Семёнов, Алексей Васильевич (декабрист)

Родился в 1799 году в состоятельной помещичьей семье, принадлежавшей роду московских дворян Семёновых, внесённому в 6-ю часть — «Древние благородные дворянские роды» — родословной книги. Герб рода включён в Общий гербовник дворянских родов Российской империи^[2]. В шестилетнем возрасте был записан в пажи Двора Его Императорского Величества^[3].

В 1810—1811 годах воспитывался в Московском университетском пансионе. В июне 1811 года, по итогам экзаменов, был «произведён в студенты», что позволяло ему продолжать образование, оставаясь пансионером, и слушать лекции в Московском университете^[4]. По существовавшему порядку студент университета, прослушавший курс профессорских лекций, получал аттестат с правом на чин XIV класса в Табели о рангах — коллежского регистратора^[5].

В связи с началом Отечественной войны и объявленным Александром I в июле 1812 года набором во временные народные формирования для участия в боевых действиях против наполеоновских войск 13-летний Семёнов решил поступить на военную службу.

2 сентября 1812 года избранный начальником ополчения Калужской губернии, генерал-лейтенант В. Ф. Шепелев назначил А. В. Семёнова прапорщиком^[a] Первого пешего казачьего полка, командиром которого был генерал Д. С. Львов.

По указанию главнокомандующего М. И. Кутузова, в середине сентября отряды Калужского ополчения были направлены в окрестности Можайска и Вереи для участия в блокаде войск противника, чтобы перекрыть французам путь отступления на Брянск^[7].

В октябре ими была очищена от французских войск территория Рославльского, Мосальского и Ельнинского уездов Смоленской губернии. За храбрость, проявленную 15—16 октября в сражении у деревни Хмара недалеко от города Рославль, был представлен к награждению орденом Святой Анны третьей степени.

17 ноября 1812 года В. Ф. Шепелев рапортовал М. И. Кутузову об отличиях офицеров Калужского ополчения, в том числе и прапорщика Семёнова, который^[8] в ходе сражения «был отряжен со сводною сотнею для ударения во фланг неприятелю, что он исполня, ударил в штыки и тем сделал расстройку неприятелю».

После освобождения Калужской губернии ополчение принимало участие в очистке от французских войск Могилёвской губернии^[9].

В январе 1813 года ополчение в составе российской армии выступило в заграничный поход. С июня до середины декабря 1813 года Калужское ополчение, которое 2 февраля 1813 года после смерти В. Ф. Шепелева возглавил генерал Д. С. Львов, участвовало в осаде и боях за освобождение Данцига^[10].

В формуляре А. В. Семёнова отмечено^[11], что он:

22 января 1814 года Александр I подписал указы о роспуске народных ополчений и порядке возвращения их в Россию.

Калужское ополчение «в полном воинском порядке с штаб- и обер-офицерами» было направлено через Гродно в Калугу. При этом император разрешил командующему осадным корпусом А. Вюртембергскому, не отправляя в Россию, причислить к полкам действующей армии признанных способными к службе офицеров ополчения (при их желании) и «доставить списки об них мне и управляющему Военным министерством»^[12].

22 апреля 1814 года А. В. Семёнов был зачислен в 3-й гренадерский полк. 6 октября 1815 года переведён в Егерский лейб-гвардии полк^[13].

Служба в гвардии сблизила его с либерально-мыслящими офицерами, входившими после возвращения из военных походов в законспирированный кружок, который стали называть «Священная артель»^[14][15].

Декабрист Иван Пущин вспоминал лицейские годы^[16]:

Иван Якушкин, характеризуя эти годы, писал, что у «молодёжи было столько избытка жизни при тогдашней её ничтожной обстановке, что увидеть перед собой прямую и высокую цель почиталось уже блаженством»^[18]. В конце 1817 года во время пребывания гвардии в Москве А. Н. Муравьёв принял Семёнова в «Общество военных людей», предваряющее создание новой тайной организации и просуществовавшее всего несколько месяцев. С момента основания в 1818 году «Союза благоденствия» он стал членом коренного совета и руководил управой общества при гвардейском генеральном штабе в Санкт-Петербурге^[19][20].

В 1818 году вошёл в число основателей тесно связанного с «Союзом благоденствия» «Общества Измайловского полка»^{[21][22][23][24][25]}.

24 января 1818 года был возведён в подпоручики, 8 марта 1820 года — поручики. 23 февраля 1823 года назначен штабс-капитаном, а 8 октября 1824 года произведён в капитаны. 27 декабря 1824 года был уволен с военной службы «с мундиром». Около года жил в селе Голубино Серпуховского уезда Московской губернии — вотчине скончавшегося примерно в 1820 году отца.

