Валидов, Ахмет-Заки

Ахметзаки Валиди является потомком религиозных деятелей Валидовых. В Российском государственном архиве древних актов имеется ряд сведений о генеалогии Валиди. Наиболее ранним таким документом являются материалы второй ревизии (1747 г.). Также содержат генеалогическую информацию материалы восьмой и девятой ревизии и метрические книги по деревне Кузяново за 1860 и за 1890 годы. Наиболее ранним известным предком Валиди по этим документам является ясачный татарин Иштуган Ишмекеев из села Нижнее Арметево Ногайской дороги Уфимского уезда^[4]. По материалам 5 ревизии Таит (Таип) Иштуганов (1750—1837), записанный тептярем, и прабабка Гуландан Муртазина, записанная как тептярская дочь. Известно о трёх сыновьях Таита — Аюпе, Халите и Валите (прадед Ахметзаки Валиди). Известно, что у Валите было три жены и 11 сыновей. По материалам девятой ревизии известно, что Ахмедтан (Ахмед(т)ьян) Валитов (дед Ахметзаки Валиди) входит в число членов домохозяйства своего брата Мухаметвали Валитова, записанного тептярем. В составе домохозяйства указана и бабка Валиди — Мухибъямала (Мухибямал) Вильданова. В метрической книге по деревне Кузяново за 1860 год в записи о рождении отца Валиди Ахмед(т)ши, Ахмед(т)ьян Валидов записан как башкир^[5]. В метрической книге за 1890 год в записи о рождении Ахметзаки даются сведения о его родителях — отце Ахмед(т)ше, сыне Ахмед(т)ьяна Валидова, и матери Уммульхаят, дочери Мухамедкафи Котлозоманова, из тептярей^[6]. Однако в Царском указе от 16 (28) февраля 1894 об утверждении отца Ахметзаки Валиди — Ахметши Ахметзянова имам-хатибом 2-й соборной мечети деревни Кузяново, отец был зафиксирован башкиром^[7].

Если говорить о национальной самоидентификации, то в анкетном листе делегата VII Всероссийского съезда Советов (1919) сам Валиди указал, что по национальности является башкиром (башкирином)^[8]. В своих «Воспоминаниях» он отмечал, что принадлежит к башкирскому роду Суклы-Кай, входящему в род Кайлы^[9], подчёркивал своё башкирское происхождение. Также указывал, что его предки были ногайцами, присоединившимися к юрматинским башкирам^[10][11] ещё во времена каракитаев (домонгольская эпоха)^[12]. В открытом деле КГБ национальность Валидова указана как «татарин-башкир», при этом с более поздним добавлением слова «башкир»^[13] По свидетельству известного деятеля тюрко-татарской эмиграции Али Акыша, в 1953 году, незадолго до смерти, Валиди, при обращении к Гаязу Исхаки, называл себя татарином. Тем не менее высказываются различные взгляды на этническую принадлежность Валиди. При этом С. М. Исхаков указывает на то, что с дореволюционных времён существуют три взгляда на этническое происхождение Валиди: татарское, тептярское и башкирское, и эти взгляды не противоречат друг другу, если рассматривать их в конкретно исторической обстановке. По мнению С. М. Исхакова, на этническую самоидентификацию Валиди оказала сильное влияние политика — до 1917 года он был татарским деятелем, а после февраля 1917 года чем выше поднимался он в политической карьере руководителя Башкирской республики, тем больше должен был выступать как башкирский деятель^[14].

Родился 10 (22) декабря 1890 года в деревне Кузяново Ильчик-Тимировской волости Стерлитамакского уезда Уфимской губернии. Его родители были религиозными деятелями, имели отличное образование, владели несколькими языками.

Отец — Ахметша Ахметьянович Валидов (1860—1937), после окончания Стерлитамакского медресе начал служить во 2-й соборной мечети деревни Кузяново. В начале 1890-х годов открыл при мечети медресе. Им написаны такие произведения, как «Путешествие в Хиджаз», «Жизнь Сатлык улы». Имел консервативные взгляды и стремился придерживаться древних обычаев. Мать — Уммулхаят Мухаметкафиевна Валидова (1873—1946), окончила медресе деревни Утяково, преподавала в женских классах медресе мужа. Интеллектуальное окружение самым благоприятным образом сказалось на развитии юного Ахметзаки. Уже с шести—семи лет он начал изучать различные языки.

