АссистентНовый вопросИсторияОбласти знаний
Партнёрские проектыСпецпроектыСтать автором
Сменить язык
О РУВИКИ

Мапуче в колониальный период

Исто́рия мапу́че в колониа́льный пери́од (1535—1810 гг.) охватывает время от первых экспедиций испанцев до начала борьбы за независимость Чили. Характеризуется длительным и упорным сопротивлением народа арауканов экспансии конкистадоров, наиболее интенсивным к югу от реки Био‑Био[1]. Несмотря на военные поражения, эпидемии и попытки ассимиляции, мапуче сумели сохранить значительную автономию, выработав эффективные формы военной организации и дипломатии — в том числе систему парламентов, закреплявшую границы и условия взаимодействия с колониальными властями[2].

Общие сведения
Мапуче в колониальный период
Государство

Ранний испанский период (1535—1598 гг.)

Кампания Диего де Альмагро (1535—1537 гг.)

Испанская экспансия в Чили была следствием завоевания Перу[3]. Диего де Альмагро собрал большую экспедицию из 500 испанцев и тысячи янакуна (наёмные рабочие инков) и прибыл в долину Копьяпо в 1535 году, а в долину Аконкагуа — в 1536 году. Оттуда он отправил Гомеса де Альварадо на юг во главе разведывательного отряда. Альварадо дошёл до реки Итата, где вступил в битву при Рейногуэлене с местными мапуче. Затем Альварадо вернулся на север, а экспедиция Диего де Альмагро вернулась в Перу из-за ожесточённого сопротивления мапуче и того, что они не нашли ожидаемых богатств[3].

Сопротивление Мичималонко (1540—1544 гг.)

Другой конкистадор, Педро де Вальдивия, прибыл в Чили из Куско в 1540 году. Он предпринял девятилетнюю кампанию по захвату центральной части Чили. Педро де Вальдивии, недавно прибывшему в центральную часть Чили, противостоял токи Мичималонко, который за пару лет до этого изгнал инков с территории мапуче и господствовал на северных землях. Испанцы и мапуче столкнулись в битве при Мапочо, победу одержал Педро де Вальдивия. Мичималонко предпринял тактическое отступление, чтобы собрать больше войск и изгнать испанских захватчиков при помощи внезапного нападения, но испанцы узнали о сборе сил и направились к месту сбора сил мапуче. Произошла битва при Чиллоксе, где Мичималонко снова потерпел поражение[4].

Победа придала Педро де Вальдивии уверенности, и он основал Сантьяго в 1541 году[4]. После нескольких месяцев поселения Педро де Вальдивия собрал силы и отправился в атаку на крепость Мичималонко в Пайдауэне, что привело к битве при Пайдауэне, где мапуче были полностью разбиты, а Мичималонко взят в плен. Чтобы освободиться, Мичималонко предложил испанцам право собственности на золотые прииски Марга-Марга, которые ранее эксплуатировались инками, но после изгнания инков принадлежали Мичималонко. Мичималонко и его заключённые были освобождены, а Мичималонко выделил часть своих вассалов для разработки месторождения золота испанцами.

Спустя некоторое время добычи золота, Транголонко, брат Мичималонко, поднял восстание и разбил испанцев в Марга-Марга, разрушив испанское поселение. Затем разбил испанцев в Конконе и сжёг строящийся корабль, находившийся в заливе, из которого спаслись только испанец и раб. Транголонко обратился в качестве посла ко всем лонко (вождям мапуче) долин Качапоаль, Майпо и Мапочо с просьбой прислать свои контингенты и присоединиться к Мичималонко, чтобы, как и в случае с инками, изгнать испанцев из Араукании. В ходе этой акции удалось собрать около 16 000 воинов[5].

