АссистентНовый вопросИсторияОбласти знаний
Партнёрские проектыМатериалы БРЭСпецпроектыСтать автором
Настроить видСменить язык
О РУВИКИ
Ответ на вопрос

Илоты

Pause

Материалы библиотеки имени Б.Н. Ельцина

Library.png
В данной статье использованы материалы из фондов Президентской библиотеки имени Б.Н. Ельцина
К материалам
Learning.svg

Материалы библиотеки имени Б.Н. Ельцина

Arrow-Right.png
Library.png
В данной статье использованы материалы из фондов Президентской библиотеки имени Б.Н. Ельцина
К материалам

Ило́ты (др.-греч. εἱλῶται, δουλεῖαι) — зависимое земледельческое население в Древней Спарте[1], занимавшее промежуточное социальное положение между крепостными крестьянами и рабами[2]. Они составляли демографическое большинство на подвластных Спарте территориях Лаконии и Мессении. Этнически илоты происходили от покорённого местного населения, хотя в историографии со времён Античности ведётся дискуссия об их точном статусе как племени или социального класса[3]. Привязанные к наделам, они обеспечивали экономическую основу жизнедеятельности спартанских граждан[4][5].

Общие сведения
Илоты
др.-греч. εἵλωτες
Место появления Спарта, Древняя Греция

Обзор

Численность илотов значительно превышала количество полноправных спартанцев, достигая, по свидетельству Геродота, соотношения 7:1 в период греко-персидских войн[6]. Для предотвращения восстаний спартанские власти поддерживали режим жёсткого контроля и практиковали регулярный террор, включая осенние криптии — ритуальные убийства илотов отрядами спартанской молодёжи[7][8][9]. Несмотря на репрессии, в государстве происходили организованные выступления против спартанской элиты, наиболее известным из которых стал заговор Кинадона в 398/399 году до н. э.[10][11]. Большая часть мессенских илотов получила личную свободу после поражения Спарты в Фиванской войне благодаря действиям полководца Эпаминонда.

Этимология

Существует несколько теорий происхождения термина «илоты». Гелланик связывал его с названием деревни Элос на юге Пелопоннеса[12]. Павсаний также указывал, что жители Элоса стали первыми рабами лакедемонского государства и получили наименование илотов[13]. Однако с этимологической точки зрения это объяснение маловероятно[14].

Современные лингвисты возводят слово к корню ϝελ- (wel-), родственному греческому ἁλίσκομαι (halískomai) — «быть захваченным, попасть в плен». Ряд античных авторов рассматривал термин не как этнический, а как статусный. Антиох Сиракузский отмечал, что илотами объявили лакедемонян, не участвовавших в военном походе[15]. Феопомп утверждал, что одни греки называли своих рабов илотами, а другие — пенестами[16]. В подобных контекстах термин подчёркивает низведение лиц до положения крепостных, что институционально отличало их от обычных рабов — дулоев[17].

Ключевым фактором формирования института илотии являлось завоевание. Мессенцы, побеждённые в Мессенских войнах VIII века до н. э., в текстах Геродота фактически синонимичны илотам[18]. Статус первых илотов Лаконии, бывших, по Феопомпу, потомками покорённых дорийцами ахейцев, менее ясен[19]. В илотов были обращены не все ахейцы: автономный статус сохраняли город Амиклы и некоторые другие локальные общины[20].

Среди альтернативных концепций выделяется мнение Эфора Кимского, согласно которому в илотов обратили периэков из Элоса после их неудавшегося восстания.

Описание

Отношения со спартанцами

С классического периода численность спартанцев была значительно ниже численности илотов. Фукидид подчёркивал, что большинство спартанских институтов всегда создавалось с целью защиты от илотов[21]. Аристотель сравнивал их с врагом, постоянно подстерегающим спартанцев для нанесения им поражения[22]. Ключевым фактором во взаимоотношениях сословий являлся взаимный страх. По свидетельствам, спартиаты постоянно носили с собой оружие, запирали двери домов и отстёгивали ремни щитов только в жилищах, чтобы исключить возможность их захвата илотами[23].