С 1898 года Валиди начал обучение в медресе отца. Здесь он совершенствовал свои познания в тюркском, арабском и русском языках. Мать помогала сыну освоить персидский язык.

Особое внимание уделялось изучению русского языка. Для этого из соседнего села Макарово, где имелось русско-башкирское училище, в котором обучали русскому языку, отец пригласил учителя. В последующем занятия с Ахметзаки продолжил сын друга отца, Шагибек Узбеков и подготовил его к сдаче письменных экзаменов. Весной 1902 года Ахметзаки успешно сдал экзамены в училище села Макарово, и его рекомендовали отправить продолжать обучение в русской школе в Стерлитамаке. Тем не менее родители не согласились последовать этому совету, хотя у самого и было такое желание.

С осени 1902 года Валиди учился в медресе деревни Утяково, которым руководил брат его матери, Хабибназар Сатлыков (Хабибназар Утяки)^[15]. Дяде удалось сыграть значимую роль в становлении юного Ахметзаки. Хабибназар Утяки получил образование в медресе известного татарского просветителя Марджани при мечети 1-го прихода Казани и после окончания преподавал в нём. Был верным последователем своего учителя, путешествовал вместе с ним. После десяти лет жизни в Казани вернулся на родину. Его перу принадлежат произведения «Пояснения к физике и метафизике Нагима аль-Котайба», «Пояснения к „Мустафад ал-ахбар“», «Ключи истории». Также им был сделан перевод «Навадира» на тюрки (чагатайский язык). В отличие от консервативного отца Ахметзаки, дядя не чурался и светских знаний, имел современные представления в области астрономии и математики. Хабибназар Утяки относился к племяннику как к родному сыну и проводил с ним дополнительные занятия. Особое внимание уделялось изучению арабской риторики, биографиям выдающихся учёных в этой области.

Особую роль сыграло присутствие Валиди при беседах его дяди с Шафик ахуном, переписывавшимся с самим Марджани. Слушая обсуждения философских концепций Марджани, юноша проникся уважением к этому учёному, и у него появилась мечта стать похожим на него.

В газете «Идель» шакирда Хабибназара Утяки Г. Гумерова, выходившей в Астрахани, состоялся дебют Валиди в печати. В выпусках от 30 января и 3 февраля 1908 года в ней была опубликована статья «„История“ Мурата Эфенди и выдающийся учёный Марджани».

С осени 1908 года Валиди продолжил обучение в казанском медресе «Касимия».

С 1909 года Валиди был назначен преподавателем истории тюрков и арабской литературы. В качестве учебника для преподавания он начал писать свою первую крупную работу, которая по его замыслу должна была носить название «История тюрков». Ознакомившийся с книгой писатель Галимджан Ибрагимов и издатель предлагали для книги другие названия — «История татар», «История тюрков-татар». Однако эти названия не отвечали позиции Валиди. Работа задумывалась как двухтомная «История тюрков и татар». Первый том, посвящённый истории тюркских народов от древнейших времён до падения Казанского ханства, вышел в 1912 году в типографии «Миллят». Его переработанное издание было опубликовано в 1915 году, а в 1917 году книга вышла повторным изданием. Второй том, в котором предполагалось изложить историю тюркских народов от падения Казанского ханства до современности, Валидов не завершил.

Первый том состоит из пяти глав:

1. Тюркские народы в древности.
2. Ислам и тюрки (от Тукю до Чингисхана).
3. Чингисхан. Великое тюркское правительство (страна и престол в руках монголов).
4. Дешт-и-Кипчак, или государство Золотой Орды.
5. Булгария после татар. Казанское ханство (татары в Булгарском ханстве)^[16].

О предполагаемом содержании второго тома можно судить по сохранившемуся примерному плану. В нём должны были рассматриваться история Булгарии, Казанского ханства, Ногайской Орды и Сибирского ханства после падения Казани, присоединение башкир и других тюркских народов к России, народные восстания, положение российских мусульман, а также вопросы исторического развития и будущего тюркских народов. В целом замысел работы совпадал со структурой труда Мурата Рамзи^[17].

Издание 1915 года вышло под названием «Краткая история тюрков-татар» и предназначалось для использования в качестве учебного пособия в школах. В издании 1917 года были исключены предисловие и часть сносок.