11 сентября 1541 года Мичималонко напал на испанцев и осуществил операцию по разрушению Сантьяго, в результате которой лишь нескольким испанцам удалось выжить. Затем Мичималонко применил тактику «пустой войны», которая заключалась в том, что испанцам не давали ни еды, ни припасов, чтобы они могли вернуться в Перу. Испанцы почти не сопротивлялись, и между испанцами и мапуче произошёл ряд столкновений. По словам летописца Франсиско де Рибероса, северные мапуче более пяти лет не возделывали землю[5]. Иезуит XVII века Диего де Росалес писал, что это была согласованная стратегия, утверждённая собранием племён[5]. Несмотря на тяжёлое положение из‑за нехватки припасов, испанцы не покинули Центральное Чили — тактика оказалась неудачной[5][6].

undefined

В 1544 году Мичималонко отправился в долину реки Лимари, чтобы прервать сухопутное сообщение испанцев между Чили и Перу. Заняв выгодные позиции, он объединился с союзниками из племени диагита. В ответ на испанское завоевание северные мапуче покинули плодородные земли и переселились подальше от испанцев[7][8]. После ряда поражений испанских войск Педро де Вальдивия лично возглавил армию и разгромил союзные войска мапуче‑диагита в битве при Лимари. Затем он послал Хуана Бохона основать город Ла‑Серена в устье реки Эльки.

Ла‑Серена была основана испанцами в том числе для контроля над группами мапуче, мигрировавшими на север после основания Сантьяго[9]. Испанцы расценили эту миграцию как попытку вытеснить их из Чили, подобно ситуации с экспедицией Диего де Альмагро в 1535—1537 годов[8][5]. Северные мапуче (промауке или пикунче) при этом не смогли успешно противостоять испанскому завоеванию[10].

Испанская экспансия на юг (1544—1553 гг.)

В 1544 году Джованни Баттисты Пастене возглавил морскую экспедицию на барках «Сан‑Педро» и «Сантьягуильо» — её целью была разведка юго‑западного побережья Южной Америки вплоть до Магелланова пролива. Экспедиция отплыла из Вальпараисо, вошла в бухту Сан‑Педро и высадилась на берег в районах современных Консепсьона и Вальдивии (последний город впоследствии получил название в честь командующего). Из‑за сильных штормов на юге Пастен был вынужден вернуться в Вальпараисо[11].

В 1546 году Педро де Вальдивия отправился в поход с отрядом из 60 всадников, проводников и носильщиков. Пересекая реку Итата, отряд подвергся нападению воинов мапуче в битве при Килакуре у реки Био‑Био. Осознав невозможность дальнейшего продвижения с имеющимися силами, Вальдивия принял решение вернуться в Сантьяго. При этом он нашёл подходящее место для основания нового города — на территории, ныне известной как Пенко; впоследствии здесь возник первый Консепсьон.

В 1550 году Вальдивия начал поход на юг, стремясь установить контроль над территорией Чили вплоть до Магелланова пролива и завоевать земли мапуче[11]. В период с 1550 по 1553 год испанцы основали ряд городов на землях мапуче, среди которых Консепсьон, Вальдивия, Империал, Вильяррика и Анголь[11]. Кроме того, были возведены форты Арауко, Пурен и Тукапель[11]. Ключевыми зонами конфликта, которые испанцы стремились закрепить за собой к югу от реки Био‑Био, стали долины вокруг Кордильера‑де‑Науэльбута. В этом регионе предполагалось разрабатывать месторождения золота с привлечением неоплачиваемого труда мапуче из густонаселённых долин[12].

Эти действия положили начало Арауканской войне — длительному периоду периодических столкновений низкой интенсивности между мапуче и испанцами[13].

Причины конфликта

  • Со стороны мапуче: отсутствие традиций принудительного труда (в отличие от андской системы мита), из‑за чего местное население отказывалось служить испанцам[14].
  • Со стороны испанцев: жёсткие нравы колонизаторов (особенно выходцев из Кастилии и Эстремадуры), стремление эксплуатировать местные ресурсы и население[15].

После прибытия испанцев в Арауканию в 1550 году мапуче регулярно осаждали испанские города в период с 1550 по 1598 год[16].

Кампании Кауполикана и Лаутаро (1553—1557 гг.)

В 1553 году мапуче провели совет, на котором приняли решение начать войну. Военным вождём («токи») был избран лидер по имени Кауполикан, а его заместителем — токи Лаутаро. Последний ранее служил помощником в испанской кавалерии и впоследствии создал первый кавалерийский корпус мапуче. Во главе шеститысячного войска Лаутаро атаковал форт в Тукапеле. Испанский гарнизон не выдержал штурма и отступил в Пурен. Лаутаро захватил и сжёг форт, после чего начал готовить армию к отражению возможной попытки испанцев вернуть Тукапель. Вальдивия предпринял контратаку, но был быстро окружён. В результате он и его войско были уничтожены мапуче в битве при Тукапеле[17].

undefined

В феврале 1554 года Лаутаро сумел собрать армию численностью 8000 человек и противостоял карательной экспедиции Франсиско де Вильягры в битве при Марихуэну. Одержав победу, он опустошил город Консепсьон.

