстники часто подкрепляют поведение друг друга[80][81]. Одной из основных областей, на которые влияют учителя и сверстники, является поведение, обусловленное полом, в то время как сверстники также в значительной степени влияют на способы инициирования взаимодействия и агрессию[82][83][84][85]. Сверстники чаще наказывают за межгендерные игры и в то же время поощряют игры, характерные для определённого пола[86][83][82][87].
Также исследовались поведенческие принципы[88]. Исследования показывают, что для вхождения в группы требуются иные социальные навыки, чем для поддержания или укрепления своего статуса в группах. Безнадзорные дети наименее интерактивны и аверсивны. У детей с социальными проблемами наблюдается улучшение социальных навыков после поведенческой терапии и модификации поведения. Моделирование успешно используется для повышения активности застенчивых и замкнутых детей[89]. Формирование социально желательного поведения с помощью положительного подкрепления, по-видимому, оказывает наиболее благоприятное воздействие на детей, испытывающих социальные проблемы[90].
В этиологических моделях развития антисоциального поведения прослеживается значительная корреляция с отрицательным подкреплением и соответствием реакции[67][91]. Избегание обусловливания с помощью принудительного поведения оказывает мощное влияние на развитие и использование антисоциальных тактик в будущем. Использование антисоциальных тактик во время конфликтов может быть негативно подкреплено и в конечном итоге рассматривается как функциональное для ребёнка в сиюминутных взаимодействиях[74]. Антисоциальное поведение также развивается у детей, когда подражание подкрепляется социальным одобрением. Если одобрение не дают учителя или родители, его часто могут дать сверстники. Примером может служить сквернословие. Подражая родителям, брату, сверстнику или персонажу из телевизора, ребёнок может совершить антисоциальное поведение — выругаться. Сказав это, он может получить подкрепление от окружающих, что приведёт к усилению антисоциального поведения. Роль контроля стимулов также широко изучалась в развитии антисоциального поведения[92].
Поведенческая теория депрессии была изложена Чарльзом Ферстером[93]. Позднее в работе приняли участие Питер Льюиссон и Хайман Хопс. Хопс продолжил работу по изучению роли негативного подкрепления в поддержании депрессии вместе с Энтони Бигланом[94][95][96][97]. Дополнительные факторы, такие как роль потери условных отношений через угасание и наказание, были взяты из ранних работ Мартина Селигмана. Самое последнее резюме и концептуальный пересмотр поведенческой модели были представлены Джонатаном Кантером[98]. Согласно стандартной модели, депрессия имеет несколько путей развития. Она может быть вызвана пятью основными процессами, среди которых: отсутствие или потеря позитивного подкрепления, прямое положительное или отрицательное подкрепление депрессивного поведения, отсутствие управляемого правилами поведения или слишком много управляемого правилами поведения, и/или слишком много наказаний со стороны окружающей среды. Для детей некоторые из этих переменных могут заложить основу для проблем на всю жизнь. Например, у ребёнка, чьё депрессивное поведение даёт реакцию на отрицательное подкрепление в виде прекращения ссор между родителями, может сформироваться пожизненная модель депрессивного поведения в случае конфликтов. Два пути, которые особенно важны, — это отсутствие или потеря подкрепления из-за нехватки определённых навыков в точке перелома развития или неспособность выработать адекватное поведение, управляемое правилами. В последнем случае у ребёнка может сформироваться модель поведения, при которой он всегда выбирает краткосрочное немедленное вознаграждение (например, избегание подготовки к тесту) в ущерб долгосрочному более крупному вознаграждению (сдача предметов в средней школе). Подход к лечению, возникший в результате этого исследования, называется «активация поведения».
Кроме того, было показано, что использование позитивного подкрепления улучшает симптомы депрессии у детей[99]. Подкрепление улучшает самооценку у детей с депрессией[100]. Роусон и Табб (1993) использовали подкрепление в работе с 99 учащимися (90 юношей и 9 девушек) в возрасте от 8 до 12 лет с расстройствами поведения в рамках программы лечения в интернате и показали значительное снижение симптомов депрессии по сравнению с контрольной группой.
По мере взросления детей прямой контроль над условностями изменяется под влиянием поведения, управляемого правилами[101]. Правила служат установочной операцией и задают мотивационную, а также дискриминационную ступень поведения[9]. Хотя масштабы влияния на интеллектуальное развитие не столь очевидны, похоже, что стимуляция действительно оказывает благоприятное воздействие на интеллектуальные способности[102]. Однако важно не путать усиливающий эффект с первоначальным причинно-следственным эффектом[103]. Существуют данные, свидетельствующие о том, что детям с задержкой развития требуется больше попыток освоить материал[104].