Для удержания контроля спартанцы, по словам Феопомпа, подвергали илотов жестокому обращению[24]. Антиспартанский историк середины III века до н. э. Мирон Приенский писал[25]:

Илотам поручают постыдную работу. Они обязаны носить шапку из собачьей шкуры (κυνῆ) и заворачиваться в овчины (διφθέра), а также ежегодно получать установленное число ударов плетью вне зависимости от наличия проступков, что напоминало об их рабском статусе. За проявления непокорности илотов приговаривали к смерти, а их господ наказывали, если те не пресекали подобное поведение[26].

Плутарх также отмечал суровость спартанцев, указывая, что илотов принудительно поили неразбавленным вином и приводили на сисситии (общественные пиры), чтобы продемонстрировать детям вид нетрезвого человека, а также заставляли исполнять непристойные танцы и песни[27]. При этом Плутарх утверждал, что подобные жестокие меры начались лишь после разрушительного землетрясения 464 года до н. э..

Ряд современных исследователей выступает за переоценку античных свидетельств о положении илотов. Существует мнение, что головной убор куне на самом деле шили не из собачьей кожи[комм. 1], а diphthera (буквально — «кожа») являлась стандартной одеждой бедных крестьян[28][29][30]. Обязанность спартиатов следить за тем, чтобы илоты не набирали лишний вес, признаётся маловероятной: из-за раздельного проживания элита не могла контролировать рацион зависимого населения[31]. Кроме того, выполнение илотами тяжёлой физической работы, включая транспортировку оружия и доспехов господ в походах, требовало полноценного питания[31]. Описанный Фукидидом рацион илотов на Сфактерии[32] близок к нормальному[31].

Свидетельства Мирона Приенского интерпретируются в историографии как экстраполяция ритуальных действий, совершавшихся в отношении символических представителей сословия[33]. Историк Джордж Грот отмечал, что предания об обращении с илотами свидетельствуют не о жестокости, а о демонстративном презрении[34]. Дж. Дюкат описывал политику спартанцев как идеологическую войну, направленную на внушение илотам мысли об их неполноценности[35]. Данная стратегия была успешной в отношении лаконских илотов[36]. Когда фиванцы приказали группе пленных лаконских илотов прочесть стихи Алкмана и Терпандра, те отказались, сославшись на возможное недовольство хозяев[37].

Другие современные авторы отметили, что при возможной вымышленности отдельных деталей свидетельства Мирона точно отражают общее отношение спартиатов к илотам[25]. По их мнению, одним лишь презрением невозможно объяснить организованные убийства зависимого населения, зафиксированные в источниках[38]. Согласно Аристотелю, эфоры ежегодно объявляли илотам войну, что позволяло убивать их, не опасаясь религиозного осквернения[39]. Эта задача возлагалась на молодых спартанцев, проходивших систему воспитания агогэ и участвовавших в криптиях[40]. Отсутствие судебной защиты подтверждается Мироном, упоминающим убийства как стандартный способ регулирования численности населения. Фукидид также описывал спланированную операцию 425 года до н. э., в ходе которой было уничтожено около 2000 илотов.

Они предложили отобрать некоторое число илотов, считающих себя наиболее способными в военном деле, обещая им свободу (на самом же деле лакедемоняне хотели только испытать илотов, полагая, что как раз самые свободолюбивые скорее всего способны в сознании собственного достоинства напасть на своих господ). Таким образом, было отобрано около 2000 илотов, которые с венками на головах (как бы уже получившие свободу) обходили храмы. Немного спустя, однако, лакедемоняне перебили этих илотов, причем никто не знал, где и как они погибли[41].

На основании подобных прецедентов историк Пол Картледж утверждал, что история Спарты представляет собой прежде всего историю классовой борьбы между спартанцами и илотами[42].

Сельскохозяйственная деятельность

Илоты прикреплялись к спартанским гражданам для выполнения домашней работы или обработки их клеров (klēroi, земельных наделов), сформированных в Мессении после её завоевания[43]. В источниках упоминается, что такие зависимые слуги постоянно сопровождали спартиатов. Плутарх писал, что Тимея, жена царя Агиса II, доверительно сообщила своим служанкам-илотам, что отцом её будущего ребёнка являлся Алкивиад, а не муж[44].

