Чёрная обезьяна

Анжела Богатырёва охарактеризовала «Чёрную обезьяну» как книгу о гибели человека в человеке, а основным её конфликтом — «конфликт разлагающегося морально человека с неумолимой жизнью, которая тащит его за собой, обманывая, пугая, сводя с ума», отметив «лёгкую перекличку с романом Сологуба „Мелкий бес“ и пыльной Недотыкомкой»^[1]. Вячеслав Курицын («Однако»), отметив метафоричность авторского языка и эффектные проходные образы, заключил: «Редакционную аннотацию, что „Чёрная обезьяна“ — одновременно психологическая драма и политический триллер, — следует понимать как растерянность издателя перед жанром нового опуса статусного автора. Ниточки там не завяжутся, а узелки не развяжутся, ничего особо не срастётся. <…> „Чёрная обезьяна“ — это такое облако смыслов, образов и дополнительных материалов вокруг темы детской жестокости», но при этом и царство взрослых «немногим симпатичнее»^[2].

Автор в интервью 2017 года отмечал, что «роман этот сравнивали, прости господи, с Пелевиным — но это лишь потому, что люди ни черта не читают. Роман этот весь из Леонова вырос»^[3].

Кроме русского, роман «Чёрная обезьяна» был переведён и издан на французском, польском, итальянском, сербском и армянском языках^[4].