В 1555 году Лаутаро направился к городу Анголь и разрушил его. Затем он вернулся в Консепсьон — к тому моменту отстроенный испанцами — и вновь его разрушил. Вспышка тифа, засуха и голод помешали мапуче предпринять дальнейшие действия по изгнанию испанцев из Чили в 1554 и 1555 годах.

На севере страны известия о победах Лаутаро в 1554 году спровоцировали восстания ранее покорённых северных племён мапуче в долинах рек Матакито и Аконкагуа, однако эти выступления были подавлены[18].

В 1556 году Лаутаро совершил поход на север, достигнув реки Матакито, где основал укреплённый лагерь в Петероа. В битве при Петероа он отразил нападение испанских войск под командованием Диего Кано, а затем отбил атаку более крупных сил под началом Педро де Вильягры. Получив известие о приближении ещё большего испанского отряда, Лаутаро был вынужден отступить к реке Мауле, потеряв 200 воинов. Преследуемый испанцами, он отошёл за реку Итата. В 1557 году Лаутаро выступил со своей армией с целью разрушить Сантьяго и освободить всю Центральную Чили от испанского владычества[19]. По пути он участвовала в ряде сражений с испанцами, но в итоге его войско было разбито в битве при Матакито[19].

Арауканская война (1558—1598 гг.)

Под руководством Гарсии Уртадо де Мендосы (1558—1561 гг.) испанцы перегруппировались и сумели уничтожить двух ключевых лидеров мапуче — Кауполикана и Гальварино. Кроме того, в период правления Мендосы колонизаторы восстановили разрушенные мапуче города Консепсьон и Анголь, а также основали два новых города на землях мапуче: Осорно и Каньете[20][21]. В 1567 году испанцы завоевали архипелаг Чилоэ, населённый народом уильиче[22][23].

В 1570‑х годах Педро де Вильягра подавил восстание мапуче в окрестностях Ла‑Империаля — подавление сопровождалось резнёй. Арауканские войны обострились в 1590‑х годах[24]. Со временем мапуче из Пурена, а в меньшей степени из Тукапеля, приобрели репутацию свирепых бойцов: их боевые качества признавали как другие племена мапуче, так и испанцы. Это позволило мапуче из Пурена сплотить соседние племена для борьбы с колонизаторами[12].

Адаптация к войне

На первых этапах столкновений с испанцами мапуче не добивались значительных успехов, но со временем племена Арауко и Тукапеля адаптировались[10]:

  • освоили верховую езду и научились собирать крупные войска;
  • переняли у испанцев практику строительства крепостей на холмах;
  • начали применять новые средства защиты: шлемы и деревянные щиты против аркебуз;
  • рыли ловушки для лошадей;
  • перешли к партизанской тактике — в т. ч. активно организовывали засады[10].

Убийство Педро де Вальдивии в 1553 году стало переломным моментом: оно символизировало отказ от прежних ритуальных военных традиций мапуче[19].

Война привела к изменениям в организации мапуче: в конце XVI века возникла аиллареуэ (aillarehue) — новая макромасштабная политическая единица, объединявшая несколько реуэ (священный алтарь в виде колонны)[25]. Этот процесс укрупнения продолжался до начала XVII века, когда появились бутальмапу, состоявшие из нескольких аиллареуэ[25]. На практике это означало, что мапуче достигли «надлокального уровня военной солидарности» — смогли координировать действия разных племён без создания централизованного государства[26]. К концу XVI века в районе Ла‑Фронтеры сформировалась группа влиятельных военачальников мапуче, что укрепило их способность противостоять испанской колонизации[27].

Изменения в структуре населения

Контакт с испанскими завоевателями привёл к сокращению численности мапуче. Эпидемии и войны уничтожили значительную часть населения, другие погибли на испанских золотых приисках[10][14][28]. Археологические данные позволяют предположить, что мапуче из долин Пурен и Лумако отказались от разрозненной структуры расселения и начали формировать более плотные поселения[29]. Сокращение численности населения повлекло за собой упадок сельского хозяйства: многие открытые поля на юге Чили со временем заросли лесом[28].