По мнению некоторых авторов, в IV веке до н. э. граждане также использовали рабов для работы по дому. Известно, что часть илотов, называемая мофонами (μόθωνες), прислуживала молодым спартиатам в период прохождения системы воспитания (агогэ). Также илоты, подобно рабам в других полисах, могли заниматься ремеслом и торговлей[45].

Зависимое население было обязано отдавать фиксированную часть урожая — апофору (ἀποφορά), оставляя себе излишки. По Плутарху, размер этой доли составлял 70 медимнов ячменя для мужчины, 12 медимнов для женщины, а также объём масла и вина, достаточный для обеспечения воина и его семьи или вдовы[46].

Существование фиксированной апофоры оспаривается на основании стихов Тиртея, согласно которым мессенцы обязывались доставлять в Спарту половину всего собранного урожая[47]. Данное свидетельство Павсаний относил к периоду сразу после Первой Мессенской войны, когда условия жизни, вероятно, были более суровым[48]. Кроме того, администрирование пропорционального налога требовало постоянного контроля над производителями, что было трудноосуществимо в отдалённой Мессении. Поскольку Тиртей являлся поэтом, данное выражение вполне могло быть поэтическим оборотом. В историографии продолжаются дискуссии о применимости этой цитаты к илотам. Описание Тиртеем Второй Мессенской войны содержит упоминания вражеских фаланг, что указывает на вероятность завершения Первой Мессенской войны установлением вассальной зависимости мессенцев от Спарты, а не обращением их в илотов[49].

После выплаты подати илоты имели возможность жить довольно неплохо, так как плодородные земли Лаконии и Мессении позволяли собирать по два урожая в год[50]. Известно о наличии у них частной собственности[51]. Например, в 425 году до н. э. некоторые илоты владели собственными лодками[52]. Существовали прецеденты их значительного обогащения: в 223 году до н. э. 6000 илотов смогли выкупить свободу, заплатив по 500 драхм каждый, что являлось крупной суммой для того периода[53].

Демография

Илоты проживали семьями и имели возможность вступать в браки[54]. Минимальный риск принудительного разделения семей способствовал устойчивому естественному поддержанию сословия. Численность илотов росла, несмотря на криптии и военные потери, в то время как численность полноправных спартиатов неуклонно сокращалась[51].

Ввиду отсутствия официальной статистики точные демографические показатели неизвестны, однако возможны приблизительные оценки. Согласно Геродоту, в битве при Платеях (479 г. до н. э.) на каждого спартанца приходилось по семь илотов[55]. Вследствие потерь в Пелопоннесской войне число граждан сократилось настолько, что к началу IV века до н. э. (период заговора Кинадона) среди 4000 человек на агоре находилось лишь около сорока граждан. Общая численность илотов в этот период, включая женщин, оценивается исследователями в 170 000—224 000 человек[56].

Поскольку илоты не являлись движимым имуществом, их воспроизводство зависело исключительно от естественного прироста. Спартанцы поощряли среди них селективные браки, схожие с собственной практикой, рассчитывая на наследование полезных физических качеств. Данный прирост искусственно сдерживался криптиями: отряды спартанской молодёжи целенаправленно уничтожали наиболее сильных и выносливых илотов. Выбор слабой цели считался проявлением трусости. Подобная практика была призвана ликвидировать потенциальных лидеров восстаний при сохранении общей хозяйственной эффективности населения[57].

Также спартанцы использовали женщин-илоток для восполнения кадровых потребностей полиса. Рождённые от спартанских отцов и илоток дети — нофы (nothoi) — занимали промежуточное положение в лакедемонском обществе и пополняли ряды армии. Характер данных связей (добровольный или в рамках государственной программы) неизвестен. Неизвестно, что происходило с девочками, рождёнными от таких союзов, поскольку они не могли служить в армии. Возможно, их бросали сразу после рождения и оставляли умирать или оставляли в сословии илотов[57].

