SMS Goeben (1911)

Линейный крейсер типа «Мольтке». Заложен 12 или 28 августа^{[Прим. 1]} 1909 года, спущен на воду 28 марта 1911 года, предварительно вошёл в состав флота 2 июля 1912 года. Стоимость постройки составила 41 млн 564 тыс. золотых марок или 20 млн 728 тыс. рублей золотом. Строительство велось на судоверфи фирмы «Blohm + Voss» («Blohm und Voss») в Гамбурге.

Назван в честь Августа Карла фон Гебена, прусского генерала времен франко-прусской войны 1870—1871.

До войны крейсер был флагманом Средиземноморской группы Кайзерлихмарине (командующий — адмирал Вильгельм Сушон).

К началу Первой мировой войны, летом 1914 года, Средиземноморская группа (эскадра) в составе линейного крейсера «Гёбен» и лёгкого крейсера «Бреслау» находилась вблизи побережья Африки.

В Средиземном море находились значительные силы французского флота, поэтому после объявления войны было решено перевести группу в Константинополь, к побережью Турции, подписавшей секретный договор о союзе с Германией, но объявившей о своём нейтралитете в начавшейся войне. Кроме французского флота, в Средиземном море находилась и группа британских линейных крейсеров, однако «Гёбену» и «Бреслау» удалось ускользнуть от союзников и благополучно дойти до цели: 28 июля (10 августа) 1914 года немецкие крейсера достигли пролива Дарданеллы.

Турция, заявив о своём нейтралитете, по существовавшим международным договорам не имела права впускать корабли воюющих сторон в проливы. Однако Германии удалось склонить на свою сторону военного министра Турции Энвер-пашу, и разрешение было дано. Для того, чтобы преодолеть юридические затруднения, немецкие крейсера были формально включены в состав турецкого флота под именами «Yavuz Sultan Selim» и «Midilli», при этом команды остались немецкими. 3 (16) августа крейсера подошли к Константинополю. 10 (23) сентября контр-адмирал Сушон был назначен главнокомандующим турецким флотом. 11 (24) октября военный министр Энвер-паша отдал Сушону приказ о начале боевых действий против русского флота.

• 16 (29) октября «Гёбен» подошёл к Севастополю и обстрелял его. Береговые батареи открыли ответный огонь. 254-мм снаряд попал в район кормовой трубы, но не взорвался. При отходе «Гёбен» встретил и обстрелял русский минный заградитель «Прут» (чтобы избежать захвата, командир капитан 2-го ранга Быков Г. А. приказал затопить корабль, открыв кингстоны, а команде высадиться на шлюпки^[2]), после чего накрыл залпом из 150-мм орудий эсминец «Лейтенант Пущин», пришедший на помощь тонущему «Пруту»^[1]. После этих событий Россия объявила войну Турции^{[Прим. 3]}.

• 5 (18) ноября «Гёбен» и «Бреслау» вновь приблизились к берегам Крыма и у мыса Сарыч внезапно встретились с главными силами Черноморского флота во главе с броненосцем «Евстафий». Из-за тумана противники обнаружили друг друга на расстоянии менее 5 миль. В последовавшей перестрелке «Гёбен» получил несколько попаданий тяжёлыми снарядами, однако, благодаря преимуществу в скорости, немецким крейсерам удалось оторваться от русской эскадры и уйти (см. Бой у мыса Сарыч).
• 27 ноября (10 декабря) прикрывал транспорты с войсками и обстрелял Батум.
• 13 (26) декабря наскочил на минное поле, установленное русскими кораблями вблизи входа в пролив Босфор. Первая мина взорвалась по правому борту вблизи носовой рубки. В корпусе образовалась пробоина площадью около 50 квадратных метров, однако внутренняя броневая переборка (torpedo bulkhead) выдержала удар. Через несколько минут взорвалась вторая мина — на этот раз по левому борту впереди каземата; площадь пробоины в корпусе составила более 60 квадратных метров, однако внутренняя броня выдержала и на этот раз. Корабль принял до 600 тонн воды, но смог дойти до базы. Для ремонта пришлось вызывать рабочих из Германии и сооружать гигантские кессоны весом в 160 тонн^[1].

