АссистентНовый вопросИсторияОбласти знаний
Партнёрские проектыСпецпроектыСтать автором
Сменить язык
О РУВИКИ

Поэтический синтаксис

Поэтический синтаксис — направление исследований (раздел синтаксиса), в рамках которого изучаются синтаксические характеристики поэтического текста.

Обзор

Содержание понятия «поэтический синтаксис» не имеет чётких границ, хотя активно используется исследователями. Как правило, вопросы поэтического синтаксиса рассматриваются в случаях, когда исследователь ставит своей целью изучение конкретных характеристик синтаксического строения художественного текста, связанных с поэтическим замыслом и языковой личностью автора. И. И. Ковтунова отмечает, что «синтаксическая специфика поэтической речи способна обнаружить себя в полной мере лишь <…> при функциональном подходе к синтаксису»[1]. Такое понимание связано с представлением, согласно которому формальный анализ позволяет выделить только обособленные элементы поэтической традиции (прежде всего архаизмы и «поэтические вольности»), тогда как функциональный подход способствует выявлению преобразований языковых средств, «расширяющих семантические возможности языка и превращающих речь в язык искусства»[2][3].

Внимание филологов, занимавшихся поэтическим синтаксисом, обращено к самым разным проблемам: тип стиха, анжамбеман, строфическое либо астрофическое построение стихотворения, порядок слов (в частности, через изучение инверсии), образный смысл и экспрессивное функционирование выразительных синтаксических средств и др. Изучить поэтический синтаксис текста — значит проанализировать функции художественных приёмов отбора и группировки слов в синтаксические конструкции. В таком случае в исследование поэтического синтаксиса включается как анализ грамматических связей и синтаксических единств, так и поиск сознательного применения автором фигур, поскольку зачастую отбор определённых синтаксических конструкций определяется семантикой произведения, его тематикой, замыслом автора и целым рядом других факторов, выявление которых представляет собой сложную, однако важную с точки зрения анализа поэтического синтаксиса задачу[4].

Филолог Б. В. Томашевский в работе «Теория литературы. Поэтика» предлагал учитывать следующие составляющие поэтического синтаксиса[5]:

  • согласование и подчинение слов одно другому, а также и одного предложения другому;
  • порядок, в котором следуют слова одно за другим;
  • узуальное значение синтаксической конструкции;
  • оформление предложений в произношении, или интонация;
  • психологическое значение конструкций.

Показателем актуальности избранного подхода стало появление двух коллективных монографий: «Поэтическая грамматика. Том I» и «Поэтическая грамматика. Том II: Композиция текста», в рамках которых рассматриваются различные грамматические аспекты анализа поэтического текста, в том числе на уровне синтаксиса[6].

История

В течение ХХ века формируется отдельное направление филологических исследований — грамматика поэтической речи, в рамках которой происходило выделение «особого уровня „грамматической образности“»[7]. Г. Г. Шпет в 1920-х годах отметил связь грамматики и поэзии: «Поэтика в широком смысле есть грамматика поэтического языка и грамматика поэтической мысли»[8]. Р. О. Якобсон писал о том, что в некоторых случаях «грамматические категории действуют подобно поэтическим образам»[9]. Согласно Якобсону, именно от «грамматической ткани поэтического языка в большей мере зависит его действительная значимость»[10]: грамматические формы здесь не только информативно и эстетически нагружены, но также выполняют разнообразные функции (структурную, композиционную, ритмообразующую, интонационную, экспрессивную и другие), помимо этого, грамматика художественного текста также отражает характер художественного мышления, индивидуальной психологии писателя, авторскую «картину мира». Связью между грамматической составляющей и идиостилем интересовались многие исследователи языка: В. В. Виноградов, М. М. Бахтин, Л. В. Щерба, Г. О. Винокур, Б. В. Томашевский и другие[11].

Разработка проблем синтаксической организации поэтического текста началась в трудах представителей Московского лингвистического кружка и членов Общества изучения поэтического языка. В 1910—1920-е годы О. М. Бриком, Б. М. Эйхенбаумом, Б. В. Томашевским и Ю. Н. Тыняновым были обозначены возможные подходы к изучению взаимодействия ритма и синтаксиса[12]. При этом одни «опоязовцы» настаивали на том, что в стихе синтаксис существенно деформируется ритмом и становится чем-то «условным», тогда как другие более осторожно заявляли, что синтаксическая структура только «приспосабливается» к ритмо-метрической[13]. В качестве основной структурной единицы стиха, на которую ритм и метр накладывают определённые ограничения, была выдвинута строка (стих, «стиховой ряд»), которая демонстрирует оппозицию ритма и синтаксиса, несовпадение синтаксического и ритмо-метрического членения (в связи с появлением анжамбеманов)[14].

undefined

В середине ХХ века Б. В. Томашевский и Н. С. Поспелов разработали новый аспект проблемы — через взаимодействие синтаксиса и композиции стихотворного текста. В частности, было замечено, что более сложное синтаксическое строение свойственно строфически организованным произведениям, так как чаще выявляется тенденция к симметрии предложения и строфы, к совпадению их границ. Позже выдвигались другие утверждения: например, о часто не менее сложном синтаксическом построении астрофических стихотворений в силу большей свободы строфических рамок, разомкнутости, которые предоставляет лишённая деления на строфы стиховая композиция[14].

