Чаадаев, Пётр Яковлевич

Родился 27 мая 1794 года в зажиточной дворянской семье Чаадаевых. Отец — офицер Яков Чаадаев.

В раннем детстве Пётр Чаадаев был записан в лейб-гвардии Семёновский полк. Мальчик рано остался сиротой: отец умер на следующий год после его рождения, а мать — в 1797 году. После этого Петра Чаадаева и его старшего брата Михаила забрала из Нижегородской губернии в Москву их тётя — княжна Анна Щербатова (? — 1852)^[2]. Опекуном Чаадаевых стал их дядя Дмитрий Михайлович Щербатов, в доме которого Пётр получил воспитание и начальное образование.

С юности Чаадаев увлекался науками и собирал собственную библиотеку. С 1807 года вместе с братом он слушал лекции в Московском университете. Произведён в студенты на торжественном акте 30 июня 1808, учёбу продолжал до середины 1811 года.

Среди своих профессоров Чаадаев выделял Фёдора Баузе и Христиана Шлёцера. Кроме того, в течение нескольких лет вместе с братом Чаадаевым и кузеном Иваном Щербатовым, а также Иваном Якушкиным и Александром Грибоедовым посещал приватные занятия по философии у профессора Иоганна Буле, которого считал своим главным университетским наставником.

Среди других товарищей Чаадаева по учёбе в университете были также Николай Тургенев и Михаил Муравьёв. Последний осенью 1811 года привлёк Чаадаева к занятиям в Московском обществе математиков^[3].

В мае 1812 года братья Чаадаевы вступили подпрапорщиками в лейб-гвардии Семёновский полк, в котором ранее служил их дядя. В 1813 году Чаадаев в чине поручика перешёл из Семёновского полка, где оставались его брат и друзья, в Ахтырский гусарский полк.

Во время Отечественной войны 1812 года и Заграничных походов русской армии Чаадаев участвовал в Бородинском сражении (за отличие произведён в прапорщики), в сражении под Тарутином, сражении при Малоярославце, сражениях при Лютцене, Бауцене, Кульме, а также во взятии Парижа и был награждён русским орденом Cв. Анны 4-й степени, прусским орденом «Pour le Mérite» («За заслуги») и Кульмским крестом^[4].

В 1816 году был переведён корнетом в Лейб-гвардии Гусарский Его Величества полк, расквартированный в Царском Селе. В доме Николая Карамзина в Царском селе Чаадаев познакомился с Александром Пушкиным, на которого оказал сильное влияние (Чаадаеву посвящено несколько стихотворений поэта).

В 1817 году Чаадаев был назначен адъютантом командира гвардейского корпуса генерал-адъютанта Васильчикова, а в 1819 году — произведён в чин ротмистра. Александр I симпатизировал Чаадаеву и планировал назначить его своим флигель-адъютантом, однако подписание приказа задержалось из-за отъезда императора на конгресс в Троппау^[5].

В октябре 1820 года взбунтовался 1-й батальон лейб-гвардии Семёновского полка, где Чаадаев ранее служил. В связи с этим Чаадаев был послан в Троппау для доклада царю. Через полтора месяца после этой поездки, в конце декабря 1820 года, Чаадаев подал в отставку и приказом от 21 февраля 1821 года был уволен со службы без обычного, в таких случаях, производства в следующий чин.

Как считают исследователи, Чаадаев подал в отставку, не считая нравственно возможным продолжать службу после наказания близких друзей из восставшего полка. Отставка молодого человека, которому прочили успешную карьеру, вызвала общественный резонанс. Чаадаев по этому поводу писал в одном из своих писем к тёте:

Я счёл более забавным пренебречь этою милостию, нежели добиваться её. Мне было приятно выказать пренебрежение людям, пренебрегающим всеми… Мне ещё приятнее в этом случае видеть злобу высокомерного глупца.

Ещё находясь на службе, в 1814 году в Кракове Чаадаев был принят в масонскую ложу, а в 1819 году вступил в «Союз благоденствия».

В 1821 году Чаадаев вступил в Северное тайное общество декабристов, но участия в его делах он не принимал. При этом Чаадаев активно участвовал в жизни петербургских масонских лож, был членом ложи «Соединённых братьев», входил в качестве великого герольда в высшее правление масонства в России — капитул Феникса. Затем перешёл в ложу «Астрея»^[6]; в 1818—1819 годах был первым надзирателем ложи «Северных друзей».

6 июля 1823 года Чаадаев уехал путешествовать за границу. Он посетил Англию, Францию, Швейцарию, Италию, Германию. Перед отъездом, в мае 1822 года, Чаадаев разделил имущество со своим братом, не намереваясь возвращаться в Россию.