• 3 апреля «Гёбен» и «Бреслау» вышли в Чёрное море, чтобы встретить турецкие бронепалубные крейсера «Хамидие» и «Меджидие», посланные для бомбардировки Николаева.

«Меджидие» наскочил на мину и затонул, поэтому бомбардировка Николаева была отменена, германские же корабли отправились к Севастополю. Присутствие противника было обнаружено русским гидропланом, и в море вышла эскадра Черноморского флота: шесть броненосцев в сопровождении двух крейсеров и пяти эсминцев. Тем временем немецкие крейсера потопили два грузовых парохода и поджидали русскую эскадру, чтобы прикрыть отход «Хамидие» в Босфор. Когда русский флот приблизился на расстояние 10 миль, «Бреслау» поставил дымовую завесу, под прикрытием которой германские крейсера стали отходить. Русские линкоры развили максимальный ход и открыли огонь, но в наступивших сумерках успеха не добились. Немецкие крейсера получили по радио сообщение о том, что «Хамидие» благополучно вернулся на базу, и начали отход, не подозревая, что в темноте к ним приблизились русские эсминцы. Неосторожные переговоры по радио выдали русских моряков, и «Бреслау», осветив эсминцы прожекторами, открыл огонь с дистанции 200 м. Немецкие моряки посчитали, что ими были потоплены два эсминца, но русские корабли отступили без потерь. «Гёбен» и «Бреслау» вновь ушли в Босфор.

До конца года операции «Гёбена» были ограничены из-за недостатка угля; крейсер выходил в море лишь два раза: 9—11 августа и 5—6 сентября.

• 8 января вышел в море для преследования русских миноносцев, но столкнулся с новым русским линкором «Императрица Екатерина Великая». Пять залпов «Гёбена», выпущенные с максимальной дистанции, легли с недолётами. Крейсер начал отход, постепенно увеличивая дистанцию^{[Прим. 4]}. Русский линкор развил максимальную скорость и продолжал преследование ещё 30 минут, ведя огонь из 305-мм орудий: последние залпы были сделаны с дистанции 22,5 км^[3]. «Гёбен» получил лишь осколочные попадания и ушёл в Босфор^[1].

В начале 1916 года углы возвышения увеличили до 16°.

• 4—6 февраля прикрывал транспорты с войсками.
• 4 июля обстрелял Туапсе.

В конце 1916 года на «Гёбен» установили приборы центральной наводки главного и среднего калибров. Угол возвышения орудий увеличили до 22,5°, что давало крейсеру возможность вести бой с новыми русскими линкорами на дистанциях до 23 км. Одновременно были демонтированы последние четыре 88-мм орудия, ещё остававшиеся на борту.

Появление русских дредноутов кардинально изменило обстановку на Кавказско-черноморском театре военных действий. Благодаря достигнутому качественному превосходству, Черноморский флот смог блокировать доставку угля из района Зонгулдак в Константинополь, в результате чего в 1917 году «Гебен» ни разу не вышел в море^[1].

После Октябрьской революции в Петрограде и в результате наступившей после этого анархии русский флот потерял боеспособность, и военные действия на Чёрном море прекратились; база флота в Севастополе по Брестскому договору попала под контроль Германии.

После завершения Дарданелльской операции Англия держала специальную флотилию в Эгейском море на случай выхода «Гёбена».

• 10 января «Гёбен» и «Бреслау» вышли из Дарданелл и столкнулись с английскими силами у острова Имброс. В этот момент линкоры английской флотилии (HMS «Agamemnon» и HMS «Lord Nelson») находились в другом месте, и английские эсминцы и мониторы стали лёгкой добычей: были потоплены мониторы «M28» и HMS «Raglan». Однако вскоре после боя немецкие крейсера наскочили на минное поле: «Бреслау» затонул мгновенно, «Гёбен» также подорвался на трёх минах, но остался на плаву. Вскоре крейсер был атакован примерно десятью английскими и греческими самолётами эскадрильи греческой морской авиации в составе II британского крыла Королевских морских воздушных сил (RNAS — «Royal Naval Air Service») и, пытаясь уйти от воздушной атаки, сел на мель в районе отмели Нагара.