В 1970-е годы Г. Н. Акимова уделила внимание вопросу о длине и средних размерах предложения в поэзии (на материале од), их сопоставлению с аналогичными характеристиками в прозе. Тем самым уже усилиями не стиховедов, а грамматистов сформировался ещё один подход к анализу поэтического синтаксиса: не отрицая важности изучения стихотворного синтаксиса в аспекте строки или составляющего её слова (Ю. Н. Тынянов, Б. В. Томашевский и другие), строфы и сложного синтаксического целого (Н. С. Поспелов), Акимова сосредоточила взгляд на описании основной синтаксической единицы — предложения — как одновременно основной единицы поэтического синтаксиса в плане «количественном (объём предложения) и качественном (принципы развёртывания и расширения предложения)»[15].

1980—2000-е годы ознаменовались выходом в свет монографий по «грамматике поэзии» И. И. Ковтуновой и её учеников и последователей — представителей функционально-коммуникативного подхода, интерпретирующего поэтический текст в первую очередь как особую («фиктивную», «превращённую») форму коммуникации, в условиях которой исходная целеустановка предложения существенно трансформируется, высказывание характеризуется «повышенной предикативностью», семантической и функциональной «неоднозначностью», в создании которой важное значение имеет поэтический дейксис, сочетание симметричности и асимметричности построения, а также инверсия компонентов (своё начало «грамматика поэзии» берёт в трудах Л. В. Щербы, В. В. Виноградова, Г. О. Винокура, Р. О. Якобсона)[14].

2000-е годы демонстрируют усиление интереса стиховедов к «установлению структурной связи явлений стиха с явлениями … грамматики»[16]. Данные исследования М. Л. Гаспарова, Т. В. Скулачёвой, М. И. Шапира в области «лингвистики стиха» опираются на работы В. М. Жирмунского, Б. И. Ярхо, Б. В. Томашевского, Г. А. Шенгели[14].

Примечания

  1. ↑ Ковтунова И. И. Поэтический синтаксис. М.: Наука, 1986. С. 3.
  2. ↑ Ковтунова И. И. Поэтический синтаксис. М.: Наука, 1986. С. 3.
  3. ↑ Лебедев Александр Александрович. Поэтический синтаксис П. А. Вяземского: диссертация … кандидата филологических наук: 10.02.01 / [Место защиты: С.-Петерб. гос. ун-т]. Петрозаводск, 2016. 255 с.
  4. ↑ Лебедев Александр Александрович. Поэтический синтаксис П. А. Вяземского: диссертация … кандидата филологических наук: 10.02.01 / [Место защиты: С.-Петерб. гос. ун-т]. Петрозаводск, 2016. 255 с.
  5. ↑ Томашевский Б. В. Теория литературы. Поэтика. М.: Аспект Пресс, 1999. 334 с.
  6. ↑ Лебедев Александр Александрович. Поэтический синтаксис П. А. Вяземского: диссертация … кандидата филологических наук: 10.02.01 / [Место защиты: С.-Петерб. гос. ун-т]. Петрозаводск, 2016. 255 с.
  7. ↑ Цивьян Т. В. Наблюдения над категорией определённости-неопределенности в поэтическом тексте (поэтика А. Ахматовой) // Категория определённости-неопределенности в славянских и балканских языках. М., 1979. С. 348.
  8. ↑ Шпет Г. Г. Эстетические фрагменты: в 3 т. Т. 2. Петербург, 1922—1923. С. 2.
  9. ↑ Якобсон Р. Поэзия грамматики и грамматика поэзии // Семиотика: сб. ст. переводы. М.: Радуга, 1983. С. 462.
  10. ↑ Якобсон Р. О. Вопросы поэтики. Постскриптум к одноимённой книге // Якобсон Р. О. Работы по поэтике. М.: Прогресс, 1987. С. 84.
  11. ↑ Лебедев Александр Александрович. Поэтический синтаксис П. А. Вяземского: диссертация … кандидата филологических наук: 10.02.01 / [Место защиты: С.-Петерб. гос. ун-т]. Петрозаводск, 2016. 255 с.
  12. ↑ Тынянов Ю. Н. Проблема стихотворного языка. М.: Советский писатель, 1965; Эйхенбаум Б. М. Мелодика русского лирического стиха // Эйхенбаум Б. М. О поэзии. М.: Советский писатель, 1969. С. 327—511.
  13. ↑ Брик О. Ритм и синтаксис // Новый Леф. 1927. No 3. С. 15—20; No 4. С. 23—29; No 5. С. 32—37; No 6. С. 33—39.
  14. ↑ 1 2 3 4 Патроева, 2017.
  15. ↑ Акимова Г. Н. О некоторых особенностях поэтического синтаксиса // Вопросы языкознания. 1977. No 1. С. 100.
  16. ↑ Гаспаров М. Л., Скулачева Т. В. Статьи по лингвистике стиха. М.: Языки славянской культуры, 2004. С. 12-13.

Литература

Категории

© Правообладателем данного материала является АНО «Интернет-энциклопедия «РУВИКИ».
Использование данного материала на других сайтах возможно только с согласия АНО «Интернет-энциклопедия «РУВИКИ».