Шумов, Пётр Иванович

Родился 26 марта 1872 года в Гродно в семье надворного советника. В гимназические годы увлёкся революционными веяниями, участвовал в нелегальном кружке, в издании подпольной газеты. В 1891 году поступил в Санкт-Петербургский технологический институт. В 1890-е годы примкнул к гродненскому революционному кружку Сергея Галюна, поддерживающему связи с польским Вторым Пролетариатом, нелегальными организациями Петербурга, Киева и других городов Российской империи^[1].

Первый арест Шумова произошёл на студенческих каникулах, летом 1894 года, когда конспиративное собрание кружковцев выследили жандармы. Петру Ивановичу было предъявлено обвинение в хранении нелегальной литературы, на три года запрещён выезд из Гродно. Однако подпольная деятельность продолжалась — Шумов сотрудничал с Российской социал-демократической партией, руководил гродненской организацией Польской социалистической партии. Впоследствии он ещё семь раз был арестован, в общей сложности пришлось провести в тюрьме четыре года^[1]. В борьбе за свержение самодержавия, права национальных меньшинств (белорусов, поляков, евреев) участвовала и жена Шумова Екатерина. После очередного ареста в 1906 году возникла перспектива каторги, и в 1907-м тридцатипятилетний Шумов с женой и трёхлетней дочерью Марией покинул Россию.

Семья эмигрантов обосновалась в Париже. Шумов отыскал бывшего соратника по революционной деятельности Яна Строжецкого, приехавшего в город несколькими годами ранее. Бывший активный революционер работал в ателье французского фотографа Феликса Боннэ^[2] на авеню дё Клиши, 34 и предложил Шумову стать напарником. В отличие от Строжецкого, пристрастившегося к фотографии ещё в ссылке в Якутии в 1903—1904 годах^[3][4], для Шумова фотоискусство было областью неизведанной — он признался, что никогда не держал в руках фотоаппарата.

Благодаря полученным в университете знаниям и поддержке коллеги механические и химические принципы фотографии удалось освоить довольно быстро, — но художественного образования не хватало. Для постижения искусства создания образов, композиции, сочетания света и тени Шумов отправился на левый берег Сены, в кофейни «Дом», «Ротонда», «Клозри де Лила», «Селект», «Куполь» — излюбленные места встреч живописцев, поэтов, писателей и своего рода центр культурной жизни Парижа начала XX века^[1].

Общение не прошло даром — в 1911-м Шумов открыл уже собственное фотоателье на Монпарнасе, рю дю Фобур Сен-Жак, 5 (XIV округ) и вскоре сделался популярным в Париже фотографом-портретистом^[5]. Сын фотографа оставил описание творческой лаборатории:

Ателье Шумова, с высокими потолками, располагалось на самом верху здания, фасад которого был оснащён огромным застеклённым фонарём, пропускавшим максимальное количество света. В одном из углов находилась винтовая лестница, ведущая в мезонин, оборудованный под лабораторию. Именно здесь, среди нагромождения реактивов, Шумов занимался проявлением и ретушью негативов, в основном стеклянных пластинок большого формата (18х24)^[6].

Известности ателье немало способствовало состоявшееся в том же году знакомство Шумова с Огюстом Роденом, быстро перешедшее в тесное сотрудничество, длившееся до смерти скульптора. В 1912—1917 годах Шумов создал фотолетопись последних лет жизни и творчества Родена (портреты мэтра, его работа в мастерской, свадьба c многолетней спутницей жизни Роз Бёре, состоявшаяся за две недели до её смерти, похороны мадам Огюст Роден, Роден на смертном одре и др.). После смерти скульптора Шумов стал первым фотографом Музея Родена, открывшегося в августе 1919 года в Париже^[1][7].

Работам Шумова свойственна игра на контрасте света и тени. Главным в своём искусстве мастер считал «интуитивное усилие», направленное на проникновение в психологию личности модели. Фотограф работал с моделью по несколько часов, вникая в характер и подбирая наиболее выгодный ракурс — профиль или поворот на три четверти, обыгрывая свет и тень, в зависимости от психотипа личности предлагая устремить взгляд на зрителя или в отдалённую закадровую точку. Важную роль в создаваемых им фотопортретах нередко играла рука, служащая своего рода «цоколем» и вносящая пластический элемент в композицию.

Порой оригинальность образа подчёркивали очки, игра отражения на стёклах использовалась художником для создания интриги.

Большое значение придавалось и технической стороне работы. Исследовательница фонда Шумова в Музее Родена В. Глютрон выделяет два типа ретуши. Первый, применявшийся чаще, выполнялся простым карандашом на стеклянных пластинках — Шумов без нажима наносил мельчайшие штрихи на участки негатива, которые хотел очистить от лишних, на взгляд мастера, деталей — при печати на месте карандашных штрихов получались высветленные участки, свободные от изъянов. Во втором случае на негатив наносилось особое вещество, затем фрагментарно соскабливаемое острым инструментом — на фотографии образовывались затемнённые участки^[8]. Для получения особых художественных эффектов использовался бромойлевый процесс печатания^[1][9].

Ретушь служила не созданию идеализированного образа модели, а акцентированию черт, составляющих её характер и оригинальность. В докладе о художественной фотографии в мае 1923 года Шумов отмечал:

При фокусировке мы отдаляемся от натуры, потому что глаз приближается при этом вплотную к объекту, тогда как реально мы наблюдаем его с некоторой дистанции. Помещая глаз так близко, мы обычно замечаем гораздо больше деталей <…>. Поэтому нужно добиться устранения некоторых несущественных, поскольку они невидимы для глаза, деталей. Это достигается либо с помощью ретуши, либо путём получения размытого изображения. Отсюда необходимость ретуши в случае [слишком] чёткого изображения^[10].