К 1630‑м годам испанцы из Ла‑Серены отметили, что мапуче (пикунчи) из коррегимьенто Сантьяго, мигрировали на север, обосновавшись в Комбарбале и Коготи. Эта миграция, скорее всего, проходила добровольно, без вмешательства со стороны испанцев[9].

В конце XVI века коренные жители пикунче начали медленный процесс ассимиляции, постепенно утрачивая свою этническую идентичность. Это стало следствием метисации: представители племени покидали традиционные поселения (pueblo de indios) и переселялись на близлежащие испанские имения. Там пикунчи смешивались с разрозненными группами коренных народов, привезёнными из разных регионов[30]:

Оторванные от земель предков и живущие рядом с испанцами, немногочисленные пикунче постепенно утратили самобытность из‑за метисации и культурной ассимиляции[30].

Независимость и война (1598—1641)

Падение испанских городов

Переломное событие произошло в 1598 году. Отряд воинов из Пурена возвращался на юг после набега на окрестности Чильяна. По пути воины устроили засаду на Мартина Гарсию Оньэса де Лойолу и его войска — испанцы спали без ночного дозора. Под предводительством Пелантаро мапуче уничтожили весь отряд, включая губернатора. До сих пор остаётся неясным, случайно ли мапуче обнаружили испанцев или целенаправленно следили за ними[33].

undefined

В годы, последовавшие за битвой при Куралабе, среди мапуче и уильиче вспыхнуло всеобщее восстание. Испанские города — Анголь, Ла‑Империаль, Осорно, Санта‑Крус‑де‑Оньес, Вальдивия и Вильяррика — были разрушены или оставлены[34]. Лишь Чилан и Консепсьон выстояли под осадами и нападениями мапуче[35]. За исключением архипелага Чилоэ, вся чилийская территория к югу от реки Био‑Био освободилась от испанского владычества[34].

Однако и Чилоэ не остался в стороне от нападений мапуче (уильиче). В 1600 году местные уильиче совместно с голландским корсаром Бальтазаром де Кордесом атаковали испанское поселение Кастро[36][37]. Хотя нападение было спорадическим, оно вызвало у испанцев серьёзные опасения: они боялись, что голландцы заключат союз с мапуче и создадут опорный пункт на юге Чили[38].

Испанцы получили подтверждение, что голландцы планировали обосноваться на руинах Вальдивии. В ответ колониальные власти попытались восстановить испанское правление в регионе — до возможного возвращения голландцев[39]. Однако в 1630‑х годах эти усилия были сорваны: мапуче не позволили испанцам пройти через свои земли[39].

Захват испанских женщин

С падением испанских городов тысячи испанцев были либо убиты, либо попали в плен. Хронист Алонсо Гонсалес де Нахера писал, что мапуче убили более трёх тысяч испанцев и взяли в плен свыше 500 женщин. В числе захваченных оказались также многие дети и испанские священнослужители[40]. Квалифицированных ремесленников, перебежчиков и женщин мапуче, как правило, щадили[40]. В отношении женщин, по словам Гонсалеса де Нахеры, это делалось, «чтобы воспользоваться ими» (исп. aprovecharse de ellas).

Хотя часть испанских женщин была возвращена во время испанских набегов, других освободили лишь после заключения соглашений по итогам парламента Кильина в 1641 году. Некоторые испанские женщины адаптировались к жизни среди мапуче и добровольно остались с ними[40].

Испанские женщины в неволе родили множество метисов. Эти дети были отвергнуты испанцами, но приняты в обществе мапуче. Потомки таких союзов могли оказать значительное демографическое влияние на мапуче — народ, давно ослабленный войнами и эпидемиями. Захват женщин во время разрушения семи городов положил начало традиции похищения испанских женщин народом мапуче в XVII веке[40].

Заимствование культур, животных и технологий Старого Света

Мапуче Араукании избирательно подходили к заимствованию испанских технологий и видов животных — в результате их традиционный образ жизни после контакта с колонизаторами практически не изменился. Исследователи расценивают такую избирательность как форму культурного сопротивления[41].

