По праву памяти (ЕГЭ-ОГЭ)

Первоначально поэма была задумана как дополнительная глава к поэме «За далью — даль»^[2]. Первая глава по содержанию примыкает к главе «Друг детства» поэмы «За далью — даль», в которой герой в поезде случайно встречается со школьным другом и понимает, что тот был осуждён по политической статье и едет домой из лагеря. Этот эпизод подтолкнул поэта к размышлениям о собственной жизни и написанию поэмы «По праву памяти»^[3].

Произведение тесно связано с биографией автора. Ф. А. Абрамов упоминал об истоках его личной трагедии в воспоминаниях^[4]:

Не говорю о том, что раскулачена семья, а он один на свободе. Прославленный поэт, а брат в лагерях? До 53-го года. Отец великого поэта четыре года жил под чужим именем.

А. Т. Твардовский говорил: «У меня как бы две биографии: репутация народного поэта и наследственное клеймо классового врага». Более 20 лет ему приходилось, заполняя анкеты, указывать в них, что он «сын кулака», в то время это воспринималось как позорное клеймо. В поэме «По праву памяти» автора волнует судьба близких ему людей, прежде всего отца^[4].

В марте 1931 года его семья была депортирована на Северный Урал, они жили в деревянном бараке и выполняли тяжёлую работу. А. Т. Твардовский формально отрёкся от семьи. На их просьбу сделать что-нибудь для них он ответил отказом. Однако этот шаг дался писателю тяжело и породил глубокий внутренний конфликт. После разоблачения культа личности И. В. Сталина на XX съезде КПСС писатель постепенно и мучительно переоценивал как личность Сталина, так и личность своего отца. Результатом этой переоценки стала его поэма «По праву памяти»^[5].

Поэма была написана в условиях обострившейся после отставки Н. С. Хрущёва в 1964 году тенденции к замалчиванию сталинских репрессий. Со второй половины 1960-х годов о репрессиях перестали говорить и писать^[6]. Руководители обкомов и ведомств обличали редакцию журнала «Новый мир»^[7], которой руководил А. Т. Твардовский, как «носителей безыдейной и мелкобуржуазной распущенности», выискивающих «в политической жизни страны какие-то элементы так называемого „сталинизма“»^[8].

Первая глава поэмы «Перед отлётом» была впервые опубликована как стихотворение под названием «На сеновале» в первом номере журнала «Новый мир» в 1969 году. Остальные главы были запрещены цензурой к публикации и впервые были опубликованы в 1987 году в журналах «Знамя» № 2 и «Новый мир» № 3.

Кормилов характеризует поэму так:

Это социальное и лирико-философское раздумье о непростых путях истории, о судьбах отдельной личности, о драматической судьбе своей семьи: отца, матери, братьев. Будучи глубоко личностной, исповедальной, «По праву памяти» вместе с тем выражает народную точку зрения на сложные, трагические явления прошлого^[9].

В главе «Перед отлётом» лирический герой переосмысливает свои наивные и чистые юношеские представления о будущем с позиции прожитой жизни^[10]. Герой и его школьный друг ночью перед отъездом из родной деревни беседуют о будущем: об учёбе, достижениях, о возвращении в родные места и пр. Всё это происходило «жизнь тому назад». Теперь же лирический герой прошедшую жизнь грустью, но понимает, что он сохранил преданность идеалам юности.

В главе «Сын за отца не отвечает» А. Т. Твардовский, комментируя широко известное высказывание И. В. Сталина, пересматривает его с точки зрения сыновней ответственности за отца^[11]. Также он рассуждает о трагической судьбе крестьянства на примере собственного отца и его семьи после «Великого перелома»; о судьбах народов, «брошенных в изгнанье»; о тех, кто, пройдя немецкий плен, попал под репрессии: «Из плена в плен — под гром победы / С клеймом проследовать двойным».

Заключительная глава поэмы «О памяти» посвящена гневному обличению кампании забвения сталинских преступлений, развернувшейся в СССР со второй половины 1960-х годов и напоминанию о главной обязанности литературы — говорить правду. А. Т. Твардовский изобличает фальшивые доводы «молчальников» и делает уничтожающий прогноз для них: «Кто прячет прошлое ревниво, / Тот вряд ли с будущим в ладу…».

Произведение написано в русле реализма, по жанру это лирико-публицистическая поэма.

Поэма состоит из предисловия и трёх глав: «Перед отлётом», «Сын за отца не отвечает», «О памяти», объединённых образом лирического героя, который является повествователем.

Повествование носит исповедальный характер. В первой части герой обращается к своему другу, во второй — к людям нового поколения («Вам, из другого поколенья…»), в третьей полемизирует с «молчальниками», предлагающими забыть ошибки прошлого.

Первая глава — контраст и нравственный камертон для остальных двух глав поэмы. В ней создаются образы двух друзей — «мыслителя и поэта», которые собираются покинуть родную деревню. У них высокие устремления, они мечтают о грандиозных делах и великих открытиях и готовы жизнь отдать за свободу^[3].