В 1918 году Музеем Родена в Базеле и Берне были организованы посвящённые творчеству Родена выставки, представлявшие скульптуры, акварели и рисунки мэтра, а также 40 фотографий Шумова.

В 1921-м выставки фотопортретов Шумова прошли в помещениях «Русского книгоиздательства „Я. Поволоцкий и К^о“» и фабрики «Lumier». В 1922—1923 годах художник сотрудничал с Обществом «L’Art et science», Обществом русских инженеров, выступал с докладами и лекциями о художественной фотографии.

Европейскую известность фотографу принесли Гран-при Лондонского салона фотографии за «Портрет Графини Х» и ежегодный приз лондонского журнала «Photograms of the year» (1922), сопроводившего публикацию комментарием:

…переходим к изумительному «Портрету Графини Х» Пьера Шумова — французскому до мозга костей. Восхищает мастерство, превращающее шелковистую собаку в средоточие света, в лёгкой дымке серебристо-серых тонов. Фон замечательным образом сочетается с сюжетом, и абрис кресла эпохи Людовика XVI придаёт всей композиции законченный характер^[11].

Шумов участвовал в Осенних салонах (1927, 1930), Салоне Тюильри (1932) и других выставках. За портреты был удостоен бронзовой медали Французского общества фотографии, золотой медали Всемирной выставки в Париже (1925)^[12][13].

В 1920-х годах Шумовым создана галерея фотопортретов известных русских деятелей культуры — М. Алданов, Л. С. Бакст, К. Д. Бальмонт, М. Волошин, Н. С. Гончарова, Б. К. Зайцев, А. И. Куприн, М. Ф. Ларионов, В. В. Маяковский,С. С. Прокофьев, И. Ф. Стравинский, С. Н. Судьбинин, А. Н. Толстой, Н. Тэффи, М. И. Цветаева, В. Ф. Ходасевич, Саша Чёрный, М. З. Шагал, Л. Шестов, И. С. Шмелёв, В. И. Шухаев, И. Г. Эренбург и другие, серия портретов танцовщиков и балерин Русского балета С. П. Дягилева; портреты митрополита Евлогия, генерала А. И. Деникина, политиков А. Ф. Керенского, П. Н. Милюкова, П. Б. Струве, премьер-министра Великобритании Дж.-Р. Макдональда, А. Барбюса, Э. Верхарна, Айседоры Дункан, Ж. Кокто, Ф. Леже, К. Моне, А. Франса, А. Эйнштейна и многих других^[14].

…Шумов — больше, чем просто фотограф, пусть даже искусный: это очень тонкий психолог, высокообразованный человек, которого любят и посещают поэты, художники, он сам — художник, мыслящая личность…

 — писала критика^[15].

А. И. Куприн, направляя на рю дю Фобур Сен-Жак знакомых музыкантов, писал: «Дорогой Пётр Иванович, к Вам обратится квартет Кедровых, чтоб и Вы увековечили их своим художественным объективом. Будьте к ним так же любезны, как и ко мне, Вашему другу и покорному слуге. Ваш Александр Куприн». «Дорогой Петр Иванович. Карточки восхитительны, — писала М. И. Цветаева, приглашая фотографа на свой вечер в начале марта 1926 года. — Сделайте мне, пожалуйста, для начала по две». В открытке, посланной из Лондона 24 марта того же года, она сообщала: «Весь Лондон полон Вашей славой. Трублю её повсеместно, — не словом, а делом, то есть показывая Ваши (свои) карточки, которые здесь со мной. Лондонцы (особенно дамы!) наперебой берут Ваш адрес». «Я не забуду конечно Вас благодарить за Ваши присланные фотопортреты с меня, полные жизни и экспрессии! Спасибо», — писал М. Шагал в 1927-м^[16]. Эти и многие другие письма благодарных посетителей ателье сохранились в архиве Шумова.

В 1929-м году художник пожертвовал свои фотоработы для благотворительной лотереи в пользу Комитета помощи русским писателям и учёным во Франции^[17].

Шумову принадлежит изобретение оригинального метода художественного изображения, получившего название «Буашумов» (фр. Les Boischoumoff)^{[К 1]} — инкрустация на дереве, выполняемая на основе фотографии. Используя фотопортрет как основу, мастер переносил на деревянную поверхность главные контуры и линии лица. Затем вырезал тончайшие лепестки из разных пород дерева и укладывал их вплотную друг к другу — так, чтобы тона и оттенки перетекали друг в друга, образуя инкрустированный портрет. Для этой работы художник заказывал экзотические породы дерева разных тонов^[18].

В 1931 году французский поэт, критик и переводчик А. Мерсеро писал:

После долгих экспериментов Шумов изготавливает теперь портреты с деревянными инкрустациями под названием «Буашумов». При этом разнообразие тонов, получаемое за счёт использования различных видов натурального дерева — белого дерева всех оттенков, тёмного дерева, жёлто-серого, носит бесконечный характер. Ему нужно для этого подобрать зернистость, цвет, породу дерева, и тогда уже в дело вступают одновременно надёжность его интуиции и его искусство^[19].

Мировой экономический кризис 1929 года затронул и ателье на рю дю Фобур Сен-Жак, в июле 1933-го его пришлось закрыть^[20]. Шумов с женой и сыном переезжает в Польшу, работает консультантом на крупном химическом заводе в Лодзи.

В июле 1934 года польское правительство награждает его Крестом Независимости — за заслуги в революционной борьбе.

25 июня 1936 года П. И. Шумов скончался от сердечной недостаточности. На его похоронах присутствовали видные польские деятели^[21]. Похоронен на кладбище Евангелической реформистской церкви в Лодзи.