12 января 1826 года арестованный Иван Пущин показал на следствии по делу о событиях 14 декабря 1825 года, что Семёнов входил в составленную им и Евгением Оболенским в начале этого года московскую управу «Северного общества»^[26].

В этот же день на заседании Следственной комиссии по делу декабристов было запротоколировано указание Николая I московскому военному генерал-губернатору Дмитрию Владимировичу Голицыну — «взять и привезть в С.-Петербург» из Москвы «служившего лейб-гвардии в Егерском полку» Алексея Васильевича Семёнова^[27]. В Москве Семёнова не нашли — осенью 1825 года он женился и переехал в Санкт-Петербург. 23 октября 1825 года был принят в Департамент внешней торговли. С 22 декабря 1825 года — надворный советник. 2 января 1826 года назначен исполняющим обязанности столоначальника, а 22 февраля 1826 года был утверждён в этой должности^[28].

Только в конце марта 1826 года он был арестован петербургским полицмейстером, полковником Карлом Фёдоровичем Дершау^[29]. Задержание А. В. Семёнова не стало неожиданностью для семьи. Старший брат его жены Алексей Львов, служивший до 1825 года при А. А. Аракчееве^[c], писал: «Зная все сношения Алексея Васильевича с злоумышленниками и дружескую его связь со многими из них, чего могли мы ожидать?»^[30][d].

Содержался на гауптвахте Зимнего дворца. На допросе он признал, что ранее принадлежал к «Союзу благоденствия», но «совершенно от оного отстал» и не имел никаких сведений о возникшем позднее тайном обществе и планах его действий, намеченных на 14 декабря 1825 года^[31].

В связи показаниями Е. П. Оболенского (21 января) о том, что «отставший» от «Союза благоденствия» ещё до его роспуска Семёнов не только принадлежал «к нынешему обществу», но и знал о намеченных на 14 декабря действиях, хотя «в оных не участвовал»^[32], и И. И. Пущина (29 марта) о том, что в начале 1825 года на совещании членов тайного общества в Москве Семёнов участвовал в обсуждении возможности введения в России конституции^[33], было решено провести очные ставки между давшими обвинительные показания и подозреваемым.

12 апреля 1826 года А. В. Семёнова привезли в Петропавловскую крепость. Но и на очных ставках с Е. П. Оболенским и И. И. Пущиным он продолжал настаивать на искренности своих прежних показаний.

Несмотря на то, что личное участие Семёнова в начале 1825 года в совещаниях московской управы тайного «Северного общества» было подтверждено и другими декабристами^[34], следствие сочло недоказанными не только его принадлежность к организаторам «злоумышленных» действий, но и осведомлённость о таковых^[35].

Рассмотрев представление о неосновательности показаний против Семёнова, Николай I временно оставил задержанного под арестом. Через полтора месяца следственный комитет вновь вернулся к его судьбе: 31 мая императору была передана записка с извлечением из дела Семёнова^[36]. На этот раз на представление последовала резолюция императора — «выпустить»^[37].

Историк П. В. Ильин относил А. В. Семенова к категории привлечённых к следствию, но освобождённых от наказания видных участников ранних тайных декабристских обществ^[38]. По его мнению, их прощение могло быть связано как с избранной ими тактикой поведения на допросах — честным признанием очевидных фактов и настойчивым отрицанием предъявляемых им следствием отягчающих свидетельских показаний, так и с возможной личной известностью императору^[39].

3 июня дежурный генерал Главного штаба Алексей Николаевич Потапов запросил у военного министра Александра Ивановича Татищева список всех освобождённых 2 июня из-под ареста по делу о злоумышленном обществе «для представления их в будущее воскресенье государю императору»^[40].

6 июня на аудиенцию к Николаю I были приглашены шестеро бывших подследственных — поручик 6-й конно-артиллерийской роты Ф. Е. Врангель, князь М. Ф. Голицын, А. С. Грибоедов, отставной полковник М. Н. Муравьёв, корнет А. А. Плещеев и А. В. Семёнов. 9 июня все они получили оправдательные аттестаты^[41][e].

В поздней публикации дочери А. В. Семёнова — Н. А. Неведомской-Динар отразились семейные переживания того времени^[42][f]:

В 1834 году статский советник А. В. Семёнов назначен вице-губернатором Минской губернии^[43]. 11 апреля 1838 года получил чин действительного статского советника и переведён в Ставрополь губернатором Кавказской области^[44].