Поведенческие аналитики уделяют много времени измерению обучения как в классе, так и дома[105]. Последние работы посвящены модели «задержки в развитии»[106], область, в которой особое внимание уделяется кумулятивному воздействию окружающей среды и его роли в задержке развития. Для измерения этих задержек развития испытуемым предоставляется возможность ответить, что определяется как инструктивный антецедент, а успешность определяется соответствующим ответом и/или беглостью ответов[107].
В одном из исследований эта модель была использована при сравнении учебного времени обучающихся в школах с высоким уровнем дохода и учебным временем в школах с более низким уровнем дохода. Результаты показали, что в школах с низким уровнем дохода на обучение отводилось примерно на 15 минут меньше времени, чем в более обеспеченных школах, из-за нарушений в управлении классом и поведением. В общей сложности эти нарушения вылились в два года потерянного учебного времени к 10 классу[108]. Целью исследований в области анализа поведения является разработка методов снижения общего числа детей, попадающих в диапазон отставания в развитии, путём поведенческой инженерии[109].
Харт и Ризели (1995, 1999) также провели обширное исследование на эту тему[110][111]. Исследователи измерили уровень общения родителей с детьми в возрасте 2-4 лет и соотнесли эту информацию с показателями IQ детей в возрасте 9 лет. Анализ показал, что более высокий уровень родительского общения с младшими детьми положительно коррелировал с более высоким IQ у старших детей, даже после контроля расы, класса и социально-экономического статуса. Кроме того, они пришли к выводу, что для значительного изменения показателей IQ необходимо заниматься с детьми из группы риска около 40 часов в неделю.
Формирование классово-подобного поведения также является важным аспектом в поведенческом анализе развития[112]. Эти исследования дали множество объяснений развитию и формированию классоподобного поведения, включая первичную генерализацию стимулов[113][114], анализ абстракции[57][115][116][117][118], теория реляционных фреймов[119][120][121][122], анализ стимульных классов (иногда называемый рекомбинационным обобщением)[123][124], эквивалентность стимулов[125] и анализ класса реакции[126][127][128][129][130].
Ферстер (1961) был первым исследователем, предложившим поведенческую аналитическую теорию аутизма[131]. Модель Ферстера рассматривала аутизм как побочный продукт социальных взаимодействий между родителями и ребёнком. Ферстер представил анализ того, как разнообразные условия подкрепления между родителями и детьми в раннем детстве могут создать и укрепить репертуар поведения, типичный для детей с диагнозом «аутизм». Похожую модель предложили Драш и Тьютор (1993), которые разработали теорию аутизма в форме контингентов или поведенческой несовместимости[132]. Они определили, по меньшей мере, шесть парадигм подкрепления, которые могут способствовать значительным недостаткам в вербальном поведении, характерным для детей с диагнозом «аутизм». Они предположили, что каждая из этих парадигм может также создавать репертуар реакций избегания, которые могут способствовать формированию репертуара поведения, несовместимого с приобретением адекватного возрасту вербального поведения. Более современные модели связывают аутизм с неврологическими и сенсорными моделями, которые чрезмерно отработаны и впоследствии приводят к формированию аутистического репертуара. Ловаас и Смит (1989) предположили, что у детей с аутизмом наблюдается несоответствие между их нервной системой и окружающей средой[133], в то время как Бижу и Геззи (1999) предложили теорию поведенческой интерференции[134]. Однако модель несоответствия окружающей среды и модель вывода были пересмотрены[135], и новые данные подтверждают идею того, что развитие аутичного поведения связано с бегством и избеганием определённых типов сенсорных стимулов. Однако большинство поведенческих моделей аутизма остаются в значительной степени умозрительными из-за ограниченности исследовательских усилий.