На период жизни в Казани приходятся и первые попытки Валиди активно участвовать в общественной жизни. Так, известно, что 27 января 1913 года он принял участие в собрании мусульман, приуроченном к 300-летию царской династии Романовых, где особая дискуссия развернулась вокруг вопроса об открытии в Казани женской гимназии и приюта. Валиди выступил на собрании с речью по данному поводу, отстаивая точку зрения, что создание женской гимназии не принесёт пользы, но ему не дали её закончить и оборвали. В целом, мнения присутствующих разошлись. Богатые мусульмане и духовенство поддерживали открытие приюта. Были поддерживающие открытие только женской гимназии и поддерживающие открытие сразу двух заведений. 10 февраля 1913 года Валиди опубликовал в газете «Вакыт» свою статью «Подготовка к юбилею (письмо в Казань)», где высказал мнение, что в Казани отсутствует человек, способный возглавить женскую гимназию, разработать её устав и программу, а также нет потенциальных учениц, которые бы смогли учиться в этом заведении^[18].

Выступление Валиди в печати не прошло незамеченным. Оно привлекло внимание Уфимского губернского жандармского управления. В секретном донесении начальника Уфимского губернского жандармского управления от 25 февраля 1913 года сообщалось о публикации Валиди соответствующей статьи в оренбургской газете «Вакыт» и прилагалась выдержка из неё на русском языке. Копии данного донесения были отправлены начальникам Казанского и Пермского губернских жандармских управлений^[19].

Однако наибольший резонанс данная статья получила в мусульманской национальной печати. Через пять дней после выхода статьи Валиди, в газете «Кояш» появилась статья «Что наделал Заки хальфа», подписанная псевдонимом «Ташмухамед», где Валиди уничижительно высмеивался. Под псевдонимом скрывался Фатих Амирхан. В защиту Валиди в газете «Вакыт» выступили Муса Бигиев, Хусаин Абузаров и Шакир Мухамедъяров. 5 марта 1913 года в газете «Кояш» Ташмухамед ответил на их статью — в рубрике писем появилась заметка «Мой ответ Господину Мусе Бигиеву и господину Шакиру Мухамедъярову»^[20].

Большую роль в становлении молодого учёного в то время сыграл Н. Ф. Катанов. 18 марта 1913 года на заседании Общества археологии, истории и этнографии при Казанском университете он выступил с ходатайством о принятии Валиди в действительные члены общества. 23 мая 1913 года на заседании общества «подачею закрытых записок» Валиди был избран членом общества, получив лишь один «неизбирательный голос». 4 октября 1913 года Валиди на заседании Совета Общества просил командировать его для историко-археологических и этнографических исследований в Ферганскую область, мотивируя это тем, что ранее исследователи безрезультатно искали в Коканде древние библиотеки, а у него имеются сведения о наличии у жителя Коканда Юнус Джан-Дадха ценного собрания рукописей. Данное прошение было удовлетворено^[21].

Командировка в Ферганскую область

Точные даты командировки в Ферганскую область неизвестны, но исходя из имеющихся документов можно предположить, что она началась в конце октября — начале ноября 1913 года, а закончилась в марте 1914 года. В ходе командировки Валиди посетил города Коканд, Маргелан, Андижан, Ташкент, Наманган, Самарканд, Бухара, Скобелев и другие, где осмотрел частные коллекции рукописей. Среди значимых находок — рукопись «Благодатное знание», автором которой является Юсуф Хасс-хаджиб Баласагуни, известное до того лишь в двух списках. Новый список был обнаружен Валиди в Намангане в библиотеке Мухамед-ходжи-ишан Лоляриша, и является самым полным. В следующей своей командировке Валиди попытался выкупить эту рукопись, но безрезультатно. Ряд рукописей был приобретён и в ходе первой командировки. Среди них «Книга Губайдуллы» Мир Мухаммеда Амина Бухари, «Книга Габдуллы» Хафиза бин Мухаммеда ал-Бухари, «Проявление могущества царей» Али бин Шихабуддина ал-Хамадани, «История Наршахи» Мухаммеда Наршахи ал-Булхари, «Ясные приложения» Джамала Карши, «История Шауки» Шауки, «Сады богатства» Агахи. Также в ходе командировки были собраны сведения об экономике и исторической географии края, этнографический материал об узбеках, ведущих кочевой образ жизни.