Освобождение

Согласно Мирону Приенскому, освобождение илотов являлось регулярной практикой (πολλάκις) и, как правило, происходило по окончании их военной службы[58]. Первое прямое упоминание данного прецедента содержится у Фукидида в описании событий на Сфактерии, когда афинские войска осадили спартанских гоплитов на острове. Лакедемонские власти объявили набор добровольцев для доставки осаждённым продовольствия, пообещав за успешное выполнение задачи высокую денежную награду, а илотам — освобождение[59]. По свидетельству Фукидида, илоты частично доставили припасы на остров, однако сведения о выполнении Спартой обязательств по их освобождению отсутствуют.

Аналогичный призыв был осуществлён властями во время фиванского вторжения в Лаконию. Ксенофонт в «Греческой истории» сообщал, что руководство полиса обязалось освободить всех илотов, добровольно вступивших в ряды армии. На данное предложение откликнулись более 6000 человек, что первоначально вызвало опасения спартанцев из-за численного превосходства добровольцев. Согласно источнику, эти опасения развеялись, когда они получили помощь от своих союзников и беотийских наёмников[60].

Тем не менее в 424 году до н. э. 700 илотов, служивших под началом Брасида в Халкидике, получили свободу и впоследствии именовались «брасидейцами». Также существовала возможность выкупа личной свободы или её получения после прохождения традиционной спартанской системы воспитания. Как правило, освобождённых илотов называли неодамодами (νεοδαμώδεις), то есть включёнными в демос (δῆμος) периэков[61].

Историк Мозес Финли подчёркивал, что привлечение илотов к службе в качестве гоплитов являлось серьёзным внутренним противоречием спартанской системы. Служба гоплитов базировалась на строгих методах обучения, обеспечивавших дисциплину в фаланге, а высокая репутация спартиатов строилась на тактических навыках, приобретённых в ходе постоянных тренировок. Кроме того, статус гоплита являлся одним из ключевых условий обладания греческим гражданством. По этой причине интеграция илотов в военную систему приводила к неизбежному социальному конфликту[61].

Особые категории: мофаки и мофоны

Филарх упоминал социальную группу лиц, являвшихся лично свободными, но не имевших статуса граждан — мофаков (μόθακες), которые проходили агогэ. В античной историографии признаётся, что значительную часть этой группы составляли илоты. Тем не менее данная категория вызывает ряд терминологических вопросов в силу использования классическими авторами схожих понятий[62].

  • мофаки (mothakes / μόθακες): термин с семантикой свободы. Филарх характеризовал их как свободных (eleutheroi), а Клавдий Элиан («Пёстрые рассказы», XII, 43) указывал на возможность получения ими гражданских прав.
  • мофоны (mothōnes / …): слово с оттенком подобострастия, обозначавшее рабов, рождённых в доме хозяина.
  • трофимы (trophimoi / τρόφιμοι): ученики или приёмные дети, которых Плутарх относил к категории ксенов (иностранцев).
  • синтрофы (syntrophoi / σύντροφοι): буквально — «воспитанные вместе» (близко к понятию «молочный брат»). Филарх считал их эквивалентом мофаков.
  • паратрефоны (paratrephonoi / παраτρέφονοι): буквально — «вскормленные рядом», данное понятие имело иную смысловую нагрузку и могло применяться также в отношении домашних животных.

Интерпретация усложняется глоссой Гесихия Александрийского, согласно которой мофаки являлись детьми рабов (δοῦλοι), воспитывавшимися совместно с детьми граждан. Филологи предложили два варианта разрешения данного противоречия[62]:

  • эмендация термина μoθᾶνες как hapax legomenon (единичного упоминания) к форме μόθωνες (версия А. Дж. Тойнби);
  • гипотеза о позднейшей вставке слова douloi переписчиком, который перепутал понятия «мофаки» и «мофоны».

В историографии подчёркивается необходимость осторожного отношения к данным выводам в силу следующих факторов[62]:

  • мофоны являлись молодыми слугами, выполнявшими домашние обязанности для юных спартиатов в период их обучения; по достижении совершеннолетия мофоны сохраняли рабский статус;
  • мофаки представляли собой независимую группу лиц, не имевших рабского происхождения.

