Оборона Самарканда (1868)

Россия начала развивать торговые отношения с ханствами Средней Азии с XVI—XVII веков, однако усиление экспансии Британской империи в регионе в XIX веке потребовало от Российской империи активных действий. Этот период соперничества между Россией и Великобританией получил название «Большая игра»^[3].

После завершения Крымской войны (1853—1856) Россия продолжила укрепление южных границ. В 1865 году Туркестанская область была выделена в составе Оренбургского генерал-губернаторства, что ознаменовало начало нового этапа русско-бухарского противостояния. В результате побед русских войск в сражениях 1865—1867 годов были взяты Ходжент, Ура-Тюбе и Джизак, что вынудило бухарского эмира Музаффара начать переговоры^[4].

В 1867 году из присоединённых территорий было образовано Туркестанское генерал-губернаторство во главе с К. П. Кауфманом, наделённым широкими полномочиями. Кауфман выступал за развитие мирных отношений и торговли с ханствами. Бухарскому эмиру также был предложен договор, который предусматривал защиту русских купцов и их имущества, а также взаимодействие эмира с Россией исключительно через генерал-губернатора^[5].

Однако в апреле 1868 года оппозиционные круги в Бухарском эмирате вынудили эмира Музаффара объявить джихад против России^[6]. Русская армия под командованием Кауфмана форсировала Зеравшан и разбила бухарские войска. В этих условиях, жители Самарканда, тяготившиеся властью эмирского ставленника Ширали-инака выразили желание принять российское подданство и открыли городские ворота русским войскам. 2 (14) мая 1868 Кауфман занял Самарканд и потребовал от эмира признания за Россией всех территорий, занятых с 1865 года^[7].

Когда русские войска вошли в Самарканд, они нашли цитадель (укреплённую внутреннюю часть города) в полуразрушенном состоянии. Укрепление много лет не ремонтировалось, кроме того, местные жители и торговцы пристроили к крепостной стене сакли и торговые лавки. В случае атаки на цитадель эти сооружения могли послужить атакующим удобным прикрытием для создания проломов, а с крыш саклей было удобнее взобраться на стену^[8].

С 13 (25) мая 1868 года в Самрканде начались работы по укреплению полуразрушенной цитадели города на случай возможного нападения бухарских войск^[9].

Одновременно с этим было принято решение занять соседнее укрепление — Каттакурган. С этой целью 16 (28) мая 1868 года, в день истечения срока, данного Кауфманом эмиру на принятия мирного предложения, отряд под командование генерала Н. Н. Головачёва вышел из города в сторону Каттакургана. В Самарканде остались 11 рот, артиллерийская и ракетная батареи, 2 сотни казаков^[9]. Оставшихся в городе было недостаточно для быстрого восстановления укреплений города, ежедневный наряд рабочих не превышал 100 человек. Потому многие необходимые инженерные работы к концу месяца были не завершены. Кауфман отказался от идее привлечь к работам местных жителей^[10].

30 мая (11 июня) 1868 года Кауфман с основными силами выступил в занятый Н. Головачёвым Каттакурган, чтобы встретить и окончательно разгромить войско эмира. В Самарканде остались четыре роты под командованием майора Ф. К. Штемпеля, который был назначен комендантом цитадели, рота сапёров под командованием подпоручика К. С. Черкасова и отряд артиллеристов — в общей сложности 658 человек. Кроме того, в городе оставались 450 человек тяжелораненых, которые не могли принимать участие в обороне^[11].

В цитадели имелся запас муки и крупы на два месяца возможной осады, мяса было лишь на два дня. Тяжелее всего обстояло дело с питьевой водой. Ручей, протекающий в цитадель, проходил через город. В случае необходимости осаждающие легко могли отвести русло, оставив защитников без питьевой воды^[11].

Ряд поражений эмира Музаффара значительно снизил его авторитет в глазах подвластных ему вассалов. Ещё до начала похода Кауфмана, в Бухарском эмирате сложилась сильная оппозиция власти эмира, представленная беками (землевладельцами) и возглавляемая сыном Музаффара Сеидом Абдумаликом. Эта партия, поддержанная муллами, выступала за бескомпромиссную религиозную войну с русской армией. Когда эмир был вынужден отступить в Бухару, феодалы Шахрисабзского бекства начали собирать собственную армию для войны с Россией^[12].

