Магритт, Рене

Рене Франсуа Гислен Магритт родился 21 ноября 1898 года в Бельгии, в городе Лессин^[10], и был старшим из троих сыновей продавца тканей Леопольда Магритта и модистки Регины Бертэншам. С 1904 года семья жила в провинциальном городке Шатле до 1912 года, пока Регина Магритт не утопилась в реке Самбр. Эта трагедия сильно отразилась на творчестве Магритта в дальнейшем, хотя он не только всячески избегал даже разговоров об этом факте, но и скрывал его долгие годы от всех, включая жену^[8].

Магритт с раннего возраста увлекался поэзией и живописью, с 1910 года брал уроки рисования. В 1913 году семейство переехало в город Шарлеруа, где Магритт познакомился со своей будущей женой Жоржеттой Берже, и определился с выбором будущей профессии, — склонный к мистификациям и поискам таинственного, Рене, увидев на старом кладбище как работает художник за мольбертом, решил, что тоже станет художником. В 1915 году Магритт отправился в Брюсселль и до 1918 года обучался живописи в Королевской Академии изящных искусств у Жисбера Комбаза и Констана Монталя. В это время Магритт увлекался кубизмом, а также, под влиянием поэтов Пьра Буржуа и Пьера Флуке познакомился с футуризмом^[11].

1922 год стал знаковым для Магритта. Вернувшись из армии, куда его призвали в 1921 году, он женился на Жоржетте Бергер, своей первой любви, музе и бессменной модели, а также познакомился и проникся интересом к мистическим настроениям Джорджо де Кирико^[12], картина которого «Песнь любви» открыла Магритту новые возможности восприятия, при котором зритель «обретает свое одиночество и постигает тишину мира»^[13].

Нуждаясь в средствах, в продолжение 1923-25 годов Магритт работал иллюстратором в многочисленных журналах, рекламщиком на обойной фабрике, а также продолжал писать абстрактные работы в соответствии с положениями, сформулированными в неопубликованной работе «Чистое искусство. Защита эстетики», написанной им в соавторстве с другом Виктором Сервранксом в 1922 году. В 1925 году Магритт вошел в круг брюссельских поэтов-футуристов^[11].

В 1927 году в брюссельская галерея «Кентавр» заключила контракт с художником и организовала первую персональную выставку Магритта, где художник представил около шестидесяти работ, в том числе две первых сюрреалистических — «Человек моря» и «Потерявшийся жокей». Хотя обе работы были отмечены несколько шаблонным подходом, абсурдистское видение всадника среди фаллического вида столбов и черный человек без лица, уже несут в себе фирменный магриттовский холод зазеркалья^[14]. Контракт с галереей «Кентавр» дал Магритту возможность весной 1927 года вместе с Шарлоттой переехать во Францию, поселиться в Перро-сюр-Марн в предместье Парижа и не отвлекаться от живописи. В Париже Магритт примкнул к кругу парижских сюрреалистов во главе с Андре Бретоном, но избрал свой путь в рамках объединения, основанный на его личной философии^[9]. В Париже в 1929 году он написал свою программную работу «Вероломство образов». Изящная курительная трубка с подписью на французском языке «Это не трубка» — квинтэссенция философии Магритта: изображение никогда не станет предметом^[15][16].

В 1930 году, раздосадованный богемной жизнью Парижа, постоянными насмешками товарищей над его бюргерским стилем жизни, и неприятием психоанализа в искусстве, к которому тяготели парижские сюрреалисты, Магритт разорвал отношения с Бретоном и вернулся в Брюссель, где прожил до своего последнего дня, выезжая лишь ненадолго^[11]. В Брюсселе Магритт посещал избранный круг друзей-сюрреалистов, где в результате дискуссий в 1934 году появился манифест «Немедленное действие», в тексте которого содержались отголоски идей А. Бретона о политизации сюрреалистического движения^[17]. Магритт придерживался левых взглядов и в 1936 году даже работал под псевдонимом Флорана Берже в коммунистической газете «Гласс народа»^[11].