Участие илотов в военных конфликтах

Геродот указывал, что илоты сопровождали спартиатов в качестве слуг и легковооружённых воинов в битвах при Фермопилах и Платеях. В описании сражения при Платеях (479 г. до н. э.) он отметил, что илоты составляли численное большинство войска. Исходя из стандартной для греческой тактики глубины фаланги в восемь шеренг, Геродот вывел соотношение в семь илотов на одного спартанца[63].

В современной науке данные Геродота о численности воинов-илотов признаются преувеличенными, однако сам факт их присутствия на поле боя достоверен, что подтверждается упоминанием коллективного захоронения илотов после битвы. Помимо участия в боевых действиях, илоты могли выполнять вспомогательные функции, в частности обеспечивать охрану линий снабжения армии[63].

Восстание илотов

Заговор Павсания

Первая исторически зафиксированная попытка организации восстания илотов относится к V веку до н. э. и связывается с заговором регента Павсания. Фукидид писал[64]:

… Вели розыск о каких-то его переговорах с илотами. А дело обстояло вот как. Павсаний сулил илотам свободу и гражданские права, если те поднимут восстание в поддержку его замыслов.

Однако данные интриги не привели к выступлению. Фукидид указывал, что заговор был раскрыт в том числе по свидетельству самих илотов. Предположительно, обещания Павсания были чрезмерными, из-за чего не вызвали доверия у зависимого населения. В частности, даже военачальник Брасид, освободивший своих воинов-илотов, не предоставлял им полного гражданства[65].

Резня на Тенароне

О массовом убийстве илотов на мысе Тенарон, расположенном на южной оконечности Тайгета, также сообщал Фукидид[66]:

… некогда лакедемоняне убедили илотов, нашедших убежище в святилище Посейдона на Тенаре, выйти оттуда и вероломно умертвили их. Это святотатство и было, по мнению самих лакедемонян, причиной великого землетрясения в Спарте.

Данное событие, упомянутое афинянами в дипломатическом споре в ответ на требование спартанцев изгнать Перикла, точно не датировано. Известно лишь, что оно произошло до землетрясения 464 года до н. э.. Фукидид — единственный, кто упоминал о гибели илотов, Павсаний сообщал о лакедемонянах, приговорённых к смертной казни[67]. Из источников не следует, что инцидент был вызван неудавшимся восстанием — речь идёт о попытке побега. Кроме того, организованное выступление илотов в Лаконии признаётся исследователями маловероятным, а мессенцы вряд ли стали бы искать убежища на мысе Тенарон[68].

Третья Мессенская война

Третья Мессенская война, также известная в историографии как Великое восстание илотов, совпала по времени с землетрясением 464 года до н. э. и хорошо задокументирована. Согласно Фукидиду, илоты и периэки из городов Турия и Этея воспользовались природной катастрофой, чтобы поднять восстание и укрепиться на горе Ифома. Историк писал, что большинство восставших происходило из Мессении, что подтверждает статус Ифомы как традиционного центра мессенского сопротивления. Ряд авторов предположил участие в мятеже лаконских илотов, что сделало бы это событие единственным восстанием в истории Лаконии. В частности, Стефан Византийский локализовал Этею в Лаконии, что указывает на масштабный географический охват восстания. Версия событий, изложенная Павсанием, согласуется с данными Фукидида[69].

Диодор Сицилийский (XI, 63,4 — 64,1) приписывал организацию восстания в равной степени мессенцам и илотам, эту версию событий также поддерживал Плутарх[70][71].

Ряд авторов возложил ключевую ответственность за восстание на лаконских илотов. В частности, Плутарх сообщал, что илоты из долины реки Эврот намеревались воспользоваться землетрясением для нападения на спартанцев, которых они считали безоружными. Своевременные действия Архидама II, призвавшего лакедемонян к оружию, предотвратили атаку. После отступления илоты перешли к открытым военным действиям, к которым впоследствии присоединились мессенцы[72].

Несмотря на противоречия в источниках, восстание 464 года до н. э. стало для Спарты серьёзным потрясением. Плутарх указывал, что институт криптий и иные формы институционального террора против зависимого населения были введены именно после этого мятежа. Данные события повлекли немедленную реакцию лакедемонян. Спарта мобилизовала союзников и вступила в затяжное противостояние, предшествовавшее Пелопоннесской войне[73].