Вторая глава начинается со строки «Сын за отца не отвечает», которая не только даёт название всей главе, но и становится рефреном и лейтмотивом главы, постепенно обретая новые смыслы. Эту фразу произнёс И. В. Сталин в 1930-е годы на съезде колхозников. Она освобождала детей не только от ответственности и вины за проступки их родителей, ставших «врагами народа», но и (как теперь осознал поэт) от памяти о них. Поэту пришлось глубоко прочувствовать смысл этой фразы, когда он оказался в ситуации выбора между родным отцом и «отцом народов»^[3]. В 1930-е годы А. Т. Твардовский понял эту фразу как освобождающую его от клейма сына кулака. Однако после он осознал, что его отречение от отца и причинённая ему боль также исходили из сути этой фразы^[5]:

А мы, кичась неверьем в бога,

Во имя собственных святынь

Той жертвы требовали строго:

Отринь отца и мать отринь.

Забудь, откуда вышел родом,

И осознай, не прекословь:

В ущерб любви к отцу народов —

Любая прочая любовь.

Повествователь воссоздаёт образ своего отца: он помнит его натруженные крестьянские руки («Ни разогнуть, ни сжать в кулак: / Отдельных не было мозолей — / Сплошная»). Его признали кулаком и сослали «куда-то за Урал», но несмотря на это он до последнего надеялся на помощь вождя: «И верил: всё на место встанет / И не замедлит пересчёт, / Как только — только лично Сталин / В Кремле письмо его прочтёт…»^[12].

В конце второй главы поэт размышляет об исторической ответственности современников «за всеобщего отца», то есть за то, что они допустили культ личности И. В. Сталина, согласились с ним^[12].

В третьей главе центральным становится образ памяти. Лирический герой стремится сохранить память обо всех «ставших лагерною пылью». Поэт гневно отвергает стремление «поставить крест» на памяти о трагических событиях сталинской эпохи. Он опровергает возражения тех, кто полагает, что память народа об ошибках и преступлениях прошлого лишит страну доблести, порадует врага и пр. Будь это так, «...дело наше — только грёза, / И слава — шум пустой молвы». Для поэта, как и для многих, стало потрясением раскрытие масштаба репрессий. Однако он по-прежнему не только верит в коммунистические идеалы, но и нуждается в образе справедливого и человечного вождя. Таким становится для него В. И. Ленин, который, по представлениям поэта, в отличие от И. В. Сталина, не мнил себя богом^[12][3].

Герой видит в ошибках эпохи и свою вину^[3]. Он считает признание правды необходимым для страны опытом, позволяющим при любых потрясениях быть «Людьми / из тех людей, / что людям, / Не пряча глаз, / Глядят в глаза».

Тема сталинских репрессий рассматривается поэтом как в контексте судьбы его собственной семьи, так и в контексте судьбы страны^[9]. Тема памяти стала центральной не только для этой поэмы, но и для всего творчества А. Т. Твардовского. Поэта также волнует тема отцов и детей, сыновнего долга и ответственности перед родителями.

Основные мотивы произведения: мотив поиска правды и справедливости^[9], мотив вины поколения и собственной ответственности за преступления сталинской эпохи^[13].

Восстановление правды о прошлом страны и своей семьи, сохранение памяти народа о трагических страницах своего прошлого, без которого народ не будет «с будущим в ладу» — таковы основные идеи поэмы.

Т. А. Снигирёва одну из важных идей поэмы выразила так:

Для Твардовского 60-х отказ от кровного, земного, человеческого («сын за отца не отвечает») чреват и крахом государственности, и утратой нравственных ценностей, накопленных народом веками^[14].

Поэма написана четырёхстопным ямбом с перекрёстной рифмовкой, с чередованием женских и мужских окончаний.

Средства выразительности в поэме:

• эпитеты: строгий знак сторожевой, речи нелукавой, памяти живой, опасливый запрет, московский запах папирос, упрёком нежным, вражье искаженье, поскрюченных перстов и пр.
• метафоры: возраста уроки, эти были оплатили мы платой самою большой…, глазами ели, пылая краской до ушей, сорвётся с места край родной и закружится в хороводе, в узлах из жил и сухожилий, Смыкал над ней зарю с зарёй и пр.
• сравнения: Как будто он / Ему неведомый и странный / Узрел и отменил закон; точно граблями и пр.
• гиперболы: Кидая наше захолустье / В обмен на целый белый свет; Дорваться вдруг / До всех наук — / Со всем запасом их несметным…, В премудрость мира с ходу врыться, / До дна её разворотив;
• риторические обращения, вопросы и восклицания: ты помнишь… Что проще!… Но что сложней? Давно ли? Вам — / Из другого поколенья; Сын — за отца? Не отвечает! / Аминь! А вдруг тот сын (а не сынок!), / Права такие получая, / И за отца ответить мог? и пр.
• сарказм: Благодари отца народов, / Что он простил тебе отца / Родного; Отдельных не было мозолей — / Сплошная. / Подлинно — кулак! и пр.