Мапуче быстро освоили некоторые испанские новшества:

  • Лошадей — их разведение получило широкое распространение, что заметно усилило мобильность и боевые возможности племён[41].
  • Пшеницу — её начали выращивать в Араукании. На архипелаге Чилоэ масштабы культивирования были меньше из‑за неблагоприятного климата[41].
  • Свиней — успешно прижились на архипелаге Чилоэ благодаря обилию моллюсков и водорослей, обнажаемых во время больших приливов[42].
  • Яблони — также успешно адаптировались на островах архипелага[42].
  • Овец — их появление создало конкуренцию местному виду скота.

До прихода испанцев мапуче разводили домашний скот чилихуэке (ламы). Появление овец породило определённую конкуренцию между этими видами. По свидетельствам середины XVII века, оба вида сосуществовали, но овец было значительно больше, чем чилихуэков. К концу XVIII века разведение чилихуэков пришло в упадок. Их продолжали содержать лишь отдельные группы мапуче — в частности, племена из Марикины и Уэкина, проживавшие неподалёку от Анголя[42].

В колониальный период испанские власти ввели жёсткий запрет на золотодобычу среди мапуче. Нарушение этого запрета каралось смертной казнью — мера была направлена на ограничение экономической самостоятельности племён и предотвращение накопления ресурсов, которые могли быть использованы для сопротивления[43].

Деятельность иезуитов

Первые иезуиты прибыли в Чили в 1593 году и обосновались в Консепсьоне, намереваясь христианизировать мапуче Араукании[44]. Иезуит Луис де Вальдивия полагал, что мапуче могут добровольно принять христианство только в условиях мира[44][45]. Он добился отмены рабства мапуче и инициировал так называемую оборонительную войну с испанскими властями.

Луис де Вальдивия вмешался в местные обычаи: он отобрал жён у военачальника Анганамона, поскольку католическая церковь выступала против многожёнства. В ответ 14 декабря 1612 года Анганамон убил трёх миссионеров‑иезуитов[44]. Несмотря на этот инцидент, попытки христианизации продолжились: иезуиты вели свою деятельность вплоть до изгнания из Чили в 1767 году.

Миссионерская работа была сосредоточена вокруг испанских городов, откуда организовывались миссионерские экспедиции[46]. При этом ни одна постоянная миссия не была основана на свободных землях мапуче ни в XVII, ни в XVIII веке[46]. Для обращения мапуче иезуиты изучали их язык и обычаи. Несмотря на значительное политическое влияние в 1610—1620‑х годах, иезуитам не удалось добиться заметных успехов в распространении христианства среди мапуче[45].

Рабство мапуче

Официальное рабство коренного населения было запрещено испанской короной. Однако восстание мапуче 1598—1604 годов, завершившееся разрушением семи городов, вынудило испанцев в 1608 году узаконить рабство для мапуче, захваченных в ходе войны[47].

Восставшие мапуче считались христианскими отступниками, поэтому их разрешалось обращать в рабство согласно церковному учению того времени[48]. Это изменение законодательства формализовало уже существовавшую практику: захваченных мапуче воспринимали как собственность — их покупали и продавали. Легализация привела к росту числа испанских набегов с целью захвата рабов в ходе Арауканские войны[47]. Рабов мапуче вывозили на север — в Ла‑Серену и Лиму[47].

Рабство для мапуче, «попавших в плен на войне», было отменено в 1683 году после десятилетий попыток испанской короны его ограничить. К тому моменту свободный труд метисов стал значительно дешевле содержания рабов. Историк Марио Гонгоре в 1966 году отметил, что за отменой рабства стояли экономические факторы[47].

Эпоха парламентов (1641—1810)

Эпоха парламентов характеризовалась чередой переговоров и соглашений между мапуче и испанскими колониальными властями.

Предпосылки

До начала эпохи парламентов мапуче десятилетиями успешно сопротивлялись испанской экспансии — в частности, в ходе Арауканских войн (XVI—XVIII вв.). Несмотря на военное давление, мапуче сохранили значительную автономию. К началу XVII века стало ясно, что ни одна из сторон не может добиться решающего преимущества — возникла потребность в дипломатии[49].

Суть парламентов

«Парламенты» (исп. parlamentos) — это официальные встречи и переговоры между представителями мапуче (вождями, лонко и мачи) и испанскими чиновниками/военными. На них[50]:

  • заключались мирные соглашения;
  • устанавливались границы (часто по реке Био‑Био);
  • оговаривались условия торговли;
  • регулировались вопросы заложников и выкупа пленных;
  • подтверждался нейтралитет или союз против общих врагов.