В итоге восстание послужило отправной точкой для ухудшения афино-спартанских отношений. Спартанцы досрочно выслали афинских военных, прибывший для помощи в подавлении мятежа, а Афины в ответ помогли эвакуировать и переселить восставших илотов в стратегически важный город Навпакт на побережье Коринфского залива[74].

Афинские форпосты

В ходе Пелопоннесской войны, после капитуляции спартиатов на Сфактерии, афиняне разместили в Пилосе гарнизон, состоявший из мессенцев из Навпакта. Фукидид подчёркивал, что Афины рассчитывали на патриотические чувства мессенцев для дестабилизации региона. Мессенский контингент совершал набеги на окрестные территории и стимулировал дезертирство илотов. В результате Спарта была вынуждена направить войска для ликвидации угрозы. Пилос стал первым из эпитейхизмов (ἐπιτειχισμοί) — укреплённых форпостов, создаваемых афинянами на вражеской территории[75].

Второй аналогичный форпост афиняне создали на острове Китира, ориентируясь на привлечение лаконских илотов. Набеги и побеги зависимого населения возобновились, однако они не достигли тех масштабов, на которые рассчитывало афинское руководство и которых опасались спартанцы: масштабного восстания, подобного мятежу после землетрясения, в регионе не произошло[75].

Примечания

Комментарии

  1. ↑ Слово κυνῆ / куне используется в греческой литературе, особенно у Гомера в «Илиаде», для обозначения шлема. В Афинах и в «Одиссее» (XXIV, 231) оно также означает кожаную шапку.