В ходе воздушных боёв над кораблём, греческий ас Аристидис Морайтинис на истребителе Sopwith Camel 1F.1 сбил три немецких самолёта, пытавшихся перехватить бомбардировщики союзников, в то время как греческий Sopwith 1½ Strutter лейтенанта Спиридона Хамбраса был сбит немецким асом Эмилем Мейнеке (Emil Meinecke)^[4][5].

• 26 января был снят с мели и отбуксирован в Стамбул. После ремонта вновь вернулся в строй^{[Прим. 5]}.

• 30 марта «Гебен» сопровождал турецкую комиссию по разоружению, прибывшую в Одессу после подписания Брест-Литовского договора.
• В мае проходил ремонт в Севастополе, где, в отличие от Константинополя, имелся сухой док подходящего размера. Силами местных рабочих были устранены течи и проведена очистка корпуса.
• 28 июня «Гебен» с группой эсминцев отправился в Новороссийск для интернирования остатков русского военного флота, но к моменту прибытия группы на место корабли уже были затоплены. Оставив эсминцы в Новороссийске, «Гебен» вернулся в Севастополь, где силами местных рабочих была проведена очистка днища.
• 7 августа — 19 октября: по возвращении в Константинополь, проходил ремонт по устранению повреждений, нанесенных взрывами мин в январе. В военных действиях больше участия не принимал.
• 2 ноября Германия передала крейсер в собственность турецкого правительства^[6].

Условия Севрского мирного договора между Оттоманской империей и союзниками (1920 год) предусматривали передачу крейсера Англии в качестве военных репараций. Однако после войны за независимость Турции договор был расторгнут. По Лозаннскому мирному договору (1923 год) большая часть флота оставалась в распоряжении турецкого правительства. В число оставленных Турции кораблей вошёл и «Гебен» («Явуз»)^[7].

Во Второй Мировой Войне не проявлял никаких действий: шла модернизация, дооснащение и ремонт. После 1948 года корабль был размещен либо в г. Измит, либо в г. Гёльджюк. Был списан с действительной службы 20 декабря 1950 года и исключен из Военно-Морского Регистра 14 ноября 1954 года. Когда Турция вступила в НАТО в 1952 году, кораблю был присвоен бортовой номер B70. Турецкое правительство предложило продать корабль западногерманскому правительству в 1963 году как музейное судно, но предложение было отклонено. Турция продала корабль «M.K.E. Seyman» в 1971 году на слом. «Гебен» («Явуз») был отбуксирован для разделки 7 июня 1973 года, и работы по полной утилизации были завершены в феврале 1976 года. К тому времени, он был последним дредноутом, существовавшим за пределами Соединенных Штатов.

Появление «Гёбена» и «Бреслау» в Чёрном море ускорило вступление Турции в войну на стороне Центральных держав. Хотя военные действия Турции и имели некоторое самостоятельное значение, однако наибольшее влияние на ход войны оказала потеря южного маршрута снабжения русской армии, а также прекращение экспорта русского зерна — основного источника валюты для русской казны^{[Прим. 6]}. Вместе с германской блокадой Балтийского моря это отрезало Россию от Европы; оставшиеся пути снабжения через Архангельск и Владивосток были слишком долгими и ненадёжными. Всё это привело к заметному ослаблению военной мощи русской армии, испытывавшей постоянный недостаток в материальном снабжении^{[8][Прим. 7]}.

Действия «Гёбена» оказали большое влияние на операции Кавказского фронта. До 1914 русские линкоры доминировали в Чёрном море, и русская армия планировала десант в Босфоре. Появление «Гёбена» в корне изменило ситуацию: любые действия у турецких берегов теперь требовали присутствия всей броненосной бригады ЧФ, поскольку меньшие силы могли быть уничтожены «Гёбеном». Влияние «Гебена» было нейтрализовано лишь в начале 1916 года с вводом в строй русских линкоров «Императрица Мария» и «Императрица Екатерина Великая». Нейтрализация «Гебена» радикально изменила соотношение сил на Кавказско-черноморском театре в пользу России^{[9][Прим. 8]}.