Парламенты были не просто разовыми встречами, а целой системой межкультурного взаимодействия с собственными ритуалами (обмен подарками, клятвы, совместные трапезы)[51].

Ключевые даты и события

  • 1641 год, парламент в Кильине — первый крупный и относительно формализованный парламент. Испанцы фактически признали автономию земель мапуче к югу от Био‑Био. Это стало отправной точкой эпохи[52].
  • XVIII век — парламенты проводились регулярно (например, в Анголь, Ла‑Империаль). Испанцы пытаются закрепить мир, чтобы обезопасить свои поселения и торговые пути[51].
  • 1726 год — один из крупнейших парламентов, где были подтверждены многие прежние договорённости[50].

В конце XVIII — начале XIX века система парламентов постепенно пришла в упадок из‑за[51]:

  • усиления колониального давления;
  • внутренних разногласий среди вождей мапуче;
  • начала Чилийской войны за независимость (с 1810 года), которая меняет политическую карту региона.

Значение эпохи парламентов для мапуче

  • Сохранение автономии. Парламенты позволили мапуче на протяжении почти двух столетий избежать полного подчинения испанцам и сохранить контроль над своими землями[50].
  • Легитимация власти вождей. Участие в переговорах укрепляло авторитет лонко, которые выступали от имени общин.
  • Экономические выгоды. Соглашения открывали возможности для торговли с испанцами (лошади, скот, ткани, металлы)[52].
  • Культурный обмен. Несмотря на конфликты, происходил обмен технологиями и обычаями.
  • Прецедент дипломатии. Эпоха создала традицию переговоров, которая отчасти сохранилась и в отношениях с независимыми чилийскими властями в XIX веке[52].