В конце мая 1868 года войско из 25 тыс. шахрисабзсцев начало подошло к Самарканду. К ним присоединились 15 тыс. вооружённых кипчаков и каракалпаков, а также 15 тыс. местных жителей. По разным оценкам, общая численность шахрисабзского войска войска составила от 55^[13] до 65 тыс. человек^[14]. Вместе с тем, сразу после занятия Самарканда русскими войсками, религиозные проповедники, направленные мятежным сыном эмира, начали вести пропагандистскую работу среди населения города и его окрестностей, призывая жителей Самаркандского бекства восстать против российской власти^[15].

Не имея возможности защищать город по незначительности своих сил, майор Штемпель отступил в цитадель и распорядился приведением её в оборонительное положение. В цитадель удалились множество еврейских семейств и русские купцы. Купцы, а также известный художник Василий Верещагин, путешествовавший по Средней Азии, принимали деятельное участие в обороне цитадели^[16].

2 июня бухарцы, потрясая воздух дикими криками, при звуке зурн и барабанов ворвались в город и разлились по всем направлениям. Вскоре они огромными толпами бросились на стены цитадели, цепляясь за них железными кошками.

Толщина стен цитадели достигала в отдельных местах 12 метров и пробить её нападавшие не могли. Слабым местом обороны были ворота: Бухарские в южной стене и Самаркандские в восточной. Боеприпасы у русского отряда имелись в количестве вполне достаточном для долгой обороны. Первую атаку осаждавшие произвели на Бухарские ворота, которые защищали 77 солдат под началом майора Альбедиля^[17].

Шахрисабзцы трижды пытались выломать ворота и перебраться через стену, но каждый раз их отбивали метким ружейным огнём. Тяжёлое ранение получил сам Альбедиль. Наконец, штурмующим удалось поджечь ворота. Одновременно у Самаркандских ворот держали оборону 30 солдат прапорщика Машина. Здесь нападавшие также подожгли ворота, попытались через них пройти внутрь, но солдаты выбили их штыками. В разгар боя на помощь защитникам Самаркандских ворот подоспел взвод 3-й роты под началом прапорщика Сидорова, составлявший мобильный резерв. Он помог отразить вражеский натиск, а затем стремительно бросился к Бухарским воротам и поддержал отряд Альбедиля^[18].

Кроме ворот шахрисабзцы пытались проникнуть в цитадель через проломы в восточной стене. Поднимались они и непосредственно на стены, для чего пользовались железными крючьями, которые надевались на руки и на ноги. Однако, везде нападавших встречал меткий огонь солдат. К вечеру атаки прекратились, но этот временный успех стоил русским дорого: было убито 20 рядовых и 2 офицера. Общие потери русских за первые два дня обороны составили 150 человек убитыми и ранеными^[19].

Утром 3 июня штурм возобновился. Оборону Бухарских ворот возглавил вместо Альбедиля подполковник Назаров, официально никакой должности не занимавший. Этот офицер имел репутацию человека храброго, но очень дерзкого, заносчивого, не признававшего никаких авторитетов. Для ободрения солдат он приказал поставить у ворот свою походную кровать, подчёркивая, что и ночью не оставит позиции. Спать Назарову, однако, не пришлось. В 8 часов утра шахрисабзцы, сломав обгоревшие остатки ворот, разобрали сооружённую русскими баррикаду и захватили одну пушку. Солдаты бросились в штыки. После ожесточённой рукопашной схватки осаждающие отступили, но вскоре возобновили штурм на других направлениях.

Комендант, майор Штемпель, решил в случае необходимости отступить во дворец, который поэтому деятельно приводился в оборонительное положение. При невозможности устоять перед напором неприятеля и в этом последнем оплоте, решено было, по общему согласию, взорвать всё на воздух, для чего в ночь на 4-е июня во дворец свезён весь порох и снаряды^[20]. 4, 5 и 6 июня шахрисабзцы, хотя и предпринимали частные приступы, слабели. В виду этого гарнизон стал сам делать вылазки и жечь городские сакли^[16].

7 июня от генерала Кауфмана получено известие, что он идёт на выручку форсированным маршем^[16].

8 июня бухарские войска стали поспешно очищать город, и последние толпы неприятеля были атакованы гарнизоном цитадели. Вскоре показались передовые казаки, а за ними генерал Кауфман с отрядом вошёл в город. В наказание жителей приказано было сжечь городской базар, как главную часть города, отдав его перед этим солдатам на разграбление.

Потери русского гарнизона за 8 дней обороны составили 49 убитыми и 172 раненными^[21].