Роль в образовании
Одно из самых больших влияний анализа поведения на развитие ребёнка — это его роль в сфере образования. В 1968 году Зигфрид Энглеманн использовал методы оперантного обусловливания в сочетании с обучением по правилам, чтобы создать учебную программу прямого обучения[136][137]. Кроме того, Фред С. Келлер использовал аналогичные методы для разработки программированного обучения. Б. Ф. Скиннер разработал программированное обучение письму. Один из учеников Скиннера, Огден Линдсли, разработал стандартную полулогарифмическую диаграмму «Стандартная диаграмма поведения», теперь «Стандартная диаграмма целерации», используемую для записи частоты поведения и прямого визуального сравнения как частоты, так и изменений в этой частоте. Использование этого инструмента для анализа эффектов обучения или других переменных окружающей среды путём прямого измерения результатов ученика стало известно как точное обучение[138].
Поведенческие аналитики, сфокусированные на развитии поведения, составляют основу движения, называемого позитивной поддержкой поведения (PBS). PBS сосредоточилась на создании безопасных школ[139].
В образовании существует множество различных видов обучения, которые применяются для развития навыков, необходимых для взаимодействия в дальнейшей жизни. Примерами такого дифференцированного обучения являются социальные и языковые навыки[140]. По данным Северо-Западной региональной образовательной лаборатории (NWREL), слишком активное взаимодействие с технологиями препятствует социальному взаимодействию ребёнка с другими людьми, поскольку они могут стать зависимостью и впоследствии привести к антисоциальному поведению[141].
Критика поведенческого подхода и новые разработки
Теории анализа поведения критикуют за то, что они сосредоточены на объяснении приобретения относительно простого поведения (то есть поведения нечеловеческих видов, младенцев и людей с умственными недостатками или аутизмом), а не сложного поведения[142]. Майкл Коммонс продолжил отказ анализа поведения от ментализма и заменил его анализом задач, связанных с конкретными навыками, которые должны быть усвоены. В своей новой модели Коммонс создал поведенческую аналитическую модель более сложного поведения в соответствии с более современными количественными поведенческими аналитическими моделями, названную моделью иерархической сложности. Коммонс построил модель иерархической сложности задач и соответствующих им этапов выполнения, используя всего три основные аксиомы[143][144].
В области изучения развития в последнее время появились работы, посвящённые сочетанию аналитических взглядов на поведение с теорией динамических систем[145]. Дополнительное преимущество этого подхода заключается в том, что он показывает, как небольшие изменения в поведении с точки зрения принципов и механизмов с течением времени могут привести к существенным изменениям в развитии[146].
Современные исследования в области анализа поведения пытаются расширить рамки, усвоенные в детстве, и определить их влияние на развитие взрослого человека.
Профессиональные организации
Международная ассоциация анализа поведения имеет специальную группу по поведенческому анализу развития детей.
Доктора-аналитики поведения, являющиеся психологами, входят в подразделение 25 Американской психологической ассоциации: анализ поведения.
Всемирная ассоциация поведенческого анализа проводит сертификацию по поведенческой терапии. На экзамене есть вопросы по поведенческим теориям развития ребёнка, а также по поведенческим теориям детской психопатологии[147].
Этапы развития
Первые годы жизни ребёнка наиболее важны для его развития[148].
Для понимания детского поведения существует множество различных типов его анализа. Существует многоступенчатая модель поведения, на которые его можно разделить[148]. В первые годы жизни родителям важно следить за каждым маленьким этапом, чтобы обеспечить здоровье ребёнка. Начиная с каждого месяца, необходимо достичь определённых результатов в социальной/ эмоциональной, языковой/ коммуникативной, когнитивной и двигательной/физической областях[149]. Хотя все дети разные и могут не проходить все этапы развития в одно и то же время[149]. Окружение ребёнка имеет решающее значение для его развития. Любая травма, полученная ребёнком, может оказать долгосрочное влияние на его взрослую жизнь. Дети лучше всего учатся и развиваются в сильной воспитывающей среде, где о них заботятся и где они находятся в безопасности[150]. Развитие не заканчивается после младенческого и ясельного возраста, когда дети начинают ходить в школу, образование играет важную роль в социальном и интеллектуальном развитии. Школа позволяет ученикам формировать характер и расширяет горизонты знаний[151]. Родителям важно знать о каждом этапе развития ребёнка, чтобы обеспечить его здоровье и безопасность[152].
- Прикладной анализ поведения
- Привязанность у детей
- Бихевиоризм
- Бихевиоризм
- Развитие ребёнка
- Стадии развития ребёнка
- Детская психология
- Критический период
- Воспитание детей младшего возраста
- Семейный процесс (журнал)
- Неистовый ребёнок
- Функциональный анализ в поведенческой психологии
- Педагогика
- Игра (деятельность)
- Профессиональная практика анализа поведения