C 20 октября 1840 года по 19 сентября 1844 года — губернатор Виленской губернии^[45].

С 2 мая 1844 года по 26 января 1850 года — губернатор Минской губернии^[46].

С 20 декабря 1846 года — тайный советник^[47].

В 1850 году назначен сенатором, сначала в Москве, а с 1853 года — в Санкт-Петербурге^[48].

30 августа 1862 года вышел в отставку.

Умер 21 сентября 1864 года^[47].

• Орден Святой Анны третьей степени (1812);
• Орден Святого Станислава первой степени (1839);
• Орден Святой Анны первой степени (1843);
• Орден Святой Анны первой степени с императорской короной (1845);
• Орден Святого Владимира второй степени (1849);
• Орден Белого Орла (1856).

13 ноября 1825 года женился на Дарье Фёдоровне^[49], урождённой Львовой (23 октября 1806^[50]—23 ноября 1864), дочери музыковеда Фёдора Петровича Львова, сменившего композитора Дмитрия Степановича Бортнянского после его смерти в октябре 1825 года на посту директора Придворной певческой капеллы. Родилась в Санкт-Петербурге, крещена 24 октября 1806 года в Морском Богоявленском соборе при восприемстве поэта Гавриила Романовича Державина и вдовы А. П. Козляниновой. В семье было шесть детей:

• Надежда (род. 1832) — певица, чьё исполнительское мастерство высоко оценил П. И. Чайковский^[51]. А. Н. Апухтин посвятил ей стихотворение «Я слушал вас…» (1958). Сценические псевдонимы — Дюнор и Динар. В 1852 году вышла замуж за журналиста и переводчика исторических трудов Василия Николаевича Неведомского, сына писателя Н. В. Неведомского. Её семейные воспоминания опубликованы в журнале «Русская старина» в 1906 году;
• Фёдор (1833—19 февраля 1873) — выпускник Александровского лицея 1853 года, кавалергард, окончил Академию Генерального штаба, ротмистр, серпуховской предводитель дворянства^[52], умер от чёрной оспы в Москве;
• Людмила (род. 1835) — была замужем за ротмистром Александром Николаевичем Скобельцыным, прослужившим 13 лет в Гусарском Его Величества короля Вюртембергского полку. По выходе в отставку занимался разведением орловских рысаков;
• Василий (род. ок. 1836) — выпускник Александровского лицея 1854 года, владимирский вице-губернатор (1870—1890), тайный советник, почётный гражданин города Владимира;
• Владимир (род. ок. 1840) — действительный тайный советник с 1902 года, служил в Министерстве юстиции^[53];
• Елизавета (род. 1847) — пианистка, ученица Н. Г. Рубинштейна, была замужем за А. И. Дмитриевым-Мамоновым, томским вице-губернатором, автором книги по истории пребывания и деятельности декабристов в Западной Сибири. Основательница местного отделения русского музыкального общества^[54].

За Алексеем Семёновым на 1852 год в Серпуховском уезде Московской губернии числились селения Алексеевка^[55], Голубино^[56], Мансурово^[57] и Ступино^[58], в которых числилось около 650 крепостных мужского и женского пола. С момента выхода в отставку он постоянно жил в своем имении в Голубине. Там он был и похоронен рядом с могилой матери — Натальи Фёдоровны Семёновой, умершей 4 июля 1812 года, на кладбище у стен построенной ею церкви Рождества Богородицы^[59][60]. Здесь же были похоронены его жена Дарья Фёдоровна, которая пережила мужа только на два месяца, и их сын Фёдор Алексеевич.

Написал трёхтомное «Изучение исторических сведений о российской внешней торговле и промышленности с половины XVII-го столетия по 1858 год». Сочинение систематизировало сведения о внешней торговли России за 200-летнюю историю её развития, начиная с середины XVII века. Авторское посвящение императору Александру II начиналось словами Петра I:"свободная торговля и искусное рукоделие составляют изобилие и силу государства"^[61].

В I и II томах собраны данные по истории правительственного регулирования в сфере промыслов, транспортных связей, таможенных правил и торговых отношений с другими государствами систематизированные по периодам — 1649—1680, 1680—1725, 1725—1762, 1762—1801, 1801—1825, 1825—1855 годах. III том посвящён ретроспективе статистических сведений о развитии российской внешней торговли по основным её зарубежным направлениям и связанных с нею основных отраслей промышленности, морского судоходства, сферы финансов, ценообразования и структуры товарооборота^[62].