Примечания

  1. ↑ Боркес Скеуч А., Адрисола Росас А. История и этнография народа мапуче / Пер. с испан. Под ред. Ю. А. Зубрицкого. — М.: Прогресс, 1987. — 264 с.
  2. ↑ Берёзкин Ю. Е. Этническая история Чили // Этнические процессы в странах Южной Америки. — М., 1981. — С. 223-61.
  3. ↑ 1 2 Villalobos et al. 1974, pp. 91−93.
  4. ↑ 1 2 Villalobos et al. 1974, pp. 96−97.
  5. ↑ 1 2 3 4 5 León 1991, p. 15.
  6. ↑ León 1991, p. 16.
  7. ↑ León 1991, p. 13.
  8. ↑ 1 2 León 1991, p. 14.
  9. ↑ 1 2 Téllez 2008, p. 46.
  10. ↑ 1 2 3 4 Bengoa 2003, pp. 250—251.
  11. ↑ 1 2 3 4 Villalobos et al. 1974, pp. 98−99.
  12. ↑ 1 2 Zavala C., José Manuel. The Spanish-Araucanian World of the Purén and Lumaco Valley in the Sixteenth and Seventeenth Centuries // The Teleoscopic Polity. — Springer, 2014. — P. 55–73. — ISBN 978-3-319-03128-6.
  13. ↑ Dillehay 2007, p. 335.
  14. ↑ 1 2 Bengoa 2003, pp. 252—253.
  15. ↑ Bengoa 2003, p. 261.
  16. ↑ “La Guerra de Arauco (1550-1656)”. Memoria Chilena [исп.]. Biblioteca Nacional de Chile. Дата обращения January 30, 2014.
  17. ↑ Vivar, Jerónimo de. CXVI // Crónica y relación copiosa y verdadera de los reinos de Chile : [исп.]. — «...ayer mataron al apo y todos los cristianos que con él venían, que no escapó ninguno, y todos los yanaconas de servicio, si no eran los que se habían escondido».
  18. ↑ Vivar, Jerónimo de. CXXVIII // Crónica y relación copiosa y verdadera de los reinos de Chile : [исп.].
  19. ↑ 1 2 3 “El toqui Lautaro (ca.1534-1557)”. Memoria Chilena [исп.]. Biblioteca Nacional de Chile. Дата обращения January 30, 2014.
  20. ↑ “García Hurtado de Mendoza”. Memoria Chilena [исп.]. Biblioteca Nacional de Chile. Дата обращения January 30, 2014.
  21. ↑ Villalobos et al. 1974, p. 102.
  22. ↑ Hanisch 1982, pp. 11-12
  23. ↑ Villalobos et al. 1974, p. 49.
  24. ↑ Bengoa 2003, pp. 312—313.
  25. ↑ 1 2 Dillehay 2007, p. 336.
  26. ↑ Dillehay 2007, p. 337—338.
  27. ↑ Bengoa 2003, pp. 310—311.
  28. ↑ 1 2 Otero 2006, p. 25.
  29. ↑ Dillehay, Tom D. Site Distribution and Settlement Patterns // The Teleoscopic Polity / Tom D. Dillehay, J. Paige Silcox, Carlos Ocampo E.. — Springer, 2014. — P. 255–274. — ISBN 978-3-319-03128-6.
  30. ↑ 1 2 Contreras Cruces, Hugo (2016). “Migraciones locales y asentamiento indígena en las estancias españolas de Chile central, 1580-1650”. Historia [исп.]. 49 (1): 87—110. DOI:10.4067/S0717-71942016000100004.
  31. ↑ Urbina Burgos, Rodolfo. El pueblo chono: de vagabundo y pagano a cristiano y sedentario mestizado // Orbis incognitvs: avisos y legados del Nuevo Mundo : [исп.]. — Huelva : Universidad de Huelva, 2007. — P. 325–346. — ISBN 9788496826243.
  32. ↑ Villalobos et al. 1974, pp. 166—170.
  33. ↑ Bengoa 2003, pp. 320—321.
  34. ↑ 1 2 Villalobos et al. 1974, p. 109.
  35. ↑ Bengoa 2003, pp. 324—325.
  36. ↑ “La encomienda”. Memoria Chilena [исп.]. Biblioteca Nacional de Chile. Дата обращения January 30, 2014.
  37. ↑ Urbina Burgos, Rodolfo (1990). “La rebelión indigena de 1712: Los tributarios de Chiloé contra la encomienda” (PDF). Tiempo y Espacio [исп.]. 1: 73—86. Дата обращения February 22, 2014.
  38. ↑ Clark 2006, p. 13.
  39. ↑ 1 2 Bengoa 2003, pp. 450—451.
  40. ↑ 1 2 3 4 Guzmán, Carmen Luz (2013). “Las cautivas de las Siete Ciudades: El cautiverio de mujeres hispanocriollas durante la Guerra de Arauco, en la perspectiva de cuatro cronistas (s. XVII)”. Intus-Legere Historia [исп.]. 7 (1): 77—97. DOI:10.15691/07176864.2014.094 (inactive 12 July 2025).
  41. ↑ 1 2 3 Dillehay, Tom D. Archaeological Material Manifestations // The Teleoscopic Polity. — Springer, 2014. — P. 101–121. — ISBN 978-3-319-03128-6.
  42. ↑ 1 2 3 Torrejón, Fernando; Cisternas, Marco; Araneda, Alberto (2004). “Efectos ambientales de la colonización española desde el río Maullín al archipiélago de Chiloé, sur de Chile” [Environmental effects of the Spanish colonization from de Maullín river to the Chiloé archipelago, southern Chile]. Revista Chilena de Historia Natural [исп.]. 77 (4): 661—677. DOI:10.4067/s0716-078x2004000400009.
  43. ↑ Payàs Puigarnau, Getrudis; Villena Araya, Belén (2021-12-15). “Indagaciones en torno al significado del oro en la cultura mapuche. Una exploración de fuentes y algo más” [Inquiries on the Meaning of Gold in Mapuche Culture. A review of sources and something more]. Estudios Atacameños [исп.]. 67. DOI:10.22199/issn.0718-1043-2021-0028. S2CID 244279716.
  44. ↑ 1 2 3 Pinto Rodríguez, Jorge (1993). “Jesuitas, Franciscanos y Capuchinos italianos en la Araucanía (1600-1900)”. Revista Complutense de Historia de América [исп.]. 19: 109—147.
  45. ↑ 1 2 “Misioneros y mapuche (1600-1818)”. Memoria Chilena [исп.]. Biblioteca Nacional de Chile. Дата обращения January 30, 2014.
  46. ↑ 1 2 Clark 2006, p. 15.
  47. ↑ 1 2 3 4 Valenzuela Márquez 2009, pp. 234—236
  48. ↑ Foerster, Rolf. Introducción a la religiosidad mapuche : [исп.]. — Editorial universitaria, 1993. — P. 21.
  49. ↑ Carlos Contreras Painemal; Koyang: Parlamento y Protocolo en la Diplomacia mapuche-castellana Siglos XVI—XIX. Alemania, 2007.
  50. ↑ 1 2 3 José Manuel Zavala. Origin of the Spanish–Mapuche Parlamentos: The European Treaty Tradition and Mapuche Institutions of Negotiation (англ.) // Contributions To Global Historical Archaeology. — Cham: Springer International Publishing, 2019-09-07. — P. 11–30. — ISBN 978-3-030-23017-3, 978-3-030-23018-0. — doi:10.1007/978-3-030-23018-0_2.
  51. ↑ 1 2 3 Diego de Rosales. Historia general del reino de Chile, flandes indiano (fragmento) // Anales de la Universidad de Chile. — 2011-05-31. — Т. 0, вып. 1. — ISSN 0365-7779 0365-7779, 0365-7779. — doi:10.5354/0365-7779.2011.12255.
  52. ↑ 1 2 3 jm zavala. Los parlamentos Hispano-Mapuches, 1593-1803: textos fundamentales. — 2015-01-01.

