Синдром Корнелии де Ланге

Синдром Корнелии де Ланге (синдром Брахмана-Ланге) — наследственное заболевание, проявляющееся умственной отсталостью и множественными аномалиями развития.

Общие сведения
Синдром Корнелии де Ланге
МКБ-10 Q87.1
МКБ-10-КМ Q87.1
МКБ-9 759.89
OMIM 122470
DiseasesDB 29651
MeSH D003635

История

Впервые случай такого заболевания описан в 1916 году немецким врачом В. Брахманом (W. R. C. Brachmann)[1], название синдром получил по имени голландского педиатра Корнелии де Ланге (Cornelia de Lange), в 1933 году описавшей синдром на основе анализа пяти случаев заболевания[2].

Распространённость

Частота заболевания — примерно 1 на 10000[3].

Генетика

Синдром Корнелии де Ланге относится к доминантно-наследуемым заболеваниям, большинство случаев являются спорадическими, возникшими de novo. Синдром является генетически гетерогенным. Примерно половина случаев обусловлена мутациями в гене NIPBL, около 5 % случаев — мутациями в гене SMC1A, кодирующем субъединицу белкового комплекса когезина. Один описанный случай связан с мутацией в гене SMC3, который также кодирует одну из субъединиц когезина[4].

В ряде случаев при цитогенетическом исследовании находят микродупликацию локусов q25 — q29 хромосомы 3[5].

Клиническая картина

  • Микроцефалия (уменьшение размеров черепа более чем на 10 % возрастной нормы);
  • Брахицефалия (укорочение черепа в сагиттальном направлении, в результате чего поперечный размер головы увеличивается, а продольный уменьшается);
  • Тонкие сросшиеся брови; длинные загнутые ресницы; деформированные ушные раковины; маленький нос, открытые вперёд ноздри, атрезия хоан; тонкая верхняя губа;
  • Микрогения; высокое нёбо или расщелина нёба; нарушение прорезывания зубов;
  • Миопия, косоглазие, астигматизм, атрофия зрительных нервов, колобома зрительного нерва;
  • Маленькие кисти и стопы, отсутствие или значительное недоразвитие проксимальных отделов конечностей, вследствие чего кисти и стопы кажутся прикреплёнными непосредственно к туловищу, уменьшение количества пальцев;
  • Мраморная кожа;
  • Гипоплазия сосков;
  • Гипертрихоз;
  • Судороги;
  • Врождённые пороки внутренних органов (сердца, почек, пилоростеноз, крипторхизм) и др.[5]

У части больных наблюдается бег по кругу, стереотипные движения руками и самоповреждения[6].

У всех больных отмечаются отставание в росте, в 80 % случаев — тяжёлая умственная отсталость (имбецильность), в оставшихся 20 % менее выраженные интеллектуальные нарушения[6]; типичны рецидивирующие респираторные инфекции. Выделяют два варианта синдрома: первый (классический) с выраженной пренатальной гипоплазией, значительной задержкой физического и интеллектуального развития, грубыми пороками развития; второй — с аналогичными лицевыми и малыми скелетными аномалиями, но пограничной задержкой психомоторного развития и отсутствием грубых пороков развития[5].

Прогноз

Прогноз при синдроме Корнелии де Ланге варьирует в зависимости от тяжести клинических проявлений и наличия врождённых пороков. При лёгких формах заболевания и своевременной медицинской поддержке продолжительность жизни может приближаться к популяционной. Тяжёлые формы, сопровождающиеся выраженными пороками сердца, нарушениями питания и частыми инфекциями, ассоциированы с повышенным риском ранней смертности, особенно в детском возрасте[7].

Регулярное медицинское наблюдение и ранняя коррекция осложнений способствуют улучшению выживаемости и качества жизни пациентов.

Компенсация состояния

Специфического этиотропного лечения синдрома Корнелии де Ланге не существует. Медицинская помощь направлена на симптоматическое лечение и компенсацию нарушенных функций. Ведение пациентов осуществляется мультидисциплинарной командой с участием педиатров, генетиков, кардиологов, гастроэнтерологов и других специалистов[8].

Важную роль играет ранняя реабилитация, включающая физическую терапию, логопедическую помощь и специальные образовательные программы, направленные на развитие моторных, коммуникативных и когнитивных навыков[9].

Примечания

Литература

  • Гончарь М. А., Муратов Г. Р., Омельченко Е. В. и др. (2017). “Особенности течения пневмонии у ребёнка с синдромом Корнелии де Ланге”. Современная педиатрия [рус.] (7): 60—65.