Дробится рваный цоколь монумента…

Стихотворение датировано 1963 годом^[1]. Однако первый его вариант появился раньше. В дневниковой записи от 13 апреля 1962 года поэт рассказывает о событии, подтолкнувшем его к созданию стихотворения — сносе бюста И. В. Сталина в парке в подмосковном санатории Барвиха:

Утром возвращался с прогулки — уже работали на разборке цоколя и фундамента, где ещё недавно стоял небольшой, мальчиковых размеров, Сталин в погонах и с каким-то свитком в одной руке.

В той же записи приведён первый вариант стихотворения, в котором отдельные строки отличаются от окончательного. В частности, финал его звучит так: «Но дело в том, что камень — только камень — / Ни славы нашей, ни бесславья в нём»^[2].

Впервые опубликовано в 1965 году в девятом номере журнала «Новый мир» (стр. 4)^[3]. Вошло в последний прижизненный сборник стихов А. Т. Твардовского «Из лирики этих лет» (М. : «Советский писатель», 1967 год). В 1971 году сборник был удостоен Государственной премии СССР. Само стихотворение не было замечено критиками^[4].

По словам исследователя А. В. Науменко-Порохиной, в стихотворении отражены «сложность литературной атмосферы периода хрущёвской „оттепели“ и брежневских „заморозков“», а также напряжённость в обществе и трудности в творчестве самого поэта^[4].

Стихотворение представляет собой размышление о смысле человеческого бытия^[4]. В нём поднимаются проблемы исторической памяти, инерции прошлого и человеческой ответственности.

Основной образ — процесс разрушения некоего неназванного «монумента», памятника, который должен был простоять «тысячи веков», но из-за переосмысления идеалов, во имя которых он был возведён, сейчас подвергается сносу. В образе монумента Твардовский символически отразил культ личности И. В. Сталина, который в эпоху оттепели начал ниспровергаться. Однако неслучайно в стихотворении нет никаких уточняющих деталей. Исторические события (после XXII съезда КПСС в октябре 1961 года памятники Сталину начали демонтироваться по всей стране) поэт использует как материал для широкого философского обобщения, для «урока» человечеству на все времена.

В назидательной форме поэт говорит о том, что «чрезмерная о вечности забота» оказалась «не впрок»: роль диктатора в истории современники быстро переосмыслили и всё, что должно было увековечить его память, стали с таким же усердием демонтировать, с каким раньше возводили на «тысячи веков».

Пришло так быстро время пересчёта,

И так нагляден нынешний урок:

Чрезмерная о вечности забота —

Она, по справедливости, не впрок.

Но как сцепились намертво каменья,

Разъять их силой — выдать семь потов.

Чрезмерная забота о забвенье

Немалых тоже требует трудов.

«Чрезмерная о вечности забота» одновременно противопоставлена «чрезмерной заботе о забвенье» и сопоставлена с ней, неслучайно поэт подбирает для этих явлений одинаковое определение — «чрезмерная».

Основная мысль стихотворения сосредоточена в последней строфе:

Всё, что на свете сделано руками,

Рукам под силу обратить на слом.

Но дело в том,

Что сам собою камень, —

Он не бывает ни добром, ни злом.

«Забота о забвенье», проявленная в уничтожении памятников, потому и названа поэтом чрезмерной, что к реальным изменениям устройства общества и сознания людей она не приводит. Опасность тирании не в воздвигнутых монументах, которые суть просто безжизненный камень, а в тех изменениях, которые она производит в умах людей. Таким образом работа человечества над своими ошибками, по мысли поэта, должна быть не внешней, а внутренней.