Литература

  • Берёзкин Ю. Е. Этническая история Чили // Этнические процессы в странах Южной Америки. — М., 1981. — С. 223-61.
  • Берёзкин Ю. Е. Арауканы // Народы и религии мира / Глав. ред. В. А. Тишков. — М.: Большая Российская Энциклопедия, 1999. — С. 54-55.
  • Боркес Скеуч А., Адрисола Росас А. История и этнография народа мапуче / Пер. с испан. Под ред. Ю. А. Зубрицкого. — М.: Прогресс, 1987. — 264 с.
  • Bengoa, José. Historia del pueblo mapuche: Siglos XIX y XX : [исп.]. — Seventh. — LOM Ediciones, 2000. — ISBN 978-956-282-232-9.
  • Bengoa, José. Historia de los antiguos mapuches del sur : [исп.]. — Santiago : Catalonia, 2003. — ISBN 978-956-8303-02-0.
  • Clark Berger, Eugene (2006). Permanent war on Peru's periphery: Frontier identity and the politics of conflict in 17th century Chile (Ph.D.). Vanderbilt University. Дата обращения 13 March 2014.
  • Dillehay, Tom. Monuments, empires, and resistance: The Araucanian polity and ritual narratives. — Cambridge University Press, 2007. — ISBN 978-110-7407-74-9.
  • Ferrando Kaun, Ricardo. Y así nació La Frontera... : [исп.]. — Second. — Editorial Antártica, 1986. — ISBN 978-956-7019-83-0.
  • Foerster, Rolf. Introducción a la religiosidad mapuche : [исп.]. — Editorial Universitaria, 1993. — ISBN 956-1 1-0912-3.
  • Hanisch, Walter. La Isla de Chiloe, Capitana de Rutas Australes : [исп.]. — Academia Superior de Ciencias Pedagógicas de Santiago, 1982.
  • León, Leonardo. La merma de la sociadad indígena en Chile central y la última guerra de los promaucaes : [исп.]. — Institute of Ameriendian Studies, University of St. Andrews, 1991. — ISBN 1873617003.
  • Otero, Luis. La huella del fuego: Historia de los bosques nativos. Poblamiento y cambios en el paisaje del sur de Chile : [исп.]. — Pehuén Editores, 2006. — ISBN 978-956-16-0409-4.
  • Pinto Rodríguez, Jorge. La formación del Estado y la nacion, y el pueblo mapuche : [исп.]. — Second. — Ediciones de la Dirección de Bibliotecas, Archivos y Museos, 2003. — ISBN 978-956-244-156-8.
  • Téllez, Eduardo. Los Diaguitas: Estudios : [исп.]. — Santiago, Chile : Ediciones Akhilleus, 2008. — ISBN 978-956-8762-00-1.
  • Valenzuela Márquez, Jaime. Esclavos mapuches. Para una historia del secuestro y deportación de indígenas en la colonia // Historias de racismo y discriminación en Chile : [исп.]. — 2009.
  • Villalobos, Sergio. Historia de Chile : [исп.] / Sergio Villalobos, Osvaldo Silva, Fernando Silva … [et al.]. — 14th. — Santiago de Chile : Editorial Universitaria, 1974. — ISBN 978-956-11-1163-9.

Дополнительно по теме

Категории