По возвращении из командировки, 20 апреля 1914 года Валиди представил свой доклад на заседании Общества. Выступление получило высокую оценку и пожелания «скорейшего напечатания некоторых из найденных докладчиком рукописей и русского перевода к ним, с воспроизведением и подробную характеристикою миниатюр, замечаниями лингвистического характера, хронологией христианской эры и параллельными выдержками из русских известий»^[22]. Позднее Валиди отправился в Санкт-Петербург, где выступил с ещё одним докладом в доме В. В. Радлова (среди присутствующих был В. В. Бартольд). Доклад заинтересовал присутствующих учёных, и Валиди получил предложение опубликовать свои материалы в «Записках Восточного отделения Императорского русского археологического общества». Он написал письмо в Общество археологии, истории и этнографии при Казанском университете, где просил разрешения на публикацию своего отчета, а также ходатайствовал о выдаче субсидии на следующую поездку в Среднюю Азию. Общество на своем заседании 22 августа 1914 года рассмотрело просьбу Валиди, разрешило опубликовать отчет, но на просьбу о командировке ответило отказом ввиду недостаточности средств^[23].

Командировка в Бухару

Впрочем, не дожидаясь этого решения, Валиди удалось заручиться поддержкой, и по рекомендации В. В. Бартольда, Русский комитет по изучению Средней и Восточной Азии и Императорская Академия наук поддержали его командировку в Бухару. 31 мая 1914 года Валиди выехал из Санкт-Петербурга и 6 июня прибыл в Ташкент, на следующий день выехал в Наманган и Скобелев, и 12 июня 1914 года прибыл в Бухару. 23 июня покинул Бухару и отправился в Шаршауз, а затем в города долины Сурхандарьи (Гузар, Байсун и др.)

На обратном пути, 16 июля 1914 года остановился в Карши. Здесь Валиди удалось сделать выдающуюся находку. На базаре в Карши он увидел торговца, который завёртывал продаваемое лекарство в листы какой-то рукописи. Эта рукопись заинтересовала Валиди и он приобрёл её. Рукопись оказалась подстрочным переводом Корана на тюркский язык, начиная с суры XVIII и комментария к нему. В первой части рукописи, после каждой суры следовали рассказы на её сюжет. Вторая часть рукописи начиналась с суры XLIX, и в ней комментировались отдельные стихи. Даты составления и переписки были не указаны, имена составителя и переписчика не упоминались. В. В. Бартольд считал, что данная рукопись написана раньше XI века. Позднее, А. К. Боровков, изучая эту рукопись высказал мнение, что наличие в тексте терминов монгольской эпохи и более позднего времени, свидетельствуют о том, что рукопись переписана в XV веке, а исходный текст видимо нужно отнести к XII—XIII векам. Однако, по мнению исследователя, исходной датой рукописи теоретически можно считать конец X века, если допустить возможность появления тюркского перевода с раннего перевода тасфира Табари.

Валиди покинул Карши 23 июля 1914 года и возвратился в Бухару. Здесь он находился с 24 июля по 4 августа, после чего выехал в Уфу. Причина отъезда — начавшаяся Первая мировая война. В 1912 году Валиди был зачислен в ополчение первого разряда и должен был пройти медицинский осмотр. 16 августа 1914 года через Самарканд, Ташкент, Оренбург и Уфу Валиди прибыл в город Стерлитамак. Всего в ходе данной поездки по заданию Академии наук он собрал 23 рукописи, несколько книг были приобретены им для себя. Кроме археографических работ им также был осуществлён сбор фольклорных материалов^[24].

Отчёт о первой командировке Валиди под названием «Восточные рукописи Ферганской области» был опубликован в 1915 году в XXII томе «Записок Восточного отделения Императорского русского археологического общества». Отчёт о второй командировке под названием «Отчёт о командировке в Бухарское ханство» был напечатан в 1916 году в XXIII томе «Записок Восточного отделения Императорского русского археологического Общества». Редактором этих публикаций выступал В. В. Бартольд. Также с командировкой в Среднюю Азию связана серия из девяти статей под названием «Туркестанские письма». Они публиковались в газете «Иль» («Страна») начиная с 28 ноября 1913 года по 2 мая 1914 года.

Был членом Временного центрального бюро российских мусульман. Был избран членом Икомус (Исполнительного комитета Всероссийского мусульманского совета)^[25]. Избран депутатом Всероссийского учредительного собрания от Уфимской губернии. Депутат Миллэт Меджлиси^[tt] (1917—1918). В 1917 году стал членом Партии социалистов-революционеров.