Источники

  1. ↑ Сергеев В. С. История Древней Греции : [учебное пособие для вузов]. — М. ; Л.: Государственное социально-экономическое издательство (ОГИЗ СОЦЭКГИЗ), 1934. — С. 355. — 40 000 экз.
  2. ↑ Зайков А. В. Общество древней Спарты. Илоты. ancientrome.ru. Дата обращения: 13 августа 2026.
  3. ↑ Либаний. Orationes 25, 63 // .; Плутарх. 28, 11 // Ликург..
  4. ↑ Поллукс. 3, 83 // .
  5. ↑ Cartledge, 2002, p. 139.
  6. ↑ Геродот. 9, 10 // История.
  7. ↑ Плутарх. 28, 3-7 // Ликург.
  8. ↑ Гераклид Лемб. Фрагменты // .
  9. ↑ Афиней. 657 D // Пир мудрецов.
  10. ↑ Dodd, David. Adolescent Initiation in Myth and Tragedy: Rethinking the Black Hunter // Initiation in Ancient Greek Rituals and Narratives: New Critical Perspectives. — Routledge, 2013. — P. 71–84. — ISBN 978-1-135-14365-7.
  11. ↑ Vidal-Naquet, Pierre. Le chasseur noir : formes de penseé et formes de société dans le monde grec. — Paris : F. Maspero, 1981. — ISBN 2-7071-1195-3.
  12. ↑ Гелланик. Frag. 188 J. // .
  13. ↑ Павсаний. 3, 20, 6 // Описание Эллады.
  14. ↑ Chantraine, P. Dictionnaire étymologique de la langue grecque : [фр.].
  15. ↑ Страбон. 6, 3, 2 // География.
  16. ↑ Феопомп. Фрагменты. // Афиней. Пир мудрецов.
  17. ↑ Ducat, 1990, p. 7.
  18. ↑ Геродот. 9, 28—29; 9, 35 // История.
  19. ↑ Феопомп. FGrHist 115 F 122 // История Филиппа. // Афиней. 6, 271d—e // Пир мудрецов.
  20. ↑ Павсаний. 3, 2, 6—7; 3, 19 // Описание Эллады.
  21. ↑ Фукидид. 4, 80, 3 // История.
  22. ↑ Аристотель. 1269 a 37-39 // Политика.
  23. ↑ Критий. Frag. B 37 // . ; Ксенофонт. 12, 4 // Лакедемонская полития.
  24. ↑ Феопомп. FGH 115 F 13 // .
  25. ↑ 1 2 Talbert, 1989, p. 26.
  26. ↑ Мирон Приенский. FGH 106 F 2 // . // Афиней. 14, 647d // Пир мудрецов.
  27. ↑ Плутарх. 28, 8-10 // Ликург. ; Плутарх. Димитрий, 1, 5 // Антоний и Димитрий (Сравнительные жизнеописания). ; Плутарх. Древние обычаи лакедемонян, 30 // Изречения лакедемонян. ; Плутарх. 6 // О подавлении гнева. ; Плутарх. 19 // Об общих понятиях.
  28. ↑ Поллукс. 7, 70 // .
  29. ↑ Ducat, 1990, p. 114.
  30. ↑ Lévy, 2003, p. 122.
  31. ↑ 1 2 3 Ducat, 1990, p. 120.
  32. ↑ Фукидид. 4, 16, 1 // История.
  33. ↑ Ducat, 1990, pp. 119—121.
  34. ↑ Cartledge, 2002, p. 151.
  35. ↑ Lévy, 2003, pp. 124—126.
  36. ↑ Lévy, 2003, p. 12.
  37. ↑ Плутарх. 28, 5 // Ликург.
  38. ↑ Ducat, J. (1992). “Review of Les Hilotes”. Classical Philology [англ.]. 87 (3): 260—263.
  39. ↑ Аристотель. frag. 538 Rose // . ; Плутарх. 28, 7 // Ликург.
  40. ↑ Гераклид Лемб. Frag. 370,10 Dilts // .
  41. ↑ Фукидид. 4, 80 // История.
  42. ↑ Cartledge, 2002, p. 13.
  43. ↑ Pomeroy, Sarah B. et al. Ancient Greece : [англ.]. — Oxford University Press, 1998. — P. 68, 148.
  44. ↑ Плутарх. Агесилай, 3, 1 // Агесилай и Помпей (Сравнительные жизнеописания).
  45. ↑ Lévy, 2003, p. 119.
  46. ↑ Плутарх. 8, 7; 24, 2 // Ликург.
  47. ↑ Акуд Павсаний 4, 14, 4-5.
  48. ↑ Lévy, 2003, pp. 120—121.
  49. ↑ Печатнова Л. Г. История Спарты. Период архаики и классики. — СПб.: Гуманитарная Академия, 2001.
  50. ↑ Lévy, 2003, p. 121.
  51. ↑ 1 2 Cartledge, 2002, p. 141.
  52. ↑ Фукидид. 4, 26, 6 // История.
  53. ↑ Плутарх. Клеомен, 23 // Агис и Клеомен (Сравнительные жизнеописания).
  54. ↑ Тиртей. Frag. 7 // .
  55. ↑ Геродот. 9, 28-29 // История.
  56. ↑ Cartledge, 2002, p. 174.
  57. ↑ 1 2 Tregaro, J. Les bâtards spartiates // Mélanges Pierre Lévêque : [фр.]. — 1993.
  58. ↑ Афиней. VI, 271F // Пир мудрецов.
  59. ↑ Фукидид. 4, 26, 5 // История.
  60. ↑ Ксенофонт. VI, 5, 28 // Греческая история.
  61. ↑ 1 2 Finley, Moses. Sparte et la société spartiate // Économie et société en Grèce ancienne : [фр.]. — Seuil, 1984. — ISBN 2-02-014644-4.
  62. ↑ 1 2 3 Филарх. Frag. 26 // . // Афиней. 6, 271e // Пир мудрецов.
  63. ↑ 1 2 Hunt, Peter (1997). “Helots at the Battle of Plataea”. Historia: Zeitschrift für Alte Geschichte [англ.]. 46 (2): 129—144. ISSN 0018-2311.
  64. ↑ Фукидид. 1, 132, 4 // История.
  65. ↑ Ducat, 1990, p. 130.
  66. ↑ Фукидид. 1, 128, 1 // История.
  67. ↑ Павсаний. 4, 24, 5 // Описание Эллады.
  68. ↑ Ducat, 1990, p. 131.
  69. ↑ Фукидид. 1, 101, 2 // История.
  70. ↑ Диодор Сицилийский. 11, 63, 4 — 64, 1 // Историческая библиотека.
  71. ↑ Плутарх. 28, 12 // Ликург.
  72. ↑ Плутарх. Кимон, 17, 8 // Кимон и Лукулл (Сравнительные жизнеописания).
  73. ↑ Kagan, Donald. The Peloponnesian War : Athens and Sparta in savage conflict, 431–404 BC. — London : Routledge, 2005. — P. 14. — ISBN 0-00-711506-7.
  74. ↑ Фукидид. 1, 103, 3 // История.
  75. ↑ 1 2 Фукидид. 4, 41, 2-3 // История.