Отплыв на корабле из Кронштадта, он высадился близ Ярмута, откуда поехал в Лондон, где пробыл четыре дня, затем посетил Брайтон. Из Англии он перебирается в Париж, оттуда в Швейцарию. В конце марта 1825 года он оказывается в Риме, затем едет в Карлсбад, где его сопровождает Николай Тургенев и встречается с великим князем Константином Павловичем. Затем побывал в Милане, а в июне 1826 года выехал на родину.

В июле 1826 года в пограничном Брест-Литовске Чаадаев был арестован по подозрению в причастности к декабристам^[6]. 26 августа с Чаадаева по повелению Николая I был снят подробный допрос. С него была взята подписка о неучастии его в любых тайных обществах, причём он категорически отрицал своё участие в Северном обществе.

Через 40 дней Чаадаев был отпущен. Впоследствии он будет негативно отзываться о восстании декабристов, утверждая, что, по его мнению, их порыв отодвинул нацию на полвека назад.

В октябре 1826 года Чаадаев переехал на постоянное жительство в имение своей тёти в Дмитровском уезде. Там он жил в уединении и много читал, а со своими почитателями и друзьями общался по переписке. При этом за ним установили тайный полицейский надзор^[6].

В 1827 году Анастасия Якушкина (жена декабриста Ивана Якушкина) писала о Чаадаеве следующее:

Он чрезвычайно экзальтирован и весь пропитан духом святости (…). Ежеминутно он закрывает себе лицо, выпрямляется, не слышит того, что ему говорят, а потом, как бы по вдохновению, начинает говорить^[7].

В дальнейшем Чаадаев жил либо в доме Левашевых на Новой Басманной в Москве, либо в деревенском имении в Дмитриевском уезде. 1829—1831 годах он создал «Философические письма», списки которых с весны 1830 года стали ходить по рукам в образованном русском обществе. В мае или июне 1831 года Чаадаев вновь стал выходить в свет.

Публикация в 1836 году первого из «Писем» вызвала большой общественный скандал и, по словам Александра Герцена, произвела впечатление «выстрела, раздавшегося в тёмную ночь». Николай I отозвался о «Письмах» следующим образом: «Прочитав статью, нахожу, что содержание оной — смесь дерзкой бессмыслицы, достойной умалишённого».

Журнал «Телескоп», где напечатали «Письмо», был закрыт, редактора Николая Надеждина отправили в ссылку, а цензора Алексея Болдырева (ректора Московского университета) уволили со службы^[8]. Чаадаева вызвали к московскому полицмейстеру и объявили, что по распоряжению правительства он считается душевнобольным.

В течение года к Чаадаеву приходили врачи для освидетельствования^[9]; он считался пребывающим под домашним арестом, имел право лишь раз в день выходить на прогулку. Надзор полицейского лекаря за «больным» был снят в 1837 году, под условием, чтобы он «не смел ничего писать».

Следующим сочинением философа стала «Апология сумасшедшего», написанная им в 1837 году^[a].

В этой работе, оставшейся неопубликованной при жизни автора, Чаадаев, не отказываясь от критики прошлого, развивает идею об особой исторической миссии России, призванной дать ответ на вызовы, перед которыми остановился Запад.

До конца жизни Чаадаев жил в Москве и принимал участие в собраниях как западников, так и славянофилов, со многими из которых (несмотря на идейные разногласия) имел дружеские отношения.

Чаадаев умер от воспаления лёгких 14 апреля 1856 года. Похоронен на Донском кладбище в Москве.

• Чаадаеву посвящены стихи многих его современников. В том числе А. С. Пушкина
• Чаадаев считается одним из возможных прототипов Александра Чацкого — главного героя пьесы А. С. Грибоедова «Горе от ума»^[10].

• Заграничное издание избранных сочинений Чаадаева, предпринятое в 1862 году в Париже на французском языке Иваном Сергеевичем Гагариным.
• Сочинения и письма в 2-х томах под ред. М. Гершензона. М., Путь, 1913—1914.
• В 1935 году в «Литературном наследстве» были опубликованы пять ранее неизвестных и давно уже разыскиваемых исследователями «Философических писем» Чаадаева.
• Чаадаев П. Я. Полное собрание сочинений и избранные письма в 2-х тт. — М.: Наука, 1991. (Памятники философской мысли).

скрывал своё участие:

• Записка А. Х. Бенкендорфу от имени И. В. Киреевского.
• Участие в создании книги И. И. Ястребцова «О системе наук, приличных в наше время детям, назначенным к образованнейшему классу общества».