В 1917 году, находясь в составе Башкирского областного бюро, образованного в Москве на Всероссийском съезде мусульман башкирской делегацией, совместно с Шарифом Манатовым Валиди явился организатором созыва I и II Всебашкирских съездов (июль — Оренбург, август — Уфа), на которых было создано Башкирское центральное шуро, которое 15 ноября 1917 года в Оренбурге провозгласило образование национально-территориальной автономии Башкортостан как части федеративной России. Валиди был избран членом Башкирского правительства и предпарламента Башкурдистана — Малого Курултая, а также был назначен командующим Башкирским войском.

В феврале 1918 года Валиди был арестован большевиками в Оренбурге в числе восьмерых членов Башкирского Правительства, в апреле был освобождён при атаке отрядов казаков и башкир на город. Во главе башкирских полков присоединились к восстанию Чехословацкого корпуса^[26]. Валиди стал председателем Башкирского военного совета при Башкирском правительстве. Полковник в Народной армии. По мере ослабления влияния фракционного социалистического правительства КОМУЧа, находившегося у власти, власть в Сибири перешла к стоящему на позициях «Единой, Великой и Неделимой России» Российскому правительству А. В. Колчака. Местный представитель Колчака, атаман оренбургского казачества А. И. Дутов, воспринимался сторонниками федерализации бывшей Российской империи как «контрреволюционер» и «монархист». Лидеры эсеров Виктор Чернов и Вадим Чайкин совместно с командующим актюбинской группой казачьих войск полковником Ф. Е. Махиным и атаманом первого округа Оренбургского войска полковником К. Л. Каргиным, также стоявшими на социалистических позициях, решили устранить Дутова. Валиди присоединился к этому заговору вместе с представителем Алаш Орды Мустафой Шокаем. Из-за предательства план был раскрыт. Валиди в своей книге пишет, что Дутов, получив ранение, «сбежал в танке» за пределы города^[27], однако в другом источнике пишут, что бежали сами заговорщики^[28].

Валиди на I Всебашкирском военном съезде 21 февраля 1919 года был избран народным комиссаром по военным делам и заместителем председателя Временного военного революционного комитета Башкирской республики. В феврале 1919 года Валиди стал организатором перехода башкирских войск на сторону Красной армии^[29]. После перехода на сторону красных Валиди вёл переговоры с правительством Советской России о легитимизации в качестве автономии Башкирской республики. Итогом переговоров стало подписание «Соглашения центральной Советской власти с Башкирским Правительством о Советской Автономной Башкирии», согласно которому Башкурдистан был преобразован в Башкирскую Советскую Республику в составе РСФСР.

Весной — осенью 1919 года в городах Самара, Саранск и Стерлитамак занимался формированием башкирских войсковых частей Красной Армии, созданием башкирской социалистической партии «Воля». Зимой 1919—1920 годов находился в Москве, выступал против идеи воссоздания Татаро-Башкирской Советской Республики, предложил проект Киргизо-Башкирской Советской Республики.

После Январского конфликта между правительством республики и партийным органом (Башобком РКП(б)), в феврале 1920 года был избран председателем Башкирского военно-революционного комитета. В 1920 году стал членом РКП(б). До отзыва в Москву в составе комиссии Башревкома занимался разработкой Конституции республики. В июне 1920 года, считая неприемлемым постановление ВЦИК и СНК РСФСР «О государственном устройстве Автономной Советской Башкирской республики» от 19 мая 1920 года вместе с остальными членами Башревкома, ушёл в отставку. Принял участие в организации антисоветских восстаний.

В июне 1920 года выехал в Баку, а затем отправился в Среднюю Азию. В сентябре 1920 года направил В. И. Ленину, И. В. Сталину, Л. Д. Троцкому и А. И. Рыкову письмо с обличением великодержавной политики большевиков. В Хивинском ханстве и Бухарском эмирате почти три года занимался организацией басмаческого движения в сотрудничестве с бухарским эмиром Саид Алим-ханом. Валиди в годы пребывания в Туркестане был признаным руководителем басмаческого движения Туркестана, об этом говорит и конспиративная переписка Сталина по вопросу установления контакта с лидерами басмачей Валиди^[30].

Летом 1921 года создал Совет Национального Единства Туркестана и его флаг^[31]. В июле 1921 года был избран Председателем Центрального комитета Совета Национального Единства Туркестана. После ряда военно-политических неудач в 1923 году Валиди эмигрировал за границу. В том же году в библиотеке иранского города Мешхед нашёл уникальную рукопись, содержащую текст знаменитых «Записок» Ибн Фадлана.