В 1936 году состоялась первая выставка Рене Магритта в Нью-Йорке, в галерее Жюльена Леви, а в 1937 — в Лондоне, вышла монография Герберта Рида о творчестве Магритта, пришла популярность и известность среди коллекционеров, но не финансовая стабильность^[18].

После короткого пребывания в Каркассоне в 1940 году, где Магриттом была создана композиция «Зло земли», художник с началом немецкой оккупации возвратился в Бррюссель, обратившись на время к импрессионистической технике, близкой к манере Ренуара. Период продлился до 1947 года и получил название plein soleil (в переводе с французского — яркое солнце), а сам художник объяснял это попыткой противопоставить радостный свет сумраку войны^[19].

В 1946 году Магритт окончательно разошелся во взглядах с А.Бретоном и даже опубликовал манифест «Сюрреализм в свете дня», направленный против парижских сюрреалистов. В 1947—1948 — Магритт обратился к карикатуре и даже выставил около 20 работ в галерее Фобур во Франции, критики, публика и коллекционеры не оценили работы и прозвали этот период «коровьим», «вульгарным» в творчестве художника^[20].

В 50-е-60-е годы ХХ века Магритт на пике славы — создал ряд значимых работ — «Личные ценности», «Сын человеческий», «Округ Арнхейм», «Каникулы Гегеля», «Голконда», «Империя света», циклы фресок для казино Кнокк-Ле-Зут и для Двор­ца ис­кусств в Шар­ле­руа — «Заколдованное королевство» и «Невежественная фея»^[21]. В 1956 году Рене Магритт стал одним их первых художников, получивших премию Гуггенхайма для Бельгии^[11].

Умер художник от рака поджелудочной железы в 1967 году, похоронен на Схарбекском кладбище под Брюсселем^[8].

.

Пережив в раннем творчестве эксперименты в духе импрессионизма, пуризма, кубофутуризма, дадаистских игр и метафизики к 1930 м годам Магритт разработал свою уникальную художественную концепцию, в которой главным инструментом стал принцип метафоры^[9], и которую сохранил почти не меняя до конца жизни. Творчество Магритта относят к сюрреализму, но сам художник неоднократно пытался отстроиться от этого направления, относил свой стиль к магическому реализму и не сопоставлял несопоставимые предметы, как сюрреалисты, а противопоставлял сопоставимые^[19].

Мотивы работ Магритта самые разные, но в каждую он зашифровывает некую метафору страха, которую усиливает образами, состоящими из элементов, заимствованных в обыденной жизни. К некоторым образам он возвращается снова и снова — это прежде всего яблоко, бубенцы, яйцо, человек в котелке, многочисленные балюстрады, портьеры, музыкальные инструменты в разных интерпретациях, бесчисленные фигуры человека в черном — двойника Магритта, строго одетого во все черное, фигуры женщин — двойников Жоржетты, которые всегда обнажены^[22].

Для усиления воздействия Магритт использует совершенно провокационные названия для своих работ, которые не только не поддерживают изображение, а даже увлекают зрителя в другую реальность^[23]. Скрытое, становится излюбленной темой Магритта — он нашел простой принцип изображения, при котором все самое интересное скрыто: предметом, птицей, растением, плодом, его метаморфозы — не чудесное превращение, а ироничное обезреаливание, он загадывает загадку, но не соблазняет идеализмом^[24].

В его работах — масса банальных предметов, деформированных в сторону гигантизма, или искаженные лица, обладающие ирреальными чертами, в купе являющие особый тип пугающего мира, где кошмары обыденности подстерегают любого на каждом шагу, как в страшном сне, а реальность кажется похожей на обычную среду, но в то же время выглядит абсурдной и непостижимой для нормального восприятия. Магритт умело синтезирует метафизические приемы, сюрреалистическую детализацию и подчас расхожие метафоры, склоняет зрителя к интеллектуальным играм, иногда жестким, вызывающим изумление и открывающим абсурдное в упорядоченном и незыблемом для обывателя укладе жизни^[25][26].

В ноябре 2024 года картина из серии «Империя света» была продана на аукционе Christie’s в Нью-Йорке за $121,2 млн. Это стало рекордом для работ Рене Магритта и в целом для картин сюрреалистов^[27].