Литература

  • Logo-bie.svg Сергеев В. С. История Древней Греции : [учебное пособие для вузов]. — М. ; Л.: Государственное социально-экономическое издательство (ОГИЗ СОЦЭКГИЗ), 1934. — С. 355. — 40 000 экз.
  • Дьяконов И. М. Рабы, илоты и крепостные в ранней древности // Вестник древней истории. — 1973. — № 4.
  • Зайков А. В. Илоты и их земельные наделы: взгляд на проблему с точки зрения юридической концепции прав на чужие вещи // Античная древность и средние века. — Екатеринбург: Изд-во Урал. ун-та, 2009. — Вып. 39. — С. 5—13.
  • Зайков А. В. Илоты древней Спарты: псевдо-рабский правовой статус и организованное социальное насилие // Россия в мире XXI века: между насилием и диалогом. Материалы XVI Международной научно-практической конференции. — Екатеринбург: Гуманитарный университет, 2013. — Т. 1. — С. 452—459.
  • Казаманова Л. Н. Из новых работ по истории илотии и сходных с ней форм рабской зависимости // Вестник древней истории. — 1961. — № 2.
  • Печатнова Л. Г. История Спарты (период архаики и классики). — СПб.: Гуманитарная Академия, 2001. — 510 с.
  • Cartledge, Paul. Sparta and Lakonia. A Regional History 1300 to 362 BC : [англ.]. — 2nd edn. — New York : Routledge, 2002. — ISBN 0-415-26276-3.
  • Cartledge, Paul. Agesilaos and the Crisis of Sparta : [англ.]. — London : Johns Hopkins University Press, 1994. — ISBN 978-0801843730.
  • Ducat, Jean (1974). “Le Mépris des Hilotes”. Annales. Histoire, Sciences Sociales [фр.]. 29 (6): 1451—1464.
  • Ducat, Jean (1978). “Aspects of Helotism”. Ancient Society [англ.]. 9: 5—46.
  • Ducat, Jean. Les Hilotes : [фр.]. — Athènes : École française d'Athènes, 1990. — ISBN 2-86958-034-7.
  • Finley, Moses. Sparte et la société spartiate // Économie et société en Grèce ancienne : [фр.]. — Paris : Seuil, 1984. — ISBN 2-02-014644-4.
  • Garlan, Yvon (1970). “Greek slaves in time of war”. Actes du Colloque d'histoire [англ.]. Besançon.
  • Garlan, Yvon. Slaves in Ancient Greece : [фр.]. — Paris : La Découverte, 1995. — ISBN 2-7071-2475-3.
  • Lévy, Edmond. Sparte : histoire politique et sociale jusqu’à la conquête romaine : [фр.]. — Paris : Seuil, 2003. — ISBN 2-02-032453-9.
  • Oliva, Pavel. Sparta and her Social Problems : [англ.]. — Prague : Academia, 1971.
  • Pomeroy, Sarah B. Spartan Women : [англ.]. — Oxford : Oxford University Press, 2002. — ISBN 0-19-513067-7.
  • Talbert, R. J. A. (1989). “The Role of the Helots in the Class Struggle at Sparta”. Historia: Zeitschrift für Alte Geschichte [англ.]. 38 (1): 22—40.
  • Urbainczyk, Theresa. Slave Revolts in Antiquity : [англ.]. — Berkeley : University of California Press, 2008. — ISBN 978-0-520-25701-6.

Дополнительно по теме

Категории

Pause