В 1924 году переехал в Берлин, где сотрудничал с Г. Исхаки. По сведениям польской разведки, Валиди получал деньги от резидента ОГПУ в Берлине. При этом с 1929 года он получал деньги от польской разведки «в качестве поддержки его авторских работ»^[32].

3 июня 1925 года в турецкой «Ресми газете» был опубликован Указ Кабинета министров Турции о предоставлении А. Валиди турецкого гражданства.

С 1925 года — советник министерства образования в Анкаре, затем преподаватель, профессор Стамбульского университета (Турция). Читал лекции в Стамбульском университете, участвовал в возрождении Туркестанского национального объединения «Джамиат» и издавал газету «Туркестан», в которой отстаивал свою идею об объединении всех мусульман вокруг Турции.

В 1927 году со старым знакомым М. Шокаем организовал в Стамбуле политический и идеологический журнал «Жана (Новый) Туркестан» (1927—1931).

В 1935 году окончил Венский университет, защитил докторскую диссертацию по теме «Путешествие Ибн Фадлана к северным болгарам, тюркам и хазарам». В июне того же года получил приглашение на работу в город Бонн в качестве преподавателя Боннского университета. Зимний семестр (1938—1939) работал в Гёттингенском университете, одном из самых крупных и старейших университетов Нижней Саксонии (Германия). В этот период он устно уведомил своего куратора об образце своего турецкого паспорта, в котором с 4 июля 1938 года в качестве новой фамилии была указана турецкая фамилия Тоган, а прежняя арабская фамилия Валиди стала частью имени. «Закон о фамилиях», принятый в 1934 году, предписывал всем гражданам Турции иметь фамилии и запрещал иметь фамилии с иностранными окончаниями.

1 сентября 1939 года Валиди покинул Германию и возвратился в Турцию, возобновив свою работу в Стамбульском университете.

В СССР во время борьбы с «национал-уклонизмом» и репрессий по «национальным линиям» Валиди был объявлен идеологом «башкирской буржуазно-националистической оппозиции» и организатором «башкирской контрреволюционной организации», а органы НКВД заводили уголовные дела и проводили репрессии против снятого главы БАССР З. Г. Булашева и некоторых башкирских политических и общественных деятелей как его «агентов-валидовцев»^[33].

В мае 1944 года в Стамбуле и Анкаре прошли антикоммунистические демонстрации студентов, после которых власти начали арест туранистов. В печати было объявлено «о существовании секретной организации туранистов и об их аресте»^[34]. Был арестован и Валиди по обвинению в «пантюркистской деятельности против Советов на территории Турции». Приговорён к 10 годам тюремного заключения, но военно-кассационный суд изменил приговор, и после 17 месяцев заключения Валиди был освобождён^[35][36].

В 1946 году выпустил книгу «Введение во всеобщую историю тюрков» («Umumi Türk Tarihine Giriş»), а в следующем году — «Современный Туркестан и его недавнее прошлое»^[37].

С 1948 года по 1970 годы продолжил преподавать историю тюрков в университете Стамбула^[38].

В июле 1951 года в Стамбуле под председательством Валиди проходил XXI Международный конгресс востоковедов.

В 1953 году основал Институт исламских исследований и был назначен его директором.

27 июня 1967 года Манчестерский университет (Англия) присвоил Валиди звание почётного доктора (лат. honoris causa).

В 1957 году читал лекции в США, а в 1958 году посетил Иран, Пакистан, Индию, где встречался с Джавахарлалом Неру, Мохаммедом Реза Пехлеви и др.

В 1958 году профессор по приглашению Колумбийского университета посетил США^[30].

Организатор и член многих научных обществ: основал Турецкую ассоциацию востоковедения, избирался членом немецкого общества по изучению восточных стран, Австралийского научного общества, финно-угорского научного общества в Финляндии, Австрийского общества исследований Востока имени Гаммера-Пургшталя. Удостоен золотой медали 1-й степени Министерства просвещения Ирана.

Автор трудов по истории тюркских народов. Опубликовал около 400 работ на 11 языках.

Скончался 26 июля 1970 года в Турции. Похоронен на кладбище «Караджаахмет» в Стамбуле, где на его могильной плите были высечены слова на турецком языке: «Kuzenli Başkurt ili Ahmetşah oğlu Ord. Prof. Dr. A. Zeki Velidi Togan’ın ruhuna Fatiha. 1890—1970»^[39].